Врач находит то, что ищет, и ищет то, что знает
Пословица
Карл смотрел в окно. Не потому что хотел или ожидал увидеть что-то в окне. А просто потому, что он стоял перед окном. За стеклом, до которого нельзя было дотянуться из-за частой металлической сетки, он видел больничный двор с редкими деревьями.
Этот голос. Он ждал, что снова раздастся голос.
– Какое сейчас время года, Карл? Можете нам сказать, какое сейчас время года?
Карл не воспринимал голос в качестве собеседника. Что он, больной, что ли? Разговаривать с голосами – последнее дело. Это каждому известно. Придет время и голос замолкнет. Потом, правда, появится снова и по-отечески заботливо будет спрашивать о разных мелочах. Таких пустяковых, что говорить о подобном никто не стал бы в здравом уме.
– А давайте, Карл, мы вам поможем? – снова услышал он тот же голос. – Смотрите: зеленых листьев на деревьях нет, травы нет. Вместо травы на земле лежит снег. Какое это время года?
Под пристальным взглядом тонкая сетка в центре окна стала крупнее. А ее дальние края смешались с комнатой и растворились.
– Можете посмотреть на нас, Карл? Пожалуйста, повернитесь к нам. Отчего бы не взглянуть, кто пришел в гости?
Карл увидел, как мельчайшие ячейки серебристой сетки на окне начали медленно двигаться и наплывать друг на друга. Он даже отшатнулся: показалось, что он может упасть в эту мелкую сетку, ставшую объемной, обволакивающей сетью.
– Смелее, повернитесь же к нам, Карл! – тотчас последовали увещевания голоса. – Пожалуйста, повернитесь и посмотрите на нас!
Как можно смотреть на голос? Он просит о невозможном. Вот если бы голос был реальным, тогда он сразу увидел бы его. Ведь голос запутался бы в сотнях серебристых ячеек сетки. Точно так же, как запутался в ней теперь солнечный свет. В этих ячейках голос разделился бы на едва заметные, толщиной с волос, струйки дыма.
– Вы не можете смотреть на нас или не хотите видеть нас, Карл?
Сетка сделала оборот вокруг Карла, потом еще один и еще. Солнечный свет замелькал в этих вращениях и начал крутиться в противоположную сторону, чтобы вернуться в окно. И так продолжалось до тех пор, пока деревья больничного двора не стали едва различимы в темноте.
– Он точно не слышит нас, профессор?
– Совершенно точно, доктор Стургатан. Пациент слышит только меня. А между вами включено смарт-стекло.
– А когда мы в последний раз делали запись состояния Карла? – Она изучающе смотрела на пациента.
– Вы были здесь в четверг четырнадцатого ноября, доктор Стургатан.
Она сделала пометку в планшете.
– Как долго Карл может вот так неподвижно стоять, профессор? – спросила она.
– Сколько угодно, доктор Стургатан, – ответил голос. – Мы пробуем укладывать его хотя бы на ночь, но не всегда это получается. Секундочку, доктор. – И профессор обратился к Карлу: – Какое сейчас время года, Карл? Можете нам сказать, какое сейчас время года?
– Дайте ему подсказку, профессор, – предложила доктор. – Попробуйте вызвать на диалог. Используйте то, что пациент видит в окне. И пусть у него будет время подумать.
Профессор замолчал ненадолго и предложил Карлу:
– А давайте, Карл, мы вам поможем? Смотрите: зеленых листьев на деревьях нет, травы нет. Вместо травы на земле лежит снег. Какое это время года?
Пациент молчал и ни жестом, ни взглядом не реагировал на вопросы. Доктор Стургатан приложила палец к губам, давая понять профессору, что пациенту нужно время. Спустя добрых десять минут она прервала молчание:
– Вижу, что это бесполезно. Значит, укладываете силой?.. Скажите, а встает он с кровати самостоятельно?
– Да. Камеры показывают, что он делает это сам и вполне активно. Можно сделать вывод, что он успевает встать во время коротких периодов ремиссии. Но у нас не получается определить или приблизить ремиссию. Секундочку, доктор. Можете посмотреть на нас, Карл? Пожалуйста, повернитесь к нам. Отчего бы не взглянуть, кто пришел в гости?
Pulsuz fraqment bitdi.