Скарлет тут же намахнул стакан Болотного виска и тут же взялась рукой за бутылку.
– Как хоть его звали? – спросил Корнелий.
– Тебе-то какое дело? – прошипела Скарлет. – Он покрайне мере не такой козёл как ты.
– У меня что рога на голове выросли? – спросил Корнелий, проведя рукой по голове рукой.
Фацелия тут же потянула эпону из-за спины, но получив луковицей в лицо, тут же приняла невинный вид. А Скарлет, смерив Фацелию взглядом, намахнула ещё один стакан и посмотрела на бутылку.
– Тормозни пока, – придавив бутылку рукой, посоветовал Корнелей. – Твой папа тебя не за этим сюда прислал. Ещё раз так сделаешь, по роже получишь, а твой отец тебе потом ещё добавит для скорости. Пойдёшь как твоя мамочка членоголовая по гарнизонам кочевать. Короче, слушай внимательно. И запомни одно. В эту игру Императоры играть будут, и если ты облажаешься, то присоединишься к тётке Психеи. У твоего отца впереди вечность, а твоя мама родит ему новую Скарлатину.
Выставив коробку на прилавок, Корнелий толкнул её в сторону Скарлет, со словами:
– А это вместо аванса.
Скарлет вытащила из коробки розовый камуфляж, украшенный не только стразами, но и вышитыми цветными нитками драконами, поняла кто подстроил спор «На слабо» и подписал лейтенанта Скарлет Дунаеву на постель Князя Джокера Соболевского.
Когда Алексина и Хелен вернулись с озера, где они купались и кормили печеньем шишкоедов, Корнелий выложил на прилавок вечерние платья и предложил:
– Представьте что вы идёте на Светский раут.
– Ты уверен что в этом можно идти на светский раут? – усомнилась Алексина.
– На подружку свою посмотри, – посоветовал Корнелий. – А чулочки на подвязках, это не просто красиво, а это ещё и дико сексуально.
То, что модница Хелен ухватила на лету, и не просто ухватила, но ещё и повязала на шею полоску чёрной материи, на Алексину пришлось надевать с боем. Туристический мир, был не только испорчен Техническим прогрессом, но и благодаря американцам потерял вкус к одежде.
Был тут один момент в пользу того что Американская цивилизация зарождалась как цивилизация люмпенов. Поэтому вместо красивой но дорогой одежды, американцы начали носить брюки из толстого брезента. Причём как мужчины, так и женщины.
И ладно бы они сами это носили, но американцы свои джинсы повесили на флаг и кинулись на захват Европу и России. В Старом свете хватало люмпенов, которым всё равно что было носить. И ладно если бы дело было только в люмпенах, но производители одежды, когда начали прогорать, начали не только выпускать джинсы, но и начали гнать вещи из кожзаменителя и синтетического полотна.
А красивая одежда из натуральных материалов, взлетела до таких высот что её смогли покупать только очень богатые люди. И виноваты в этом были не жадные модельеры, а цена на натуральные материалы, поскольку производители натуральных тканей не могли конкурировать с производителями синтетического полотна. И ещё к этому можно было добавить рекламу, в которую входили траты на манекенщиц и глянцевые журналы.
Вот и Алексина Пчёлкина, пожив в Туристическом мире, превратилась в люмпенку совершенно лишенную вкуса. А когда под нажимом Хелен, Алексина всё же оделась как этуаль, то прозвучали такие слова как «Проститутка» и «Шмара». И это без учёта того, что тело у Алексины было красивей чем у худышки Хелен, за счёт округлых форм, что так нравились настоящим ценителям женского тела.
Повязав на шею Алексины чёрный бантик, Корнелий заявил:
– Если бы не Фацелия, я бы тебя уже на прилавке разложил.
– Тебе что действительно нравится? – удивилась Алексина.
– Забудь о том что ты носила в Туристическом мире, – посоветовал Корнелий. – В Империи Росс, одежда это прежде всего символ статуса владельца одежды. А если ты будешь одеваться как нищая Доберманша, то для тебя будут закрыты многие двери богатых особняков и зачётных Ночных клубов. Хелен, поправь ей прическу, и поехали вас продавать похотливым туристам. Шучу. Будут не туристы, а настоящие Имперские бонзы, что считают своё богатство не в зелёных бумажках, а в количестве мешков заполненных золотыми монетами.
Что такое вкус, обозначили только Пляжные бески и волдыри. А похотливые туристы начали присвистывать, строить глазки и кидать намёки. Но если Хелен просто отвернулась к окну, то Алексина, вспомнив что она женщина, начала строить туристам глазки и болтать с бесками.
Но если Пляжных бесок интересовали вопросы в стиле: «В каком ресторане состоятся поминки по чужому кошельку», то волдыри начали теребить бороды и предлагали купить у них драгоценности. Но на самом деле хитрые волдыри фотографировали изделия Татуинских портных и пытались сообразить как обойти патентное соглашение и мастерство самых лучших портных Империи.
Но в Туристических мирах подобные вопросы решали за счёт синтетики. Небогатым людям тоже хотелось выглядеть красиво, Поэтому они знали что они покупают. А в Империи, у волдырей не только был вкус, но и гордость. Поэтому хуже чем Татуинские портные Карпатоские портные не могли шить. Причём Карпатоские волдыри могли свои изделия продавать чуть не даром, но только в том случае если у них получалось превзойти других мастеров. Но это было чистой воды хвастовство, а не конкуренция.
Примерно тот же эффект произошло и в Ночном клубе «Волчица», где должна была происходить игра. Причём затаили дыхание даже кусаки Соболевские, которые кроме бриджей и гавайских рубах не знали другой одежды.
Произведя эффект не только в виде откровенных нарядов Хелен и Алексины, но и фрака с накрахмаленной рубашкой, Корнелий чмокнул своих подружек, и хлопком по попкам отправил их в сторону Княгини Барбары Наталь, которой и принадлежала идея с платьями.
Когда есть деньги, положение в обществе и портал, любую проблему можно решить за час. Поэтому пока Хелен и Алексина купались на озере, Татуинские волдыри сняли мерки с их одежды и к вечеру подарок от Княгини Барбары Наталь уже был доставлен на Вещевой склад.
И не только. Прежде чем присесть за стол, Корнелий нацепил на голову Князя Джокера шутовской колпак.
– Тебе что заняться нечем? – спросил Джокер, сорвав с головы шутовской колпак.
– А что не так? – спросил Корнелий, бросив на стол карту. – Всё как на картинке. А вон там стоит Старый Козёл которому ты сорвал аферу века. И это я ещё молчу про то, что в твоей женитьбе были заинтересованы Старая Бабка и Замшелый Пенёк. А теперь можешь вставить себе вот это в рот, если не хочешь познакомиться с Сатуринскими акулами. Хотя наверняка будут Экитоские крабы.
Посмотрев на револьвер лежащий на столе, Джокер прогнал между пальцами карты и заявил:
– Я намерен победить. А это можешь оставить себе. Если ты с пьяных глаз перепутал дырки, то тебе лучше стрельнутся раньше чем начнётся игра.
– Я в отличие от тебя дырки не путаю, – заявил Корнелий. – А тот угриман, уже мысленно вывернул карманы твоему деду. Дед не тереби бородавку. Скарлатине понравится на пляже. И ты в накладе не останешься.
Что эта фраза означала, поняли многие из присутствующих в зале. А все дело было в нерастворимости некоторых семей. Те же Романовы, даже став Карпатоскими Дунаевыми, продолжали втихаря общаться со своими родственниками. Да и сами Дунаевы, везде оставались Дунаевыми и лили информацию Князю Алексею.
Поэтому в семейном клане Князей Соболевских были даже драконы, но не было членов семей Романовых и Карпатоских Дунаевых. А благодаря похоти Джокера, Князю Константину сейчас приходилось сообразить чем откупится от мутной невестки из гнезда Сатуринского Палача.
А пока Князь Константин чесал в подкорке, его недалёкий внук, вновь прогнав колоду между пальцев, спросил:
– На что желаешь сыграть, братишка?
– Ставлю свою подружку против твоей невесты, – предложил Корнелий.
– Ты кажется её ещё не отыграл? – напомнил Джокер, посмотрев на Фацелию.
– Хочешь ещё разок попробовать? – спросил Корнелий. – Рискни, я мешать не буду.
– Фацелия, ты знаешь где меня найти, – намекнул Джокер.
Вместо взаимного оскорбления, Фацелия вытащила из-за спины эпону, и метнулась вперёд. Но сделала это так стремительно, что никто вначале не понял что произошло. И лишь когда на пол свалился безголовый четырёхлапый авель из проекта «Сатуринский Палач», народ дружно ахнул.
– Краплеными картами играешь, братишка, – заявил Корнелий.
– А ты докажи, – заявил Джокер.
– Фацелия докажет если ещё раз так вздумаешь пошутить, – заявил Корнелей. – Совсем головой думать перестал. Притащился на Карпатос, даже не зная про то что здесь даже твоего деда могут поджарить яйца. Константин, я бы на твоём месте оставил бы это чучело здесь. Может хоть поймет что кроме Ибицы есть ещё и другие курорты.
– Если сольёт игру, я так и сделаю, – пообещал Князь Константин.
– Всё путём, – пообещал Джокер, тасуя карты. – Ну что братишка, вздричим ваше вонючие болото?
– Дед, тащи судебный иск, – крикнул Корнелей.
– Мудило, – прошипел Князь Константин, отвернувшись к барной стойке.
– Пусть и дальше бородавку теребит, – посоветовал Джокер. – Так что там у тебя за новая подружка?
– Алексина Пчёлкина, – сообщил Корнелей. – Револьвер на столе.
Джокер, посмотрев в сторону Алексины и почесав колодой карт свиной пятак, спросил:
– А разрешение от её деда имеется?
– Фацелия, мы уходим, – приказал Корнелей. – Братишка, как поумнеешь, найдёшь меня на Вещевом складе.
– Ладно не заводись, братишка, – попросил Джокер. – Понял я уже что она взрослая девочка.
– Она не только взрослая девочка, но и дракон без Имперского гражданства, – сообщил Корнелей. – Так что постарайся её не разочаровать в постели. Хотя я бы согласился на Карпатоскую невесту. У деда Лёши скверный характер и несколько сотен тысяч Диких призраков в кармане.
Князь Джокер, в отличие от Алексины Пчёлкиной, вырос в Имперском мире и знал что такое Дикий призрак. Причём Князь Алексей поступал довольно коварно. Не было сброшенного на голову неудачника кирпича или что-то в этом роде, а было подброшенное в квартиру или бар грязное золото. После чего в месте нахождения грязного золота было не протолкнутся от Диких призраков. А вместе с призраками приходила негативная энергия, и в этом помещении невозможно было находится.
– Он и мне дед, – заявил Джокер, разбрасывая карты.
– А Стелла Мей была дочерью, – напомнил Корнелий. – Я буду по тебе скучать. Но думаю тебе понравится Летний дворец Князя Дунаева.
Джокер слегка спал с лица, поскольку знал о чём имел в виду Корнелий. Про Стеллу-бедоносицу знал весь Альбион. Но ещё страшней было угодить в Летний дворец Князя Алексея. В самом Летнем дворце ничего страшного не было, за исключением того, что мало того что этот дворец был похож на развалины древнего города, так ещё и находился посреди гигантской пустыни.
А обитателями этого дворца были уродливые собаки со слабым мочевым пузырём. Но это были не просто собаки, а бывшие люди и драконы посмевшие задолжать Императору Карпатоса. А так называемые «Уикенды» Сатуринского Палача, превращались для сыкучих собак в кошмары.
И Корнелий не только знал про этот дворец, но ещё и несколько раз в нём гостил. И не просто гостил, а целыми днями пинал сукучих барбосов и учился быть настоящим драконом. Безжалостным и ничего не прощающим. А Князь Алексей наблюдал за своими внуками, и по их поведению делал выводы что может выроста из этого дракона и стоило ли тратить на него время. Причём через Летний дворец проходили все молодые драконы, что мечтали стать настоящими драконами. И одним из таких молодых драконов был юный Княжич Данила Соболевский.
Подняв карты Корнелий лишь ухмыльнулся. Джокер не мог жить без пантов. Вместо того чтоб доверить судьбу слепому случаю, что было правильней всего, он намеренно начал мухлевать чтобы избавится от мутной невестки из семьи Эйхе. А полоумная туристка Алексина, ему и даром была не нужна.
Но при этом Джокер намеренно хамил, чтобы прописаться на Карпатосе, где был довольно дорогой курортный комплекс «Титаник». И пусть на Карпатосе всё уже было поделено, но можно было пристроится губернатором курортного острова. Да и Князь Алексей никогда не экономил на верных людях. Вот откуда было откровенное хамство, и попытки порвать отношение с семьёй Соболевских.
– Хороший план, – похвалил Корнелий, сбросив три карты. – Но дед Алексей не любит нищих родственников.
– Ты хочешь мне дать денег? – спросил Джокер, бросив Корнелию три карты.
– Свой Мусорный мир помог бы тебе прописаться даже на Татуине, – бросив карты на стол, заявил Корнелий. – Пас.
– Ты вообще нормальный? – спросил Джокер.
– Братишка, мы всё-таки не чужие, – заявил Корнелий. – Я уверен что тебе понравится Карпатос.
Князь Джокер слегка подвис, пытаясь сообразить сможет ли он вырвать у своего деда приданое Хелен Эйхе из лап. Причём надеется на Князя Алексея было бесполезно. Один из самых богатых угриманов Империи Росс, был ещё и Королём призраков и в Мусорном мире не нуждался.
А Джокер был не уверен что его вообще пустят в этот Мусорный мир, поскольку кроме его деда, в деле были замешаны ещё Королева Экитоса и полковник Романов. А Корнелий, глядя на своего двоюродного брата, лишь ехидно ухмылялся.
Причём хитрость Джокера он понял сразу. Разномастные карты, где из нормальных карт были только пиковый туз и червовая десятка. Но туз он и на Дусинеи туз, а карточная десятка была как прапорщик загадочной. Было что-то в этой карте такое что ставило её выше даже королей, поскольку она почему-то выпадала чаще остальных карт, и зачастую приносила победу тому кто не погнушался этой картой.
Поэтому Корнелий и оставил десятку, при этом сбросив даму и валета. Но если бы Джокер не мухлевал, Корнелий отправил бы вслед за остальными картами и туза, поскольку эта карта была очень коварной. Но Джокер перехитрил сам себя, когда попытался загнать Корнелия в угол. Мало нашлось бы игроков которые имея на руках четыре туза и десятку, сказали бы «Пас».
– Не грусти братишка, – посоветовал Корнелий, тасуя карты. – Нормальный выигрыш. Князь, с почином вас.
– Пошёл ты, – прошипел Князь Константин. – И ты и твоя подружка.
– Тварь неблагодарная, – крикнул Корнелий. – Император Павел ему уже не родня. Константин, ставлю вон тот ящик против «Жемчужного гнезда».
Князь Константин тут же навострил уши, а Джокер начал чесать свиной пятак. Так называемое «Жемчужное гнездо», было приданым баронессы Кетрин Штольц, бывшей младшей жены Светлейшего Князя Самарина. Одним из драконов пропавшим на Полуе, была дочь Кетрин Штольц, которая под личиной Любляны Цельски участвовала в провокации против Цезаря Наталя.
Но баронесса Кетрин Штольц, посчитав что её муж был не прав, отказалась его ждать. Хотя дело было в юном мошеннике Князе Андрее Соболевском. Причём Князь Андрей, нарушив традиции семьи Соболевских, сменил тело кусаки на тело остроносого блаженна и прописался на Немезиде.
Причём первые афёры Князя Андрея, прошли под личиной Светлейшего Князя Самарина. Для чего была воссоздана точная копия старого тела бывшего Императора Немезиды и Товарища Сергеева. Поэтому те кто помнил Светлейшего Князя Самарина в теле блаженна, попервости принимали Князя Андрея за его призрак.
Причём настоящий призрак просто появлялся в памятных местах Ледянской Империи, а липовый Князь ещё и общался с людьми. И не просто общался, а благодаря внутренней харизме ещё и выворачивал карманы поклонникам и должникам Светлейшего Князя. Причём Ангелом Князя Андрея прозвал Патриарх Ипполит, что так был растроган, что отдал мошеннику всю церковную кассу.
Обман вскрылся когда Князь Андрей попытался ограбить Погостовских землекопов. Вот тогда и увидел могильщик по кличке Мытарь сразу два призрака Светлейшего Князя Эрика Самарина. Но судить мошенника не стали. Вернее сказать никто не захотел предъявлять претензии, а многие ещё и были благодарны Князю Андрею за то что он смог тронуть струны их души.
Поэтому Князю Андрею просто дали по шее и попросили так больше не шутить. А кличка Ангел стала вторым именем мошенника. Причём Князь Ангел не перестал дурковать. Вернее он перестал работать по мелочам, а стал проворачивать афёры с недвижимостью. Причём умудрится продать Немезидийскую дачу Товарища Сталина Татуинским волдырям-евреям.
Шутка всем понравилась, а Татуинские волдыри не стали поднимать скандал чтобы не стать посмешищем. А баронесса Кетрин Штольц лишь узаконила отношение с Князем Ангелом, поскольку давно была к нему неравнодушна.
Идиллия кончилась когда в мире Полуй объявился Светлейший Князь Эрик Самарин. Но Кетрин Штольц родилась в мире Земля 1930Т и не знала что такое «Равнодушный дракон». А Князь Ангел, перепугавшись того что ему будет предъявлено за плагиат, рванул в сторону подводной тюрьмы «Замок Артура».
Но все должники Князя Артура Самарина бегали в телах упырей, и супругам пришлось сделать выбор. А вилла «Жемчужина» была оставлена на хранение Князю Константину Соболевскому. И не просто была оставлена, а ещё Князю Константину пришлось ещё и содержать бесполезную недвижимость.
А бесполезной её сделали ленивые должники Светлейшего Князя и их дети. Выгонять нахлебников было опасно. Равнодушный дракон мог в любой момент проснутся и начались задавать вопросы. И продать виллу было невозможно, поскольку дураков ссорится с Карманным Вором не находилось. Да и Князь Константин задрал цену, поскольку и место было зачётным, ещё и по соседству была дача Товарища Сталина.
Поэтому Джокеру нужно было проиграть и Князь Константин заслал своего гонца через Княгиню Звёздочку, у которой был настоящий авель-дракон. Это Корнелий понял по тому как насторожился Джокер. Но Корнелий не стал этому препятствовать, а начал метать карты.
– Братишка, может договоримся? – предложил Джокер.
– Ты это о чём? – спросил Корнелей. – Братишка, ты сам себя лишил удовольствия когда перестал играть честно. Удача тётка коварная и любит только рискованных игроков. А ты её обидел своей талантливой игрой.
– Можно подумать ты не шпилишь, – прошипел Джокер.
– Шпилю, – признался Корнелей. – Но не сегодня. Сегодня я решил доверить свою судьбу тётке Удаче.
– Что в этом ящике? – спросил Джокер.
– Хер его знает, – честно ответил Корнелий. – Но дед Алексей сказал что это приданное Княжны Скарлет.
Джокер был далеко не дурак, и понял что в большом ящике лежало золото. Но не просто золото, а грязное золото, к которому прилагалось десяток больших призраков и пару сотен помельче. Поэтому в Империи Росс давно не было желающих просить за дочерей Сатуринского Палача приданое.
– Я тебе руки больше не подам, – заявил Джокер, заглянув в свои карты.
– Ты мне её никогда не подавал, – напомнил Корнелей, сбросив карты. – Пас.
– Мудило, – раздалось со стороны бара. – Лучше не появляйся на Ибице.
– Зачем ты так? – спросил Джокер. – Ведь я тебя так не унижал.
– Без разочарования, не научится ценить краткий миг удачи, – напомнил Корнелий. – Это кажется твои слова братишка? Поздравляю с победой!
Когда Корнелий в компании Алексины и Хелен покинул Ночной клуб, один из туристов из любопытства заглянул в расписанный под Ковчег Завета сундук. Уже через десять секунд все посетители Ночного клуба покинули помещение, вынеся по пути двери вместе с косяком.
Остался только Князь Алексей Дунаев, который посмотрев на гигантскую кобру которая перекрыла Князю Константину путь к отступлению, предложил:
– Половина Ибицы, и мы не родственники.
– Вся Ибица и я тебя знать не желаю, – раздался голос из-за барной стойке. – Чтоб ты позеленел, крахабор.
У старшего прапорщика Корнелия Тимофеева была меланхолия. И это было в порядке вещей после недельной войны за будущие своих детей. Правда всю неделю Корнелий провёл в Масляном пузыре, пока Князь Алексей решал его проблемы. Но это был уже уровень солидных людей, а у Корнелия был хоть и статус ферзя, но это был статус шахматной фигуры, а не игрока.
А пока Князь Алексей выворачивал карманы Князю Константину, Корнелий заполучил ещё один Девичий Венок. Правда Хелен отказалась рожать сына, уповая на то что его обязательно начнут теребить за хвост. Но Корнелий напомнил Хелен кто её отец, и ей пришлось согласиться на сына, имя Прапор и брак с дочерью Алексины.
Правда Корнелию пришлось решать ещё одну проблему. Фацелия окончательно слетела с нарезок. И пусть она перестала пытаться убить Алексину и Хелен, но нудить не перестала. А так же попыталась спровоцировать Алексину на нападение, порезав бритвой её вечернее платье.
В конечном итоге Корнелий отвёз Фацелию в Немезидийский Институт Шундиков и потребовал утилизировать своего Боевого клона. Корнелий имел на это полное право, когда Боевой клон начинал нарушать планы клиента или вёл себя неадекватно.
Если бы не одно но. А но это состояло в том, что заказчиком и владельцем Боевого клона был Император Карфагоса. А Корнелий мог только отказаться от чужого Боевого клона. Но Корнелий сделал по другому и, позвонив Князю Алексею, попросил его вывернуть карманы некоему Князю Марию Наталь.
Но директор института успел отзвонится Императору Карфагоса и все права на Боевой клон Фацелия были переданы некоему Принцу Корнелию Суле Луцию Наталь. Это был удар ниже пояса, и Корнелию пришлось обращаться к Институтскому мяснику Герасиму Пифагорову.
Но вместо Боевого клона пришлось утилизировать самого Герасима, которому Фацелия отрубила эпоной щупальца. После чего за эпону взялся Корнелий, а Фацелии пришлось спасаться бегством. Поэтому Фацелии пришлось всю неделю прятаться в лесу, пока Алексина и Хелен не убрались из Масляного пузыря. Но к тому времени Корнелий уже перегорел, и Фацелия опять вернулась на Вещевой склад.
А афера, которую закрутил Князь Алесей, стоила ему порядочных нервов. Быстро вопрос решился только по поводу вилла «Жемчужина». Тем более когда поступило официальное сообщение что Хелен Эйхе отказалась от свадьбы и зачала ребёнка от старшего прапорщика Тимофеева, то и смысла торговаться не стало.
Поэтому вопрос по мутной невестке и вилле «Жемчужина», был очень быстро закрыт к удовольствию всех сторон. Князь Константин не только избавился от мутной недвижимости, но и получил союзника в лице полковника Романова.
А это и помогло Князю Константину отстоять Ибицу. Мало того, к делу ещё подключилась Королева Экитоса, которую Князь Алексей побаивался. Подговнял ещё и Князь Джокер, который опять дурканул. Джокеру было предложена женитьба на Княжне Скарлет Дунаевой и должность губернатора острова Берёзка.
Но Джокеру мало того что не понравилась невеста, так ещё он не понял концепции игры. Вернее для Джокера, кроме острова Ибица не было больше других курортов. А тут от него требовалось лишь сменить покровителя и проявить себя.
Но Джокер, посчитав себя обделённым, послал Князя Алексея матом и сбежал на Симонию. После чего раскошеливаться пришлось не только Князю Константину, но и Королеве Экитоса, чтобы погасить большой суммой денег кровную обиду Князя Алексея. Не остался в стороне и полковник Романов, который предоставил видеоматериалы и смог доказать, что на Княжне Скарлет Дунаевой пробы ставить негде.
Но суть аферы затеянной Князем Алексеем Корнелий понял лишь когда Алексина и Хелен покидали Масляный пузырь. Прощаясь, Алесина сунула Корнелию в руку портальный камень, а Хелен шепнула на ухо:
– Я тебя никогда не забуду.
Вот тогда Корнелий и понял за чем охотился полковник Романов, который был правильным как квадрат, но не мог в открытую вмешиваться в дела драконов. А Князь Константин и Королева Экитоса просто были корыстными, как все бывшие люмпены. Поэтому они так легко повелись на идею заполучить свой Мусорный мир.
– Серьёзный противник, – подумал Корнелий, перебирая струны маленькой гавайской гитары. – Драконы не стали бы ему помогать. Поэтому и были пущены в дело жадные люмпены. Но с дедом Лёшей так опасно играть. Ну как он сыграл фальшивыми картами, и даже не покраснел. Настоящий профи. А эти придурки испугались за свои деньги, а главную цель упустили. И эти тоже мне шпионки. Я тебя никогда не забуду. Надо им пару шишкоедов на виллу отправить. Пусть девчонки порадуются.
Хороший день чтобы умереть
Вытащив портальный камень, Корнелий покрутил его между пальцами и увидел родовой герб дома Эйхе в виде циферблата часов. А наложенная поверх циферблата Греческая арфа, были личным гербом Хелен Эйхе.
Хелен, позиционировала себя как поэтесса, потому и был такой герб, символизирующей причастность к искусству. Причём такой герб выбрала сама Хелен, и это была добрая традиция драконов. А то что нарисовал Корнелий, предназначалось не для дочери, а для её матери.
Алексина Пчёлкина не имела своего герба, тотема и Имперского гражданства. Вот на это Князь Алексей и попытался обратить внимание общественности. Но Император Павел, сослался на то что готовил игрока для Игры Богов в традициях драконов, а своему внуку Князю Алексею посоветовал заткнутся.
Не остался в стороне и полковник Романов, который заявил что беременный дракон, плохой кандидат для Игры Богов. Поэтому Алексине выдали Имперское гражданство, но попытались оспорить идиотский герб.
Первый удар был нанесён по гербу семьи Эйхе, к которому Алексина не имела права. Герб рода Романовых тоже не подходил, поскольку это был герб человеческой семьи. Поэтому чесать в затылке пришлось отцу Алексины.
А всё дело было в том, что личным гербом Императора Павла, был полуголый мужик с двумя берёзовыми вениками в руках. Вот за эти берёзовые веники, Императора Павла иногда называли Банщиком. ДА только Алексина отказалась менять своего дракона.
Но тут подал голос Император Полуя, который через своего авеля Оскара объявил о том, что готов взять Алексину Пчёлкину под своё покровительство. Поэтому циферблат семьи Эйхе вернулся на герб Алексины, а сама она стала Княгиней Алексиной Наталь.
Родство Светлейшего Князя Эрика Самарина с родом Эйхе, было подтверждено его матерью Дианой Эйхе. А у Князя Бориса Наталя Невского, приёмных детей было больше чем своих. Причём приёмным сыном Князя Бориса был даже Император Альбиона Цезарь Наталь.
Поэтому тут же все заткнулись, поскольку Князь Борис состоял в свите Немезидийского дракона в чине Младшего дракона, что по существу равнялось тому же статусу Должника дракона. Поэтому Красный дракон, похожий по форме на Серебряного дракона поскольку имел всего пару лап и кожаные крылья, остался распятым на часовом циферблате. Лишь повернув морду вверх, поскольку Алексине предстояло стать членом Высшего общества, а отверженным в нём делать было нечего.
– Вряд ли она успокоится, – подумал Корнелий. – Это Хелен нравится блистать, а Алексину готовили как бойца первой линии. Обязательно вляпается. Хотя там Карманный Вор поблизости мониторит ситуацию. Вот пусть и мониторит, если ему так хочется. Блядь. Наёмный убийца. Браво дедушка Эрик! Да и Алексине понравится людей бритвой резать.
Бросив портальный камень в подпространственный карман, Корнелий прикинул что можно выдавить с драконов, на чьей стороне сыграл старший прапорщик Тимофеев. Но требовать что-то с Императора Полуя, было делом бесполезным. Потерявший интерес к жизни дракон, ещё и не обладал способностями открывать Дикий мир.
И даже отец Корнелия, не смотря на свой статус Рубинового дракона, этого не мог сделать. Зато это могли сделать Серебряные драконы и один Серый дракон живущий на Карпатосе. Перебрав мысленно Серебряных драконов, Корнелий пришёл к выводу что к ним бесполезно обращаться.
Мушен уже ничем не рулил, да и вмешиваться в дела нового Рубинового дракона не имел право. К Святой Талье бесполезно было обращаться. Своеобразный дракон, с мстительным характером. А Корнелий в своё время очень много сказал плохих слов в адрес прародительницы нового поколения драконов. Да и поломанные ветви разумных берёзок, могло вылечить только время или статус Старшего Бога.
Императору Александру, Корнелий перебежал дорогу когда от него сбежал его авель-дракон. Приёмные дочери Императора Александра, были обвинены в мошенничестве и попытках манипулировать драконами. На Корнелия шикнули, но авеля ему не вернули, сославшись на то, что мелкие драконы с дураками не дружат.
Удар пришёлся и по Императору Павлу, который был официальным мужем Говорящей с Ветром и Говорящей с Драконами. А в последней афере, Корнелий играл против Императора Павла. Императора Симонии Корнелий сам боялся. Император-архитектор Авель Дунаев был порядочным интриганом и запросто мог подписать Корнелия против своего правнука Светлейшего Князя Самарина.
А к Императору Сатурнии Князю Шторму Дунаеву, вообще было опасно обращаться. Потоптанные Боевыми рахасами Экитоские крабы, были предназначены для праздничного стола устроенного Императором Сатурнии в честь рождения внучки. Вообще, Князь Шторм Дунаев был неплохим мужиком, но предпочитал проверять своих внуков кулаком.
Корнелию хватило одной встречи со знаменитым Кабским Помещиком. Но прежде чем покинуть Сатурнию, Корнелий сыпанул в садок с крабами горсть гильз. А дальше Боевые рахасы, которые питались металлами, потоптали крабов и сорвали праздник. А Корнелий ещё и заработал на этом, выложив видео в сеть со своими комментариями, где объяснил зачем это было сделано, попутно пройдясь поганой метлой по Императору Сатурнии и его дибильному миру.
Из так называемых Старых драконов, которые управляли Союзными мирами, Дикий портал могли открыть только Боги Хаоса. Но не делали этого, поскольку позиционировали себя как Добрые драконы. А дружба с Дикими призраками, противоречила светлому образу Призрачных драконов.
А обращается к Князю Алексея, который единственный кто из Серых драконов мог открыть Дикий мир, было безнадёжным делом. Князь Алексей знал правила. Поэтому пока не пришёл запрос от Звездочёта, то не будет Дикого мира. Тем более у Князя Алексея были свои дети, которые могли стать лидерами. Поэтому, при всём уважение к Корнелию, Князь Алексей никогда не стал бы переступать через традиции драконов.
Если верить трёпу Ильи Кислых, то Дикими порталами баловался Князь Артур Самарин. Но Корнелий слишком хорошо знал Императора Немезиды, который в ночные смены развлекался игрой на свирели. ДА только такие вещи не делаются на километровой глубине моря. Это делалось на высокой скале где был воздух и ветер, который нужно было слушать. И не просто слушать, а пытаться подстроится под Космическая мелодию. А под воду не один Дикий призрак не полезет. Поэтому Князь Палкин дул в свирель ради собственного удовольствия.
Свесившись с печи, Корнелий посмотрел на Фацелию и спросил:
– Скажи любовь моя, если я тут капитально пущу корни, ты согласишься разделить моё одиночество?
Pulsuz fraqment bitdi.