Окинул привычным взглядом небольшую комнату с приглушённым светом. Поёрзал устраиваясь поудобнее в кресле, вытянул ноги. Впереди непростой рабочий день. Здесь вообще редко когда бывает легко и непринуждённо.
Опустил на лоб обруч нейроинтерфейса. Лёгкий удобный почти незаметный. В отличие от той кастрюли, что была раньше.
Расслабиться, настроиться, подключиться…
То ли вздох, то ли всхлип. И как будто вспышка света в мозгу. Поехали.
Абонент 01-45-20-541:794
Небольшой пруд, слабый ветер дует в спину. На лёгкой ряби поверхности покачивается самодельный пенопластовый поплавок покрашенный в красный цвет. Удочка такая же убогая: старая бамбуковая палка с привязанной к ней леской.
Сижу на перевёрнутом ведре, вокруг высокая трава. В руке бутылка "Столичной". Периодически прикладываюсь к горлу.
Зовут меня Беспутный Иван Яковлевич. И образ соответствует фамилии. Старые растянутые треники, резиновые сапоги по колено на босу ногу, выцветшая клетчатая рубаха заправленная в трусы и кепка восьмиклинка съехавшая на бок.
В голове туман и останки разума. Бормочу себе под нос:
–Бухло-бухлишко… матушка говорила: хлеб всему голова, а я скажу: вез водки не могу ни дня. Пусть хлеба не будет. А бухло быть должно!.. Манька – продавщица из сельпо обсчитала, походу на рупь… И продавать не хотела! Говорит: "не положено и всё!"… Проверки у них мол… За живое берёт!.. Без ножа режет!.. На месте убивает…
Так, не наш клиент.
Вспышка. Кольнуло в затылке.
Лидия Фёдоровна Воробьева.
Стандартная комната "хрущёвке". Деревянная с вычурной резьбой кровать, массивный шкаф. Несколько книжных полок – немного пыльных и занятые разной мелочёвкой вроде: клубков ниток, вязальных спиц и парой керамических статуэток явно ручной работы.
Pulsuz fraqment bitdi.