"Чайковский. История одинокой жизни" kitabından sitat

замиранием. Успех, опьянивший его за границей, был самымлокурыми кудрями и такой же бородкой долго тряс ему руку. Это был Эдвард Григ. Здесь был Брамс, музыку которого в последние годы Чайковский не раз слушал и играл и от которой каждый раз приходил в раздражение: “бездарная сволочь”, “самонадеянная посредственность”, “хаотическая и совершенно бессодержательная сушь”… При знакомстве Брамс ему понравился чуть ли не