Kitabı oxu: «Драма на озере»

Şrift:

* * *

«Двое горожан-приятелей, отправившись на глухое лесное озеро ловить рыбу по первому льду, не вернулись с рыбалки.

Рыбаки, крепко выпив, рассорились до драки. В пьяном угаре один ударил другого топором и пустился в бега. Убийца, протрезвев по дороге, осознал всю тяжесть преступления. Не выдержав мук совести, он покончил с собой, застрелившись из обреза. В интересах следствия фамилии погибших не разглашаются…»

(Из газетной рубрики «Криминальная хроника»)

Последняя поездка

На дворе ещё только начало ноября, но природа Крайнего Севера уже подготовилась к зимнему сезону – облетела листва с деревьев, перелётные птицы сбились в стаи и отправились в южные страны. Коротким стал световой день, удлинилась ночь, ударили морозы. На болотцах образовалась твёрдая корка, на озёрах появился лёд, мёрзлую землю припорошило первым снегом.

По извилистой шоссейной дороге, как бы разрезающей лесной массив надвое, на большой скорости едет иномарка – время позднее, дорога хорошая, встречные машины попадаются редко. Деревья в ночи по краям шоссе, безмолвные и замёрзшие, все в инее, сверкают серебром от света автомобильных фар. В легковушке сидят трое мужчин, одетых по сезону, в тёплую зимнюю одежду. За рулём молодой водитель Иван Бережков, работающий токарем на местном заводе.

Несмотря на мрачную темень за окном, в салоне авто царит весёлое настроение: впереди выходные, целых двое суток, которые пройдут на дальнем глухом озере за великолепным мужским занятием – рыбной ловлей. Естественно, с перерывами на принятие пищи и сон в настоящей лесной избушке, в абсолютной тишине, вдали от цивилизации с её суетой, с производственными и семейными проблемами, с телефонными звонками и разными неожиданностями.

Доверительный разговор, шутки, рыбацкие байки и анекдоты зачастую прерываются весёлым смехом и крепкими выражениями – тут нет женщин, чего ж не расслабиться в мужской компании!

– Эх, Ваня! Жаль, что ты не с нами… – Григорий Зубков, крупный мужчина, сидящий на переднем сиденье, повернул лицо к водителю. – Был бы сейчас третьим – в нашей избе места много! Но это твой выбор… Ладно, учись! Мы с тобой ещё съездим порыбачить…

– Это точно! – поддакнул сидящий сзади второй рыбак, высокий и худощавый Юрий Аверин. – У нас там такая шикарная избушка построена, тебе понравится. Грызи гранит наук, пока молодой! Главное, когда станешь большим начальником, друзей не забывай.

– Не забуду! – откликнулся водитель, студент-заочник московского вуза. – Но это ещё не скоро. Дожить надо…

– Доживёшь! Ваня, а когда ты едешь в столицу?

– У меня билет на завтра.

– Во как! Значит, мы к тебе обратились не вовремя: своей просьбой сбили твои сборы в дорогу?..

– Нет, я уже собрался. Мне только сумку взять и на поезд!

– Тогда лады. А обратно скоро?

– Не знаю ещё, у меня отпуск после сессии… Но к Новому году приеду – это семейный праздник!

– А что так долго?

– Ну… Дела там есть.

– А… Ясно: дело молодое! Никак у тебя зазноба в столице появилась? «Любовь-морковь?..» Колись давай! – оживились пассажиры.

– Кхм… – от их активности на щекотливую тему Бережков даже поперхнулся.

– Не стесняйся, Иван! Дело-то житейское… Вон мы с Гришей уже создали «ячейки общества». Так что догоняй! И помни, что твои друзья с богатым семейным опытом всегда могут дать полезные советы. Ха-ха, обращайся!

– Ребята, да тут мне ещё разобраться надо… Есть проблема.

– Разберёшься! Передавай от нас привет своей «проблеме»!

– Так сказал же Господь: живите и размножайтесь…

– Мужики, хорош скалиться! Меня аж в пот бросило… Меняйте тему, а то пешком пойдёте! – нарочито строгим голосом шутливо предупредил водитель.

– Ладно-ладно! Всё, завязали… Спасибо, что согласился нас подвезти, а то сегодня все рейсовые автобусы уже прошли. Пришлось бы день терять…

– Да не за что! Мне не в тягость…

– Ваня, держи! Вот тебе на бензин, а то он опять в цене подскочил… – Покопавшись в кармане, Григорий протянул водителю деньги.

– Да вы чего, мужики, в самделе?.. – нахмурился водитель. – Гриша, убери деньги, не обижай! Соседи же…

– Ну, ладно… – спохватился рыбак, засовывая деньги обратно. – Хорошо! Мы тебя всё равно отблагодарим: окуньков твоей маме привезём с рыбалки, не сомневайся! По первому льду рыба должна хорошо клевать…

– Это – совсем другое дело! – повеселел шофёр. – Мама любит свежую рыбку, уху готовит – пальчики оближешь!

– Вань, не разгоняйся! Вон на том пригорке, напротив большой сосны, и остановись. Отсюда наша рыбацкая тропа и начинается… – Григорий в нетерпении отстегнул ремень безопасности.

– Как вы ночью пойдёте-то? Темно, холодно, да и снегу навалило… Говорят, что лёд на озёрах ещё слабый!

– Дойдём! – уверенно ответил Аверин. – Не впервой! Мы – народ бывалый, лёд пешнёй проверим. Он тонкий на больших озёрах, потому как вода там остывает дольше. А на малых озёрах, между сопок, процесс замерзания идёт быстрее. Мы уже несколько лет сезон зимней рыбалки первыми открываем.

– Не переживай, Ванюша, не замёрзнем! Мы с Юрой ещё до снега дров наготовили, – поддержал друга Зубков. – Дойдём до нашей избы, натопим печку, поужинаем и завалимся спать до утра. А утром пойдём искать окуня. Потом на щуку живцов наставим, сейчас ей ходить самое время…

Иван сбавил скорость, в нужном месте прижался к заснеженной обочине, остановился. Все трое вышли из машины. Пассажиры вытащили из багажника ледобуры, пешню и свои объёмные рюкзаки.

– Ваня, мы тебя ещё на пять минут тормознём – свет от машины нужен!..

Григорий подошёл к водителю и, наклонившись к уху, заговорщицки пояснил:

– А то и пролить можно…

– Ладно, подожду.

Рыбаки достали из рюкзака закуску, поставили на капот авто. Потом открыли чекушку водки, разлили в свете фар в две кружки. Водитель неодобрительно покачал головой.

– Ванёк, не крути головой. Всё равно не нальём – ты же за рулём! А вот мы сейчас грамульку «на ход ноги» примем и через час будем на месте – проверено опытным путём…

– Ну, как в каком-то фильме: «За успех не начатого дела!» – произнёс тост Григорий.

Кружки глухо звякнули друг о друга, их содержимое обречённо вылилось в глотки друзей.

– Ух! Хорошо-то как! – дружно крякнули рыбаки, по-братски закусывая одним бутербродом.

– Гриша, глянь-ка сюда! – Юра посветил фонариком на заснеженную тропу. – А сегодня мы тут не первые, уже прошёл кто-то. И не один… Вон как протоптали! А раньше в такую пору на озеро никто не ходил…

– Значит, в этот раз вас обошли конкуренты, – констатировал водитель.

– Ничего страшного, озеро большое. Рыбы на всех хватит, – успокоил Гриша.

– Похоже, тоже шли с тяжёлыми рюкзаками – видишь, глубокие следы, – продолжил рассуждать Юрий, поглядывая на тропу. – Значит, пошли рыбачить не на один день…

– Ничего, наша изба просторная, все поместимся. Места хватит, как-то даже вшестером ночевали.

Рыбаки убрали кружки, застегнули рюкзаки. Помогая друг другу, водрузили их на плечи. Крепко пожали руку водителю.

– Ну, пока, Ваня! Наше пламенное рыбацкое спасибо! Мы пошли… Удачи тебе в поездке, в учёбе!

– И вам спасибо! Пока, ребята! Ни хвоста вам, ни чешуи! – садясь в машину, прокричал Иван.

– Во! Доброе напутствие…

И мужчины, придавленные рюкзаками, небыстрым шагом пошли по тропе в глубину леса, светя под ноги фонариками.

Иван развернул автомобиль и поехал обратно, невольно мыслями возвращаясь к рыбакам.

«Хорошие мужики! Хоть они и постарше меня, но настоящие друзья – добрые, правильные, уважительные! – с теплотой думал водитель о только что высаженных пассажирах. – Всегда помогут и словом и делом. А куплю-ка я для них в Москве наборы рыболовных блёсен – привезу каждому рыбаку хороший новогодний подарок!»

Иван даже и подумать не мог, что с этого момента дороги друзей резко разошлись и больше уже никогда не пересекутся в этом мире…

Трагедия

Студент-заочник Иван Бережков, сдав сессию в институте и частично решив свои личные «столичные» дела, как и планировал, вернулся домой к новогодним праздникам.

– Здравствуй, мама!

– Ой!.. Как я рада! – Мать обняла, прижалась своей тёплой щекой к щеке сына, ещё холодной с улицы. И вдруг разрыдалась…

– Да что ты, мама?.. – встревожился Иван, не зная, как её утешить. – Ведь всё хорошо… Ну чего ты?..

– У меня нормально… Твой телефон часто был недоступен! Я так за тебя переживала, ночами не спала…

– А что так? Ты же знаешь, мама, что там мобильники отключают: и на лекциях, и в читальном зале, и в театре… Но я же потом перезванивал! Зря переживала, у меня всё хорошо: экзамены сдал, «хвостов» не имею! – бодро ответил сын. – А что звонил редко, так это же столица, там всё бегом! Времени ни на что не хватает – ритм жизни другой, более энергичный. А вы-то тут как живёте?

– Ой, сыночек, горе у нас…

– Что случилось?

– Извини, Ванечка, не сказала тебе по телефону. Чтобы с учёбы не сбивать…

– Мама, что произошло-то?..

– Погибли наши соседи, твои друзья… Юрик и Гриша.

– Да ты что?!. Я же перед отъездом их на рыбалку подвозил!

– Вот с той рыбалки они и не вернулись! Их нашли на другой день мёртвыми, уже похоронили…

– Как же так?! – совершенно растерялся Иван. – Я же им в подарок наборы блёсен привёз…

– Подарки им теперь не нужны…

Мать открыла ящик трюмо, достала какую-то бумагу.

– Тебе вот: повестка к следователю… По почте пришла.

Иван прочитал, возмутился.

– Так почему ты мне ничего не сказала, мама?! Две недели назад получила!..

– А что бы это изменило? Сынок, прости! – почти запричитала мать. – Не хотела огорчать, отрывать тебя от учёбы: стал бы нервничать перед экзаменами. А в полицию я сходила, со следователем Горчаковым разговаривала, всё ему объяснила. Он сказал передать тебе: как приедешь, чтобы пришёл! Мол, раз ты последний ребят живыми видел, то являешься свидетелем, может, какие детали вспомнишь… Так, на всякий случай, дело-то уже закрыто – следствию всё ясно! Завтра сходишь к Антону Борисовичу…

– Мама! Я сейчас сбегаю к соседям, узнаю, что же с ребятами случилось…

– Ой, Ванюша, не ходи! – испугалась мать. – Им сейчас не до этого… Вчера только сорок дней было. Нельзя к ним…

– Почему нельзя? Ребята что, утонули?..

– Тут другое… Следователь сказал: напились на рыбалке, потом…

Мать осёклась, смахнула слезинку, перекрестилась.

– И что было дальше?! – почти крикнул сын.

– Прости, господи! Сейчас… – Надежда Викторовна глубоко вдохнула в лёгкие воздух, присела на краешек стула. Негромко сказала, с трудом выдавливая из себя слова: – Гриша… зарезал Юрика… Потом… застрелился сам…

Иван почувствовал, как его ноги стали ватными…

На другой день, прямо с утра, Иван отправился в полицию к следователю Горчакову, автору уже просроченной повестки.

По дороге он обогнал маленькую сгорбленную женщину, одетую во всё траурное: длинная чёрная юбка, такого же цвета пальто и платок. Бережков уже прошёл вперёд, как вдруг услышал сзади тихий и показавшийся незнакомым голос:

– Ваня…

Он обернулся и не сразу узнал соседку Зубкову – настолько сейчас был непохожим вид у мамы Григория, никогда не унывающей и весёлой женщины. На него глянуло потерявшее былую привлекательность совершенно серое лицо: заострившееся, с глубокими морщинами, с красными, глубоко запавшими глазами. Локон волос, предательски выбившийся из-под чёрного платка, теперь был не привычно каштановым, а совершенно белым, седым.

– Здравствуйте, Анна Ивановна! Примите мои соболезнования… Мужайтесь!

– Ох, Ванюша! Да как же тут мужаться?.. – каким-то чужим, тихим и шипящим голосом отозвалась Зубкова. – Горе горькое!.. Теперь Аверины на меня, на всю нашу семью как на врагов смотрят…

– Да что вы говорите!..

– А ведь мы с ними тридцать лет дружим… Дружили… Никогда не ссорились, делить было нечего. Вместе праздники отмечали, дни рождений, на природу вместе ездили… И все тогда были живы и счастливы!..

Не в силах сдержать эмоции, женщина заплакала. Не зная, чем помочь, Иван довёл раздавленную горем соседку до ближайшей скамейки.

– Как же жить дальше…

– Анна Ивановна, может, вам скорую вызвать?

– Не надо, Ваня… – покачала головой Зубкова. – Скорая от душевных страданий не поможет, а лекарство есть…

Не виноват Гриша – материнское сердце подсказывает! Был бы мой Петя жив, не допустил бы такого беспредела. А что я одна могу?.. Слабая женщина, с малолетней дочерью…

Непослушными трясущимися руками Анна Ивановна достала таблетки.

– Давайте я в магазин за водой сбегаю?

– Не надо, Ваня. Есть у меня вода – вон, в пакете…

За что только нас бог наказал?.. Говорю же, не мог Гриша совершить убийство! Плохо полиция искала. Место там глухое… Не нашли настоящего виновника, вот и сделали крайним Гришеньку…

– Анна Ивановна, вот вода! – Бережков нашёл в пакете бутылку, открыл её, протянул женщине.

– У нас обыск был в квартире, охотничье ружьё и патроны забрали. И меня сколько раз на допросы вызывали, всё компромат на сына искали…

Преодолевая дрожь, Зубкова приняла таблетку, запила водой, немного успокоилась.

– Как вы себя чувствуете?.. – участливо спросил Иван. – Может, вас проводить до дому?

– Не надо… Уже легче, сама дойду.

– Хорошо. Тогда вы посидите, успокойтесь. Давайте я к вам вечером зайду сегодня, ладно?

– Конечно заходи! Эх, Ванечка!.. К нам уже давно никто не ходит… – грустно покачала головой Анна Ивановна. – Будто мы заразные…

Следователь Горчаков

– Ваш паспорт!

Бережков, вслед за повесткой, протянул дежурному в окошечко документ.

– Так, Иван Васильевич… Э!.. Свидетель, а что вы так долго к нам шли – целых две недели? – из-за узкого окошечка строго глянули глаза полицейского.

– Не было меня в городе, только вчера вечером прибыл. Показать билет?

– Не надо. Сейчас позвоню следователю, ему покажете… Ждите!

Вскоре с другой стороны решётчатой двери появился худощавый молодой человек без особых примет, в штатском сером костюме. Дежурный передал ему документы, кивнул на Ивана, сидевшего в углу приёмной комнаты:

– К тебе…

Следователь заглянул в паспорт.

– А, приехал, студент! Пошли поговорим…

Мужчина провёл Бережкова по коридору, открыл дверь с надписью «Допросная», жестом пригласил сесть. В такой обстановке Иван был впервые: пустая мрачная комната, посередине стол с лампой, несколько стульев.

– Значит, Бережков… Так, в каких отношениях вы были с погибшими Авериным и Зубковым? – задал вопрос обладатель серого костюма.

– В дружеских…

– Ваша мать, Надежда Викторовна, сообщила, что именно вы подвозили этих мужчин на рыбалку, это так?

– Всё верно, подвозил! А что с ними произошло, как погибли?..

– Стоп! Вопросы здесь задаю я. – Следователь многозначительно посмотрел на свидетеля. – Расскажите, как вы тогда расстались? И как ваши пассажиры вели себя последние полчаса?

– Хорошо вели, смеялись…

– Над чем смеялись?

– Анекдоты по дороге рассказывали.

– А потом?

– Довёз их до рыбацкой тропы. Они взяли рюкзаки и пошли в лес.

– Так, а дальше?

– Дальше я не знаю… Я развернулся, поехал назад.

– Они были трезвыми?

– Ну, слегка выпили…

– Что пили, сколько?

– Водку, маленькую на двоих.

– Значит, 125 граммов на каждого… – Следователь сделал пометку в бумагах. – А ещё у них водка была?

– Я не видел…

– А точно не знаешь? За дачу ложных показаний законодательством предусмотрена статья! – перейдя на «ты», строго предупредил хозяин серого костюма. Его колючий взгляд, казалось, прожигал насквозь.

Следователь чуть помедлил, ожидая ответа. Не дождавшись, он развернул настольную лампу, направив её на посетителя.

– У кого из них был обрез?! Ты должен знать, говори!

– Послушай, Антон! – Иван, щурясь от света, вспомнил имя следователя и тоже перешёл на «ты». – Будешь на меня давить, вообще замолчу: согласно статье 51, по тому же законодательству, я не обязан свидетельствовать против себя…

– Ишь, какой грамотный!.. – Следователь почему-то почувствовал себя оскорблённым. – Хочешь из свидетелей попасть в разряд подозреваемых?.. Устрою! Экспертизой установлено, что в организмах обоих убитых обнаружена большая доза алкоголя. Значит, в рюкзаках у них ещё была водка…

– Так что случилось-то? – опять не выдержал Иван.

– Случилось! Перепились твои друзья-рыбаки, повздорили… Итог: Аверин найден убитым в рыбацкой избушке – рана головы, не совместимая с жизнью, а Зубков – в лесу, застрелился сам…

– Господи! Да не может такого быть! – вскочил со стула Бережков.

– Сядь! – приказал Горчаков. – Факты – упрямая вещь!

– Какие факты?! – сжал кулаки Иван. – Я только что мать Гриши Зубкова встретил… Видел, что с ней стало после ваших допросов!..

– А ну сядь, студент! Успокойся! А то пойдёшь в камеру… – видя, как напрягся свидетель, крикнул следователь.

Почувствовав бесполезность спора с силовым чиновником «при исполнении», Бережков обречённо вздохнул, присел на стул и замолчал.

– Успокоился?.. Тогда слушай! В рыбацкой избе, на берегу лесного озера Каменное, обнаружен труп мужчины с проломленной головой. Труп второго рыбака найден в километре от избы с огнестрелом в голову – и обрез рядом! И на обрезе отпечатки пальцев погибшего… Всё ясно, студент? Идём дальше! – Следователь сбавил тон допроса. – Гражданин Бережков, раз ты был в друзьях у погибших, значит, бывал у них дома… Подумай и скажи, видел у них оружие?

– Видел… Григорий – охотник, дома у него двустволка, 12-й калибр.

– А кроме ружья что ещё?

– Ну, патроны… Ничего больше.

– Зубков застрелился из обреза: на обрезе и на топоре отпечатки только его пальчиков, других нет. Вот поэтому я тебя и спрашиваю о взаимоотношениях погибших! Они часто ссорились?

– Не припомню такого! Мы все учились в одной школе. Они, правда, меня на три класса старше были.

– Ты дружил с ними?

– Скорее нет…

– Поясни!

– Ну… Тогда-то дружбой это было назвать нельзя: сами знаете, как старшеклассники на мелких смотрят… Но соседи хорошие. Мы и жили с ними в одном доме. Ребята обычно вместе ходили, дружили… А потом и я устроился на завод, где они уже работали. В их компании стал бывать только в последнее время.

– Не хотел бы я иметь таких друзей…

– Да нормальные они! Абсолютно мирные люди, оба семейные, сын у Юрика…

– Вот именно: до чего водка доводит! – вновь разгорячился следователь. – Теперь горе вдовам и детям-сиротам… Иван, так ты знал про оружие?

– Я уже говорил, что нет! У них с собой были только ледобуры и пешня. Ну, ещё ножи видел, топорик рыбацкий.

– Обрез можно и в рюкзак засунуть! Ты пойми, что твоим друзьям теперь всё равно, им-то уже ни лучше, ни хуже не будет. А мне нужно понять, откуда у Зубкова взялся обрез. Может, из него ещё кого грохнули!..

– Не знаю я, обреза никогда не видел. Да и зачем он Зубкову, раз у него охотничье ружьё! И сам мужик здоровый, штангой занимался одно время. Аверин слабее, но тоже жилистый… Некого им в лесу бояться: медведи сейчас в берлогах спят, а волков здесь нет. От кого обороняться? Если б действительно кого-то опасались, то Гриша с собой взял бы ружьё…

Горчаков молчал, просматривая записи в своём блокноте.

– А может, в той рыбацкой избушке кто-то обрез прятал?.. – неожиданно осенило Ивана.

– Гм… Это мысль! – поддержал следователь. – Возможно: они нашли и решили проверить оружие… А по пьяной лавочке разгорячились до драки и использовали всё по своему прямому назначению: топор рубил, обрез стрелял!

– Нет-нет, не верю! Я их хорошо знаю! Знал… Не могли Гриша с Юрой разодраться, даже по пьянке…

– Зря не веришь! Я тут не первый год работаю, такого дерьма насмотрелся: люди, даже близкие родственники, если пьяные или под наркотой, такое вытворяют… С ума сходят! – Горчаков нахмурил лоб, задумался. – Жаль, Бережков! Не оправдал ты моих надежд…

– Это почему же?

– Я думал, что с твоим появлением вопрос о хозяине обреза прояснится…

– Что ж тогда сразу мне не позвонили в Москву? Я бы и тогда сказал…

– А зачем? У тебя прочное алиби! Свою матушку благодари: убедила не тревожить тебя, не отрывать от учебного процесса. Следствие и так выяснило, что «хундай-акцент», зарегистрированный на фамилию Бережкова, проскочил мимо поста ДПС много раньше времени смерти погибших – камеры поста это зафиксировали. Если б возникло сомнение, то тебя задержали б и в столице… А так ты только свидетель, и то – малозначительных фактов! – Следователь полистал настольный календарь, нашёл нужную запись. – Вот… Надежда Викторовна под протокол нам всё уже рассказала: когда ты поехал с рыбаками, когда вернулся – её показания подтвердились! И картина двойного убийства лежит на поверхности: один рыбак убил другого, а потом, протрезвев и ужаснувшись содеянному, покончил с собой…

– Враньё всё это! – вновь вскочил со стула возмущённый Иван. – Я же их с детства знаю!..

– Сядь, не прыгай! Иначе оформлю на сутки за хулиганские действия!

– Не могли они… – обречённо сказал Бережков, опять присев на стул.

– Не ты один ошибался! Вон у меня лежат характеристики с работы обоих фигурантов дела: оба дисциплинированные работники, хорошие специалисты, инициативные передовики производства, примерные семьянины и так далее… Описание – просто песня! Кандидаты на доску почёта…

– Так их фотографии там и висят! – подтвердил Иван. – Мы же все на одном предприятии работаем. Работали…

– Ну вот! А в лесу, где их никто не видит, они крепко выпили, расслабились и сняли свои маски… Следствию всё ясно! Но тебе из города не уезжать! Думаю, ещё можешь потребоваться…

«…Всё равно не может этого быть! – морально раздавленным покидал Бережков отделение полиции. – Не верю…»

В его сознании никак не укладывалось официальное заключение следственных органов в том, что Григорий Зубков, его старший товарищ, защитник в детстве, наставник в юношеском возрасте и хороший пример, можно сказать, образец для подражания в современной жизни, и пьяный убийца своего друга – это одно и то же лицо!

«Застрелился Зубков… Следователь говорил, что убийца не выдержал угрызений совести… Пожалуй, в одном Антон прав: Григорий был честным и порядочным человеком, очень близко переживал любую несправедливость, мог испытывать муки совести. Может, случилось что-то у него в семье такое, что он не захотел жить дальше?..

Но ведь ехали в одной машине без всякого напряга, всем было общаться легко и весело!

И никаких душевных переживаний в разговорах Гриши и Юрика, пока доехали до рыбацкой тропы, замечено не было. Наоборот, оба откровенно радовались жизни и предстоящей возможности отдохнуть на природе. И это чтобы через несколько часов убить и застрелиться?!. Чушь какая! Как-то уж всё слишком примитивно и нелогично. Это только следователю всё ясно, а мне – нет!»

Бережков скорее бы поверил в случайный выстрел, даже в суицид, но никак не в пьяное убийство друга. Он хорошо знал обоих погибших и понимал, что в нелёгкий дальний поход с ночёвкой, тем более в условиях северной зимы, не берут в напарники людей ненадёжных, случайных, с которыми находятся в ссоре или в напряжённых отношениях.

«Раз пошли Гриша с Юрой на рыбалку вдвоём, значит, твёрдо верили и в себя, и в поддержку друг друга. Жаль, что этого не может понять Горчаков…»

Но, с другой стороны, там же были сыскари-специалисты, которые видели следы, легко просматриваемые на снегу… А они сделали однозначный вывод: виновен!

«Так чему верить: интуиции и собственному жизненному опыту или следственным документам?..»