– Я… я не хочу умирать! – Новобранец медленно отошел от Данзана и откинул своё копье на землю. И не он один.
Почти все рекруты стали разоружаться, бросали щиты. Они не хотели заканчивать свой путь здесь, на юге Раталаса – в пасти Истязателей.
В отряде произошёл раскол, и командир его не предугадал.
– Мы не просто так ведь пережидали Равновесие… Зачем же идти прямо к ним?..
– Да!.. Зачем? Раз уж они идут в нашу сторону, давайте подождём в деревне! А если нет, тогда пусть с этим разбираются инквизиторы. Это ж твари страшные, наверняка посланники Вражды. Это, должно быть, по их части!
– Завалили хлебала, сопляки!!! – Брунхильда закричала, что есть мочи.
Удерживая свой молот, девушка была готова ломать черепа всем и каждому, но крепкий хват Данзана за плечо останавливал её от необдуманных действий.
Всё случилось ранним утром. Во время подготовки к отъезду и обсуждения плана действий, Данзан обмолвился о возможной опасности на дороге. Истязатели по какой-то причине приближались к деревне. Об этом говорили очевидцы, заметившие следы пребывания странных человекоподобных существ на местах близ поселений. Лишь тот факт, что эта банда иногда замедлялась, позволило информации дойти до нынешнего местонахождения отряда.
– А мы с ними согласны. – Близнецы вышли вперёд.
Рой и Тесса пусть и не бросили свои клинки на землю, но, скрестив руки, казались непреклонными. Ситуация накалялась.
Впрочем, далеко не все поддерживали упаднические настроения. Троица братьев, что находились в стороне – это рекруты, которых заставили исторгнуть из себя весь алкоголь. Новички стояли особняком, будто чего-то ждали.
«Возможно, они и спровоцировали остальных».
Внутри Данзана вспыхнула пока ещё контролируемая ярость.
– Подождите. – Эха, закончивший работу над оберегами, встал неподалеку от конфликтующих. – Да видит Единство, что поддаётесь вы всеобщему раздору. Злиться будем друг на друга мы, и это приведет совместному несчастью. Предлагаю разобраться.
– А чего тут разбираться? Сначала Равновесие, потом идём на неведомых духов. Да наш командир хочет извести всех и каждого! – ответил боевому священнику рекрут.
Данзан знал его. Этот парнишка был один из самых умных, подавал хорошие надежды. Но сейчас развитое мышление мальца вышло боком.
– А теперь слушайте меня.
Внутри командира наёмников зрели самые разные мысли. Убить или искалечить несколько новобранцев в назидание за неподчинение – милое дело. Но что-то ему сейчас подсказывало – это не поможет. Меньше людей – меньше шансов. А если он будет и так сокращать количество воинов, то могут возникнуть серьёзные проблемы. К тому же не хотелось бы умереть в битве от удара копья союзника в спину.
«Мой авторитет уже пошатнулся. А я думал главной проблемой будут сами Истязатели».
– Начнём с того, что избежать Равновесие в поле было необходимо.
Кто-то попытался прервать Данзана вопросом, тем не менее суровый взгляд командира и усилившийся тон, заставили рекрута замолчать.
– Благодаря этому мы ускорились. Не рискнув, нас бы, скорее всего, настигли во время похода к деревне. Неподготовленных, ночью в лагере – не выжил бы никто. Поэтому считайте, что это действие спасло ваши никчёмные жизни.
– Данзан, зачем тогда нам губить наши жизни сейчас? Вы же с Брунхильдой сами говорили, что они прорвут нас. – Рой вышел вперёд. Тон его был пусть и холодным, однако в нём не чувствовалось давления. Юноша действительно сомневался.
– Потому что благодаря стремительности мы в выгодной позиции и можем атаковать. К сражению готов весь отряд.
Южанин глубоко набрал воздух в легкие и выдал громогласную речь:
– Запомните! Вы вступили в нашу братию, поклявшись идти в бой с гордостью, не перечить своему командиру, доверять во всём боевым товарищам, что едят с вами из общего котла! Я не назову вас слабаками, бестолочи. И даже не покараю ни одного, хотя любой на моём месте повесил бы парочку самых громких смутьянов на кол в назидание – вот, что обычно происходит в таких отрядах, как наш. Но нет. Хотел бы перебить – не жалел бы братьев, ни опыта своего не дал на укрытия полевые. Послушайте меня. Каждый из вас знает, что в прошлом я был солдатом крепости неподалеку. Конец и Начало – та самая, о которой вы иногда шепчетесь. Почему я тогда ушёл со службы, как думаете?
– Э-э-э…
Новобранцы замолкли.
Тесса и Рой переглянулись, но их напряжённое выражение лица сгладилось. Они понимали, к чему мужик ведёт.
– Наверное… выслуга лет? Опыт?.. Ну или…
– Нет. Я свалил из этой крепости, только пятки мои сверкали, потому что в отличие от вас, сопляков, которые боятся неведомых лесных духов и чьи деяния объясняются простым бандитским разбоем, я был в пяти метрах от монстра! И выжил, Вражда тебя подери! Я познал такой ужас, который каждая ваша головёшка не сможет даже представить. И я тут. Говорю с вами. Говорю о том, что знаю лично. Я говорю о том, что Истязатели – сраная труппа вшивых маньяков, которые возомнили себя посланниками Вражды. Они пытаются казаться волками, но сами…
– Подождите!.. Ведь были же новости, что они смогли настигнуть большой отряд хорошо вооруженных людей!
– Были. Лгать не стану. Однако что вы знаете об этих хорошо вооружённых людях? Были ли они готовы к встрече с этими шакалами? Знали ли они об опасности? Был ли у них козырь? – Рукой Данзан указал на сундучок, который висел у Брунхильды на спине, как сумка. – Не было!
Сердце Данзана билось бешено, в нос вновь проникал мерзкий запах сырой плоти. Но говорил мужчина уверенно, твёрдо.
Среди рекрутов послышался шёпот сомнений.
– Я, как старший из братьев…
Один из тройки вышел вперёд. Взгляды всех направились на него, и Данзан не был исключением. Брунхильда напряглась. Эха заметил это и схватил рукой её молот.
– …Подтверждаю слова нашего командира.
Шёпот прекратился. Все замолкли.
– Я подтверждаю их! Там, в поле, я должен был сдохнуть, но выжил! А потом меня и братьев ещё тащили за собой, пока силы к нам не вернулись. Я не видел тех духов, зато видел, что наш командир – воин достойный.
– Не знаю, как вы, ребята. Но мы с братьями пойдём за ним в пекло.
Второй, средний сын, стоя посередине, обнял старшего и младшего. На его лице была уверенная улыбка.
Внутри Данзана что-то ёкнуло. Он почувствовал укол вины, однако продолжил.
– Гарантировать выживание всех не могу, но сделаю всё возможное! Ещё раз: мы идём туда не умирать, а спасать посла и прикончить бандитов, которые разоряют поселения и люд режут. За это, кстати, мы получим неплохие деньги. Так что жалованье этого полугодия будет повышено на треть. Ну как, вы со мной? – Сжав кулак до хруста, мужчина вскинул его вверх. – Кто пойдёт со мной резать ублюдков?
На лице командира появилась задорная ухмылка. Пусть и не без сомнений, но новички начали поднимать оружие и щиты. Все, кроме одного. Того самого умного, но трусливого парнишки. Данзан наблюдал, как тот отходит назад, начинает осторожно отступать в деревню.
«Жаль. Его право».
Взгляд командира наёмников упал в сторону Брунхильды. Она уловила взор и кивнула в ответ. Если этот оболдуй останется в деревне, то как только отряд вернётся – он может попрощаться со своим снаряжением. Уйдёшь, как трус – покинешь братьев без оружия.
По приказу командира все оделись в балахоны, схожие с теми, которыми пользовались странствующие торговцы. Мужчины запрягли повозку с едой и скрыли её плотной тканью. С виду наёмники слабо напоминали воинов, но если приглядеться, то такая маскировка была ненадёжной. В путь собирались отправится не все: Тунумна, Жигаг и Яков остались вместе с одним рекрутом, задачей которого являлось сторожить вещи лагеря.
Когда приготовления завершились, а светило на небе взошло окончательно, «Покорители Ржавых Хронцев» отправились навстречу неизвестности.
Деревня уже давно скрылась за горизонтом, но рекруты всё ещё продолжали оглядываться назад. Они будто надеялись вернуться в безопасное место. Нервничали все, не только новички: Эха молчал всю дорогу, несмотря на привычный ему задорный нрав. Близнецы держались к друг другу на расстоянии вытянутой ладони, и лишь Брунхильда была спокойна.
«Брунхи… Надеюсь, ты не сделаешь глупостей», – подумал Данзан, и ладонь его легла в карман балахона.
Брунхильда старалась идти впереди него. Специально для командира, дабы в случае чего тот мог открыть сундук, висящий у неё на спине. Но мужчина слукавил во время разговора. В его кармане была вещь, едва ли не более полезная в битве, чем сокровище в сундуке. Пусть и для этого придется пожертвовать целой неделей.
Поодаль и рядом с дорогой всё чаще встречались большие холмы. По форме они напоминали волны бурной реки, застывшие во времени. Южная лесостепная зона Раталаса представлялась весьма ухабистой.
– Приготовьтесь, – прервал тишину Эха.
У священника имелось хорошее чутьё, когда дело касалось выслеживания бандитов. Сейчас его голос был резок и жесток, словно нож. Мужчина не зря имел все шансы попасть в Синие Плащи Инквизиции.
Дорога постепенно сужалась, напоминала путь в один конец. Неровностей в земле становилось всё больше. Отличное место для засады.
– Звуки животных исчезли… Мы, наверное, близко. – Рой сглотнул.
Его рука легла на бедро, где за балахоном скрывались ножны меча.
В глаза Данзану попалось покорёженное дерево. Одинокое, стоящее на холме вдали отсюда. Оно было разломано ровно посередине. Когда отряд сюда ехал впервые, ничего подобного они не замечали.
– Вот дерьмо.
Командир отряда нахмурился. Стоило им подняться выше по дороге, как во взгляд наёмников попала ужасная картина.
Истерзанное тела человека и лошади лежало прямо по пути. Конечности их были отделены от туловища, повсюду кровь. Тот, кто сделал это, обладал извращённым умом. Простые бандиты никогда бы такого не сделали. Возничий остановил повозку.
«Мерзость».
– Как быстро твари добрались… Судя по докладам, Истязатели обычно идут медленнее. – В голосе командира наёмников послышалась досада.
– Надеюсь, тот человек не посол… Будет неловко. – Тесса дрогнула, но быстро взяла себя в руки.
«Пора».
Медленным движением руки Данзан вытащил из карманов небольшой пузырёк, заткнутый плотной пеньковой пробкой. Внутри плескалась жидкость болотного цвета. Одного её вида было достаточно, чтобы заставить командира скривиться. Это был подарок ведьмы, с которой они когда-то вели дела. У южанина осталось только два таких флакона, и этот случай как раз подходил для одного из них.
– Я тебе говорил не брать эту штуку.
Эха, вовремя заметивший действия южанина, крепко схватил его за запястье.
– Враг сильнее, чем простые головорезы. И ты сам это чуешь. – Не прилагая больших усилий, мужчина вырвал руку из ладоней лучшего друга. – Это нужно. Не мешай.
Данзан откупорил пробку и залпом влил зелье прямо себе в глотку.
«Лучше, чем в прошлый раз».
Мужчина зажмурился, чувствуя, как обжигающая жидкость проскальзывает по его горлу, и даже в желудке ощущается неприятная тяжесть. Зрачки Данзана расширились, он стал слышать своё сердце, а неприятный запах сырого мяса, вызванный волнением, пропал. Это зелье усиляет реакцию человека. Но взамен чрезвычайно истощает организм. У них на всё про всё час.
– Вперёд! – Командир кивнул возничему двигаться дальше.
Отряд стал приближаться к истерзанному телу. Данзан и Эха уже прекрасно понимали, почему мертвеца положили именно тут.
«Выпрыгнут из-за холмов. Пока мы в шоке, подойдут сзади. Окружат. Жаль их разочаровывать, но именно это нам и нужно», – подумал южанин, однако тут же его усиленный слух уловил движение по бокам. Пора действовать.
– Всем окружить повозку. Щит впереди, чуть к верху, копьё для прикрытия. Сзади может быть опасность. Брунхи! – послышался быстрый, чёткий и уверенный голос человека, прошедшего не через один бой.
– Есть!
Боевая подруга Данзана тут же ослабила ремни, держащие сундук. Тот едва не упал, но мужчина поймал его за мгновение и раскрыл. То, что было внутри, убрал обратно в карман.
Все были наготове. Никто не проронил ни слова, с особой внимательностью рекруты вслушивались в слова командира и смотрели по сторонам.
И тут началось.
Тёмные размытые фигуры людей взмыли на холм с обеих сторон. Они вскинули руки и бросили в отряд короткие копья, камни, ножи – всё, что у них было. Но ни один из снарядов не попал в цель. Вовремя выставленный под правильным углом щит сводил на нет эффект неожиданности и защитил наёмников.
«Мы слышим и чуем его глас забвенья.
Отец дарует нам дар, врагам – Преткновенье.
Серпы наши режут, и рубят, кромсают,
И жизнь из людей, как смола, вытекает»
В округе послышался волчий вой. Странные голоса и пение, доносящиеся хором от каждой из фигур, завораживали и пугали одновременно. Подобно теням, существа стали носиться вокруг. Плавно поднимались по холмам, спускались на дорогу, окружали отряд со всех сторон. Двигались они размыто. Но не для Данзана.
«Твари пытаются сбить с толку. Голос и пение отвлекают. Будут выцеливать по одному».
Глаза наёмника метались по всему полю битвы. Рекруты дрожали, а кончики их копий дёргались, как будто качаемые ветром.
«Поймите, все мы лишь иллюзия жизни.
Никто не способен…»
– Хлебала завалите! Ваши стихи – дерьмо! – Данзан заорал во всё горло, на лице его была ухмылка.
Истязатели – всего лишь простые существа. Неважно, люди или чудовища – они действуют по ритму. По всему телу наёмника прошлась волна облегчения. Этот бой будет не так сложен, как он себе представлял.
– Трой, боком, копьё вперёд, щит к телу! Все рядом с ним – прикрывать! Брунхи, выход!
Еле заметного изменения в их хороводе хватило, чтобы понять: они будут нападать, подобно шакалам. Существо неподалёку от одного из рекрутов сначала замедлилось, но через секунду тут же рвануло к парнишке на полной скорости.
– А!..
Юнец сделал, как сказал командир. А товарищи по бокам от него выставили копья в сторону мчащейся фигуры. Увидев, что манёвр не удался, Истязатель замедлился, стушевался, а Брунхильда, того и ждавшая, рывком вышла впереди рекрутов и размозжила ему череп двуручным молотом. Все вернулись обратно в строй.
«Не удалось одному – попробуют несколькими?.. С противоположной и сзади?»
– Всем приготовиться! Когда ублюдки замедляются – они готовятся к атаке! Брунхи – тыл, Эха – перед, Тесса – левый фланг, Рой – правый!
В следующий миг уже трое Истязателей рванули. Данзан уловил важное: они орудовали особыми серпами, а в другой руке у них было копьё. Оттянуть щит и ударить в живот – видимо, такой тактики придерживались эти безумцы. Малоэффективно в настоящем строевом бою, но хорошо подойдёт против врага, что не ожидал нападения.
И всё же рекруты хорошо отбивались. Действуя по трое, они пусть и с трудом, получая нестрашные травмы, но срывали атаки Истязателей. Те не спешили атаковать всей группой, постоянно менялись, пытались не дать отряду перевести дыхание. Их нечеловеческая живучесть позволяла спокойно выдержать несколько уколов копья. Лишь благодаря отличной обороне и прекрасной координации рекрутам удавалось отделаться несмертельными ранами. У кого-то успели выбить оружие, у другого повредили щит. Но даже так что-то внутри Данзана сжималось от подозрения.
«А где их командир?»
Вояка почувствовал укол тревоги и тут же стал наблюдать за холмами, ища скрытую от глаз тварь. И он нашёл. Подонок лежал за ухабом, вдали. Держал вещь, похожую на… трубку?
«Вот Вражда тебя!..»
Ещё бы секунда, и дротик, который был направлен на южанина, прошил бы ему горло – не помог бы и кольчужный воротник с подбивкой, который был спрятан под капюшоном. Длинный тонкий острый дротик попал прямо по повозке, вогнался в толстую древесину. Если бы не рефлексы и понимание, откуда будет лететь снаряд, мужчина был бы не жилец.
– Эй ты! Тот, за холмом! Важный такой! Выходи, иначе мы всех твоих перебьём! – Горло командира стало драть от боли, но он терпел и кричал. Сейчас самое важное, чтобы главарь Истязателей приблизился.
– Интересен тот, кто не знает цену смерти. Посмотрите вверх – увидите его лицо.
Неизвестная фигура действительно встала и вышла из-за холма. В голосе существа почувствовались искорки интереса. Хоровод Истязателей тут же прекратился. Твари остановились и теперь их было проще рассмотреть. Головы неизвестных были скрыты чучелами животных, волков.
«Понятно теперь, откуда пошли слухи о духах леса».
– Мне плевать на всю вашу философскую бессмыслицу. Она для меня, будто паста из буравняка. На кой черт вы людей режете? Вражды культисты?
Данзан тянул время. Рука его плотно обхватывала кристалл в кармане. Он чувствовал, что энергия медленно слушается и подчиняется его поглаживаниям.
– Какие вы глупцы. Вражда, Единство – это всё пустое. Мы служим истине. Тому, что скрыто за всем миром.
Медленно главарь Истязателей подошёл к своим. Он вёл себя, словно всё под контролем. И правда: ему ничего не помешает быстро продолжить бой, уйти за холм и начать обстрел. Как и у остальных, голова его была скрыта волчьей шкурой, но что-то при взгляде на неё заставляло сердце командира сжаться.
– Ух-х-х… Значит, ты знаешь больше, чем мы все? Убиваешь, значит, из-за глупости людской, да? Отлично! Мы с ребятами как раз хотели присоединиться к кому-то такому же! – В голосе мужчины промелькнула еле заметная усмешка. Отряд молчал, хотя, видя взгляды некоторых рекрутов, было ясно: они в полном непонимании.
– Ты хочешь истину узнать? Увидеть лик его на небе? – Главарь Истязателей протянул последнюю фразу удивлённо, как будто не ожидал такого ответа.
– Именно. Знаешь, жизнь наёмничья без смысла, она такая. Пустая, глупая. Хочу узнать больше! Давай, поведай. Всем нам. Но только ближе подойти не забудь, а то мои ребята боятся. – С силой Данзан ударил свободным кулаком по груди.
Наступила длительная пауза.
– Хорошо. Нам нужны новые слуги. Все, кто нас заинтересовал, не умрут. И мы сделаем всё, что бы вы приняли его веяние. – Главарь рассмеялся во весь голос. Окружение медленно стало стискиваться, сужаться.
«Ну вот вы и попались, древоломы».
– Как отрабатывали! Металки, цель – небо!
Неважно, поверил ли атаман Истязателей Данзану или просто хотел воспользоваться такой прекрасной возможностью сблизиться: уловка командира сработала, и сейчас начнётся настоящая битва. Рекруты бросили копья и похватали металки, сделали это и остальные члены отряда. Южанин вытащил серебристый кристалл, пульсирующий и обхватывающий еле различимыми воздушными нитями его руку. Вскинул ту, и округу озарило сияние.
Кристалл воздуха. Очень редкая вещица, содержащая в себе концентрированную магическую силу соответствующей полярности. Не просто редкая, но и безумно дорогая. Купить такую, особенно среднего размера, почти невозможно. Командир её и не приобрёл – забрал когда-то как трофей у чудотворца-преступника. С самовосстанавливающейся энергией, она могла бы стать крайне полезной. Тем не менее тот волшебник настроил кристалл весьма своеобразно, и из-за ограниченного радиуса и специфики использования южанин почти никогда не применял его в бою. К тому же любое повреждение кристалла могло вызвать огромный взрыв, и в его эпицентре не выжил бы никто.
– Начнём пляски!
После слов Данзана всё вокруг стало покрываться туманом, но в следующие же секунды управляемый мощный ураган стал кружиться вокруг повозки. Истязателей подхватило, как кукол, бросило вверх. Отряд тут же побросал в них копья. Окружение «Покорителей Ржавых Хронцев» только навредило Истязателям.
– Всем отступить. Упадут на повозку – берём в окружение.
Вновь раздались приказы, и они тут же приводились в исполнение. Врагов осталось около тринадцати – на шесть меньше, чем людей в отряде. Прежде, чем энергия в кристалле иссякнет, мужчина вытащил из повозки торчащую рукоять меча – его любимый двуручный волнистый клинок, имя которому Реви.
– Старые братки – хватайте по четыре рекрута и выцеливайте врагов по одиночке. Я займусь их главарём!
Сразу после слов Данзана, ураган закончился, сила в кристалле иссякла. Теперь его можно будет использовать только через несколько месяцев.
Все похватали своё оружие, старожилы стали раздавать подчинённым приказы. Данзан тоже схватил клинок, и Истязателям не дали и шанса опомниться. Повозка разломалась и продавилась. Впрочем, долго эти чудовища медлить не стали. Тут же резко выпрыгнули, пытаясь убить хоть кого-то. Как израненные звери, они бросались, прыгая на врагов и пытаясь оторвать им головы голыми руками.
Когда атаман бандитов решил уже было оценить обстановку, на его пути встал командир.
– Нет, дружок. Ты мой.
Пока на фоне слышались звуки битвы, звона клинков, хрипы умирающих, южанин сосредоточился на своём противнике. Действие зелья ещё не прошло, но и атаман двигался не как обычный человек. Они были сейчас наравне.
– Ну-ка, давай сюда! – Схватив фламберг крепко в две руки, командир сделал рывок вперёд.
Тварь хотела ускакать, но холмы вокруг не позволяли Истязателю просто так скрыться. Противнику пришлось принять вызов. Клинок в руках Данзана был лёгким, весил не более трёх с половиной килограмм, благодаря чему мужчина мог управляться им виртуозно. Короткие выпады, перетекающие друг в друга, рукоять меча всегда закрывала грудь мужчины. Нисходящий выпад Данзана с левого плеча перетёк в восходящий с правого, и тут же за ним последовала защитная стойка. Его противник мчался, с легкостью парировал удары серпом благодаря нечеловеческой силе, пытался колоть и сближаться, сокращать дистанцию, дабы поразить Данзана точным выпадом. Лишь реакция помогала наёмнику держаться.
Атаман молчал. Что бы ни происходило, он не издавал ни звука. Даже когда тяжелый клинок впивался в его серп и высекал искры, бандит не дышал. Казалось, будто этой твари не нужен воздух.
– Катись к Вражде, ублюдок!
Понимая, что одной противника не победить, мужчина решил воспользоваться хитростью. Вряд ли этот бандит смыслил в фехтовании.
Притворившись, словно следом пойдет прямой укол сверху, Данзан нарушил ритм боя, отпрыгнул назад и тут же рванул, крепко ухватив меч и стараясь протаранить врага.
Меч разорвал бок Истязателя, но, извиваясь, тварь будто вытекла из-под холодного металла. Даже получив рану, атаман ударил Данзана в ответ.
«Как?.. – В мыслях командира вспыхнуло удивление. – С такой скоростью проследил и нарушил ритм боя?»
Соперники были друг напротив друга. Наёмник повернулся боком, скрывая кровоточащую рану из вида. Истязатель не стал закрывать травму. Фиолетовая мерзкая жидкость вытекала из его бока.
«Точно чудовище. Но я справлюсь. Смогу. Он быстрый, но у меня лучше реакция. Притворюсь, что целюсь в рану, сам ударю сверху».
Мысли командира текли молниеносно, и в то же мгновение мужчина рванул, пытаясь сделать нисходящий выпад с правого плеча в место, где у твари была рана. И вновь прервав его на половине, увёл меч влево, поменял руки местами и уколол в правый бок.
– Х-х-х… – даже тяжело раненая, тварь не кричала, не стонала от боли, а спокойно вздыхала.
Истязатель сделал странное: выкинул серп и копьё, оставшись с голыми руками.
«Всё решит последний удар».
Даже чувствуя, что что-то не так, командир не дрогнул.
Данзан опустил кончик клинка в сторону земли, выставил правую ногу вперёд, а левую назад, ступнёй вбок. Нужно было заканчивать этот бой. Атаман загнан в угол, как крыса. Сейчас он будет биться до конца, и это чревато ответной раной, но командир не медлил. Даже если ему вспорят бочину, он убьёт ублюдка. Никто больше не побеспокоит простой люд.
На секунду командиру показалось, что чучело волка на голове Истязателя обрело звериный оскал. Атаман рванул вперёд, а Данзан вскинул клинок вверх, встал в боевую стойку, планируя атаковать нисходящим скользким выпадом.
«Будь что будет», – подумал мужчина и резко опустил меч вниз, пытаясь разрубить врага.
Но тут Истязатель поймал клинок голыми руками. Ладони его кровоточили, но тварь держала меч, несмотря ни на что. Данзан стал прикладывать все свои силы, чтобы разрубить чудовище напополам. Противник же, не мешкая, тоже давил на клинок что есть мочи. Сейчас они находились на равных, а остриё фламберга опасливо кренилось в сторону наёмника.
«Последний рывок».
Сжав челюсть и напрягши мышцы, командир закричал и стал давить вдвое сильнее. Он чувствовал, как всё тело испытывало бешеную перегрузку, а внутренности готовились разорваться от давления.
Однако Данзан сумел пересилить противника. Острое лезвие разорвало плоть на руках чудовища и прошло вперёд, разрубая тварь и заставляя ту упасть. На этот раз окончательно.
Бой окончен.
– Ты что творишь? Почему полез на эту тварь в одиночку?!
Эха рванул к Данзану, чуть ли не сбивая того с ног. Наёмник ощущал, как силы покидают его и он еле держится на ногах. Ещё с десяток минут, и мужчина потеряет сознание. Зелье высосало из него все силы.
– Успокойся. Всё прошло успешно, – ответил другу Данзан сухим и безэмоциональным тоном.
– Если бы ты сдох, то нам было бы плевать что там прошло, а что нет!
Священник схватил товарища за грудки и стал трясти.
Командиру пришлось какое-то время успокаивать своего боевого брата. К Данзану далеко не сразу пришло осознание, как сильно он рисковал. Впрочем, с Истязателями покончено.
Раненых очень много, убитых нет, а один парень едва не потерял руку – впрочем, культю придётся ампутировать так или иначе.
«Бедняга малец. Не струсил, пошёл и бился, как настоящий мужик. Уважение моё ты заслужил точно. Ну ничего. Награжу платой, снаряжение оставим, а на копьё твоё, мальчонка, повесим три синих отметки. Думаю, спокойно проживёшь остаток дней в деревне или городе», – думал мужчина, пока вместе с остальными укладывал забинтованного в искорёженную повозку.
«Лошади живы – и это главное».
– Данз!
Брунхильда подбежала к командиру, запыхавшись. На её щеке виднелся продолговатый глубокий порез. Судя по всему, ей очень повезло не потерять глаз.
– Всех проверили – они точно уже не встанут. Но тут такое дело: маски снять не удалось с Истязателей.
– Что это значит? – Южанин нахмурился.
– Они будто приросли к их лицам. Чудовища сраные.
– А. Понятно. Тогда не пытайтесь их сорвать. Срезай сама знаешь что и в мешки бросай да в повозку. Будет доказательством и прикрытием нас на будущее.
– Принято! И да, – на секунду Брунхильда замялась, – пока мы сражались, один из бандюганов всё говорил, будто от меня пахнет странно. Сказали, что тушка моя воняет глубиной и мраком. Жуть.
– И не говори. Не забивай голову, они безумцы. И чудовища. Один Единство знает, что у них было в голове.
– Ясное дело.
Итак, история местной банды Истязателей, что кошмарила народ, караваны и странников, теперь закончилась. В ней можно поставить жирную точку.
Pulsuz fraqment bitdi.