«Лунная дорога в никуда» audiokitabından sitatlar

Сначала сделают гадость, мелкую, низкую, – все равно что тонущего под воду с головой опустить и держать там, пока воздух не кончится. И ни один мускул у них не дрогнет, дыхание ни на вздох не собьется. А потом вдруг раскаются, начнут душу тревожить, на кусочки ее рвать. А зачем, когда изменить уже ничего нельзя?

ведь давно известно: только тот, кто интересен себе, становится интересен и окружающим

купировать скандал Даша не могла при всем своем желании. Люксов в гостевом доме было два: один занимал Сэм, другой – Катя Холодова. Конечно, можно напроситься ночевать к Кате, на маленький диванчик в небольшой гостиной ее люкса, но Даша жила в номере на

помещающейся внутри боли. – До недавнего времени жила с мужем, а сейчас – с мамой. Раньше я была уверена, что все люди рождены для любви и быть счастливым – очень просто. Сейчас я знаю, что это не так. Некоторым людям просто судьбой предначертано не быть любимыми, счастливыми и жить с теми, с кем они хотят. Это нормально – просыпаться утром и знать, что ты – просто массовка для тех, кому повезло больше тебя. – Наша труппа – это место, где каждый участник массовки рано или поздно иг

про весь этот кошмар и тут узнал, что его отец, негодяй, который не протянул руку помощи матери своего ребенка, приедет сюда, в этот дом. Он не знал, что делать, как себя вести. Он несколько ночей не спал, понимаете? – Думаю, что он решил посоветоваться со своим юристом и позвонил Мас

Настя, а у залитого водой мангала разговаривала

цедейного шоу, актриса Екатерина Холодова, неожиданно тоже рвущаяся

Даша улыбнулась: со всем сказанным она была совершенно согласна, а в эффективности Катиного подхода убедилась на собственном опыте. Она оглядела собравшихся, чтобы оценить степень их возможного скепсиса. На лице Лизы Мучниковой, работающей в Газпроме, она прочитала что-то похожее на внутреннюю борьбу,

Макаров вдруг вспомнил, что тоже обратил внимание на эту деталь. – Да, она говорила по-английски! – воскликнул он. – Я еще удивился, потому что с оставшейся в Австрии семьей она должна была общаться по-немецки, а здесь, в России, говорить со всеми по-русски. Но, естественно, я не мог понять, о чем она говорила. – А я поняла. Нет, вы не подумайте, что я подслушивала, это была случайность. Признаться, тогда я не придала этому разговору такого уж большого

сейчас не солдатские останки, а живого человека, практически ребенка. При составлении маршрута он внес