«Майк Тайсон. Беспощадная истина» adlı səsli kitabdan sitatlar, səhifə 2
Но в феврале у меня раздался звонок, и парень на том конце провода сказал: «Вы только что избраны в Зал славы». Я повесил трубку и заплакал. Всю свою жизнь я был одержим боксом. Я шел спать, нежно прижимая к себе свои боксерские перчатки. Я хотел стать только боксером.
Москва - это Нью-Йорк на стероидах
мне приходилось задумываться: – Не имеет значения, кто и что говорит, неважно, оправдание это или объяснение. Только то, что человек делает, в конечном итоге свидетельствует о его истинных намерениях.
Детям нельзя дать шанс на успех, если не настроить их дух на борьбу.
ты не можешь вновь выиграть свою честь, ты можешь ее лишь потерять раз и навсегда.
Если у тебя никогда ничего не было, как только появляется такая возможность, ты стараешься накопить побольше. Но когда ты становишься старше, то ты понимаешь, что в жизни все сводится не к накоплению, а к потерям. И чем старше ты становишься, тем больше у тебя опыт потерь. Мы теряем волосы, мы теряем зубы, мы теряем своих близких. Хотелось бы надеяться, что эти потери закаляют нас и что мы в состоянии передать свою мудрость тем, кого мы любим.
В боксере захватывает его способность и готовность причинить боль другому человеку. Именно эта черта присуща великим боксерам и «суперзвездам». Когда я был на ринге, я представлял себя в качестве зверя. Я должен был развлекать публику, как медведь в клетке. И чем сильнее я причинял боль, чем быстрее я ее причинял, тем больше похвал от толпы я получал, и это был мой хлеб.
Мой брат Родни как-то сказал, что, по его мнению, я был самым смелым парнем из всех, кого он знал. Но я не считал себя смелым. Я всегда думал, что я был скорее больше психом, чем смелым. Я был безмозглым. Родни думал, это была смелость, но это была просто нехватка мозгов.
«Знаете ли вы, Барни, что такое голуби роллеры? Они взмывают высоко и быстро, потом переворачиваются и так же быстро падают вниз, к самой земле. Бывают голуби роллеры, которые не рискуют и летают высоко. А бывают такие, которые опускаются очень низко. Этих нельзя скрещивать, иначе их потомство будет стремиться опуститься еще ниже – и будет гибнуть, разбиваясь о землю».
Мое высокомерие, мое самолюбие здорово измотали меня, поэтому я просто был вынужден отказаться от них. Они побуждали меня достичь многих высот, но, в конце концов, я отказался от них
