Дмитрий Билик

сказал лишь два слова: «Три минуты». И закрыл дверь. – Нормальный, скажи? – заулыбалась Алена. – Мне вообще нравятся такие мужики. Молчаливые и подкачанные. Ты, кстати, че не качаешься? – Чтобы тебе ненароком не начать нравиться, – ловко отбил я выпад. Алена фыркнула и замолчала.

Я не смогу вести себя с перевертышем так свободно, как хотел. Придется все

единственная, кто мог бы поддержать его. Давно, но не сейчас

шевелиться и думать, но даже существовать. Потому я не особо испугался, увидев рядом на кровати злейшего врага. Бояться тоже было больно.

приходи и мою понюхай. Я таких, как ты, ногтями давил, как клопов.

ломанулся пушистый черный кот, который явно испугался не меньше случайного гостя. Мне каким-то чудом хватило духу, чтобы не заорать. Кроссовки

и ищи ветра в  поле. Она родила, нарекла Ярославом. Потом стала прислуживать у нас с  женой. Баба хорошая

лось, не было больше звуков. Средний упал на колени, корчась от боли, а Владыка удовлетворенно перевел

услышал запах чужой магии, клубящейся

окажусь состоянии. А силы понадобятся. Сбежать из дома незамеченным