Наталия Романова

шила за командиром, едва успела догнать на самом выходе. –

, настоящей драгоценностью – газонокосилкой! Взрослым приходись глаз не спускать

проговорил Георгий Давидович пациентке после фейслифтинга, пятидесятипятилетней Маргарите Сергеевне, представляющейся Ритой. – У вас золотые руки, доктор! – восторженно

продолжать династию. – А ты? – сощурилась я, пытливо посмотрев на Эльбруса.

чём-нибудь?.. – Мамочки, – пискнула Маша. – Тихо ты, – Марат подхватил девушку. – Татьяна Григорьевна, – крикнул в  сторону гардероба, – у вас какой-нибудь корвалол

неделю, – а это полтора суток на работе, на ногах, нет, поспать иногда удавалось, иногда даже два-три часа кряду, – плюс дополнительных два-три в месяц в роли терапевта. Жить можно. Это в нейрохирургии «Тот Самый Один» – царь, бог и господин, а императрице всея терапии Один – рядовой докторишка