Мой звездный роман

– Вы были бы идеальны, если б не два момента, – улыбнулась подруга.

– И каких же?

– Повышенная волосатость и отсутствие определенных органов…

– Урсула! Мы же за столом! – возмутилась я, глядя на побагровевших ассистентов руководителя.

– А что, я же не уточняла, каких именно органов. Так что если кто-то подумал о чем-то таком, о чем говорить за столом не принято – я не виновата.

– Урсула, тебе не в дипломаты надо было идти, а сценарии для межгалактических сериалов писать. Например: «Космос мольбам не верит». Придумала тоже – боевые бабочки мстят за хозяйку.

Ты когда-нибудь видела женщин их расы? – продолжала я все также шепотом, слегка перегнувшись через стол, чтобы сидящая напротив подруга лучше меня слышала.

– Нет, – также тихо ответила она. – Под их балахонами даже при всем желании не определишь, мужчина перед тобой или женщина.

– Вот! Их никто не видел, и я подозреваю, что их просто нет! Это раса мужчин, а значит и отношения они завязываю…кхм… извини – с мужчинами! У тебя нет шансов.

Урсула выглядела совершенно ошарашенной. Ей с трудом удавалось сохранять спокойствие, пока смысл сказанного полностью не уложился в ее красивой головке.

– Нет, это не может быть правдой! А как же они размножаются?

Поманив пальчиком, чтобы подруга наклонилась поближе, я прошептала ей в самое ухо максимально серьезным голосом…

– Почкованием.

Над столиком повисла космическая тишина. Однако надолго моей серьезности не хватило. Выражение лица Урсулы было настолько уморительным, что я рассмеялась громко и совершенно неприлично для общественного места.

Пристальный взгляд красных глаз вызывал стойкую ассоциацию с лазерным прицелом, от чего хотелось передернуть плечами и спрятаться за чем-нибудь большим и надежным... За профессором, например.

По-прежнему дружелюбный взгляд и нейтральный тон свидетельствовали только об одном – меня не узнали! Осознание этого вызвало бурю чувств и кровожадных эмоций. Соблазнил, провел ночь и большую часть утра в моей спальне, и при этом даже не потрудился запомнить! Меня – женщину, что с легкостью разбивала мужские сердца своим безразличием. Тэиру, что отказала в предложении руки и сердца венерианскому послу! Да он… он… гад он!