Александр Александрович Мишкин

Долгий полёт за пределы Солнечной системы превращается для экипажа в испытание, к которому не готовили ни технологии, ни медицина. Годы в невесомости и гибернации стирают границы между телом и сознанием. Один за другим космонавты сталкиваются с крайней степенью феномена отрыва — чувством отчуждённости не только от родной планеты, но и от собственного тела.

Когда реальность становится чуждой, а смерть — выбором, остаётся лишь проверить, где пролегает грань свободы: в жизни или в отказе от неё.