Kitabı oxu: «Рафаэль. Книга первая. Междуречье», səhifə 2
– Всё верно, господин, это не боевые мечи и даже не тренировочные, это что-то типа макетов.
– А где боевое тогда? – изумленно уставив руки в бока, спросил я.
– Доверьтесь интуиции, внутренний голос подскажет вам, – заявил он.
«И где он только таких слов-то набрался?» – поразился я. Закрыв глаза, я сосредоточился и стал прислушиваться к самому себе. Сначала была полная чернота, а затем постепенно начала проявляться картинка в серых тонах, а потом более четких, но не в цветных, я видел вокруг себя всё ту же комнату и себя, стоящего рядом с Глебом, всё до каждой мелочи стало доступно моему взору, я и не замечал всего того, что увидел сейчас. Это были различные шкатулки, книги, рукоятки мечей, торчащие из стен, и многие другие вещи. Я раскрыл глаза и понял, что всё это время я не дышал, сделав глубокий вдох.
– Ого, вот это маскировка, – выпалил я на выдохе. Я стал обходить комнату и доставать все эти вещи. Глеб шёл следом и принимал их у меня, выставляя на столе. Рукоятки мечей оставил напоследок. Когда уже всё было собрано, я подошёл к стене и взял за рукоятки, потянув слегка на себя, вытащил двух изящных красавцев. Они как бабочки порхали в воздухе, легко и изящно. Я немного помахал мечами, довольно заурчал как кот, они мне очень понравились. Рукоятки были выполнены из красноватого материала, скорее всего, дерево, гарды из серебристого металла с замысловатым переплетением ветвей, тончайшие лезвия, отполированные до состояния зеркала, острейшая заточка, они завораживали, придавали чувства уверенности, господства. Я подошёл к столу, где Глеб собрал в кучу всё найденное мной добро. Стал перебирать его и раскладывать по разным кучкам: свитки и конверты в одну стопку, несколько различных ножей, качество которых было как у мечей, ещё один короткий меч, но не такой, как эти, более грубоват, что ли, несколько коробочек и один сундучок. По очереди открыл и посмотрел все коробочки, там находились драгоценные камни и украшения, а в сундучке были мешочки с монетами и два больших золотых медальона круглой формы с толстой золотой цепью. Я взял в руку медальон и стал рассматривать рисунок, там было изображение хищной птицы с расправленными вверх крыльями, открытым клювом и венчиком лавровых листьев. Я перевел взгляд на Глеба.
– Это знак мастера меча, господин.
Я взял второй такой же медальон с цепью, там была изображена другая птица, похожая на сову. Глеб, не дожидаясь моего вопроса, сказал:
– Это знак мастера лука, господин.
Я положил медальоны в сундук, взял один мешок, развязал тесьму. Как я и думал, там были монеты, золотые монеты с изображением короля.
– Один золотой, – проговорил Глеб с жадно горящими глазами.
– А как называется? – спросил я.
– Одна лира, господин, – ответил парень.
Я ссыпал монеты обратно в мешок, завязал его. В сундучке я также нашёл несколько пустых мешочков, решив пересыпать со всех коробочек драгоценности, я передал его Глебу.
– Подержи.
Глеб взял мешочек, раскрыл его и подставил мне, я, недолго думая, пересыпал содержимое из всех маленьких шкатулок, в один мешочек все не влезло, Глеб взял второй, и мы продолжили процедуру.
– Мальчики, обедать, – раздался голос Элеоноры из гостиной. Я завязал мешочки и поставил их в сундук, закрыл крышку и махнул Глебу на выход.
Элеонора, пока мы с Глебом занимались в комнате, успела накрыть на стол, мы, взяв стулья, расселись вокруг него. Элеонора, прочитав молитву, пожелала всем приятного аппетита, и принялись вкушать яства. Еда была очень вкусной, с приятным ароматом пряных трав. Элеонора с заботой в глазах всё время подбавляла нам добавки. Наевшись досыта и даже чуть больше, чем можно съесть, мы принялись за чай со сладкими пирожными. Закончив с обедом, поблагодарив Элеонору, мы с Глебом отправились обратно в комнату.
Итак, что мы имеем? Оружие есть, деньги есть. Правда, сколько денег, я не имел ни малейшего представления. Стоп, пришла мне тут же мысль, всё-таки на сытый желудок голова стала работать куда лучше. Оружие, у меня имеется два знака отличия – мастер меча и лука, мечей у меня в достатке всяких разных, а вот луки – я не видел ни одного, и даже намеков нет, ни стрел, в общем говоря, ничего, только медальон. Раз я мастер стрельбы из лука, а нас отправляют погибать, то надо брать от жизни все, тем более что я это умею делать. Я вышел обратно в гостиную, закрыл глаза и сосредоточился, также как я делал это в комнате, моё второе зрение пришло ко мне гораздо быстрее, чем в прошлый раз, я осмотрел комнату. Все, что предстало передо мной, – это потайная дверь левее камина и всё. Я открыл глаза и пошёл к дверце. Элеонора, прибирая со стола, смотрела на меня. Я подошёл к стене, дернув за кольцо в стене, потянул в сторону дверцу. Там оказался оружейный стеллаж. Различные топоры, кинжалы, копья, мечи, сабли, кольчуги и прочая броня. Луков тут я опять не обнаружил. Немного растерянный, я вернулся в комнату.
– Глеб, а где мой лук? – задал я вопрос парню. Тот, растерявшись, окинул комнату взглядом, забормотал себе под нос:
– Ой, я, это, того, сейчас приду, – и направился на выход, у входа добавил: – Лучше у тётушки спросите, господин, – и вышел.
Я немного опешил. Пошёл следом в гостиную, но Глеба там уже не было. Элеонора стояла у стола, налив мне чашку чая, пригласила присесть.
– Рафаэль, это не очень приятная история, да и подробности, покрытые мраком.
– Так, слушаю, – сел поудобнее я в кресле и взял чашку с чаем.
– Несколько лет тому назад, – начала Элеонора, а затем, сев в соседнее кресло, посмотрев в мои глаза, продолжила она: – Произошла эта трагическая история, ваша мачеха с дочерью Лейлой возвращались с королевского бала, по пути на них напали, перебив всю охрану, карету угнали вместе с мачехой и вашей сестрой Лейлой, но один из охранников уцелел и принес весть в замок. Тогда вы с отцом и его личной охраной отправились вдогонку. Что там произошло и как всё было на самом деле, я не знаю, но по одной из версий, когда вы нагнали похищенную карету, то стали стрелять из луков в извозчика, управляющего каретой. А когда карета остановилась и вы подъехали к ней, то на месте извозчика лежала ваша сестра, убитая вашей стрелой, а мачеха с тех самых пор сошла с ума, утверждая, что их похитил демон. А тот охранник, что вернулся, рассказал, что всех перебил один лишь воин, что двигался он словно вихрь, а через несколько дней его нашли мертвым. В убийстве Лейлы обвинили, естественно, вас, а отец и брат с тех пор вас ненавидят. А вы, не желая больше стрелять, уничтожили все свои луки и стрелы и с тех пор лук в руки не брали, – выдохнула Элеонора.
Я взглянул в потайной шкаф, на верхней полке стояло три кубка, красивые, золоченые.
– Элеонора, а это что за кубки? – спросил я у женщины.
– Это кубки с турнира королевства. Вы были трехкратным его победителем, но из-за случившегося два года не принимали участия. А потом ещё и пить начали, отец совсем осерчал на вас.
– Элеонора, а как так получается, что мои брат и сестра старше меня и мать их жива, а моя мать умерла, тут что, многоженство разрешено? – перевел я взгляд на неё.
– Нет, что ты, конечно же, не разрешено. Дело в том, что, когда родился второй ребенок, им оказалась девочка, а брат твой был серьезно болен. Отец твой хотел ещё сына, боясь потерять наследника, но врачи запретили супруге иметь ещё детей. Вот ваш отец и нашёл вашу мать для рождения ему сына.
– Так, значит, смерть моей матери могли подстроить, – взглянул я на Элеонору. Она только пожала своими худенькими плечами.
– Я в интриги не лезу, – ответила всё же она.
«Интриги, заговоры, – невольно задумался я, – раньше о таких делах я даже и не думал, так, только в книгах да в фильмах и слышал, а тут на тебе подарок». В дверь тихонько стукнули.
– Открыто, – откликнулся я на стук.
В гостиную вошёл Глеб. Переодетый в более удобную одежду, он выглядел слегка уставшим.
– Глеб, нам надо собрать всё оружие, доспехи, кое-что из одежды и сундучок. Ты уже собрал свои вещи? – обратился я к парню.
– Да, господин, отряд уже готов, ждут только вас.
– Отлично, тогда давай собираться, – ответил я ему. – Элеонора, приготовь нам что-нибудь с собой перекусить, пожалуйста. Нам бы ещё пару слуг не помешало для помощи.
Элеонора, кивнув, вышла в коридор, буквально через несколько минут в комнату постучали.
– Открыто.
В гостиную зашли двое слуг.
– Господин, чем мы можем вам помочь? – спросили они.
– Подождите пять минут.
Я подошёл к оружейному шкафу. Стал прикидывать, как мне нарядиться для выхода в свет.
– Глеб, помоги наряд подобрать.
Паренёк со знанием дела стал оглядывать немаленький шкаф. Мне очень нравился шлем серебристого цвета с небольшим ирокезом наверху и увитый виноградной лозой, простой и в то же время очень эффектный. Я взял его, Глеб одобрительно кивнул и подал мне кольчугу, а затем наручи и поножи из комплекта к шлему. Я стал напяливать все это добро на себя, кольчуга оказалась лёгкой, она даже не ощущалась. Застегнув наручи и поножи, я подошёл к шкафу, там висели поясной ремень с кинжалом и перевязь для парных мечей за спину, я взял их и прицепил по местам, затем Глеб подал мне ещё наплечники, я накинул их, а парень помог их застегнуть сзади.
– Глеб, принеси мне мечи из комнаты, – обратился я к парню.
Тот вприпрыжку помчался выполнять моё поручение. Через миг он уже выходил из комнаты, аккуратно держа мои мечи, с восхищенным взглядом и гордым видом подошёл ко мне.
– Вот, господин, – он бережно передал их мне.
Я вставил мечи за спину. После зашел в гардеробную комнату, взял несколько комплектов с той самой полки, с которой я выбирал себе костюм, вышел в гостиную. Вроде всё.
– Господа, необходимо перенести всё содержимое вот этого шкафа (я указал на оружейный шкаф), а также оружие, что лежит в комнате на столе, и вот эти вещи (которые я вынес из гардеробной) и отнести в мою повозку, вам покажет вот он, – я указал на Глеба. Сам стал прохаживаться по комнате. Слуги стали вынимать все содержимое шкафа, на глаза мне попалась секира с двухсторонним лезвием, я подошёл и взял её из кучи, она удобно легла в руку, а её вес приятно удивил – она не была такой тяжелой, как казалась. Сделал пару замахов и с разворота из-за спины с размаху рубанул по креслу. Секира, насквозь пробив кресло, воткнулась в пол, да ещё как воткнулась – пол-лезвия вошло в деревянное покрытие. Я немного удивлённо вытащил ее, еще пару раз взвесив ее в руках, положил на место. Когда обернулся, то увидел картину маслом: оба слуги спрятались за камином, и только четыре глаза торчат.
– Все, несите давайте, нас ждут уже.
Эти двое с опаской вышли из-за камина, взяли, сколько смогли поднять, и пошли к выходу, Глеб тоже взял, но вещей, и зашагал на выход. Я зашёл в спальню, взял сундучок под мышку, вышел обратно в гостиную. Поставил его на стол, пододвинул ещё и секиру и сел в кресло. Закрыв глаза, я стал проваливаться в сон. Вернулись Глеб и слуги, снова взяли по охапке и ушли. Я задремал.
– Господин, – услышал я знакомый голос.
Глеб стоял рядом и смотрел на меня.
– Нам пора, все уже перенесли.
Я встал, осмотрел гостиную, всё оружие уже было унесено. Я согласно кивнул головой, взял под мышку сундук, второй рукой взял рядом стоящую секиру и последовал к выходу. Глеб семенил за мной следом. Мы вышли в коридор, я смотрел по сторонам как будто в последний раз, запоминая каждую мелочь. Висящие на стенах картины, стоящие по углам вазы, узоры на стенах и потолке, деревянный поручень на лестнице, раз пролёт, два пролёт, окно, дверь, мы вышли на улицу, яркий свет резанул по глазам. Этот день я запомню на всю оставшуюся жизнь, как я покинул отчий дом. Во дворе стояла повозка, запряженная двойкой лошадей. Лошадки были отменные, кормили их точно не соломой, высокие, сильные, гривы точно огонь, развеваются на ветру.
– Глеб, а где мой конь? – задал вопрос я парнишке.
– В конюшне, господин. Рольф его уже приготовил для вас, – отозвался парень.
– Пойдем со мной, – позвал я парня.
Мы зашли в конюшню. Тут было пару десятков лошадей различных мастей. Мы прошли до самого конца. Когда я услышал фырканье, я ни на секунду не усомнился в том, что это мой конь. Мы повернули к дальнему углу, там стоял огромный конь, белый, с серой гривой, облаченный в боевой доспех, словно железный монстр, он смотрел на меня красными глазами, два огромных блюдца смотрели из-под металлического панциря, из ноздрей он испускал пар, только что огнём не дышал.
«Ого», – присвистнул я. Рядом с конем стоял седой мужчина, я подошёл к нему, он передал мне поводья. Я смущённо спросил мужчину:
– Рольф, вы не хотите отправиться с нами?
Я не заметил, как к нам подошла Элеонора. Она негромко кашлянула за нашими спинами, я обернулся, она смотрела на Рольфа, по её лицу я понял, что между ними что-то есть.
– Элеонора, мне нужен Рольф, но в связи со сложившейся ситуацией… – я замялся, не находя нужных слов.
– Господин, я уже не воин, какой вам прок со старика? – задал вопрос Рольф.
– Мне нужны свои люди, Рольф. Я не знаю, кому можно верить в этом замке. Сюда я больше не планирую возвращаться. Когда обзаведусь своим жильём, я могу рассчитывать на вас и вас, Элеонора? – я обернулся к женщине.
– Да, Рафаэль, я с удовольствием буду ждать вашего приглашения, – ответила она.
Рольф так же согласно кивнул и добавил:
– Я присмотрю за остальными лошадьми до вашего известия.
Я открыл свой ларец, достал небольшой мешочек и протянул его Элеоноре, она неуверенно приняла мешочек и посмотрела на меня.
– Возьмите, сколько потребуется, и ждите от меня известий. Элеонора, присмотрите за моими покоями, а лучше соберите там всё, что осталось, и уберите в укромное место. Да, ещё, Рольф, дай хорошего коня моему помощнику, – я указал на парня.
– До скорой встречи, Рафаэль, да хранит вас господь.
Элеонора, прослезившись, прижалась к моему боку, я обнял её по-свойски, Рольф тоже подошёл и обнял меня.
– Мы ждём тебя, Рафаэль, – добавил он.
– Ну, всё, хватит телячьих нежностей, нам пора, – ведя коня за собой, пошел к выходу, Рольф пошёл к противоположному стойлу, Глеб стоял уже возле повозки и держал в руках большой сверток.
– Глеб, – обратился я к парню, – Рольф сейчас подготовит для тебя коня, нам нужен извозчик для повозки, ты поедешь рядом со мной. Помоги мне залезть на коня.
Глеб вытащил из конюшни ступени и поставил рядом с моим конем. «Умно, – прикинул в уме я, – но с собой ее не возьмешь, а значит, надо научиться обходиться без неё». Я поднялся по ступеням и вскочил на коня, держа поводья. Я кружил по двору на коне, Глеб стоял возле ступеней, рядом стоял сундучок и моя секира. Элеонора вышла из-за угла конюшни с каким-то мужчиной в сером плаще. Они подошли к Глебу, я подвел коня к ним.
– Это мой брат Стефан, ему можно доверять, он повезет вашу повозку до места, а затем вернется обратно, если вам что-то потребуется, передайте через него.
Ну вот, я начал обрастать своими людьми, это не могло не радовать.
– Хорошо, – ответил я.
Рольф вывел коня для Глеба, он был под стать моему, той же масти, только немного меньше по габаритам, вместо боевого доспеха конь был покрыт серой накидкой с вышитым узором по бокам в виде дракона. Глеб взял поводья и залез на коня. Элеонора подала Глебу мой сундучок, а Рольф подал мне секиру.
– Берегите себя, мальчики, – с грустью в глазах промолвила Элеонора.
Мы направились к выходу со двора. Стефан занял место извозчика в повозке и, громко цокнув, дернул поводья. Мы выехали на площадь перед главным входом в замок, там уже стояла колонна с наемниками, следом стояла колонна с заключенными, за ними стояла небольшая колонна охраны, замыкало колонну несколько повозок. Зрелище было ещё то, даже наемники выглядели жалко, про заключенных вообще молчу, с таким войском нас отправляют охранять рубежи. Господи, помоги нам.
Стефан пристроился к повозке, а мы с Глебом направили скакунов в начало колонны. Там стоял человек в военной форме и отдавал указания наемникам, мы подвели лошадей к нему.
– Милорд, вам следует занять место во главе колонны, после того как затрубят в горны, вы начнете марш. Вся колонна пойдет за вами, пройдете через всю площадь и направитесь к северным воротам, выйдя из города, остановите колонну и дождетесь меня, милорд, – отдал указания военный, он был одет по-парадному. Я так понимаю, это мероприятие тут чтят и соблюдают древние традиции. Мы заняли место во главе колонны, Глеб держал своего коня на полкорпуса позади моего. Какие-то странные чувства переполняли меня, я как мальчишка нервничал перед выходом на сцену рассказать новогодний стишок. Глеб держался молодцом. И вот неожиданно затрубили горны, да так громко, что слышно, я так думаю, их по всему городу. Переглянувшись с Глебом, дёрнул поводья, конь уверенной твердой походкой зашагал по мостовой площади. Пройдя пару десятков метров, нам открылся постамент, на котором стояла свита, человек двадцать или чуть больше, они все в праздничных нарядах смотрели на нас. На противоположной стороне площади стояли горожане, размахивая цветными ленточками. Под бой барабана колонна двигалась по площади, я пытался разглядеть лица стоящих на постаменте людей. В центре стоят мой отец, строгий, уравновешенный, без лишних эмоций смотрел на колонну, рядом стоял темноволосый молодой человек, очень похожий на отца, это мой брат, я не мог ошибиться. Он смотрел прямо на меня, а в глазах его была усмешка и чувство превосходства, он победил, он теперь хозяин положения, нет теперь соперника. Я до боли в костяшках сжал рукоять секиры, огонь яростно горел внутри меня. Не знаю, как я сдержал свой гнев. Мой взгляд невольно скользнул дальше, там стояли придворные, лица их были мне незнакомы. С другой стороны от отца стоял пожилой мужчина, а рядом с ним девушка в ярком платье с красивой белоснежной диадемой на голове, её кудрявые светлые волосы трепал ветерок, она с тревогой и грустью в глазах смотрела на меня. В груди у меня что-то сжалось, я чуть не выронил секиру из рук, ярость, переполнявшая меня мгновение назад, пропала без следа. Я почувствовал, как тепло разливается бурным потоком по моим венам, эта девушка была прекрасна как цветок. Поводья слегка дернулись, и я, повернув голову, обнаружил, что мы проехали постамент. Люди с другой стороны бросали нам под ноги цветы, кто-то крестился, девушки радостно махали нам платками и лентами, у многих старух текли слезы. Мы проехали площадь, я, тяжело вздохнув, промолвил себе под нос:
– Прощай, отчий дом. Глеб, – обратился я к парню, – кто эта девушка на постаменте?
– Это дочь графа, что приехал на помолвку, – ответил парень.
– Твою мать, – выругался я. Как я посмел перечить отцу и нагрубить этой прекрасной леди? Она приехала для помолвки со мной, а я повел себя как свинья. Не зря отец приказал бросить меня в свинарник, за это зла на отца я не держал, всё-таки отец хотел лучшей доли для меня, хоть и с выгодой для себя. Её образ стоял у меня перед глазами, я не мог её забыть. Тем временем колонна полностью прошла площадь, я обернулся назад, но площади уже не было видно. Мы двигались по улице вдоль стоящих домов, из открытых окон и с нечастых балкончиков на нас продолжали бросать цветы, Глеб восторженно смотрел по сторонам и с чувством собственного достоинства ехал рядом со мной. Вот так мы и доехали до северных ворот, как назвал их военный. Ворота были огромные, железные, даже, скорее всего, кованые, там стоял почетный караул в парадной форме, а по бокам – всё те же радостные горожане. Мы выехали за ворота, перед нами был небольшой посёлок, дома практически все были одноэтажными, кое-где из трубы шел дымок.
– Ремесленная слобода, – уточнил Глеб.
По левую руку от дороги была обширная поляна, утоптанная трава давала понять, что тут часто останавливаются. Мы завернули на неё и обогнули по кругу вдоль самого края, колонна полностью влезла на полянку со всеми телегами. Остановившись, люди стали расходиться по поляне, наемники подошли к своим повозкам небольшими группами человек по шесть. Охранники, которые шли следом за заключёнными, взяли их в кольцо и раздавали какие-то указания, мы с Глебом подъехали к Стефану, тот стоял рядом с повозкой. Я соскочил с коня, поставил свою секиру и подошёл к Глебу, ему держать сундук и слезать с лошади было неудобно, всё-таки для него сундучок был не таким маленьким. Я взял сундук и поставил его рядом с секирой, Глеб также слез с коня, погладил его по морде.
– Ну вот, парад закончился, я всю жизнь мечтал проехать по главной площади на белом коне, – глядя мне в глаза, сказал Глеб.
– Вот видишь, мой юный друг, мечты сбываются, – похлопал по плечу я его. – Глеб, скажи, а ты владеешь каким-нибудь оружием? – спросил я у парня.
– Немного мечом и умею стрелять из лука, – ответил он мне.
– А оружие у тебя есть?
– Нет, господин, гражданским не положено иметь боевое оружие.
– Понял, а скажи, вот в этой слободе есть лавки, где торгуют оружием?
– Конечно, есть, тут можно купить всё и даже больше, – ответил радостно мне парень. К нам подошел Стефан, взял коней за поводья и повел их к краю поляны.
– Глеб, нам нужно прогуляться в слободу, – сказал я и пошел в сторону охраны, чтобы предупредить.
– Добрый день, служивые, – обратился я к ним. За то время, пока мы с Глебом говорили, охранники успели распределить заключённых попарно и сейчас приковывали их наручниками друг к другу за руку и за ногу.
– Да, милорд, – повернулся один из охранников.
– Мы собираемся посетить слободу, прикупить кое-чего в дорогу, моя повозка с извозчиком останутся здесь. Нас можете не ждать, да мы, собственно, и недолго, если что, то догоним вас.
Служивый посмотрел на меня каким-то презрительным взглядом, наверняка подумал, что я хочу слинять, но, ничего не ответив, только махнув рукой, продолжил своё дело. Я развернулся на месте и пошёл к нашим. Глеб стоял возле повозки и охранял наше имущество, а Стефан выгуливал коней по полю вдоль поляны. Он обернулся в нашу сторону, и я махнул ему рукой.
– Стефан, мы хотим посетить слободу с Глебом, вы останетесь с повозкой, если колонна отправится без нас, вы не уезжайте, дождитесь нашего возвращения.
Мы взяли своих коней у Стефана, секиру я решил не брать, но и сундук оставлять не хотел, залез в седло, подождал, когда Глеб сделает то же самое.
– Стефан, подай сундук, – обратился я.
Стефан подал мне сундучок, и мы, дернув поводья, поехали вдоль поляны в сторону слободы. Ехать пришлось недалеко, с полкилометра примерно, она находилась немного в стороне от тракта. Подъехав ближе, в нос ударил стойкий запах горелого, свежей древесины и ещё чего-то. Это был целый город из небольших домиков, дорога шла прямо, а вдоль нее раскинулись домики-лавки ремесленников. Чего тут только не было: одежда, посуда, картины, мебель, всякая мелочь. Торговцы стояли возле дверей и вежливо зазывали путников посетить их лавку, уверяя, что у них товар самый лучший. Вот мы проехали мимо таверны, откуда раздавалась приятная мелодия.
– Господин, а что мы ищем? – задал мне вопрос паренёк.
– Оружейную лавку.
– Так они находятся почти в самом конце этой улицы, – добавил он.
Мы ехали не спеша, я рассматривал каждую лавку, выискивая сам не знаю что. Вот проехали лавку с музыкальными инструментами, непривычные для меня формы инструментов удивили, а разнообразие заставило меня с уважением кивнуть продавцу – это надо такую коллекцию собрать. Вот ещё одна таверна и ещё одна, лавки закончились, по обеим сторонам дороги растянулась цепочка таверн. Проехав ещё немного, мы оказались на небольшой площади с пересечением дорог. одна дорога вела к замку, а две другие по-прежнему были слободой. Тут же бегали веселые ребятишки, играя деревянными палками, изображая рыцарей, мы проехали прямо. Тут уже начались двухэтажные постройки и большие сараи, из некоторых раздавался звук удара молота. Мы доехали до оружейных мастерских, здесь народу было гораздо меньше, чем в той части рынка, да и лавочников, зазывающих путников, тут видно не было. Из одного здания, на вид более-менее приличного, вышел мужчина низенького роста, в шляпе с широкими полями, в руках он держал трубку, то и дело выпуская густое облако дыма, посмотрел в нашу сторону и широко раскинул руки, похоже, что он знает то ли меня, то ли Глеба. Мы подъехали ближе, мужчина радостно улыбался и смотрел на меня, значит, он знает всё-таки меня. Подъехав к нему, я спрыгнул с лошади, тот, радостно улыбаясь, приобнял меня за плечо и поприветствовал. У него были черные как смоль густые усы, такие же черные глаза, одет был просто, дорожный плащ серого цвета весь в пыли, похоже, он только что прибыл.
– Добрый день, сеньор Рафаэль, где вы так долго отсутствовали? Болезнь, война? – с вызовом в голосе спросил он.
– И то, и другое, – не совсем уверенно ответил ему я.
– Я вас давно жду, ваш заказ уже покрылся пылью, – он слегка рассмеялся, видимо, это такая шутка у местных торгашей. – Что мы стоим у порога, пройдемте внутрь, – пригласил он нас.
Глеб тоже слез с коня, взял у меня поводья. Мужчина что-то крикнул на непонятном мне языке, и через мгновение из дома выскочил мужичок, ростом он был мне по пояс, в кожаном переднике и берете на манер таксиста. Взял у Глеба поводья и отвел лошадей в сторону.
– Проходите, мой юный друг, – жестом приглашая Глеба внутрь дома.
Мы зашли в дом. Внутри было прохладно и темно, тусклый свет еле пробивался сквозь окна, покрывшиеся сажей, стены были выкрашены в теперь уже не пойми какой цвет. Пройдя по длинному коридору, мы вошли в комнату, тут было куда светлее и чище, посередине стоял большой стол, а по всему периметру стояли стеллажи, занавешенные темными шторками, ещё была одна дверь и два окна, тоже занавешенных шторами, но серого цвета.
Мужчина широким жестом пригласил нас за стол.
– Извините, гости дорогие, угощать вас нечем, только с дороги вернулись. Вы к нам по делу али так, на беседу зашли? – сразу взял быка за рога мужчина, видно, этот товарищ не простой торгаш посудой.
– Уважаемый, вы сказали, мой заказ приехал, я бы хотел взглянуть, – ответил я ему.
– Естественно, милорд.
Он опять что-то прокричал в сторону коридора на непонятном языке.
– Рассказывайте, милорд, где бывали, что видали, жажду услышать подробности, – улыбнулся мужчина.
– Простите, уважаемый, но в связи со сложившейся ситуацией времени особо нет вести беседы. Так сложились обстоятельства, что меня отправили родину защищать, – я слегка скривил недовольное лицо. – Батенька мой отправил меня на границу.
Мужчина немного побледнел и слегка дергающимся голосом пробубнил себе под нос:
– Но как же так, милорд, там же опасно. Ваш отец разве этого не знает?
В комнату вошёл тот самый мужчина, таща за собой деревянный ящик. Я немного расслабился, разговор с этим мужчиной был для меня настоящим испытанием. Своими каверзными вопросами он бы вытряс из меня всю душу. Глеб в оба глаза таращился на того мужчину, да, было в нем что-то странное, но за сегодняшний день меня уже ничего не могло удивить. Мужчина поставил ящик на невысокую тумбу, стоящую рядом со столом, и вышел обратно в коридор.
– Прошу вас, милорд, ваш заказ, – сказал хозяин дома и катнул в мою сторону по столешнице ключ. Я поймал его, покрутил в руке, ключ был настоящим произведением искусства, таких я ещё не встречал, замок с таким ключом вряд ли сможет открыть мошенник, множество различных канавок, насечек и прочего. Я встал из-за стола и направился к ящику, руки немного дрожали от волнения, что ж такого прежний я мог заказать? Я не спеша подошёл к ящику, вставил ключ в замочную скважину, там сразу что-то два раза щелкнуло, я повернул ключ, раздался ещё щелчок, дальше ключ пришлось ещё немного вдавить внутрь ящика, раздался еще щелчок, затем я повернул ключ еще на два оборота, при каждом обороте раздался сначала один щелчок, а на втором два щелчка, ключ снова ушел внутрь, щелкнул, и я повернул его ещё раз, крышка слегка приоткрылась, у меня проступил пот и начали трястись колени. Возникло ощущение, что это была некая проверка, но я сомневался на этот счёт, хотя… Я обернулся на хозяина дома, тот пристально следил за каждым моим движением. Значит, интуиция меня не подвела. Я сразу заметил, что этот человек не так прост, как кажется на первый взгляд. Я открыл крышку. Внутри ящика лежало что-то замотанное в черную шелковую ткань. Я взял свёрток в руки, по весу это было не очень тяжелое, но тяжелее меча, в длину свёрток был метра полтора, а диаметром – сантиметров тридцать. Я положил его на стол и принялся аккуратно развертывать. Ткань была обернута в несколько раз, она, кстати говоря, была очень приятная на ощупь, не знаю уж, для чего она служит тут, но в нашем мире она бы стоила безумных денег. Перед нами лежало три предмета, первый, самый маленький, был тубус из кожи с печатью в виде дракона и виноградной лозы, второй по размеру был свёрток из кожи, тоже с печатью, третий был чехол, или тубус, не знаю, как правильно называется эта вещь, длинный, кожаный, с клапаном на застёжке, весь покрыт неизвестными рунами. В комнату вошёл тот странный мужчина и что-то сказал хозяину этого заведения.
– Простите, господа, я должен отойти, – проговорил хозяин дома, вставая из-за стола.
– Что скажешь, Глеб? – обратился я к парню.
– Это гном, я точно вам говорю, господин, – выпалил вполголоса Глеб.
Поняв, что с Глеба толку ещё нет, он всё это время пялился на того мужчину. «Гном», – задумался я. Какой ещё гном, просто карлик, в голове не укладываются все странности сегодняшнего дня. Я встал и замотал обратно в ткань всё содержимое, посмотрю потом. Не знаю, что там я заказывал, как отреагировать, что говорить, вызову подозрение, начнутся разные вопросы, оно мне надо? Я завернул сверток и положил рядом с собой. Вернулся хозяин дома, не знаю, как его зовут, он не представился, скорее всего, я его знал в прежней жизни.
– Милорд, всё в порядке? – обратился он ко мне.
– Да, всё хорошо, у меня есть еще просьба к вам.
– Готов выполнить ваш любой заказ, милорд. Я ценю нашу дружбу и помню оказанную вами услугу. Так что я ваш должник.
– Вот этому отважному юноше нужно подобрать оружие и доспехи, – сказал я, указывая на Глеба.
– Этого добра сколько хотите.
Он снова крикнул в коридор. Тут же вошел гном. И точно, теперь я понял – это был гном, примерно так и выглядит гном в наших фильмах. Хозяин, указывая на Глеба, сказал что-то гному, тот посмотрел оценивающим глазом.
– Пойдём, парень, я дам тебе настоящее оружие.
Он как-то презрительно посмотрел на меня. Глеб встал и пошёл к гному. Тот отодвинул шторку с одного из стеллажей, стал перебирать содержимое на полках.
