– Я очень любила помогать маме, когда она готовила обеды… – начала вспоминать свою прежнюю жизнь Света.
* * *
Света очень любила помогать маме готовить обеды. Она расспрашивала маму, как лучше сделать, что приготовить в первую очередь.
– Окончу школу и поеду поступать в кулинарный техникум, выучусь на повара.
– Доча, ты хорошо учишься, поступай лучше в институт.
– В педагогический или в медицинский? Ни за что!
– Почему нет?
– Мам, ты знаешь как мы учителей доводим до высшего кипения? Они же все нервнобольные. Медики каждый день с больными людьми, так и сам заболеешь. А повар в белом халате, на голове белый колпак, каждый день вкусно кормит людей и каждый день ему говорят сотни раз «Спасибо».
– Может ты и права, но эта профессия очень тяжёлая. Надо раньше всех вставать и позже всех уходить с работы.
– Мам, это у нас в деревне так, а в городе такие же смены, как и у всех.
Света поступила в кулинарный техникум в городе и отлично училась. Студенческие годы самые счастливые у людей. Свете учиться было легко и она не замечала этого времени, но вот город, новые товарищи по учёбе, кинотеатры, танцы, вечерние посиделки с гитарой в общежитии – всё это ей очень нравилось. На танцах её всё чаще и чаще стал приглашать один парень. Он держался не очень уверенно, было видно, что он не городской. Городские вели себя уверенно, даже нахально.
Они познакомились, стали дружить, а к концу учёбы их видели вместе каждый день. Пришло время выпускных экзаменов и всем предстояло распределение по предприятиям. Тут-то и задумались Света с Сергеем. Они не хотели расставаться и решили писать заявление, чтобы их оставили в этом городе, или отправили в один и тот же город, но это было сложно, потому что Сергей учился в автодорожном техникуме.
Однажды Света уговорила Сергея поехать к её родителям. Сергей понравился родителям и Света рассказала им, что они любят друг друга и хотят быть вместе. Отец поговорил с Сергеем, узнал о его планах, узнал, что Сергей деревенский и город ему не очень нравится.
Отец предложил, чтобы Света с Сергеем, пошли к директору их совхоза и попросились на работу сюда.
– Папа, но мы можем приезжать только в выходные, как мы к нему попадём?
– Самое главное – ваше желание, если вы принимаете это предложение, то я устрою встречу с директором сегодня же. Наш совхоз богатый, сами видите, сколько тут стали строить жилья и производственных корпусов, я думаю от повара и от автокрановщика директор не откажется.
– В таком посёлке жить одно удовольствие, я согласен. А ты, Света, согласна? – спросил Сергей.
– Конечно согласна!
Отец сказал, что он с директором друзья и пригласил директора совхоза с женой на ужин.
Ужин удался. Сначала были шутки, смех, анекдоты, воспоминание отца и Алексея Егоровича, о молодости. Директор узнал профессии Светы и Сергея и сам предложил, чтобы они приехали работать сюда, в его хозяйство.
– Мы были бы рады, да у нас распределение по всему Советскому Союзу. Мы не знаем, куда нас направят.
– Если вы сами согласны, то это не проблема. Прямо сейчас пишите заявление на работу в наш совхоз.
Так Света и Сергей стали жить и работать в этом богатом совхозе. Они решили со свадьбой не торопиться. Света жила с родителями, а Сергей отслужил два года в Советской армии. Демобилизовавшись, он сразу засватал Свету и они стали готовиться к свадьбе.
Сорока пятилетие маме отмечали у них дома, были приглашены близкие родственники и друзья. Алексей Егорович беседовал под яблоней с отцом Светы и с Сергеем. Он предложил Сергею повременить со свадьбой: – «Скоро сдаётся пятиэтажка, отпразднуем Комсомольскую свадьбу и вручим вам ключи от квартиры».
– Огромное вам спасибо. – поблагодарил Сергей директора – Но в деревне жить в пятиэтажке, я согласен временно. Буду строить свой дом.
– Вот это правильно. – одобрил директор – Тогда так. Пиши завтра заявление на само строй, я скажу прорабу, он поможет тебе со всеми документами.
Отшумела весёлая свадьба и молодые стали жить сначала у родителей, затем в летней кухни, которую уже построили на своём участке. Завершив строительство своего дома, они постепенно приобретали современную мебель и вот уже в доме появился первенец – Сергей Сергеевич, а через три года родилась и дочь Аня. Счастливые годы люди не замечают, так пролетели года и у них. Двенадцать лет в счастливых заботах, но в жизни всегда появляется – НО.
Светлана стала чувствовать боль при близости с мужем, но терпела, по больницам бегать не было времени. Пришло время и Света стала избегать половой жизни, а Сергей стал жалеть её, потом обижаться, потом злиться. Она обращалась к врачам, но её успокаивали, говорили, что лёгкое воспаление.
Сергей всегда пропадал на работе со дня их свадьбы, но домой всегда стремился, а тут охладел к дому, к жене, к детям. Он стал ещё позже приходить с работы пьяным. Потом стало случаться, не ночевал дома, а однажды сказал, что уезжает на Север.
Он взял деньги, которые копил на машину и уехал. Свету это сломило, но она тешила себя мыслью, что он ушёл не к другой женщине. Она опустила руки и жила по инерции.
Дети были предоставлены сами себе, хозяйство быстро ушло, осталась одна корова. Света всё сильнее болела.
Вера Ивановна ругала её. Однажды она взяла Свету за руку и повела в поликлинику. Врач, осмотрев Свету, сразу вызвал машину скорой помощи и отправил её в областную больницу.
Светлане удалили матку. Света очень трудно восстанавливалась, потому что не цеплялась за жизнь. Она уже была дома, но интереса к жизни так и не приобрела, по хозяйству всё делали её дети. Её родители в это время уже жили далеко, у своего сына, у которого родились близняшки.
Вера Ивановна зашла проведать Свету и увидела всю эту картину. Она стала уговаривать Свету очнуться, говорить, что надо жить ради детей, но видела, что Света не реагирует. И тогда Вера сорвалась. Она кричала на Свету, обзывая её тряпкой и размазнёй, кидала на пол грязную посуду, кидала в лицо Светлане грязные полотенца. И Света зарыдала. Она рыдала в голос с охами и завываниями, кидаясь из угла в угол. И они уже воют, как раненные волчицы.
Утром Света встала и вышла на улицу, она увидела сына он доил корову. Пятнадцатилетний её сын доил корову не потому, что хотел помочь маме, а по необходимости. У Светы сжалось сердце, она вернулась в дом и стала готовить детям завтрак. Зашёл сын, стал мыть руки.
– Зачем ты встала? Шов разойдётся. Аню разбудила?
Света заметила, что он её ни разу не назвал мамой. Она приготовила на стол завтрак и когда дети сидели кушали, она сказала им:
– Всё, дети, я выздоровела и с этого дня, будем возвращаться к нормальной жизни.
– Но тебе ещё нельзя работать. – возразила Аня.
– Я выздоровела душой. – тихо сказала Света.
После школы дети пришли домой и увидели на столе все их любимые блюда.
– Как я соскучилась за такой едой! – обрадовалась Аня.
– М-м-м-м, как вкусно пахнет. – сказал Сергей.
Света даже обиделась, что после того как дети поели и сложили в раковину посуду, ушли в свою комнату не сказав, как прежде, «Спасибо». Но через минуту она обрадовалась, что она снова стала чувствовать душой, что к ней вернулись человеческие чувства: вины, обиды, сожаления, радости.
Ей хватило мудрости не навязывать детям ничего. Она кинулась исправлять испорченную обстановку в доме. Она долго и терпеливо делала всё, чтобы вернуть любовь детей. Про домашние работы и говорить не стоит, она взвалила всё на себя. Но надо сказать, что дети продолжали выполнять свои обязанности. Дочь не позволяла маме мыть пола, сын продолжал заниматься во дворе. Дети быстрее взрослых откликаются на доброе к ним отношение и вскоре их совместная жизнь наладилась.
Света продолжала заставлять себя вникать в жизнь детей, но старалась ничего им не навязывать, интересовалась делами в школе, интересовалась мнением детей, советовалась, рассказывала про дедушку и бабушку забавные истории. Рассказывала про себя в детстве, а детям очень понравились истории про родственников.
Втроём они доставали альбом и дети слушали рассказы мамы, про того или другого родственника и что он учудил в своей жизни. Они смеялись все вместе и жизнь их становилась всё лучше. Аня росла весёлой девочкой, всегда целовала маму прибегая со школы и тут же тараторила про школьные новости. Сергей рос серьёзным парнем, но с мамой и с сестрой был приветлив и чувствовалось, что он уже почувствовал себя единственным мужчиной в семье.
Отец детей, через год, прислал деньги для них, в первый и последний раз. Все трое старались не говорить о нём, но чувствовалось, что все трое скучают без отца. Светлана стала увеличивать и своё подсобное хозяйство, все понимали, что денег не хватает и делали всё вместе безропотно. Осенью, заготовив для семьи продукты, что бы хватило до следующего урожая, остальное продавали и покупали новую одежду.
Серёжа окончил курсы шоферов от военкомата и почти сразу его призвали в Советскую армию служить, на два года.
Света с Аней продолжали держать большое хозяйство, но за всем уже не поспевали, то там, то тут появлялись недоделки. Прошлая зима была очень суровая с буранами и сильными морозами. Произошла авария на газопроводе и весь посёлок остался без газа. Тогда-то и попортили все электропроводку. Пользовались только электроприборами.
– Вот так мы и дошли до жизни такой. Аня меня упрекала, что из-за моей гордости, мы скоро сгорим. Я решилась обратиться к чужому электрику, пусть и пойдут сплетни, но хоть жёны будут без претензий. – закончила свой рассказ Света.
Они продолжали ещё долго лежать молча, переживая драму семьи. Никита гладил Свету по голове, прижимал её к себе, но слова были лишние. Они оба понимали, что Света переступила порог ещё одного этапа своей жизни.
– Я не знаю почему, но мне хочется с тобой быть откровенной.
– Я благодарен тебе за это.
– Ты знаешь, в первый вечер, всё произошло так быстро и естественно до того момента, когда ты остался у меня ночевать. Когда я легла на свою кровать, я испугалась, что утром всё равно тебя увидят соседи и пойдут сплетни. Если даже у нас с тобой ничего не будет – подумала я – всё равно скажут, что было. Так пусть будет – решила я.
– Правильно решила. Я бы не решился к тебе пойти.
– Я это поняла. Ты же старого воспитания человек.
– Я подумал, если приду к тебе в постель в первый день знакомства, ты выкинешь меня из своего дома, и была бы права.
Я подумала: «Вдруг ты больше не придёшь?» А мне очень хотелось узнать, полноценная я женщина или нет. После операции я считала, что я уже не женщина, и с мужчиной у меня ничего больше в дальнейшей жизни не будет. За себя не говорю, я была уверена, что уже не испытаю того, что пишут в книгах, показывают в кино. Я просто не верила, что женщина отдаётся такой страсти и чувствует такое блаженство, как показывают в кино. Врут. Но мне сильно хотелось узнать, как будет со мной мужчине? Боялась, что ему будет неприятно иметь дело с больной женщиной. – Света, помолчав, продолжала – Я решилась пойти к тебе. Если не получится у меня ничего, ты просто больше не придёшь, а потом и вообще уедешь в свой город, а мне останется доживать свой век одной.
– Ах ты, коварная женщина! Так я для тебя был подопытным кроликом? – он понял, что Свете очень не легко далось это решение. Он даже заметил, что её колотит дрожь от волнения и решил подурачиться, что бы снять её нервное напряжение. Ей и так досталось много переживаний. Она выговорилась чужому человеку, это очень хорошо, а сейчас вместе подурачатся и всё в её душе успокоится.
Света услышала шутливый настрой Никиты и приняла игру: – Да, я использовала тебя в качестве подопытного кролика и очень рада, что мне попался такой прекрасный экземпляр.
– Ах, ты ещё и рада, что мучила бедного кролика? – Никита пощекотал её под мышками, она завизжала, засмеялась и сквозь смех продолжила:
– Я пришла к кролику, легла к телёнку, оказалась в руках ласкового мужчины, а в облака улетела со страстным любовником. Аж два раза подряд.
– Вот ты с кем меня сравниваешь? С кроликом и с телёнком? Ну, заяц, – погоди! – Никита набросился на Светлану, щекотал её и целовал, она извивалась под ним и кричала, что готова за это понести суровое наказание.
Они оба устали от возни на диване и перешли к нежным ласкам.
– И какой вывод ты сделала? – уже серьёзно спросил Никита.
– Я за всю жизнь с любимым мужем не испытывала ничего подобного. Он всегда был занят работой и по вечерам мы просто занимались любовью, потому что это надо было делать. То, что я испытала с тобой… Да ты сделал меня нормальной женщиной!
– Я очень рад за тебя. – ответил Никита.
– Теперь я другая. Я поверила, что ещё не старая и могу встретить свою половину и быть счастливой. – она перевернулась и легла на Никиту:
– Спасибо тебе мой страстный любовник! – зашептала она и стала его целовать в губы.
Он руками теребил её груди, ласкал талию и бёдра и почувствовал, что кончает вперёд Светы, но она тут же выгнулась и через миг легла спиной на Никитины ноги. Они лежали «Валетом», соединённые, уставшие, удовлетворённые. Света перевернулась и снова легла рядом с Никитой.
– Давай спать. – прошептала она.
– Ну нет уж! Ты согласилась на суровое наказание. Я приговариваю тебя ещё к одному взлёту к звёздам!
– Я боюсь за твоё слабое сердце. – хихикнула Света.
– Моё сердце подсказывает мне, что ты готова принять мой приговор.
– Я готова, мой повелитель.
Утром Никиту опять разбудил будильник. Выключив его он встал, оделся и пошёл делать все утренние дела по хозяйству. Подоил и выгнал корову в стадо, накормил всю живность.
Никита выдёргивал довольно высокие сорняки на картофельном огороде. Собирал сорняки в кучи, чтобы отнести свиньям, цыплятам.
– Опять не разбудил! – услышал он голос Светы за спиной. – Я сейчас возьму вторую тяпку и приду помогать. – Света, постой. Я прилично потрудился утром и проголодался, ты лучше приготовь завтрак.
– Справедливо, каждый должен заниматься своим делом. Повар – готовить
– А электрик полоть картошку? – спросил Никита.
– Кто на что учился!
– Света, ты меня слышишь?
– Слышу, слышу!
– Ну, Света, – погоди!
Она зашла в дом, а Никита наметил ещё три рядка и продолжил работу. Он думал:– «Чем заняться после завтрака? Аккумулятор стоит на зарядке» – вспомнил он. – «На речке сполоснуться? Баня! – вспомнил он. – Надо же привести в порядок баню.»
– Кушать подано. – встретила его Света и поцеловала Никиту в небритую щёку – Колючий какой!
– Точно. Позавтракаю, да надо в гостиницу за вещами. Мотоцикл можно взять, съездить?
– Ты думаешь он заведётся?
– Куда она денется – это же «Планета», а я говорил, что женский род меня уважает.
– Я погляжу, как она тебя уважает, к ней уже год никто не подходил.
– К тебе пять лет не подходили.
– Ах ты, – зазнайка! – ударила по его плечу полотенцем Света. – Ешь, да не болтай лишнего.
– Наши парни потеряли меня.
– Да они и не заметили. Пьют водочку в своё удовольствие.
– Петрович волнуется.
– Это пожилой мужчина?
– Да. Мы с ним дружны, вместе на рыбалку ходим.
– Да ты ещё и рыбак? Я в школьные годы тоже любила рыбачить.
– Знаешь что? Давай поедем на речку с удочками. У тебя река под носом, а когда ты любовалась ею в последний раз?
– Уж и не помню.
– Я и говорю, пора и отдохнуть на реке с удочкой.
– А дела?
– Дела от нас не убегут. После завтрака, я займусь банькой, а ты в доме наведёшь порядок. Потом я в гостиницу смотаюсь, заберу свои вещи, удочки и поедем с тобой за посёлок на речку. Посидим с удочкой, послушаем природу, птичек.
– Ну-ну, размечтался. С банькой до вечера провозишься.
И точно, банька была завалена чем попало. Никита решил всё просто вынести из баньки, а разбирать в другой день. Проверил электропроводку, подчинил её, почистил печь, залез на крышу и установил нашедшуюся трубу. Он обмёл все стены веником, проверил тягу печи. Когда он зажёг в печи бумагу и немного сухих веток, дым повалил в баньку, но немного прогревшись, тяга восстановилась и огонь весело заплясал в печи.
Пришла Света и они уже вместе стали мыть стены, полки, скамейки, котёл. Никита наносил чистой воды в котёл.
– Вечером осталось прогреть баньку и прогреться самим. Давно я в деревенской баньки не грелся. – потёр руки Никита.
– Мы раньше тут и стирали. Стиральная машинка в предбаннике стояла, вот тут. – сказала Света.
– Значит тут она будет стоять и теперь. Я в гостиницу смотаюсь, а ты приготовь хлебушка, да червей накопай. До восьми часов мы с тобой ещё и на уху наловим рыбы.
И вот они уже на реке, Света показала, как проехать к этому месту, где они с пацанами, много лет назад, ловили хороших окуней, линей, а осенью даже щук.
Надо было видеть, как сияют глаза Светы, как она с восторгом вытаскивала окуня, затем леща. Она быстро вспомнила все повадки рыбака и с азартом, поплёвывая на крючок с червяком, забрасывала его в воду.
– Рыбачка, пора закругляться, уже почти восемь часов. – стал сматывать удочки Никита. – Пора кормить твою живность, да и корова скоро придёт домой.
– Как быстро пролетело время. Я отключилась от всех забот. Ты опять заслужил от меня -«Спасибо».
– И всё? Только «Спасибо»?
– Ладно, ещё потру тебе спинку в бане.
– Вот это дело, буду ждать с нетерпением.
У них оставалось немного времени, пока придёт корова. Никита занялся банькой, а Света чистила рыбу по крупнее, а мелочь отдала свиньям, угостила кошек, внутренности рыб растаскивали куры. Никита перенёс стиральную машинку в предбанник, чтобы воспользоваться горячей водой и постирать. Банька была построена хорошим мастером, тепло стало быстро наполнять баньку, обогревая стены, полки и нагревая котёл с водой.
– Никита, так что с рыбой делать? Давай я её положу в морозилку, а во вторник приедет Аня и я приготовлю уху и заливную рыбу.
– Так и сделай, мы с тобой поужинаем тем, что осталось от обеда.
Никита зашёл в летнюю кухню, достал из своего чемодана электробритву и стал бриться. Потом Никита взял чистое бельё и пошёл в баньку:
– Светлана, так я тебя жду, ты обещала потереть мне спину.
– Мог бы не напоминать! – крикнула она из своей комнаты.
В баньке Никита поддал пару и сел на верхнюю полку. Пар клубами обволакивал тело и приятно пощипывал его жаром. Через минут десять в предбанник зашла Света.
– О! Тут уже стиральная машинка, тогда я принесу бельё и пока мы моемся, постирается и бельё. Твою одежду я тоже закину стирать.
– Я так и хотел предложить, но что я одену после бани. – крикнул Никита.
– Я принесу тебе спортивный костюм. Налей в стиральную машинку горячей воды!
Никита осторожно налил горячей воды в машинку и снова залез на верхнюю полку, лёг на спину и расслабился.
– Ух! Как жарко. – Света быстро прошла к нижней скамейке и села спиной к Никите. Она посидела, привыкая к теплу, затем взяла деревянный ковш и плеснула на раскалённые камни. Пар клубком ринулся к потолку и по всей бани. Никита ощущал в себе радостное волнение.
– Я тут нашёл три старых веника и из них собрал один. Похлестать тебя? – Никита старался не смотреть на Свету, но это ему не удавалось. Её тело было средней полноты, ещё была талия, красивая полная грудь, полные бёдра и красивые ноги.
– Я ещё не распарилась, а вот тебя уже можно отхлестать.
– Это за что же меня отхлестать?
– А за всё хорошее. Ну а потом, на три года вперёд. Поворачивайся, ложись на живот. – Света ещё плеснула на камни воды и приступила к «избиению» Никиты, берёзовым веником. Никита охал и ахал, а Света заставляла его поворачиваться с боку на бок и хлестала, хлестала, хлестала. Она сама не выдержала жара и выскочила в предбанник, за ней выскочил и Никита.
На улице было уже темно и Никита набрав холодной воды в ведро, вышел в полисадник и вылил на себя холодную воду. «У-у-х!» Они посидели в предбаннике.
– Зимой мои мужчины выскакивали прямо на снег, падали и кувыркались в снегу, потом опять забирались на верхнюю полку. Я стеснялась.
– Теперь моя очередь избивать тебя веником. Пошли.
Света засмеялась и ответила: – Пошли.
Никита так же плеснул воды на камни, те зашипели, превращая воду в пар, затем он слегка касаясь тела стал поглаживать Светлану листьями веника, потом несильно начал хлестать её по всему телу. Отложив веник он стал ладонями растирать спину Светы, массажировать её ноги руки и только потом перешёл на шейный отдел позвоночника, перемещая массаж ниже и ниже. Никита по спорту был знаком с массажем и умел расслабить застоявшиеся мышцы.
– Твои мышцы требуют целого курса массажа. Ты большую часть суток проводишь на ногах, изо дня в день делаешь одну и туже, тяжёлую работу.
– И что же мне делать.
– Тебе ничего, просто вечером лечь на живот, а я буду делать тебе массаж.
– Времени и так ни на что не хватает.
– Для здоровья, надо найти время. Перевернись на спину.
Светлана повернулась на спину. Никита в это время поддал ещё парку, повернувшись, он застыл на мгновение. Света лежала перед ним, заложив руки за голову и закрыв глаза. От такого зрелища его пенис стал подниматься. Никита набрал в ковшик холодной воды и вылил на его. Видимо Света в этот миг посмотрела на Никиту и прыснула от смеха.
– Ты зачем его обижаешь? – спросила она.
Никита страшно смутился и вышел. Света поняла, что зря это сказала. Она встала, вышла тоже. Закрутила большое полотенце вокруг себя, что бы не смущать Никиту, выключила машинку:
– Никита, помоги отжать бельё.
Они вместе отжали бельё, сложив его в таз. Никита добавил в машинку горячей воды и зашёл в баню. Пока Света набирала бельё на вторую стирку, Никита крепко намылился и тёр себя мочалкой.
Зашла Света: – Давай спину потру. – взяла мочалку и стала тереть Никите спину. Затем прижалась к нему сзади всем телом. Они постояли так немного. Никита взял мочалку, повернулся к Свете лицом и стал тереть её тело, повернул её спиной к себе и потёр хорошо ей спину. Он размешал в ведре холодную и горячую воду и сверху полил на Свету, второе ведро вылил на себя. Света подошла к нему и прижимаясь всем телом стала целовать Никиту.
– Света, пойми меня правильно. В бане наши тела сильно распарены, поэтому у тебя ничего не получится. Давай подождём, а на постели я тебе разрешу всё, что тебе захочется.
– Никита, я не для себя, я тебе хочу сделать приятное – прошептала она.
– Светочка, не обижайся, я очень хочу, но не буду. Мы всё сделаем на диване. Так надо, ты не обиделась?
– Я верю тебе. Ну иди, одевайся. – Никита вышел. Дома он приготовил романтический ужин.
Светлана в халате зашла в дом распаренная, её лицо было красное и покрыто водяными капельками.
– Ух ты! Какая прелесть. – увидев накрытый стол воскликнула она. В этот миг зазвучала музыка из проигрывателя. – Романтический ужин при свечах?
– Увы, я не знаю, где найти свечи.
– Это дело поправимое. Вот, открой этот шкафчик, возьми свечи, а я оденусь.
Никита взял три свечи, зажёг и пристроил их в стаканчиках. Когда вошла Света, он потушил свет. Свечи освещали центр стола, а остальное пространство кухни осталось в полумраке. Никита налил в фужеры наливочку. Они сели напротив друг друга:
– С лёгким паром тебя, моя королева! – протянув фужер, сказал Никита.
– С лёгким паром, мой король! – стукнувшись фужером, ответила Света.
Они выпили и стали закусывать молча. Никита сидел в новой футболке, на которой была нарисована пальма, а на Свете был красивый, в маках, халат. Никита налил ещё наливки.
– После баньки…
– Можно я скажу? Никита, мне временами так стыдно, что я веду себя как девчонка. Я ничего не могу с собой поделать. Виноват в этом ты. Ты разбудил во мне женщину. Я очень, очень тебе благодарна за это. Давай выпьем за счастливый случай, который свёл нас!
Они чокнулись и выпили. Чуть закусив, Никита пошёл и поставил ту пластинку, что играла в первый их вечер.
– А теперь вальс. В зале места больше, пойдём туда.
Никита взял Свету за руку и они закружились в зале. Они даже не дотанцевали до конца, Света остановилась и прижалась к Никите:
– Извини, после бани не могу, такая слабость.
Они сели за стол. Никита рассказал пару анекдотов, они смеялись, но чувствовалось, что баня их сморила. Они убрали со стола и пошли вместе на диван.
Проснулись они от звона будильника. Зашевелились. Никита быстро встал, оделся и вышел. Светлана лежала голой. Она сладко потянулась: – «Как же я уснула? Сильно меня сморила банька. Никита обиделся, даже „Доброе утро“ не сказал. Вот блин!». – она встала и пошла в свою комнату одеваться.
Когда она подошла доить корову, заметила, что вся живность уже накормлена. Света стала доить корову.
– Доброе утро, Светик!
– Ох! Напугал. Точно как шпион из засады.
– Я телёнка отвёл пастись.
– Никита, ты прости меня, пожалуйста. Я забыла тебе вчера сказать, что сегодня мне надо раньше на работу.
– Понятное дело. Иди.
– Так у нас бельё в корыте мокрое. Повесь его на просушку. Верёвки во дворе и в полисаднике.
– Задание понял. Разрешите приступать?
Закончив доить, она вывела корову на улицу. Взяла велосипед, у которого на багажнике была прикручена проволочная корзина. В корзину она поставила десятилитровый бидон, и поехала на работу.
Никита зашёл на веранду, включил сепаратор и налил в него вчерашнее молоко. Вышел развешивать бельё.
К воротам подъехал мотоцикл, по звуку Никита определил, что это «Урал». Во двор зашёл парень с пустой трёхлитровой банкой, повертелся вокруг себя, что-то высматривая:
– Наверное забыла. – сказал он.
– Ты что-то ищешь? – спросил Никита.
– О! Я не заметил вас. Я каждый понедельник забираю у Светланы Николаевны молоко, для ребёнка, но видимо она забыла выставить.
– Я об этом ничего не знаю, но ты приехал вовремя. Я сепарирую всё молоко и сейчас только собирался вылить всё в сепаратор. Давай банку, я налью свежего.
– Извините, пожалуйста, жена просила, чтобы я узнал за сметану. Если есть, то мы тоже будем брать.
– Я сейчас. – ответил Никита и вошёл в дом. Он вынес молоко и литровую банку густой сметаны. – Может ещё что надо?
– Если можно, водички. Вчера дом накрыли шифером и хорошо посидели.
– Понятно. Лучше огуречного рассола. Я принесу.
Никита достал из холодильника маленькую кастрюльку с солёными огурцами и помидорами.
– Вот, похмелись. Я бы наливки тебе дал, да ты на мотоцикле.
– Нет, нет. И за это спасибо. Ух какой рассол. – он взял пальцами помидор и стал его есть.
– Жена моя вторым беременна, так замучила меня. Солёные огурцы ей покупаю каждую неделю, но магазинные ей не очень нравятся. Можно я ей эти возьму?
– Конечно возьми. Давай в банку переложим. Слушай, ты всё равно приезжаешь сюда за молоком, мог бы покупать у Светланы огурцы и помидоры домашней засолки, бочковые, по магазинной цене.
– Правда? – обрадовался парень – Если жене понравятся, обязательно будем брать. А сейчас вы можете набрать? Я тоже домашние люблю. Тётя Света записывает что мы берём, а с получки я рассчитываюсь.
– Конечно наберу. – Никита снял с забора две трёхлитровые банки и пошёл в погреб.
Когда он вернулся к парню, кастрюлька уже была пуста.
– Ну как, понравились?
– Ещё как! Спасибо вам большое. Я поехал, на работу надо.
Никита дождался когда закончится сепарироваться молоко, разобрал и положил в ведро с водой все детали сепаратора. Он позавтракал и решил в столовую не заходить, а пошёл прямо к месту работы.
Pulsuz fraqment bitdi.