Ида Мартин

закономерным выводам о том, что бурная

Попробуй считать пуговицы. Берешь мысленно по одной и перекладываешь их из одной кучки в другую. – Я только и делала, что считала их. Во сне. Это ужас! – Видишь. Я же говорю, помогает. – Нет, не помогает. Это был кошмар. – Раз спала, значит, помогает.

правильная еврейская мама никогда не станет портить отношения с ребенком из-за какой-то там жены. Пусть их будет хоть десяток. Если нравится моему сыну, то рано или поздно понравится и мне. Это называется – сохранять авторитет и уважение. А без уважения крепкую семью не построишь.

Возразить было нечего, потому что я – это я, а она – это она, и у каждой своя боль и свой неподдающийся измерению порог чувств.

не может. Вчера – не вернешь, сегодня – кажется мало, завтра – не наступит никогда. Мы все одиноки на пути бесконечных страданий, а мои слова – бессмысленный пустой звук в яростно ревущем гуле одиноких голосов. Каждый хочет высказаться, но никто никого не слышит, не видит, не чувствует. Никто никому не нужен. Выживает лишь тот, кто придерживается законов эгоизма, подлости и силы. Дружба ничего не стоит, а смерть сильнее любви.