Людмила Малаховская

голову руками, запустив длинные пальцы в волосы. Перед ней лежало раскрытое уголовное дело. Люда, видимо, дочитывала

− Правильно. Не буду сыпать подробностями, но у меня создалось впечатление, что у этой фирмы Градовой был какой-то хитрый способ эти

глаза на Василия. – Лейтенант милиции Куприянов, да вы не так просты, как кажетесь. – Люба, я на самом деле до

понежиться немного на южном солнце, не обременяя себя заботами о расследовании убийств, которыми он занимался последние шесть лет. Первым делом, появившись в управлении в восемь тридцать утра, Куприянов направился к начальнику, теперь уже генералу

– Это задница. Они дадут показания на Димку вдвоём и всё. Тюрьма. – Хрен вам, – грубо ответил Гришин. – Не дождётесь. – Ты понимаешь, – шептал Игнатьев, – офицер ГАИ получил тяжёлую травму. Он в больнице без сознания. Это уголовное дело. – Димка там был не один?! Там целая шобла была. – А узнал второй гаишник только его. И бил говорит, тоже он. – Так сделай так, чтобы он говорил по–другому. – Как? – Кверху каком! Вот как. Нахрена я тебя в прокуратуру

решил купировать назревавший конфликт, –