«Западня» adlı səsli kitabdan sitatlar, səhifə 2
По-моему, дружба - первое дело, потому что дружба - это дружба, и выше ничего не может быть.
Дети забирались в подвалы, вылезали оттуда, с грохотом взбегали по лестницам, носились по коридорам, спускались, снова взбирались наверх, бежали другими коридорами – и все это с шумом, с гвалтом. Целыми часами дом гудел от их беготни, дети кишели в нем, как какие-то вредные животные. – Да они точно с цепи сорвались! Этакая погань! – кричала г-жа Бош. – Видно, людям делать нечего, что они нарожали столько детей!.. А потом еще жалуются, что есть нечего!
Она думала, что жизнь слишком тяжела и хорошо бы подохнуть вот тут, на месте, да ведь самому-то не вырвать сердца из груди.
Бош вышел на минутку и, вернувшись, стал рассказывать, что творится с хозяевами внизу: хозяин стоит за прилавком бледный как смерть, хозяйка в полном смятении, — она уже посылала узнать, открыты ли еще булочные; даже у хозяйской кошки совсем убитый вид.
Хорошее впечатление вынес бы иностранец, которому пришло бы в голову прогуляться здесь до утренней уборки! Но в этот час улица принадлежала пьяным, а пьяные плевали на Европу.
Оба вдруг опустили глаза. Ничего не было сказано, но что-то произошло между ними - неуловимое, нежное.
Дурная компания, это все равно как капкан: прихлопнет, раздавит, любого человека может превратить в ничто.
Всегда ведь находятся добрые люди, которые любят и торопятся сообщать вам неприятности.
Вовсе не надо быть завистливым, чтобы беситься, когда люди наденут ваши башмаки да вас же ими и топчут.
Надо прощать друг другу, если мы не хотим жить как дикари. (с) Жервеза
