– А вы уверены, что здесь никого нет? – мысль о невозможности существования этих просторов без присмотра никак не хотела давать покоя и метрономом отстукивала в его голове. – Вдруг сейчас покажется Служитель Памяти? Или сам Хранитель? Что тогда?
Латар остановился, и Каар подошёл к Джаргу. Они внимательно посмотрели на него, затем друг на друга.
– Мы думаем – это забытая часть Архивов… или тайная, – медленно начал Каар. – За три года мы ни разу здесь никого не видели и не слышали.
– Ты же сам хотел помочь брату? – закончил Латар.
– Я просто спросил.
– Нам сюда.
Каар сделал несколько поворотов между деревьями-колоннами, и друзья вышли на улицу. Между ровным рядом деревьев и линией колонн с арками, чередующимися между собой, было около десяти-пятнадцати шагов – и примерно такое же расстояние до следующего колонного леса. Каждая колонна, разделявшая леса, увенчивалась шаром, испускавшим мягкий свет. Этот свет можно было видеть – он, словно клубы тумана, спадал вниз и расстилался по полу…
– Теперь ищи вот такие символы, они обозначают род Элеро, – Каар указал на несколько знаков в словаре.
– Они будут на колоннах деревьев, – добавил Латар. – Как и на том, что мы показали.
– Или вот эти, – показал ещё несколько Каар. – Они будут на столбах-указателях, обозначают Родовые Архивы. Вопросы есть?
– Да. Когда найду – что делать?
– Среди корней каждого дерева лежат шары, – Латар поднял один. – Если найдёшь нужные символы, а нас не будет рядом, возьми любой шар, представь меня или Каара и говори всё что хочешь – мы тебя услышим, – Латар положил шар на место.
– Только не пользуйся ими просто так, они забирают много сил, – добавил Каар.
– Мне нужно знать что-то ещё?
Друзья переглянулись.
– Этого достаточно, давайте искать, – с этими словами Каар направился через арку в Лиственный лес.
Он отличался от предыдущего наличием книг. В каждом дереве-колонне была толстая каменная жила, уходившая вверх, параллельно ей вздымались книги. Между полками располагались жилы потоньше, опоясывая всё дерево по кругу.
Джарг не понимал, зачем хранить книги таким образом. Из-за того, что они лежали параллельно полу, всё время приходилось поворачивать голову, чтобы правильно рассмотреть знаки, нарисованные на корешках. А прочитать те, которые лежали сильно выше его роста, не представлялось никакой возможности. До самых верхних же, располагавшихся у кроны, можно было бы добраться только с помощью очень высокой лестницы.
«По полкам можно было бы хоть залезть. А здесь как? Лезть по книгам? Ещё вывалятся… А если мне понадобится нижняя, как её вытаскивать? Все же лежащие на ней упадут…»
Сначала он пробовал залезть по каменным кольцам, но они оказались слишком узкими, а расстояния между ними – слишком большим. Бросив всякие попытки залезть и просмотреть вышестоящие книги, он сосредоточился на нижних, продолжая размышлять о неудобстве устройства Архива. Джарг честно пытался найти указанные символы, но попадалось что угодно, только не они. Из-за равномерного мягкого света и абсолютной тишины понять, сколько прошло времени, казалось невозможным. Случайно встретившись с Латаром, он был очень удивлён, узнав, что скоро ночь.
– Да не могли мы здесь пробыть целый день! Я даже не голоден!
– Поверь мне, голод и усталость почувствуешь, когда выберемся. Давай найдём Каара.
Долго искать не пришлось – он был через несколько рядов деревьев.
– Нашли что-нибудь? – встретил он вопросом.
– Нет, а ты? – Латар взглянул на надписи у корней.
– Тоже. Скоро ночь, если мы не хотим здесь ночевать, то надо поспешить, вода уже должна быть высоко.
– Но ведь мы так ничего и не нашли? Не знаю, как вы, а я совершенно не устал, – Джарг уже собирался предложить оставить его здесь на ночь, но Каар взял приятеля за плечи и легко встряхнул.
– Тебе лишь кажется, это первое впечатление. Мы сначала тоже торчали здесь безвылазно, а потом неделями отсыпались и отъедались. Само нахождение в Архиве забирает много сил. Помнишь, пещера тебе тоже казалось большой, так вот, здесь то же самое. Тебе лишь кажется, что ты не устал, а на самом деле твой организм уже работает на пределе возможностей. Мы вернёмся сюда завтра утром и продолжим искать.
Латар забрал у Джарга словарь, и они с Кааром пошли, Джаргу ничего не оставалось, как последовать за ними. Найти дорогу назад оказалось не так просто. Несколько поворотов не туда заставили их кружить на месте, пока, наконец, друзья не нашли нужное дерево у самой стены. Джарг теперь не был уверен, что это действительно стена, а не одна из разделяющих Архивные леса оград. Латар спрятал словарь и открыл проход. По туннелю они бежали изо всех сил, пока под ногами не начала хлюпать вода.
– Неужели, опоздали? – Латар стал внимательно осматривать стену, пока Каар не указал ему на что-то. – Можем попробовать перейти, выше пояса не должно подняться.
Они побежали быстрее. Джарг сомневался в том, что туннель короткий, – по крайней мере, он точно не такой, как ему казалось изначально.
– А переплыть никак? Вы ведь раньше только вплавь перебирались, разве нет? – на бегу спросил он.
– Всегда есть критический рубеж. Вода затапливает туннели выше половины, – Каар ответил, не замедляя бега, – может не хватить воздуха, чтобы проплыть по ним. Надо спешить.
В саму пещеру они уже вплывали, нащупав канаты-перила, – по ним переплыли на другую сторону. Вход в ущелье оказался почти затоплен.
– Скорее, Джарг, а то не успеем! – крикнул Латар и скрылся в ущелье.
– Давай, я сразу за тобой, – подтолкнул Каар.
Плыть было неудобно, воздух оставался только под потолком. В какой-то момент Джаргу показалось, что они просто бултыхаются на месте. Зацепиться за стены или потолок не представлялось никакой возможности – те были абсолютно гладкие. Он не мог сказать, как долго длилось это испытание, но вдруг заметил – вода постепенно начала снижаться. Или просто потолки теперь были выше? Выйдя из воды, они ещё долго лезли вверх по изгибам туннелей. Джарг наткнулся на руку Латара.
– Здесь выход, будь аккуратен, лезь след в след, – и, держа за руку Джарга, Латар вылез из ущелья. На улице царила ночь.
«Они оказались правы», – вместе с этой мыслью на Джарга накинулся голод, за ним навалилась и усталость. Ноги почти подкосились, Каар подхватил его.
– Надо вылезти наверх, на плато, а там отдохнём, – сказал тот и подтолкнул вперёд.
Лезть под звёздами было сложнее. Глаза у всех, кроме Латара, долго привыкали к темноте, Джарг на ощупь находил места, где стояли ноги и руки Латара, – и только после этого тот убирал их, а Джарг вставал и хватался. Каар постоянно поддерживал его за спину, по возможности помогая двигаться вперёд или вверх. От усталости дрожали руки и ноги, радовало лишь одно – не было видно головокружительной высоты. Наконец, они выбрались, Латар почти затащил обессиленного Джарга.
– Ну, что скажешь? – переводя дыхание, спросил Латар, когда все улеглись на самом краю обрыва, отдыхая после подъёма и рассматривая ночное небо. Джарг слегка пошевелился, больше двигаться не хотелось. Не хотелось говорить, даже дышать – ничего не хотелось.
– Дай ему пару минут, для первого раза он пробыл там слишком долго, – ответил за него Каар. Они лежали неподвижно, рассматривая звёзды, слушая, как далеко внизу разбиваются морские волны, думая каждый о своём.
– Конечно, я всегда знал, что вы двое ненормальные, – тихо заговорил Джарг, – но чтобы настолько! Таскаться сюда три года подряд! Добровольно! Как вы ещё не убились? – Он сел и сурово посмотрел на лежащих друзей. – И почему не взяли меня раньше?
Все улыбнулись – смеяться не было сил.
– Через день закат цикла Враанов, – Латар сел и, глядя вдаль, продолжил. – Все будут в сфере, на их Танце Жизни. Отец готовил грандиозный Танец…
Каар тоже сел, теперь они расположились полукругом, лицом к обрыву и морю.
– Надо идти во время самого Танца, – он сразу понял, что имел в виду Латар.
– Но ведь мы ничего не нашли! Как мы туда попадём? – Джарг всё ещё не улавливал, о чём они говорят.
– Мы туда полетим. На крыльях, – уточнил с улыбкой Латар и снова лёг на землю.
Ещё утром Джарг жалел о том, что они не летят, но узнав о намерении Латара прилететь в дом Элеро, он захотел, несмотря на усталость, не медля ни минуты, вернуться в Архивы и искать там хоть сутки напролёт, но найти какой-нибудь лаз, проход, тайник – что угодно, только не лететь.
Латар с Кааром лежали рядом и думали о том же, лишь с той разницей, что мысли их были посвящены Восточному Ветру. А вдруг именно в день Заката цикла Враанов, именно во время праздника, Восточный Ветер стихнет? Латар смотрел на звёзды и думал, в порядке ли его старший брат? Добрался ли Лорний куда хотел? И куда он вообще направился? Орникс ничего не говорил, он либо не знал сам, либо считал, что Латару этого знать не нужно. Каар встал:
– Я пойду. У меня завтра занятие со Жрецом. Если оно состоится, то мне понадобятся силы.
– Увидимся завтра, – не отрывая взгляда от звёзд, ответил Латар.
– Я тоже побегу, – медленно начал подниматься Джарг. – Жрать охота, просто сил нет.
– А мы тебе говорили, – помогая подняться, заметил Каар.
– Ох! Какие молодцы! Если знали, могли бы взять что-нибудь поесть.
– Много с собой не возьмёшь, а прятать тут негде, – уже серьёзно ответил Каар.
– Сообщи Коэлу, что завтра вечером будем тренироваться, – Латар закрыл глаза.
– Хорошо. Ты остаёшься?
– Да. Вы идите, а я ещё полежу.
Джарг догадывался, почему Латар не торопится домой. Смерть отца, отношения с дядей, – всё это должно было, скорее, отталкивать от дома. Латар лежал неподвижно, пока не утихли шаги уходящих друзей и он не почувствовал, что ветер разыгрался в полную силу.
Он открыл глаза. Звёзды по-прежнему молчаливо смотрели сверху вниз, ветер шуршал в траве, вода с завидным упорством билась внизу о скалы. «Древние, помогите нам!».
Вскочив, он побежал изо всех сил. Добравшись до окраины города, залез на крышу и уже там из тайника достал крылья. Надеясь, что дядя ещё не догадался, как именно он убегает из дома, Латар поймал вертикальным крылом окрепший ветер, и как только тот начал его потихоньку тащить, раскрыл и встал на крыло горизонта. Одновременно открыв все крыла, он стремительно взмыл вверх, в ночное небо, полное звёзд.
Духота. Теснота. Вонь. Хранитель как можно реже старался выбираться из своей обители и практически никогда – в новую часть города. Её отстроили недавно – каких-то пятьдесят, сто лет назад. Она задумывалась, как и старый город, с размахом, но потом всё застраивалась и застраивалась – до такой степени, что по некоторым улицам приходилось протискиваться боком. В отличие от домов в других частях города, здесь не было проёмов – только окна, закрывающиеся ставнями.
Единственным, что осталось неприкосновенным после хаотичной застройки, были восемь лучей, ведущих через новый, старый, древний и первый города к самому сердцу столицы. Их – просторные, словно реки, стекающиеся к океану, – не затрагивало ни одно строительство. Но и на них порою случались такие столпотворения, что даже дышать было трудно, – к счастью, это было нечасто.
Хранитель не мог воспользоваться ни одним из лучей. Человек, который был ему нужен, жил в самой молодой и самой густонаселённой части города, или, по крайней мере, именно там он готов был встретиться. Из-за последних печальных событий Совет отодвинул решение о чтении Архивов Жрецом и его Служителями Веры, но, тем не менее, Хранитель зафиксировал за почти два цикла остановку Восточного Ветра уже трижды! Очень скоро такие затишья, если они будут продолжаться (в чём сам Хранитель не сомневался), может заметить кто-то из безродных. Эта мысль пульсировала в его голове уже несколько дней. Она не давала покоя даже ночью.
Вчера он принял решение, и сегодня, пока Совет бездействует, он подготовится ко всему. Главное – спокойствие и безопасность города. Вот ради чего он должен работать! Найдя нужный дом, он скрылся в дверном проёме, словно летучая мышь во мраке ночи. Покидая освещённый участок, он оставил все сомнения и опасения. О том, что произойдёт внутри, не должен знать никто. Хранитель хорошо позаботился об этом, – даже если бы его увидели или услышали, опознать его было бы невозможно. Позаимствовав кое-какие древние вещи из Архивов, он изменил внешность и голос абсолютно. И всё могло бы пройти гладко, если бы в этот момент не случилось то, чего Хранитель боялся больше всего, то, что он должен был скрыть – Восточный Ветер затих в четвёртый раз. Впервые это случилось не в тёмное время суток.
Ветер затих меньше, чем на минуту, – так резко, словно его выключили. Он остановился, и все шумовики в каждом доме столицы замерли, оборванные на полуслове. Возможно, никто этого и не заметил, подобное просто не укладывалось в привычный расклад жизни. Когда же люди почувствовали, что им не хватает какой-то детали, они так и не смогли понять, какой именно. Ветер уже дул с прежней силой, а шумовики привычно поскрипывали на разные голоса. Тем не менее, у каждого жителя столицы до конца дня осталось чувство необъяснимой тревоги.
Такой остановки было достаточно, чтобы Лорк, ещё не очень хорошо управляющийся с крыльями, спикировал с неба, потерял управление и свалился на одну из крыш нового города.
Каар не хотел его брать с самого начала, говоря, что тот ещё мал для предстоящих пируэтов, но Лия настояла, мол, тренироваться нужно всем, даже если завтра полетят лишь Каар, Латар, Джарг и Коэл. К моменту, когда замолчал Восточный ветер, они направлялись через город к Древнему Саду. Группа пролетела вперёд, лишь слегка спланировав вниз, – конечно, не понимая, почему. Но Лорк и так чувствовал себя крайне неуверенно и неловко, и, если бы Латар постоянно не подлетал к нему и не поправлял, то он бы упал ещё при отлёте от дома. Начав необъяснимое планирование вниз, Лорк растерялся совсем и рухнул камнем. Латар в последний момент успел скорректировать его стремительное падение на одну из крыш – вместо провала между ними. Спешно приземлившись, он побежал к Лорку.
– Ты жив? Ничего не сломал?
«Не хватало ещё этого», – добавил он про себя.
– Да нет, вроде, цел. Ты здорово меня сюда зарулил.
– Мог бы с этим справиться и сам, – ответил Латар, помогая ему вылезти из-под крыла.
Это замечание больно кольнуло Лорка, но, сдержав нахлынувшие слёзы, он спросил:
– Скажи, что я сделал не так? Я плыл по ветру ровно – и вдруг начал планировать вниз.
– Занервничал и решил: «Да что уж там! Лучше мне просто грохнуться!», – театрально меняя голос, ответил Латар. Это развеселило Лорка, и он улыбнулся, представляя, как падение выглядело со стороны, но от своего вопроса не отступил:
– Серьёзно, Латар, где я ошибся?
– Скорее всего, ты просто не заметил воздушную яму, – говорить правду о Ветре Латар не собирался. Сам-то он сразу почувствовал, как тот стих. Конечно, хорошо, что Ветер молчал всего ничего – несколько секунд, может, минуту. Но сам прогресс, происходивший всё чаще, и тот факт, что замолчал не Ночной Восточный, а Тихий Дневной, – его тревожили. А если он стихнет ещё раз? А вдруг Ветер стихнет завтра, когда они будут лететь к дому Элеро или улетать от него? Что тогда? О варианте, что Ветер будет молчать дольше минуты, даже думать не хотелось.
– Нет, это была не яма, точно, – Лорк приводил себя в порядок и проверял, действительно ли он цел, параллельно вспоминая ощущения, – как ведут себя крылья в ямах, я уже запомнил.
– Слушай, какая разница? Ты жив – и слава всем Древним! – Латар начал высматривать, где крылья Лорка, которые Флиин потерял, уже падая на крышу, – в следующий раз меньше дёргайся и не теряй Ветер. А сейчас давай найдём твои крылья и догоним остальных, пока они не успели перепугаться и устроить масштабные поиски.
Убедившись в том, что действительно цел, Лорк побежал за Латаром искать крылья. Они нашли горизонтальное на другом конце крыши, а вот вертикального нигде не было.
– Ветер. Всё дело в Ветре, – Лорк замер, глядя в задумчивости куда-то сквозь шумовики и развешенное на крыше бельё.
– Ты где? – окликнул его Латар откуда-то из-за высыхающих рубах, штанов и ещё чего-то, развешанного на крыше заботливыми хозяйками. Очнувшись, Лорк побежал к нему, выкрикивая на ходу:
– Латар! Всё дело в Ветре! В Ветре! Его не было! Поэтому я и упал! Ветра не было!
Латар резко схватил его за руку, появившись, словно из ниоткуда.
– Чего ты орёшь на всю крышу?
– Понимаешь, – уже тихо, но всё равно взволнованно ответил Лорк, – это не я, то есть – я не виноват, я всё делал правильно, это просто Ветер. Ну, его не было, он затих, и поэтому я начал планировать вниз, а вертикальное крыло ни на какие изменения не реагировало. Я не виноват.
Латар смотрел на улыбающееся лицо Лорка, на его яркие золотые волосы, веснушчатый нос, серо-золотые глаза, из которых лилась радость, и не знал, как ему поступить. Было видно, Латар знает – это правда, тут ничего другого и быть не может. Но вот что теперь делать с этой правдой?
– Знаешь, лучше об этом никому не рассказывать, – Латар говорил медленно и серьёзно, – похоже, никто больше этого не заметил, и, поверь мне, будет лучше, если никто пока ничего не будет знать.
Лорк смотрел в бездонные чёрные глаза Латара и не понимал, как незнание может быть лучше знания. В его голове роем поднимались вопросы, требующие немедленного разрешения, некоторые из них уже начали формулироваться, как раз тогда, когда Латар опередил их:
– Представь себе, как ты говоришь им, что Восточный Ветер, который дул, не утихая ни на мгновение, сотни и сотни лет, даже Времён… Так вот, ты сообщаешь им, мол, тот самый Ветер затих, и не просто притих, став шорохом в переулках, а затих, на несколько секунд полностью перестал дуть, замолчал! Выдержат ли они такое? Это же… да я даже не знаю, с чем это сравнить!
– Но ведь это было! Он же действительно стих, точнее, не дул! Ты мне не веришь?
Они смотрели друг на друга, каждый – пытаясь донести до другого свою истину, и, наконец, Латар сделал выбор.
– Я тебе верю. Это действительно было. Я сам точно так же падал после такого затишья. Но мы не должны об этом говорить.
– И неужели, мы никому ничего не расскажем? – Лорк уже говорил с интересом, намечалась новая игра, тайное знание, известное только им двоим. Секрет, как тот, который был у Латара с Кааром про Архивы, – но только теперь посвященным был он.
– А ты сможешь? – вполне серьёзно спросил Латар, – Лорк, скажи мне, глядя в глаза, – ты сможешь никому ничего не рассказать? А?
Лорк задумался. Латар знал – между Лорком, Латией и сёстрами никаких секретов не было, и просьба эта была непростой, она требовала слишком многого от юного Флиина. И всё равно он смотрел на Лорка, не отводя глаз, и ждал ответа. Наконец, тот поднял глаза:
– Латар, я попробую. Нет, я постараюсь. Я буду молчать изо всех сил. Я правда буду.
– Ну, вот и отлично, а теперь давай искать вертикальное крыло, без него не улетишь, – подмигнул Латар, словно и не было этого разговора. Они несколько раз внимательно осмотрели крышу и ближайшие, перебираясь по доскам или просто перепрыгивая через небольшие провалы переулков между домами. Наконец, Лорк закричал:
– Сюда! Оно здесь! Сползло вниз!
Крыло действительно упало ровно между домами и теперь висело диагональю, упершись основным вертикальным ребром в стены двух домов и плавно шелестя тканью.
– Я достану, – Лорк уже полез вниз, когда Латар подбежал и, крепко схватив за руку, вытащил его назад на крышу.
– Вот уж нет! Я сам его достану, а ты лучше собери все крылья так, чтобы можно было взлететь. Перетащи своё горизонтальное к моим, и я туда подойду.
Лорк кивнул, слегка расстроившись, но пошёл готовиться к отлёту, а Латар полез вниз, добавив сам себе: «Не хватало, чтобы нас ещё остальные искать начали…»
Спуск не составил труда, расстояние между домами было столь невелико, что Латар даже не выпрямлял ноги. Но когда он спустился, его чуть было не сбила внезапно открывшаяся ставня – она распахнулась аккурат между Латаром и потерянным крылом, перекрывая путь к заветной добыче. Кое-как поймав баланс, Латар прислушался к разговору из глубины.
– Закрой! – сказал грубый низкий голос. – Нас могут услышать.
– Мне плевать, здесь душно! – ответил ему стоявший у раскрытого окна. – Потом, разве ты не использовал всякую всячину, чтобы тебя не узнали?
– Тебе-то что? – снова заговорил первый.
– Мне без разницы. Душно.
– Так ты согласен или нет?
Второй шумно вздохнул.
– Давай повторим всё ещё разок, для ясности? – Латар услышал, как тот присаживается на окно, – одна ставня заколыхалась, а вторая скрипнула, видимо, он облокотился на неё и продолжил:
– Если вдруг, совершенно случайно, до меня дойдут слухи о том, что кто-то, хоть кто, болтает о Ветре, о Восточном Ветре, и его, скажем так – непостоянстве, то моей задачей будет ликвидировать подобное распространение гнусных слухов, плохо влияющих на душевное благополучие горожан, убрав, соответственно, причину, так?
Повисла пауза. Латар затаил дыхание. Случайно услышанный разговор обещал быть очень интересным. Вдруг он чуть снова не упал от громкого смеха прямо из окна.
– Видел бы ты сейчас своё лицо!
Смех оборвался так же внезапно, и голос продолжил:
– Ты страшный человек. И ведь об этом никто не догадывается… Можешь не беспокоиться, о тебе и этом разговоре никто не узнает, и конечно, всё будет сделано в лучшем виде, как и всегда.
– Вот и хорошо, – было слышно, как грубый голос удаляется в глубину комнаты, видимо, направляясь к двери.
– Только, – словно между прочим сказал сидевший у окна, – цена будет в три раза выше.
– Это ещё почему?
– Ты просишь не о грабеже, сбыте подозрительно древних вещей или контрабанде. Ты заказываешь молчание! Молчание навсегда. А оно стоит дорого, очень дорого. Именно поэтому тройная цена за каждого умолкнувшего.
Грубый голос в глубине медлил, неожиданный поворот в договорённости ему не нравился, но, видимо, особенного выбора у него не было, – наконец, он тоже подошёл к окну:
– Хорошо. Но не вздумай меня дурить!
– С вами очень приятно иметь дело, – было слышно, как говоривший улыбается, но почему-то Латару совсем не хотелось видеть эту улыбку. – Теперь обсудим детали…
– Да закрой ты окно, – перебил грубый голос, с силой захлопывая ставню.
– У вас чрезмерная боязнь мира, – донесся второй голос, уходивший в глубину комнаты, – как вы вообще можете с таким страхом служить…
Голоса совершенно стихли, превратившись в неясный фон внутри комнаты. Путь к крылу снова оказался открыт, поняв, что больше ничего он уже услышать не сможет, Латар тихо размял затёкшие ноги и как можно быстрее добрался до крыла. Оно висело, еле зацепившись, – при более сильном порыве ветра точно бы сорвалось. «Мне сегодня очень везёт», – подумал Латар, вылезая на крышу и таща за собой крыло.
– Я уже подумал, что-то случилось, – Лорк шёл по крыше, пытаясь аккуратно нести сразу три крыла, – тебя долго не было, и я подумал, начать можно и отсюда.
– Правильно подумал, – забирая свои крылья, ответил Латар.
– А что так долго?
– Да, зацепилось за окно, – Латар быстро приладил вертикальное крыло и проверил, всё ли в порядке. – Давай, надо спешить. Нас уже, наверное, ищут.
И он протянул готовые крылья Лорку. Они одновременно поставили вертикальные по ветру и стали ждать, когда тот начнёт их тянуть. Лорк очень старался повторять все движения за Латаром, лишь крылья окрепли, и держать их на месте стало тяжело, как Латар выкрикнул:
– Ты первый, я сразу за тобой! Летим в Древний Сад.
Лорк кивнул, неуверенно поправил горизонтальное и полностью раскрыл вертикальное. Ветер тут же потащил его вбок, к краю крыши, он едва успел открыть второе и встать на него, прежде чем снова покоситься. Он устоял, поймал равновесие и, уже используя горизонтальное, постепенно начал набирать высоту. Латар дождался, пока тот поднимется выше, и открыл своё. Он легко впрыгнул на полураскрытое горизонтальное и, лишь соскочив с края крыши, раскрыл оба крыла, позволяя тёплому потоку, поднимавшемуся из узкой раскалённой улицы, выбросить его вверх, от этого подъём получился почти вертикальным. Легко нагнав Лорка, он скорректировал его курс, словно и не было падения. Услышанный разговор никак не выходил из головы.
За свою недолгую жизнь они с Кааром подслушали немало сплетен, тайн и разговоров, лазая днём и ночью по городу. На мальчишек мало обращали внимания – оставаться невидимкой просто, особенно если тщательно скрыть, что ты из семьи Наследников Древних и потомков Первых Предков. Но те двое говорили о Восточном Ветре и молчании. По какой-то неясной даже ему самому причине Латар был уверен – разговор их был об остановках Восточного Ветра, а молчание не обещало ничего хорошего для того, кто должен будет замолчать. Конечно, они с Кааром подозревали, что про Ветер уже знают и Жрец, и Хранитель, возможно, и представители каждого Рода в Совете, а может, и кто-то ещё, но чтобы это обсуждалось тайно в новом городе и принимались какие-то странные решения и договорённости…
«Кто были эти двое? И о каких подозрительно древних вещах говорил второй голос? И кто этот страшный человек, о котором никто не догадывается? И почему ему должно быть так трудно служить? И кому служить?» – за всеми этими мыслями Латар не заметил, как они прилетели, Лорк на удивление приземлился просто образцово, Латар же круто спикировал вниз и лишь у самой земли резко затормозил, сразу спрыгнув и сложив оба крыла.
– Где вы были? – тут же подбежала Лия.
– Эй! Спокойно, ты же сама хотела его взять, – ответил Латар, проверяя крылья Лорка. – Я показывал, как садиться и взлетать с крыш.
– У меня получилось взлететь, – тут же радостно подыграл Лорк.
– С посадкой ещё надо работать, но если он ничего не забудет, то всё получится, – внимательно глядя на Лорка, закончил свой ответ Латар.
– Я буду очень стараться, – в тон ему ответил маленький Флиин.
– А как ваши успехи? – обратился Латар к остальным.
– Коэл держится довольно неплохо – для Верлофа, а вот Джарг еле долетел, о приземлении я вообще молчу, – ответил Каар.
Джарг сидел под одним из деревьев, потирая ушибленные места.
– Значит, полетим втроём. Давайте ещё раз отработаем уход, – и Латар, взяв свои крылья и чётко давая понять, что говорить тут не о чем и ждать он никого не будет, легко поднялся в небо. Когда Каар с Коэлом поднялись на ту же высоту, он уже успел сделать пару непростых манёвров. Трём Флиинам и Джаргу ничего не оставалось, как наблюдать с земли за сложными фигурами, которые выполняли в небе Каар и Коэл, аккуратно ведомые Латаром.
Но за троицей в небе наблюдали не только дети, за ними следил и Жрец. Хотя в последние дни в небе постоянно были видны чёрные крылья Враанов – они готовились к празднованию Дня Заката Цикла и сопровождающему его Танцу Жизни, Жрецу были интересны только эти три фигуры. В уже начинающем остывать небе они смотрелись вполне неплохо. В памяти всплывала другая троица, примерно так же резвившаяся в вечернем небе много лет назад: Орнокс, Иссилиар и Латрис – неразлучные с сумасшедшими идеями о том, как изменить мир. Будучи детьми, они часто попадались на его пути. Древние, это же было всего двадцать, тридцать лет назад… А теперь их нет. Ни одного. Орнокс был последним, единственным, кто не уплыл с остальными, возможно, пережил их на целых семь лет. Мыслям Иссилиара о поиске Затерянных Столиц Древних, о восстановлении торговых связей с Акалианами, жителями дрейфующих островов, никто не верил. Все говорили – это лишь сказки о могуществе Древних.
Но Орнокс и Латрис поддержали его, и постепенно Совет решился отправить на поиски отдельно собранный разведывательный флот. Маары, во главе с Гродом, предоставили свои лучшие корабли. И они ушли – пять кораблей. Грод с сыном и тремя внуками от семьи Маар, Латрис с двумя сыновьями от Элеро, Иссилиар с отцом от Орлов, только от Враанов так никто и не взошёл ни на один корабль. Жена Орнокса, Артала, отказалась отпускать мужа, говорят, она даже грозила самоубийством. Как бы там ни было, но теперь их судьба неизвестна, а Орнокс уже обрёл покой. Где они сейчас, никто не знал, почему не вернулись и прекратили сообщать о себе, – тоже можно было лишь догадываться. Нашли ли они Зелёные врата Маар и добрались ли до них, оставалось такой же загадкой.
Жрец никогда не пытался найти их, полагая, что так будет лучше, но сейчас, глядя на парящих в небе Враана, Орла и Верлофа, он ощутил острую необходимость узнать, что случилось с ушедшими в море.
Сзади раздался еле заметный шорох, Жрец обернулся – в дальнем углу, где две стены сходились в конус, пряча вход на лестницу, в поклоне стоял Ранда.
– Ты знаешь, где меня искать, – улыбнулся Жрец.
– Просто нужно быть внимательным, – ответил Ранда, – в последнее время Башни Древних стали вашим излюбленным местом.
– Что-то срочное?
– Хранитель хотел с вами говорить о чём-то очень важном.
– Это он тебе сказал?
– Нет, он просто просил вас найти.
Жрец ещё раз посмотрел на летающих в небе детей, – они уже шли на спуск, – развернулся и скрылся за Рандой на лестнице.
– Орникс, у нас всё получится. И потом, я обещал Лорнию, что помогу, – Латар почти бежал за братом по одному из коридоров их огромного дома. Несмотря на то, что разница в возрасте у них была всего четыре года, Орникс был значительно выше. Вообще-то он был даже выше Лорния и совсем немного ниже отца. И когда сейчас, широко шагая, он практически летел, пересекая родовой Дом Враанов, словно ветер – поле, Латару приходилось периодически переходить на бег.
– Мы всё рассчитали, все будут в Сфере, когда…
– Дядя искал тебя два дня! – перебил Орникс, резко останавливаясь, – он меня измотал вопросами, где ты можешь быть!
От резкой остановки брата Латар чуть не упал. Было видно, что Орникс не просто сердится, а злится. Таким разъярённым Латар его ещё ни разу не видел. Да он вообще себе не мог представить, что его брат способен на такое.
– Так сказал бы ему – он бы сразу от тебя отстал, – вырвалось у Латара.
– А я и сказал! – и, подождав, пока в глазах младшего брата отразятся эмоции, вызванные возможным предательством, но не дав ему выпустить свой гнев через слова, он продолжил: – Я сказал, что тебя легко найти на весёлом рынке или около восьмигранного камня в древнем городе, а ещё – ты часто заходишь в гости к Элеро.
Ни один мускул не дрогнул на лице Орникса, он по-прежнему строго смотрел на брата сверху вниз. Латар молчал. Сказанное Орниксом сильно расходилось с реальностью.
– Но ведь я нигде из этих мест не бываю, весёлый рынок вообще не для детей! А в остальных, – если только мимо прохожу, да и к Элеро сейчас просто так не попадёшь, – и вдруг всё сложилось, Латар подпрыгнул и захотел обнять Орникса, но тот остановил его.
Pulsuz fraqment bitdi.