Милана Усманова
171 abunəçilər
«Посмотри на себя. Ты опустилась. О чем нам с тобой говорить? О твоих сериалах?» — я знаю, что он скажет именно это, если я устрою сцену ревности.
И будет прав. Я действительно превратилась в тень самой себя: толстая, уставшая, зависимая. Пока я доедаю остывшие макароны и жду мужа из рейса, он обнимает другую у бассейна в Дубае. Она стройная, смеющаяся стюардесса, я – удобная домашняя мебель. Он думает, я никуда не денусь, уверен, что я в его власти. Но он глубоко ошибается!
Я вытру слёзы, и начну действовать. У меня нет денег и жилья, но у меня есть шесть месяцев в запасе, чтобы полностью преобразиться! Я верну себе свою фигуру, я вернусь в профессию, чтобы однажды посмотреть мужу в глаза и сказать: «Я знаю про Оксану. И мне плевать на твои интрижки. Я подаю на развод, и катись к чёрту!»
Sitatlar
Оперативники методично обследовали квартиру. Изъяли краски, кисти, эскизы, ноутбук, телефон
дрожащим голосом матушка. Я отчётливо слышала, как она всхлипывает. – Мама, не надо. Папе нужен уход. Я справлюсь. – Н-но… Как Антон мог так с тобой поступить? Будто он и не муж тебе вовсе, а враг. Глубокий вдох.
другое ведомство. Лучше скажите, Кошкина Наталья Сергеевна, её родственница? – Натка? Не-е-ет. Как и все наши дурёхи молодые, гадать к Глашке бегала или там парней ворожить. Только всё это обман. А вот
суде – всё стоило того, чтобы стать тем человеком, которым я являюсь
рафий в рамках, никаких воспоминаний
программу. У него хватало наглости думать, что я отвечу. Сотовый продолжал вибрировать. Надоело и я сбросила. Через минуту пришло сообщение. Я открыла его и почувствовала, как кровь
пьянящее чувство триумфа. Помассировав затёкшую спину, собралась было принять душ, как зазвонил «призрачный
отца! И я прекрасно понял, какова будет во всём этом плане моя роль. При помощи
Таким жалким голос Алексея я не слышала никогда. Он, поняв, что я колеблюсь, быстро добавил:
не понимаю, что между ними особая связь, что с ней он