Александр Цыпкин

Устрицы и секс. Хоррор Я познакомился с устрицами довольно поздно, лет в двадцать пять. Будучи мнительным и брезгливым, я, как мог, их избегал, но однажды попал на прием, который открывался устричным буфетом. То есть ничего, кроме этих безобразных на вид моллюсков и шампанского, не было, а есть хотелось очень. Лет с четырнадцати. Да-да, именно в этом возрасте я осознал, что если меня и добьет какой смертный грех, так это будет отнюдь не похоть или лень. Я поглощал все, что лежало плохо, средне, удовлетворительно или хорошо. И тут такой вызов. Решил, что пора лишиться буржуазной девственности. Сковырнул странную субстанцию, втянул в рот и замер. Проглотить солоноватую, склизкую гадость не представлялось возможным. Выплюнуть тоже. Вокруг светская общественность. Замер. Обдумываю положение. Приятель, видевший начало устричного конца, поинтересовался: – Первый раз? Кивнул. – Проглотить не можешь? Кивнул.

Суровый юмор стюардесс «Belavia» Посадка. Толкотня. Все торопятся, словно у них самолет взлетает раньше остальных. – Чей ребенок в проходе упал? Тишина. – Я спрашиваю, чей ребенок упал. Я понимаю, что ребенок – не кошелек, но можно как-то отреагировать?

В нашем доме все решает папа, а кто папа – решает мама.

маленький мизантроп отметил особую изысканность и новизну еды, не говоря уже о ее количестве.

медпункте сказал, что ничего страшного, но посоветовал хоть пару часов побыть в покое, понаблюдать за своим самочувствием — и полететь следующим рейсом — через те же

Один нормальный, понимающий человек попался, и тот, блин, с приданым

Работала в Ассоциации женщина Кристина. И была Кристина душнилой. Душнилой в самом полном, энциклопедическом смысле этого слова. То есть человеком, который при встрече с любым другим представителем своего вида трахает ему мозг, заливая потоком бессмысленной информации, проблем и жалоб. Никак логически не связанных. Таких еще называют мозговыми или энергетическими отсосами.