Екатерина Доброхотова-Майкова

дом в Прецше окружали широкие поля и деревья, на которые так удобно карабкаться. Последние дни Элиза от слабости

затевать новые прожекты и начинания вместо того, чтобы исправлять старые

Древние теоры начали говорить о поликосме в связи со звёздами: как они рождаются и что в них

тяжелый плед, в который он был закутан. – Как там Пэтти? – спросил Маккинли Хукер у жены. Алма развернулась обратно, расправила плечи и вздохнула. Она смотрела вперед через лобовое стекло на пухлые хлопья снега, которые сплошной стеной падали на машину и тихо

Только выжженная поверхность того, что некогда служило домом миллиардам жителей. Теперь нас осталось только пятеро – глубоко в подземелье, наедине

отрываясь от подзорной трубы, произнес Джерард, когда «Дерзкий» снова безвольно

Анжуйскому дому», – писал Донато Аччайоли о своем

Человек может ошибаться, но пусть он ошибается честно.

Хранилище, – говорит он наконец. – Ты знаешь это слово? Текст – книга – хранилище памяти людей, которые жили прежде. Способ сберечь память после того, как душа отправилась дальше. Теперь его глаза широко открыты, как будто он вглядывается в великую тьму. – Однако книги, как и люди, умирают. Они умирают от пожаров, наводнений и червей, умирают по прихоти тиранов. Если их не беречь, они исчезнут из мира. А когда из мира исчезает книга, память умирает вторично.

– Ну и что, ну и ревел! – вспылил Дигори, которому было так худо, что чужое мнение уже не трогало. – И сама бы ревела, если