«Замочная скважина» audiokitabından sitatlar
Валентина была обычной женщиной - она умела плакать, сострадать и сплетничать одновременно.
Ушло осознание того, что ты не один – когда соседка могла сбегать за хлебом, сделать укол и поделиться стаканом сахара на шарлотку, и когда от этого – рядом есть люди, они помогут – становилось спокойнее.
Она не хотела, чтобы соседи лезли в душу. Не собиралась заводить друзей и подруг. Зачем? Языками молоть и советы слушать? Она обложила себя броней, пуленепробиваемым стеклом и жила в этой капсуле – одинокая, независимая, холодная.
Так Валерка узнал, что скоро станет отцом.
-И что мне теперь делать? - спросил он у Ирины.
-Колесо у коляски закрепить.
Площадки живут только тогда, когда дети нагревают своими попами холодные железные неудобные сиденья, когда облизывают перекладины на лесенке, падают, разбивают коленки и лбы. В противном случае площадка ржавеет, скрипит, гниет, рассыхается и умирает.
Мало кто провожал детей старше пяти лет в садик – разве что в семье имелась бабушка. Но это было редкостью и роскошью. Непозволительной.
Рекс – местная бродячая собака, жившая под машиной. Говорили, что ее бросили вместе с катком, и она ждала, когда ее заберут. Рекс был злой, на всех лаял, но одновременно добрый, с застенчивыми, в слезах глазами. Как будто он всю ночь плакал, когда его никто под машиной не видел.
ена жизнь. Никогда не знаешь, чего ждать. Она и подумать не могла, что так сблизится с Димой. Ее горе и его порядочность и ответственность их объединили
школеспросила тетя Рая. – Раечка, но вы же
В конце улицы , примыкая вплотную к последней веранде с ядрено-красными божьими коровками по бокам, стояла четырехэтажная детская поликлиника. Все маленькие воспитанники были обречены на ее посещение. Все ходили к одним и тем же врачам, сидели на одних и тех же неудобных банкетках, рассматривали рисунки и наклейки, которыми мамы украшали объемные медицинские карты, практически талмуды, и срывались с места в неудачной попытке добежать до стены, на которой был нарисован дуб зеленый со златою цепью. Кот ученый у художника не получился – все младенцы, которых мамы подносили к стене показать «котика», начинали орать. Детей постарше одергивали и усаживали назад, на банкетку.
