Анна Берсенева

может, обратив на него внимание.  – Ты тут зачем? Кто такой? – Я Фанька. Я низачем… – И вдруг этот маленький комок упал на колени и шепотом же, как объяснялись между собой Галина и Ксения, завыл: – Тетенька Гала, не гоните, деваться некуда, Христом-богом прошу, что хотите для вас сделаю! – Ходи отсюда! – прикрикнула Галина. – Сделает она… Твоих только дел не хватало! Крупные снежные хлопья падали

что надо выбирать профессию, которая прокормит, и тогда при выборе мужа можно будет позволить себе любовь, а не программу жизнеобеспечения.

Неудача – это же еще не конец. Как и успех еще не точка.

, так что Зоська, может, не так уж неправа была в своей оценке Кости Веденеева. Почему в этот приезд в Москву он вздумал встретиться со

единственная девушка, с которой он чувствует, что жизнь не сводится к обыденным вещам, и для него это важно.

диковатую смесь детсадовского утренника с престижным кладбищем. Вдоль всей улицы, Тверского бульвара и в Новопушкинском сквере высились пластиковые цветы и какие-то фигуры в человеческий рост – приглядевшись, Нэла опознала в них зайцев и расписные яйца. Памятник Пушкину был отгорожен от улицы арками, увитыми искусственными гирляндами, от ядовитого цвета которых она почувствовала на зубах оскомину. Уличные скамейки были гранитными, как и тротуары, и в гранитных же монументальных вазонах торчали какие-то чахлые растения.

Федька-то и хоронить не пришел, – заметила Матрена. – Дура! – хмыкнул Карп. – Как же он придет, ежели сам отца и убил?

Галинка вспомнила, как в Надькином возрасте делала маленьких кукол из разноцветных мотков мулине. Этих нитяных кукол у нее было

разрешали. А свет-то горел! И сейчас

– Безобразие! – хмыкнула Аюна.

– Что – безобразие?

– Что ты говоришь безличными предложениями. Рассвело. Стемнело. Не сложилось. Это, по-твоему, что, явление природы?