Yu Nesbö
26,8Кabunəçilər
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Харри Холе прилетает в Сидней, чтобы помочь в расследовании зверского убийства норвежской подданной. Австралийская полиция не принимает его всерьез, а между тем дело гораздо сложнее, чем может показаться на первый взгляд. Древние легенды аборигенов оживают, дух смерти распростер над землей черные крылья летучей мыши, и Харри, подобно герою, победившему страшного змея Буббура, предстоит вступить в схватку с коварным врагом, чтобы одолеть зло и отомстить за смерть возлюбленной.
Это дело станет для Харри началом его несколько эксцентрической полицейской карьеры, а для его создателя, Ю Несбё, – первым шагом навстречу головокружительной мировой славе.
Книга также издавалась под названием «Полет летучей мыши».
Подробный гид по творчеству Ю Несбё читайте в ЛитРес: Журнале
Sitatlar
А у Брэда эта способность имелась. Сам он соображал довольно средне, однако точно распознавал ум в других, словно научился этому и часто наблюдал со стороны
Летать я не боюсь. Для среднестатистического пассажира шанс погибнуть в авиакатастрофе, летя обычным рейсом, составляет один к одиннадцати миллионам. Иными словами, вероятность умереть в самолете от инфаркта – в восемь раз выше
Королевство
Когда ты по горло в дерьмище, самая глупость – это вешать голову».
Нож
Сон Мин взглянул на рака на своей тарелке. Тот без всякого интереса смотрел на него.
Жажда
– Я люблю людей, – вздохнул Харри. – Я просто не люблю быть с ними вместе.
Ну почему самые лучшие праздники вечно те, куда ты не попал?
Мы придумываем историям начало, конец и логику развития, чтобы придать жизни смысл.
Кровь на снегу
Отец говорил, что я дочитаюсь до того, что стану идиотом.
Сын
Мы люди, когда грешим. Но мы боги, когда прощаем.
Полиция
Многие люди проводят всю свою жизнь в одном месте, которое им не нравится, только потому, что боятся, что в другом месте им понравится еще меньше. Разве это не грустно?