Лесса Каури
1,4Кabunəçilər
Курсантка Вин Эрроч не похожа на других студентов. Она не умеет скрывать мысли и играть по негласным правилам, и поражает окружающих прямотой и честностью. Ее неожиданно обретенный дар - загадка даже для нее самой: он вспыхивает в моменты сильных эмоций, вырываясь изпод контроля, а его последствия невозможно предугадать. Отправить ректора Зирча на скалы к чайкам или слить его из любимой башни? А, может быть, поучаствовать в битве с монстром, сотворенным преподавательницей по практическому магиеведению? Да, пожалуйста! Вот только не нужно забывать, что величественный храм знаний под названием Акалим скрывает темные тайны, а древние ритуалы могут потребовать новых жертв. Среди таких разных сокурсников и двуличных наставников Вин пытается найти тех, кому можно доверять, - и понимает, что настоящая сила заключается не только в магии, но и в способности оставаться собой, даже влюбившись по уши.
Sitatlar
Ощущение было такое, будто меня бросили в темный мешок, а мешок – со скалы в пропасть. Поэтому, когда я, наконец, из мешка выпала, не удержалась на ногах. Как учил отец, перекатилась, прижимая к себе кофр, вскочила, на всякий случай приняв боевую
Бригада из тени
– Ты где это чудо нашел? – одними губами спросил Зайцев.
думай о том, что у вас с Анджеем впереди целая жизнь, которую нужно прожить так, чтобы не жалеть ни об одном ушедшем мгновении. И знай, что каждое такое мгновение имеет смысл. Не позволяй им просто утекать сквозь пальцы…
Да прекратите вы, оба! У меня есть водка! Этот напиток делает практиков – философами, а теоретиков – людьми действия
слове «спасибо». После бессонной ночи в голове шумело, видимо, оттого пространство стало
наверху. А здесь, глубоко под землей, лежала мертвая я, вытянувшись и
ветра Отмерян свой печальный срок. И пепел крылышек из фетра, Осыплет жизненный итог. И снова ночь. И пламя в силе. Но как понять, в чем ярче зло: Сгореть в секундной вспышке – или Годами биться о стекло?
Дружить надо с соседями, – проворчал Вырвиглот, – особенно с теми, которые увлекаются пытками и казнями.
Ее Высочество Брунгильда вставала с рассветом и тогда, когда была простой трактирщицей, и теперь, став принцессой Ласурии. Но в последнее время вставать с первыми лучами солнца не получалось – спалось плохо. Болела спина, тянуло в ногах, никак не удавалось улечься поудобнее. Бруни стащила все подушки с дивана в гостиной и при помощи Катарины устроила себе на семейном ложе лежбище, которое Аркей, смеясь, назвал гнездом будущей матери. И все равно неглубокий сон прерывался – «коняшкой», лягающейся в животе, желанием сходить в туалет, выпить воды, съесть что-нибудь сладкое. Ее Высочество за беременность поправилась и теперь напоминала себе Ваниллу рю Дюмемнон с ее пышными формами, ставшими после рождения наследника Людвина еще пышнее. «Кай, это подло, – жаловалась мужу принцесса, – я никогда не была полной, а теперь, посмотри?» И она крутила пе
вид город посчитал не соответствующим респектабельному кварталу.