Наташа, у которой всё уронили

Свету чего стоил! А! Вон Петровский, вижу. Идёт, словно его опять послали кормить ворону! Придётся отрабатывать с ним нестандартные ситуации, а то что-то расслабился… Палашов, зная изобретательность Хака, горячо посочувствовал сотруднику, который довольно мрачно волок к жениху и невесте подарок от концерна

– обстоятельно вещал Бошинов. – Шурик, ты чего такой, как пыльным мешком стукнутый? – удивился он, заметив слегка остекленевший взгляд

– Так я и думал. Опять у тебя температура и, боюсь, что пошёл бред! Говоришь всякое… Я одно не могу понять: почему ты мне после разговора с этим «хххением» не позвонила, а? Не пришлось бы всякую гадость пить и организм перегружать. Вот зачем этот героизм непонятный, можешь мне объяснить? Я бы сам тебе помог, со всеми бы разобрался, поговорил… а может, и не только поговорил…

забрала детей из садика и возилась с ними в парке – вся компания коллективно строила снеговика. Правда, Наташа никак не могла понять, почему они такие невесёлые и рассматривают её с некоторой опаской. – Ой, бабушка Мариняшечка с молью идёт! – во всю силу четырёх детских голосов завопили Наташины

своих деточек растить, а племяшечек и забудешь – у всех так!