– Пусть огонь тот лёд расплавит, Ссоре выход предоставит – сказала Аврора.
Дружная команда восковых человечков, рискуя своей жизнью, отправилась к яме, в которую недавно был сброшен провинившийся снеговик. Самый большой из них без раздумий отправился вниз, чтобы от пылающего там огня разжечь свой фитиль, от которого затем смогли разжечь свои фитильки другие восковые человечки.
Все вместе они расположились возле решётки, за которой в своём мыльном пузыре находилась Ссора. Она к тому моменту уже успела согреться и прийти в себя. Спустя минуту, лёд начал таять, и превращаясь в воду, капать на пол. Когда лёд растаял настолько, что Ссора смогла выбраться, восковые человечки в спешке потушили свои огоньки, чтобы самим не погибнуть.
– Вот спасибо вам друзья, что теперь свободна я! – поблагодарила всех Ссора.
– Благодарности потом! А сейчас в свой нужно дом нам скорее отправляться, чтобы с ведьмой не встречаться – сказал старший из восковых человечков, назвав королеву льда ведьмой, поскольку был зол на неё за её вмешательство в жизнь деревни мыльных пузырей.
– Вы пока вот тут летайте – обратилась Аврора к снеговикам, продолжавшим барахтаться в мыльных пузырях – Королеве передайте, чтоб она жить не мешала и войну не разжигала, ведь отпор дадим немалый!
Ссора поспешила обнять своих сестёр, после чего все восковые человечки поспешили покинуть замок королевы Ненависти, пока её не было там. По возвращении домой, они созвали совет для решения вопросов дополнительного укрепления своей территории и защиты её от чужаков и проработки мер безопасности для всех жителей деревни мыльных пузырей, в которой все летают.
Источник молодости так и остался не тронутым злыми силами.
Это лишь одна из множества интересных историй о волшебной стране, именуемой Лювенастания. А вот о чём я вам поведаю в следующий раз, вы можете решить сами уже сегодня путём голосования.
Низко кланяюсь Вашему вниманию и послушанию перед родителями. А теперь пора спать. До встречи, дорогие друзья! Приятных сновидений!
P.S. Из дневника правителя ночи, Сна: «Будьте добрыми, но справедливыми, умными, но мудрыми».
Колыбельная
Улеглась листва спокойно
На земле холодной спать.
Снег на стебель стройный
Лёг в свою кровать.
Спит луна и гаснут звёзды,
Чтобы ярче стать.
Гром и тучи, ветер грозный —
Все ложатся спать.
Шум и гул остановились,
Чтобы не спугнуть
Сладкий, лёгкий сон и чистый.
Завтра снова в путь…
На сегодня хватит действий.
Нужно отдыхать.
Отправляйся в колыбельку
Поскорее спать.
Стать добрей, бодрей и лучше
Пусть поможет сон.
Над тобой разгонит тучи
Этой ночью он.
Ангел сказку в нём расскажет,
Отгоняя мысли прочь.
Будет он всегда на страже,
Рядом день и ночь.
Закрывая глазки робко,
Сладостно зевай
Сон печаль твою растопит.
Засыпай.
Пряничный домик представляет собой самый что ни наесть настоящий завод по производству сладостей с множеством печей, который был построен специально для того, чтобы его хозяйка, добрейшей души бабушка Мария Егоровна, древняя волшебница, могла воплощать свои добрые мечты в жизнь.
Мария Егоровна живёт в кексовом домике более восьмисот лет, имеет огромный сад с карамельными деревьями, отростками которых она делится со своими друзьями, в числе которых и дедушка Руна, живущий на станции «Тихий уголок». Он отправляет поезд со сладостями в мир людей. Но так было не всегда. До этого произошло одно событие, о котором вы сейчас и узнаете.
Древняя волшебница Мария Егоровна жила с недавних пор вместе со своей младшей сестрой, тётушкой Розой в кексовом домике, расположенном на берегу реки Мудрости, на холме, именуемом пупом великана, под которым разместился завод по производству сладостей. Их домик красовался в одиночестве, окружённый садом чудорослей с сиропными и шоколадными фонтанами, в числе которых были и упомянутые выше карамельные деревья, которые добрая волшебница использовала в производстве сладостей. Его было видно издалека. Это был настоящий кекс огромных размеров с изюмом внутри, сверху политый глазурью. Дом у неё был съедобный и почти всё, что в нём есть – сладость на сладости. Окна в дом и их ставни были выполнены из румяного запечённого теста для пирогов. И если так случится, что кто-то проголодается и отломит частичку от дома, то спустя несколько минут он снова становился как прежде, нетронутым.
На её пышном теле красовался салатового цвета сарафан сверху белой рубашки с длинными пышными рукавами, на голове удобно расположился жёлтый колпак с оранжевой кисточкой на конце, свисавший почти до самого пола. Поверх сарафана её пышную фигуру обнимал голубого цвета фартук, на котором постоянно из стороны в сторону гуляли белые чистые облака. Временами на облаках появлялись видеоролики производства той или иной сладости, которую ещё никто никогда не пробовал. От неё всегда пахло ванилью. Она была активной старушкой, не дающей себе покоя и вдохновляющая собой на добрые поступки других. Она никого не посвящала в процесс приготовления сладостей и хранила в подвале своего кексового домика рецепты по их производству, изредка пополняя свой архив записями об очередном кулинарном шедевре. Запах свежей выпечки разносился ветром на дальние расстояния и привлекал собой к пряничному домику эльфов, хрустальных бабочек, маленьких птичек, которые стаями резвились над садом чудорослей и временами клевали сладкие плоды карамельных деревьев.
Тётушка Роза была полной противоположностью своей старшей сестры. Она – вспыльчивая сухощавая тётушка в длинном сиреневом сарафане и платком на голове, всюду сующая свой нос. Ей не были знакомы правила приличья. Тётушка Роза почти всегда была чем-то недовольна. Никто никогда ещё не видел, чтобы она улыбалась или была бы рада чему-либо. При ней всегда нужно было быть осторожным в беседе или в действиях, поскольку, как только она заметит что-то, что ей не нравится, способное чем-то её обидеть, она сразу повышала свой голос и взрывалась от брани. «Малоприятная особа» – говорили о ней жители Лювенастании. Её дом, такой же старый, как и она сама, стал непригоден для жизни и она, по предложению своей доброй сестрицы, переехала жить из леса к ней.
Мария Егоровна с сознательного возраста занималась изготовлением различных сладостей и созданием рецептов по их производству. Весь её вид говорил о том, что она добрая старушка. Улыбка никогда не сходила с её уст, даже тогда, когда ей было грустно или её младшая сестра начинала ни с того, ни с сего ворчать на неё:
– Вот, Мария, и не живётся же тебе спокойно! Незнамо куда деваться от твоих сладостей и этих непутёвых громил, которых ты подкармливаешь.
На что добрая волшебница отвечала:
– Полно тебе, сестрица, сердиться. Всем хорошо и мне хорошо от этого. Пусть радуются. А я порадуюсь от того, что все радуются.
Так случилось, что ни у Марии Егоровны, ни у тётушки Розы, как звали её все в Лювенастании, не имелось детей. Хотя Мария Егоровна, в отличие от своей сестры, очень любила детей и всегда хотела их чем-то порадовать и побаловать вкусной выпечкой или сладостями.
Кексовый домик находился на границе владений великанов, злой и тёмной части Лювенастании и доброй части волшебной страны, которой правили три мудрых сестры Любовь, Вера и Надежда. Великаны время от времени проникали в добрую часть, похищали жителей Лювенастании и ели их. Однажды великаны, настолько голодные, что их руки и ноги тряслись и они были слабы физически от этого, вышли на охоту. Но сил им хватило добраться только до дома волшебницы Марии Егоровны, которая беспрестанно то пекла, то варила сладости и сиропы. Они рухнули в обмороке головами к порогу кексового домика. Мария Егоровна в это время выходила из своего домика с подносом только что испечённых пряников и печений, чтобы оставить их на крылечке и дать им немного остыть на свежем воздухе. Она не ожидала гостей, тем более таких кровожадных и на несколько мгновений замерла на месте от увиденного события. Она не испугалась, поскольку за свою долгую жизнь видела много всякого. Она пристально вглядывалась в лица этих огромных хищников, едва подающих признаки жизни и постоянно приговаривала:
– Ай, ай, ай. Что же делать? Как же быть? Ой, ой, ой. Вот оказия какая, вот нелепость!
Она понимала, что ни она одна, ни совместно с сестрой не смогла бы сдвинуть с места этих грязных неухоженных великанов. К тому же тётушка Роза разразилась бы бранью и с негодованием отказалась бы от затеи. Тогда волшебница Мария Егоровна, прервав своё производство, начала думать, что же ей делать и как поступить. Спустя ночь, после появления незваных гостей, она решила, что очень плохо настроена по отношению к ним. Она время от времени выходила в палисадник и, облокотившись на забор, построенного из шоколадного штакетника, внимательно рассматривала чудищ, как называли великанов в Лювенастании. И чем дольше она на них смотрела, тем мягче по отношению к ним становилось её сердце, пока она совсем не разжалобилась и не начала грустить по их печальной кончине.
Правительницы Лювенастании, Любовь, Вера и Надежда, тем временем пытались бороться с великанами, но это приводило к ещё большим жертвам и потерям их населения. От своего бессилия они издали указ и на его основе памятку о том, как вести себя на улицах волшебной страны в случае встречи с великаном.
– Все на свете для чего-то нужны. Даже вот эти чудища… – шептала себе под нос древняя волшебница – Нужно что-то делать, но только не сидеть, сложа руки.
И она придумала. Она стала за ними ухаживать, одного за другим отирая сиропом (поскольку в её доме не было никаких лекарств и прочих продуктов), смачивая им губы великанов. Спустя ещё одну ночь, когда она вновь утирала огромные лица великанов сиропом, имеющимся в огромном количестве в её доме, великаны стали подавать признаки жизни, причмокивая и слизывая его со своих губ. Ещё через ночь, они стали открывать свои глаза и исподтишка, чтобы не спугнуть волшебницу, подсматривали, как она со всей своей добротой, несмотря на их беспредельно отвратительное поведение, ухаживала за ними. Она в вёдрах, подвешенных на коромысло, приносила им свою выпечку и оставляла рядом с их телами. Когда вновь возвращалась, то вёдра оказывались пустыми и только крошки были повсюду рассыпаны. Спустя ещё одну ночь, они стали шевелиться. Тогда волшебница Мария Егоровна стала печь ещё больше сладостей и отвозить их великанам. Великаны раскусили их вкус, поняли, что сладости тёплые и намного вкуснее, чем сырое существо, которое ещё и кувыркается, и сопротивляется в их желудках и лучше усваиваются в их организме. И с пищеварением у них всё наладилось. И стали они счастливыми. Все прочие жители Лювенастании были равнодушны к сладостям, кроме великанов, которые с той поры питались исключительно ими. Они были в восторге от стряпни волшебницы. Волшебница научила их следить за своей гигиеной, чтобы на их огромных телах не водились различные паразиты, подарив великанам по килограмму медового мыла, уговорила свою сестрицу, тётушку Розу, пошить им новые одежды.
Ей удалось воспитать их, обучить грамоте и этикету. Мария Егоровна договорилась с деревом Мудрости и Канцелярским деревом об этом, поскольку сама она не могла отвлекаться от процесса производства сладостей. Деревья Мудрости с удовольствием поддержали идею и принялись за работу. А по окончании обучающего курса выпустили книгу «Великаны боятся грамоты», которую мгновенно раскупили жители Лювенастании и, благодаря которой, удалось изменить отношение населения к этим огромным существам. Из-за веры Марии Егоровны в доброту великанов, сокрытую где-то внутри немытых толстокожих существ, которую она разглядела в них во время их удручающего самочувствия, их силу и энергию удалось использовать в добром направлении во благо всего населения Лювенастании. С той поры территория, на которой жили великаны, из красной, опасной и запретной, стала зелёной, то есть безопасной. Но только спустя несколько сотен лет, жители Лювенастании перестали обходить стороной земли великанов и сторониться их самих.
От них взамен вся Лювенастания получала позитивную энергию, направленную на развитие добра и мира, а также на содержание всей зелени волшебной страны. Но, чем больше становилось население и растительность волшебной страны, тем менее энергии великанов хватало для поддержания жизнедеятельности.
– Деревья вянут, на полях не растут травы – говорили одни.
– И дело совсем не в том, что нет дождей. Дожди—то как раз льют, словно по расписанию, но ничего не происходит. В почве иссякли полезные вещества, а улыбок и счастья великанов не хватает для того, чтобы усеять ими всю территорию Лювенастании – говорили другие.
В связи с этим, на совете у мудрых правительниц – сестёр Любови, Веры и Надежды было решено поставлять сладости в мир людей, чтобы полученная радость и улыбки детей собирать и привозить в Лювенастанию.
– Пусть великаны тебе построят большой завод для производства больших объёмов сладостей. Мы будем поставлять их в мир людей – говорила Любовь.
– Но это же рискованно – сомневалась в правильности размышлений сестры Надежда – О нас могут узнать люди и что же тогда будет с нашей страной, нашей Лювенастанией?
– Не беспокойся об этом, Надежда, у нас всё получится лучшим образом – успокаивала её Вера.
– И, главное, все будут довольны: и дети, несомненно, от твоих сладостей и земли нашей страны, питаясь детскими улыбками и радостью, вновь воспрянут духом и будут дарить небывалые урожаи – заключила Любовь.
Так и поступили. Великаны за три дня смастерили завод по изготовлению сладостей из пряничных кирпичей, которые выпекала волшебница Мария Егоровна. С тех пор этот завод называется пряничным домиком.
Производство было налажено наилучшим образом. Старушка Мария Егоровна производила небывалые объёмы своей сладкой продукции, естественно не без помощи своего волшебства. Великаны помогали упаковывать и погружать готовую продукцию в вагоны поезда сладостей. Они выстраивались в ряд и по цепочке перекидывали друг другу коробки, наполненные конфетами, печеньями, шоколадом, леденцами, пастилой и прочими сладостями до самого вагона поезда, ожидающего своего отправления в мир людей на станции дедушки Руны «Тихий уголок». Они пели песню:
Две коробки, три, четыре —
Сладостей не счесть!
Всё, о чём мечтаешь в мире,
В крае нашем есть!
Поезд сладостей, печений
К детям отправляем.
Против бед и огорчений
Им вкусить желаем
Радость всяких сладких-сладких
От стряпни Марии,
Карамелек, шоколадок.
Эх, дела благие!
После этого сладости под контролем восковых человечков отправлялись в мир людей, где они доставлялись по различным адресам. Восковые человечки собирали радость, улыбки и счастье детей в стеклянные баночки, погружали их в поезд и везли в Лювенастанию. Всё так и было до тех пор, пока злые королева льда Ненависть и король огня Гнев обманным путём не завладели Лювенастанией. Но это уже другая история и, возможно, когда-нибудь я поведаю Вам о ней.
Низко кланяюсь Вашему вниманию и послушанию перед родителями. А теперь пора спать. До встречи, дорогие друзья! Приятных сновидений!
P.S. Из дневника Правителя ночи, Сна: «…Я не могу себе позволить заставить своих родителей краснеть за меня, ведь они затратили столько сил, времени и здоровья, чтобы я стал тем, кем стал, а именно человеком. Я просто не имею на это никакого права…»
Колыбельная
Сон плащом своим скрыл солнце-
Светит лунным фонарём.
Стало тихо за оконцем,
Спит усталый дом.
Не гремят машин моторы.
Не шумят заводы.
Не слышны ни смех, ни споры,
Спят на станах ноты.
Спят игрушки, кошки, мышки,
Книжки спят – устали.
Сновиденья всем детишкам
И из звёзд медали
Сон, правитель каждой ночи,
Дарит, щёк касаясь.
Он добро всем нам пророчит,
Новый день встречая.
«Провинция светлых дел» – именно так именуют свой городок его жители, но не потому, что там свершаются светлые и добрые дела. Жители провинции светлых дел, павлины, очень влюблены в себя и в свой внешний вид, поэтому называют свой город именно так.
Павлиний город находится под землёй, в нескольких пещерах, соединённых между собой длинными тоннелями, хотя вход в него выглядит вполне наземным: огромная арка, зеркально отражающая ваше местоположение, никогда не выдаст входа в провинцию светлых дел.
Пещеры, в которых жили жители провинции, были огромными. Эхо от падающих с потолка капель воды после прошедшего на поверхности земли дождя разносилось на огромные расстояния. В этих звуках была мелодия, красивая мелодия, которую все павлины, собираясь на подземную площадь, слушали многими часами.
Павлины настолько были влюблены в себя, в свой внешний вид, в свою красоту, в правильность своих действий, что окружили себя со всех сторон зеркалами и всем тем, что имеет свойство отражения, дабы никто не смог нарушить их хрустальной веры в их превосходство и их божественную красоту. Жители провинции светлых дел жили под землёй, так как боялись, что яркое солнце сожжёт цвет с их перьев и перья утратят красу. Павлины жили среди сталактитов и сталагмитов. Их жилища и весь город освещали огненные человечки из братства Огня, принимаемые на работу по тщательному конкурсному отбору, проводимому в несколько этапов самим дражайшим императором провинции светлых дел. Представители братства Огня были очень похожи на маленьких человечков, из всего туловища имеющих лишь одну голову, на которой вместо волос пылал яркий огонь, маленькие ручки и ножки под ней.
Павлины избегали всех, кроме представителей своего вида, поскольку только с ними, по их мнению, они могли конкурировать в занимаемом ими положении. На тех же, кто освещал их город, они и вовсе никогда не обращали внимания. Мало кто совался в их мир, но те, кто посмел дерзнуть, оставались зачастую, как говорится, у разбитого корыта. Ведь никто из посягающих не имел такую родословную, как павлины, чтобы оказаться на вершине пьедестала, чтобы затмить публику не своим умом, но родословной и красой своих перьев. Все павлины носили очки не из-за того, что у них было плохое зрение, а просто так, для пущей важности своего образа. Именно для этого же каждый павлин носил под своим крылом свиток, думая: что случись, то будет на чём записать важную мысль, внезапно вспыхнувшую в голове, на которой красовался разноцветный колпак. Цвет колпака означал возраст каждого представителя провинции светлых дел. Так, у самых старших он был зелёным, у павлинов средних лет – сиреневым, а у младшего поколения – жёлтым. Павлины любили восседать по любому поводу. Они созывали заседания, когда, например, получались спорные моменты и только комиссия могла определить кто прав, а кто нет.
Ежегодно они проводили павлиний турнир, где красовались своим оперением, хвостами, пытались блеснуть своим умом. Павлинам нравилось, как они поют, хотя никому, кроме них самих никогда не нравилось их пение.
История, которую вы сейчас узнаете, произошла как раз в период проведения одного из таких турниров.
В провинции светлых дел пришла пора выбирать вожака, который должен руководить городком и, соответственно, председательствовать во главе жюри павлиньего турнира в течение следующей сотни лет. Ему предстояло награждение победителей в номинациях, которых было несколько: «Сокровище», «Важная важность», «Голос провинции светлых дел», «Всем перьям перья».
Для участия в выборах традиционно подавались заявки от всех глав семейств, живущих в провинции светлых дел, поскольку каждый считал себя урождённым правителем, способным руководить и вершить судьбы своих собратьев.
Нужно отметить, что в павлиньем городке никогда не было должностей ниже императора или правителя, несмотря даже на то, что в подчинении у многих не было ни одного сотрудника или слуги. И ежедневно на службу выходили император мусорной корзины, занимающийся сбором и утилизацией мусора, правитель «сарафанного радио», распространяющий слухи, начальник лентяйной группы, следящий за содержанием лентяев и за тем, чтобы они не скучали и ещё много разного руководства. К сожалению, подчинённых в этом городе было катастрофически мало и поэтому, работа велась спустя рукава, не надлежащим образом. Даже птенец и тот норовил быть начальником чего-нибудь. Всё же старшие поколения не позволяли юнцам участвовать в выборах и использовали их, как простых работников, выполняющих все сумасшедшие идеи и затеи высшего руководства. Молодые павлины от безвыходности своего положения подчинялись старшим поколениям.
– Сегодня я вынес свою кандидатуру на выборы – сказал глава одного павлиньего семейства.
– О, Павлик, дорогой, это отличная новость для нашего превосходного семейства – воодушевлённо ответила его супруга, распушая свой хвост – Теперь и наше потомство будет ещё важнее прочих и будут они жить лучше нашего.
– Ну, Павлинушка, разве мы с вами не гоже живём в этой огромной пещере? – возмутился павлин Павлик.
– Нет, нет, превосходство моё дорогое, я совсем не имела ввиду, что мы плохо живём. Конечно же, мы исключительно замечательно живём под вашим мудрым руководством – оправдывалась Павлинушка, ласковыми словами пытаясь придать своему супругу хорошего настроения и направить своего супруга в русло хороших светлых мыслей.
– Ну, довольно, довольно, наикрасивейшая из всех красот – остановил супругу Павлик, поднимая правое крыло и приглашая свою возлюбленную под него.
Супруга повиновалась и, немного подумав, сказала:
– Как здорово, если Вас, дорогой супруг, изберут дражайшим императором провинции светлых дел! Нашим многочисленным птенцам тогда неминуемо грозит светлое будущее. Они не будут никому подчиняться, кроме Вас, конечно же.
– Не волнуйтесь, распрекраснодушность Вы моя! – ласково ответил Павлик – Мои наследники, как и их отец, умнейшества неимоверные. Им точно достанутся самые тёплые местечки возле их папеньки. Да и Вы в стороне не останетесь. Ваша мечта осуществиться.
– Ах, как же я Вами восхищена! – радостно хлопая крыльями ответила Павлинушка – Я смогу сменить своё оперение на самое новое и яркое! Вот будет зависти у многих других павлиньих супруг!
– Да что нам многие другие! – воскликнул глава семейства – Другие павлины и их семейства не такие замечательные, как наше! К тому же я уже уладил кое-какие вопросы касательно выборов. И заручился поддержкой глуповатых семейств Разнопёрых и Сизокрылых. Их голосов будет достаточно, чтобы я смог опередить своего главного соперника, главу семейства Клюворогих, в гонке за лидерство. Их было легко убедить в том, что при моём правлении провинцией светлых дел, их потомству неминуемо суждено стать фаворитами павлиньего турнира, который должен состояться через пару дней после выборов дражайшего императора.
– А как же наши птенчики? – испуганно спросила Павлинушка – Неужто Вы не позаботитесь о том, чтобы они вышли в финал павлиньего турнира?
– Будьте спокойны, моя любезность, они непременно примут самое активное участие в павлиньем турнире – уверенно ответил Павлик.
– Ну тогда же хорошо – успокоилась Павлинушка.
Дети этого семейства ничем не отличались от детей других семейств. Но в каждой павлиньей семье этого городка традиционно возвышали себя и своё потомство. И разражался большой скандал, если вдруг кто-то слышал о своей семье какое-нибудь непристойное высказывание, пусть и заслуженно, но ни один из павлинов этого не признавал. Такой опыт общения перенимали и дети от своих родителей.
Нужно отметить, что в мире такого совершенства, зачастую надуманного, сложно жить. Поэтому жители других населённых пунктов Лювенастании неохотно посещали провинцию светлых дел. Повсеместное высокомерие и гордыня павлинов касалась и освещающих пещеру огненных человечков из братства Огня. Отработав положенное время, они в ужасе от такого павлиньего мировосприятия возвращались домой. Последним, с кем бы захотелось им завести дружбу, были бы павлины, да королева Ненависть ещё, как признавались сами представители братства Огня. Нередко они просто смеялись над павлиньей глупостью, делясь друг с другом своими впечатлениями. Им не положено было разговаривать, находясь на территории провинции светлых дел, но когда огненные человечки возвращались в свою родную деревню братств Воды и Огня, они, не останавливаясь, обсуждали увиденное и услышанное ими в пещере и говорили:
– Как хорошо, что мы не такие совершенные, как эти павлины, иначе можно просто сойти с ума от своей красоты и превосходства над другими, чем и занимаются эти глупые птицы.
В это время в другом семействе, Сизокрылых, о котором уже упоминалось выше вели беседу между собой его хозяйка и её старшая дочь:
– Ой, что-то я выгляжу полной, когда смотрюсь в это зеркало – сказала упитанная мать семейства Сизокрылых, любящая хорошо поесть – Нужно срочно его сменить, видимо оно испортилось.
– Наверное это всего лишь неправильное освещение вокруг Вас, маменька – отвечала старшая дочь, беря своими крыльями подсвечник, на котором располагались дежурные огненные человечки, и размахивая им в разные стороны, отчего последние еле-еле удерживались на месте своего дежурства.
– Возможно, ты права, моя дорогая сизокрылость, – ответила дочери мать, ещё пристальнее вглядываясь в своё отражение.
– Маменька, а правда то, что я буду участвовать в павлиньем турнире? – заискивающе спросила дочь.
– Вот только Ваш папенька, наисветлейший мой супруг, выполнит своё обещание, данное им Павлику о выборах, тогда ты не только примешь участие в этом турнире, но наверняка победишь, быть может, даже в нескольких номинациях… по крайней мере в одной точно… в пении… ты ж моя соловушка – ответила мать, направляясь с объятьями к дочери.
– Мама, за что Вы меня сравниваете с этими некрасивыми птицами, соловьями? – обиженно спросила дочь, тем временем направляясь в маменькины объятья.
– Да пусть все эти зеркала покажут, что я невыносимая толстушка, если я сравню тебя с непутёвыми птахами, милое моё дитя – гладя по голове дочь, уверяла мать – Я имела в виду то, что твой неповторимый хрустальный голосок несравним ни с одним павлиньим голосом всей провинции светлых дел. Да что там, во всей Лювенастании!
– Ох и люблю Вас, матушка, за Вашу честность – обрадовано сказала дочь и отправилась прочь по своим делам, распевая популярную среди павлинов песню своим хрипящим голосом, от звучания которого все огненные человечки, рядом с которыми он был слышен, меркли, отчего и освещение становилось хуже, и спасали свои уши маленькими ручками.
В то же самое время в другом семействе, Разнопёрых, вели беседу его глава со своими сыновьями:
– Итак, детишки, скоро будет павлиний турнир – потирая свои крылья друг о друга, возвестил довольный отец семейства – И вам надобно принять в нём участие в обязательном порядке, поскольку награды не заставят вас ждать, а сами рекой польются в ваши крылья, на ваше неимоверно красивейшее оперение.
– А нам обязательно участвовать в этом турнире? – неохотно спросил одни из сыновей, который был абсолютным лентяем. Ему было лень даже поесть, вот какой ленивый!
– Как же так? – возмутился отец – Это же самое главное событие года, в котором всегда участвовал и я, и мой отец, и его отец, и отец деда, и так далее… все отцы, все наши предки. Именно на нём вы можете показать своё превосходство над другими павлинами, над их несовершенством, поскольку вы у меня – само совершенство! Ведь вы – мои дети, а у меня и у вашей матушки не может быть ничего несовершенного, поскольку мы являемся эталоном красоты, силы и могущества всей провинции светлых дел.
– И зачем нам это только нужно? – спросил отца другой сын, который был равнодушен абсолютно ко всему на свете. Его в жизни ничто не интересовало. Он не понимал для чего всё вокруг него вертится, крутится и зачем происходят какие-то события, ведь итог для всех один. В общем, он был философом, но сам об этом не знал.
– Как это зачем? – возмутился отец – Своими нелепыми вопросами и размышлениями вы, моё наилучшее творение всей моей павлиньей жизни, сведёте меня с ума или того хуже, приблизите дни моей кончины.
– Полно вам, братья – вступился младший сын, видя как кручинится отец и, обращаясь к нему, продолжил свою речь – Папенька, конечно, мы сделаем всё, что вы скажете. Не печальтесь, мы вас не подведём.
– Что я слышу! Неужто разумная речь полилась из уст молодого поколения моего привеличайшего семейства – обрадовался отец.
А братья шептали на ухо своему младшему так, чтобы папенька не слышал и вновь не стал печалиться и напрягать их слух своими великими идеями:
– Ты даже не представляешь на что соглашаешься! Наш папенька помешан на всяческих наградах.
Младший брат же сделал вид, что ничего не слышал и продолжал слушать восхищения своего родителя.
День выборов на пост дражайшего императора прошёл без каких-либо непредвиденных обстоятельств. Все павлины с важным видом ставили своими лапами кляксы на бюллетенях в виде свитков напротив имени кандидата, с которым у них была договоренность о взаимном выборе. Голосовать за свою кандидатуру правилами выборов запрещалось, поэтому прозорливые павлины за неделю до важного и ответственного дня ходили друг к другу в гости с единственной целью: договориться о том, чтобы отдать голоса друг за друга. Когда все заинтересованные стороны соглашались, довольные гости возвращались восвояси и вывешивали на зеркальной входной двери своего жилища самое большое перо из своего хвоста, которое означало, что гостей здесь не ждут, поскольку договариваться уже не о чем.
Сделав отметку на бюллетени, павлины брали свитки в клювы и бросали их в урны, на которых красовались таблички с именами кандидатов. Перед тем, как покинуть избирательный участок, который представлял собой куб с зеркальными стенами, они подходили к организаторам выборов и произносили имя кандидата, за которого отдают свой голос. Подсчётом голосов, как и всей организацией выборов, занимались специально приглашённые в провинцию светлых дел гномы-выбороорганизаторы. Они изымали голоса павлинов в специальные хорошо упакованные прозрачные коробы, на внешних сторонах которых отображалось количество голосов, хранящихся в них. У каждого кандидата был свой короб. Голоса синеватыми с изумрудными оттенками субстанциями вылетали из гортаней павлинов и смешивались с другими, такими же точно как и они сами голосами. Немые павлины покидали избирательный участок и размещались на провинциальной площади, расположенной неподалёку от него, для ожидания результатов голосования.
Когда последний павлин усаживался на провинциальной площади, сделав свой выбор, гномы-выбороорганизаторы закрывали избирательные участки и на тележках вывозили на площадь коробы с голосами. Побеждал тот кандидат, на коробе которого значилась наибольшая цифра. Затем, когда имя победителя выборов становилось известно, гномы-выбороорганизаторы открывали коробы и выпускали из них голоса, которые вихрем разлетались по пещере, издавая различные звуки, пока утомлённые не возвращались каждый к своему хозяину.
Pulsuz fraqment bitdi.