Важно обратить внимание на то, что «российскому законодательству известна досудебная процедура финансового оздоровления, которая применяется к кредитным организациям при наличии у них признаков неплатежеспособности… Финансовое оздоровление кредитной организации осуществляется во внесудебном порядке до отзыва лицензии у кредитной организации. Судебная процедура финансового оздоровления для неплатежеспособных кредитных организаций не используется»46. Эта специфика финансового оздоровления, оказывает наибольшее влияние, как на субъектный состав правоотношения по финансовому оздоровлению, так и на его объект и содержание.
Концептуальная модель структуры гражданского правоотношения является «трехмодульной», т. е. включает в себя относительно самостоятельные модульные элементы – объект, субъект и содержание, а, следовательно, с точки зрения применения корректной методологии, должна исследоваться «помодульно». Придерживаясь именно такой теоретической позиции и строя с ее помощью структуру настоящего диссертационного исследования, подчеркнем, что обозначенный нами подход отличает высокая степень условности. Как справедливо отметил С. С. Алексеев, «условность „поэлементного“ изучения модели правоотношения вызвана необходимостью познания объективных свойств общественных отношений, которые при этом недопустимо рассматривать в качестве механического соединения его элементов»47.
Конститутивным модульным элементом структуры любого общественного отношения, опосредованного нормами права, выступают его субъекты, т. к. в отсутствие данного элемента фактическая реализация правоотношения немыслима вообще. В этом отношении стоит согласиться с А. В. Венедиктовым, который в свое время отмечал: «… правовые отношения всегда субъектны… Субъектом права может быть только человек или человеческий коллектив – индивидуальный или коллективный хозяйствующий субъект, но не имущество, не какая-либо цель и не любое имя или понятие»48. Общетеоретическое понятие субъекта права, используемое и в отраслевых правовых науках, впервые было разработано С. С. Алексеевым. Он выделил два основных признака, характерных для субъекта права: «Во-первых – это лицо, участник общественных отношений (индивиды, организации), которое по своим особенностям может быть носителем субъективных прав и обязанностей… Во-вторых, – это лицо, которое реально способно участвовать в правоотношениях, приобрело свойство субъекта права в силу юридических норм»49.
В правоотношениях по финансовому оздоровлению кредитной организации имеет значение не то, является ли субъект физическим или юридическим лицом, а другие факторы, в частности, особенности регламентации правового статуса, права и обязанности, реализуемые в механизме правоотношений по финансовому оздоровлению кредитной организации т. д. По этой причине принадлежность того либо иного субъекта исследуемых правоотношений к физическому или юридическому лицу не берется во внимание при проведении настоящего исследования.
Правоотношение реализуется в действиях субъектов права через их субъективные права и юридические обязанности, направленные на достижение их целей посредством соблюдения, исполнения или использования предоставленных правовыми предписаниями возможностей. Этот процесс находит свое отражение в актах реализации прав и обязанностей50, т. е. реализация возможностей участниками правоотношений по финансовому оздоровлению кредитной организации происходит посредством осуществления действий или операций, направленных на использование правовых возможностей (дозволений)51.
Таким образом, правореализационные акты всех участников финансового оздоровления являются одним из инструментов механизма правового регулирования финансового оздоровления кредитной организации в целом, наряду с юридическими нормами, регулирующими отношения по финансовому оздоровлению, и собственно самими правоотношениями. Данный вывод подтверждает, что акты реализации права участниками финансового оздоровления, – элемент, составная часть механизма правового регулирования, без которых его функционирование невозможно.
Резюмируем изложенное. Использование категории механизма правового регулирования при исследовании финансового оздоровления как меры предупреждения банкротства кредитных организаций, позволяет, во-первых, рассматривать его как концептуальное понятие, т. е. не только описывающее конкретные меры оздоровления, но и концептуализирующее финансовое оздоровление в единую теоретическую модель, охватывающую нормы права, юридические факты, правоотношения, акты реализации права; во-вторых, оценивать соответствие юридической конструкции финансового оздоровления, закрепленной в правовых нормах, и фактически осуществляемой в реальных общественных отношениях; в-третьих, выявлять дефекты в используемых в правовом регулировании финансового оздоровления правовых средствах, их взаимосвязях и результатах взаимодействия; в-четвертых, обнаружить цели, задачи и принципы как составные элементы правового регулирования финансового оздоровления.
Цель реализации механизма правового регулирования финансового оздоровления кредитной организации. С учетом указанных выше функциональных признаков финансового оздоровления (система мероприятий, преодоление финансового кризиса, предупреждение банкротства), вычленим цель и задачи финансового оздоровления кредитной организации как системы мер, реализуемых на предбанкротном этапе.
Акцент на цели финансового оздоровления – явление не частое. Ученые исследуют преимущественно процедуры и меры финансового оздоровления52. Анализ учебной53, комментаторской54, и доктринальной55 литературы показывает, что целям данной меры обычно места не находится. Подобное положение отчасти обусловлено и законодателем, ограничившимся лишь указанием на то, что финансовое оздоровление относится к мерам, предупреждающим банкротство, которые реализуются до дня отзыва лицензии на осуществление банковских операций (ст. 189.9 Закона о банкротстве). Как следствие внутренняя сущность финансового оздоровления, представления о которой дают такие категории как цели, задачи, принципы в доктринальном отношении остается не до конца познанной, а наука обходится унифицированными целями и задачами, свойственными всему законодательству о банкротстве.
Легальное определение понятия финансового оздоровления дано в абз. 12 ст. 2 Закона о несостоятельности, из которого нетрудно выделить цель введения данной меры: восстановление платежеспособности должника и погашение задолженности перед кредиторами в соответствии с графиком погашения задолженности. Очевиден в большей мере экономический, нежели юридический характер цели. Как утверждают представители экономической науки, объясняя консолидированный характер цели всех предбанкротных и банкротных мер по отношению к кредитным организациям, «на уровне макроэкономики целями являются сохранение уверенности субъектов экономики в надежности финансово-банковских структур, недопущение эффекта домино в масштабах всей банковской системы, сохранение стабильной работы системы платежей и расчетов, уменьшение отрицательного влияния банкротства кредитных организаций на сектор реальной экономики»56.
Попытка сформулировать цели финансового оздоровления в рамках теории раннего предупреждения банкротства также предпринимались в экономической науке. По мнению П. Ф. Шемриковича, целями этой меры являются: «обнаружение институтов и областей их деятельности, где существуют проблемы или есть большая вероятность их возникновения; подготовка предпосылок для применения органом надзора мер адекватного реагирования; формирование приоритетов для оптимального режима надзора, в том числе при планировании проверок и распределении человеческих ресурсов… Указанные системы призваны способствовать быстрому и эффективному обнаружению проблем в конкретных кредитных организациях»57.
В юридической литературе целями банкротного института в целом называют «упорядоченное разрешение дел должника, а не полная свобода действий для всех; увеличение возврата средств (с учетом расходов на проведение процедур) в интересах всех сторон; спасение бизнеса жизнеспособного предприятия, а также справедливое распределение средств между сторонами; поддержание общественного доверия к процессу управления имуществом неплатежеспособных должников и обеспечение предсказуемого исхода процедур»58, «восстановление платежеспособность юридического лица при наличии такой возможности…»59 и др.
Надотраслевая цель финансового оздоровления в виде цели «оптимизации финансовых потоков предприятия в виде покрытия текущих убытков и ликвидации причин их возникновения, возобновление или сохранение ликвидности и платежеспособности предприятий, сокращение всех видов задолженности, улучшение структуры оборотного капитала и формирование фондов финансовых ресурсов для проведения мероприятий производственно-технического и организационного характера», сформулирована в финансово-кредитном словаре60.
Представляется, что для исследования проблем предбанкротства кредитных организаций тот подход, который не учитывает специфики этой категории субъектов, а также правовых предпосылок и правовых же последствий введения данной меры и законодательной техники их оформляющей, не уместен. Причина не только в том, что «кредитное банкротство – это особое банкротство»61, но еще и в том, что мера финансового оздоровления, применяемая по отношению к кредитным организациям, действительно имеет собственные правовые цели и задачи, обусловленные продебиторскими тенденциями обновленных норм о банкротстве кредитных организаций62.
Как небезосновательно отмечено в юридической литературе, при определении основных целей мероприятий по финансовому оздоровлению законодательство исходит, во-первых, из необходимости восстановления собственного капитала кредитной организации до величины, при которой будут выполняться экономические нормативы, во-вторых, из установления факта возврата кредитной организации к нормальной и устойчивой работе63. При этом на разных стадиях дела о несостоятельности реализуются различные цели64.
И все же, несмотря на наличие в науке приведенных взглядов, следует признать, что пока существующие в доктрине подходы к определению целей правового регулирования отношений, возникающих на этапе финансового оздоровления, отражают недостаточный уровень исследования этого вопроса. Свои особенности добавляет и тот факт, что в общих нормах о банкротстве финансовое оздоровление происходит под контролем и с участием суда65, а в нормах о банкротстве кредитных организаций это процедура досудебная.
Как философская категория цель обычно выступает отражением объективных потребностей, определяя способ и характер действий в заданном направлении. Что касается правовой цели, то здесь она обычно воспринимается как будущий результат, то, к чему стремятся субъекты правотворческой и правореализационной деятельности.
Современная законотворческая практика показывает, что в правовом регулировании цель редко входит в содержание текста закона. Примером закрепления нормы-цели был утративший силу Федеральный закон от 27.10.2008 № 175-ФЗ «О дополнительных мерах для укрепления стабильности банковской системы в период до 31 декабря 2014 года», в тексте которого были сформулированы цели законодательства о банкротстве кредитных организаций в виде «поддержания стабильности банковской системы и защиты законных интересов вкладчиков и кредиторов банков при наличии признаков неустойчивого финансового положения банков, выявления ситуаций, угрожающих стабильности банковской системы и законным интересам вкладчиков и кредиторов банков…» (ст. 1)66.
Констатирующий и во многом шаблонный характер сложившегося подхода к цели финансового оздоровления позволяет оценивать его, прежде всего, как восстановительный, а не предупредительный институт. Во многом этому способствуют экономическая логика и финансовый смысл оздоровления. Для кредитных организаций финансовое оздоровление – это мера раннего предупреждения банкротства и ее характер, имея отдельные признаки реабилитации, но в большей степени коррекции, все-таки таковой во всей его полноте не является.
Понять истинную цель меры финансового оздоровления для кредитных организаций позволяет обращение к тем изменениям, которые появились в связи с консолидацией в 2014 г. законодательства о банкротстве с учетом той базовой идеи, на которой выстроены нормы о банкротстве кредитных организаций.
Не без влияния посткризисных событий в финансовом секторе экономики существенно поменялась идеология российского законодателя, повернувшаяся вслед за мировой практикой в сторону поддержки (самоподдержки) кредитных организаций, обнаруживших признаки финансового неблагополучия, а не срочного их вывода из числа субъектов права и участников гражданского оборота.
В октябре 2011 г. Советом по финансовой стабильности (Financial stability board – FCB) был принят документ под названием «Ключевые атрибуты эффективных режимов урегулирования несостоятельности финансовых институтов», в котором было заявлено, что «их применение должно позволить властям урегулировать несостоятельность финансовых институтов упорядоченным образом без того, чтобы подвергать налогоплательщиков риску несения потерь в связи с предоставлением поддержки состоятельности, одновременно обеспечивая непрерывность выполнения их важных экономических функций»67. Документ является совместным проектом Совета по финансовой стабильности, учрежденного в апреле 2009 г. в качестве преемника созданного десятью годами ранее Форума финансовой стабильности и Базельского Комитета «Ключевые атрибуты эффективных режимов урегулирования несостоятельности». Решение о создании СФС было принято на Питтсбургском саммите лидеров государств группы 20 (G-20) с целью повышения эффективности регулирования международной финансовой системы. В состав СФС вошли представители финансовых властей 23 государств, а также Гонконга. Данная организация становится все более авторитетной международной организацией, рекомендации которой учитываются странами-участницами при совершенствовании своего внутреннего банковского законодательства.
Учет этих тенденций развития международного нормотворчества в сфере регулирования несостоятельности кредитных организаций привел к изменению не только идеи, но и структуры соответствующего российского законодательства, которое стало выстраиваться на предупредительной идее как основополагающей.
Утратил силу автономный Закон о несостоятельности кредитных организаций 1998 г., активизировалось правовое регулирование, подчиненное в первую очередь идее эффективности профилактических (предупредительных) мер, направленных на отдаленность банкротства с ориентиром на возврат к тому положению, в котором нет текущих трудностей, когда финансовая организация имеет хороший капитал, активы, доходность, ликвидность, качество управления, приемлемый процентный риск и низкий риск концентрации с прозрачной структурой собственности.
Начиная с 2014 г. институт банкротства кредитных организаций выстроен по превентивной модели. В российской истории правового регулирования это тот случай, когда международные стандарты, не имея жестко формализованного характера, и по сути представляя собой рекомендации и указания, призванные формировать и развивать финансовые системы отдельных государств68, стали для российского законодателя основанием для того подхода, когда на смену декларируемой обязанности учредителей (участников) кредитной организации обращаться с заявлением в суд о признании банкротом пришла другая обязанность – принимать все необходимые меры к предупреждению банкротства.
Базовое изменение законотворческой идеологии по отношению к ситуациям финансового неблагополучия кредитных организаций, совокупный анализ норм о финансовом оздоровлении кредитных организаций позволяет сформулировать следующий характер цели этой меры. Эта цель носит сохраняющий характер, она направлена на то, чтобы кредитная организация продолжила свою деятельность на рынке финансовых услуг в состоянии финансовой стабильности в соответствии со сложившейся у нее деловой репутацией и достигнутыми стандартами банковско-кредитного обслуживания, ориентируя добросовестную кредитную организацию на реализацию мероприятий, направленных на преодоление возникших трудностей по одному или нескольким показателям.
Цель финансового оздоровления кредитной организация сугубо предупредительная.
Задачи механизма правового регулирования финансового оздоровления кредитной организации. Как обосновано замечено в литературе, финансовое оздоровление – это переходный этап жизненного цикла кредитной организации при возврате ее из состояния спада в состояние финансовой устойчивости (стабилизации и подъема)69. Несмотря на то, что по смыслу законодательства, мера финансового оздоровления, применяемая кредитной организацией – это мера материально-правового характера, на данное обстоятельство в комментаторской литературе обращается неоправданно мало внимания70.
Факт разбалансированности обязательств кредитной организации в отношениях с кредиторами, снижение (уменьшение) нормативов достаточности собственных средств, нормативов текущей ликвидности и наступление иных оснований, предусмотренных в ст. 189.10 Закона о банкротстве – это «угрожающие обстоятельства», но не возникновение ситуации правового конфликта. Достигнутое кредитной организацией отступление от критериев хорошей доходности, ликвидности и качества управления, приемлемого процентного риска, низкого риска концентрации и прозрачности (достаточной прозрачности) структуры собственности, чаще означает что у кредитной организации существуют трудности, требующие неизбежной корректировки корпоративной политики. В этом случае речь идет пока не о конфликтных, а позитивных правовых отношениях, в которых возникли трудности, затрагивающие во многом пока лишь проблему частных финансов.
При реализации мероприятий по финансовому оздоровлению кредитная организация еще не является должником в смысле Закона о банкротстве. В этот период для регулирования отношений с контрагентами применяются общие положения законодательства, регламентирующие нормальный имущественный оборот. Как установлено Инструкцией Банка России от 11.11.2005 № 126-И «О порядке регулирования отношений, связанных с осуществлением мер по предупреждению несостоятельности (банкротства) кредитных организаций», план мер по финансовому оздоровлению, принимаемый кредитной организацией как обязательный пункт преодоления возникших трудностей, должен содержать рекомендации Банка России и совета директоров (наблюдательного совета) кредитной организации относительно форм и сроков реализации мер по финансовому оздоровлению и должен быть ориентирован на обеспечение устранения причин возникновения для осуществления мер по предупреждению банкротства (п. 4.2)71. Не допустить перехода этих позитивных отношений в отношения негативные, конфликтные и есть одна из задач финансового оздоровления, которую можно рассматривать как программу преодоления трудностей.
Аналогичные задачи – не допустить перехода «ослабленных» экономических отношений в сферу конфликта «со стечением кредиторов», а заявить «о стремлении поддержать» кредитную организацию, преследуют также и зарубежные законодательства, имеющие более продолжительный опыт в регулировании предбанкротных отношений и практически избегающие такого названия как «финансовое оздоровление». Эта процедура как самостоятельный институт несостоятельности неизвестна иностранным законодательствам и представляет собой специфику исключительно российского законодательства о несостоятельности72.
Во французском законодательстве стадия, во многом аналогичная финансовому оздоровлению, именуется «предохранительным планом» (ст. L. 626.1 – L. 626.35 Торгового кодекса Франции)73, в Германии «стадией саморегулирования»74, что во многом свидетельствует о склонности законодателя к преобладанию диспозитивного регулирования на данном этапе, задачей которого является включение внутренних механизмов регулирования.
Подобные законодательные подходы свидетельствуют о том, что предупредительный и восстановительный механизмы отдаления банкротства это не одно и то же. Заметим при этом, что и Франция и Германия, как и большинство европейских стран, с определенными дополнениями и особенностями применяют общие нормы правового регулирования несостоятельности по отношению к банкам75.
К числу задач финансового оздоровления следует отнести такую задачу как необходимость стимулирования кредитной организации на аккумулирование ее собственных внутренних резервов для восстановления платежеспособности и бесперебойного удовлетворения имеющихся к ней требований. Ведь процедуры, реализуемые в рамках меры финансового оздоровления, являются по своей сути экономическими. Отсюда совсем не случайно высказанное в доктрине мнение о том, что финансовое оздоровление рассматривается как одна из возможностей самозащиты должника вне зависимости от того, по своей инициативе обратился к этой мере должник или по требованию регулятора76.
Некоторая условность применения термина «финансовое оздоровление» применительно к ситуации самооздоровления позволяет тем не менее, увидеть гражданско-правовой характер мер, реализуемых в порядке этой формы преодоления финансового неблагополучия (финансовая помощь от учредителей, изменение организационной структуры, делегирование части полномочий публичным субъектам, возможность предоставления кредитной организации финансовых ресурсов извне на рыночных условиях, возможность заключения инвестиционных сделок). В решении оперативных задач финансового оздоровления не исключается эффективное использование возможностей и таких гражданско-правовых механизмов как: эффективное перераспределение ресурсов внутри корпорации кредитной организации, поощряющее кредитование клиентов, акты обмена прав требования кредитной организации на иные блага (ценные бумаги, ликвидная недвижимость), проверка поданных исков и др.77. Все эти гражданско-правовые действия инициируются самой кредитной организацией и закладываются в план мероприятий по ее финансовому оздоровлению.
Это дает легальные основания для утверждения о том, что данному этапу предбанкротного процесса должна быть в большей мере свойственна юридическая техника гражданско-правового регулирования. Конечно, речь идет о ситуациях добросовестного поведения кредитной организации как участника гражданского оборота. Оперативные возможности гражданско-правовых средств, которые в обычной деятельности кредитной организации выполняют роль текущих механизмов, вполне могут быть сконцентрированы и для целей решения оперативных задач финансового оздоровления.
Следует отметить, что предыдущие законодательные решения, ориентированные в первую очередь на участие государства в части оказания финансовой помощи, провоцировали разного рода злоупотребления со стороны органов управления кредитной организации, рассчитывающей на финансовую помощь со стороны государства при любых обстоятельствах, и фактически нейтрализовывали ответственность со стороны кредитной организации за неэффективную рисковую политику. В настоящее время Банк России, выполняющий функции регулятора, предполагает развивать рыночные (конкурентные) принципы принятия решений, смещая финансовые затраты на санацию с государства на частных инвесторов и в целом на рынок банковских услуг78, что лишь является дополнительным аргументом в пользу гражданско-правовой природы мероприятий, связанных с финансовым оздоровлением кредитной организации. Ведь вместе с изменением законодательства о несостоятельности кредитных организаций, ушло в прошлое то время, когда «восстановление пошатнувшего финансового положения кредитной организации возможно только в административном, внеконкурсном порядке посредством осуществления своей компетенции Банком России»79, то есть исключительно административными методами. Применительно к процедурам финансового оздоровления кредитной организации утратила свою актуальность и идея о пассивном ее характере80.
Роль частноправовых средств в мероприятиях по финансовому оздоровлению, хоть и не признается в науке и по смыслу действующих норм решающей, но и не отрицается. Как изредка отмечается в литературе, в отличие от иных сфер хозяйственной деятельности, где превалируют частноправовые методы воздействия, обеспечение устойчивости и развития банковской системы достигается в первую очередь посредством ее публично-правового регулирования и только во вторую – при помощи инструментов частноправового, а также саморегулирования81.
Первоначальные попытки обосновать приоритетное значение гражданско-правовых средств на стадии финансового оздоровления были предприняты в литературе еще в тот законодательный период, когда финансовое оздоровление кредитной организации производилось под контролем суда82. В современных исследованиях проблем финансового оздоровления кредитных организаций гражданско-правовой аспект представлен слабо. Диспозитивный характер в регламентации этой предупредительной меры, достигаемый за счет приема правонаделения, практически не отмечается в доктрине. Хотя применительно к кредитным организациям, еще на примере специального законодательства о банкротстве этих субъектов, и не без учета дифференциации природы реализуемых мер, было выделено две группы отношений, касающихся банкротства: отношения, связанные с осуществлением мер по предупреждению банкротства кредитных организаций и отношения, связанные с несостоятельностью (банкротством) кредитных организаций83. К такой дифференциации этих отношений обязывает продолжниковая направленность развития законодательства в части регулирования оснований введения финансового оздоровления кредитных организаций и его мер, ориентированная на предотвращение потенциально разрушительных последствий применения иных несудебных и судебных мер.
Принципы механизма правового регулирования финансового оздоровления кредитной организации. В числе структурных характеристик механизма правового регулирования финансового оздоровления категории цели и задач финансового оздоровления, занимая собственное место, определяют в свою очередь содержание других базовых категорий, характеризующих данный процесс, в частности принципов.
Принципы права – это основные идейные начала целенаправленного правового регулирования, лежащих в основе как отдельных его компонентов, так и всего его механизма в целом, обеспечивающего в своей деятельности необходимый правопорядок84. Известность этих начал и их юридическое прямое и косвенное закрепление позволяют ориентироваться в действующем законодательстве, правильно сочетая его нормы в рамках одного или нескольких смежных законодательных текстах, и объективно видеть полную правовую картину предмета регулирования. Подобный функционал принципов права предопределен признанным фактом того, принципы права выражают «итог» юридической деятельности, а юридические нормы определяют конкретные действия, выполнение которых приводит к результату, «провозглашенному» принципами права85.
Принципам правового регулирования отношений в сфере финансового оздоровления, равно как цели и задачам, в литературе уделяется не столь много внимания. Если рассматривать финансовое оздоровление в его широком значении (судебном и несудебном), то в литературе упоминаются следующие принципы, характеризующие основные идейные начала данной меры: своевременность, быстрота, экономичность и быстрая окупаемость мероприятий, прозрачность их разработки и утверждения, активное участие персонала в проводимых мероприятиях, оптимальное соблюдение интересов различных категорий работников, менеджеров, акционеров, кредиторов86.
В актах Правительства РФ и Банка России можно найти более и другие начала, ориентированные, в том числе и на финансовое оздоровление, несмотря на то что главная их цель состоит в том, чтобы сформулировать принципы реструктуризации банковской системы. В их числе:
– приоритет защиты интересов частных вкладчиков;
– равное отношение ко всем кредиторам, в том числе иностранным;
– открытость процесса реструктуризации обязательств и активов банков перед кредиторами, вкладчиками и органами надзора;
– экономическая ответственность участников банков, выраженная в сокращении принадлежащего им банковского капитала;
– привлечение кредиторов к управлению банками, подлежащими реструктуризации;
– оказание государственной поддержки банкам, которые самостоятельно стараются решить свои проблемы, принимают и реализуют собственные программы финансового оздоровления87.
В целях адекватного вычленения принципов финансового оздоровления как внесудебной меры предупреждения банкротства кредитной организации, необходимо учитывать названные выше цель и задачи финансового оздоровления. Цель данной меры – предупредить, отодвинуть потенциальное банкротство за счет, в первую очередь, самооздоровительных со стороны кредитной организации мероприятий. Этим предопределены и задачи финансового оздоровления кредитной организации. Они состоят в активном использовании, в первую очередь, гражданско-правовых средств восстановления балансов платежеспособности и финансовой устойчивости кредитной организации.
В связи с этим сначала вычленим те принципы финансового оздоровления, которые имеют исключительно гражданско-правовую природу: принцип добросовестности, принцип сотрудничества сторон финансового обязательства, принцип равенства. Вычленение этих принципов предопределено нормами ГК РФ как акта, регулирующего отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников (п. 1. ст. 2 ГК РФ). К числу этой группы принципов надлежит отнести названный в литературе принцип самооздоровления, ориентированный на использование всего доступного арсенала гражданско-правовых средств88.
Обратим внимание на тот факт, что в экономической литературе применение мер финансового оздоровления небезосновательно рассматривают как часть системы обеспечения экономической безопасности хозяйствующего субъекта. При этом в качестве принципов организации и функционирования такой системы авторы называют: приоритет предупредительных мер; законность; комплексное использование сил и средств; координация и взаимодействие внутри и вне предприятия; сочетание гласности с конспирацией; компетентность; экономическая целесообразность; плановая основа деятельности; системность89.
Pulsuz fraqment bitdi.