Вера Штаерман

она ползала в темноте на четвереньках, скользила на замерзших лужах, но не сдалась, пока не собрала лепестки, все до единого. Руки замерзли так, что она не чувствовала свои пальцы, ладони. – Откуда? Никто не знал… – Я взял эту книжку, когда ждал тебя в твоей гостиной. Оттуда выпал лепесток

На улице было только несколько лыжников и сноубордистов да спешившие на работу прохожие, но в городе что-то изменилось. Казалось, воздух полон радостного возбуждения. Оптимизма. Надежды. И все благодаря одному человеку. Велтону. Линн посмотрела на рекламный листок, который только что приклеила к витрине. Она была не права. Не насчет рождественского

приехал за тобой сюда, в такую даль. Это чтонибудь да значит

сердито покосился на Тони: – Пусти! – Малыш, – очень серьезно сказал мужчина, – когда-нибудь

будто событий этого вечера не достаточно для появления

– Что… Что вы имеете в виду? – Вы думаете, что можете бросить такую бомбу, а самой спокойно избежать разрушений, которые сами же

такую рань? – Хриплый со сна голос Нейта прозвучал как успокоительная ласка. Они лежали близко друг к другу – их руки и ноги соприкасались. Ощущение обнаженной кожи Нейта сводило Пейтон с ума. Ей очень не хотелось вылезать из уютной постели, покидать его теплые объятия. Рука Нейта игриво ущипнула ее ляжку, но его взгляд тут же стал серьезен.

Завиан мог вообразить ее реакцию на такие признания. Особенно если он добавит, что этот ребенок – он сам. – Вы заставили

время, – продолжала между тем девушка.