«После семидесяти с лишним лет советской власти политическое и культурное единство трех славянских республик – России, Украины и Белоруссии – казалось нерасторжимым.
При этом Белоруссии – республике, принявшей на себя первый удар в 1941 году и так до конца и не оправившейся от его последствий, – гораздо меньше, чем Украине, повезло с сохранением самобытности. Тем более противоречивым и болезненным стало для нее отделение от СССР.» [34]
«Россия наблюдала за Белоруссией долго, невероятно деликатно и терпеливо.» [33] Ведь – это «Западный анклав Руси, где традиционно сильно влияние Польши, Прибалтики, Украины, Европы, где скрестились интересы всех разведок мира.» [33] Западный «рубеж России это по определению центр притяжения интересов вражеских» [33] спецслужб.
«Многие в России восхищались Лукашенко – вот, дескать, сберёг достояние республики от алчных российских олигархов!
Считалось, что Лукашенко сберёг в Белоруссии госсобственность от приватизации и расхищения. За что легковерные российские патриоты воспели "Батьке" осанну и даже звали на российский трон.
Всё так – Лукашенко действительно сохранил госсектор в Белоруссии от приватизации. При одной оговорке: "Батька" приватизировал саму Белоруссию. Экономика Белоруссии – это экономика петровской Руси: земли, заводы и промыслы казённые, а казна – это царь. Как он скажет, так и будет.
Понимая убыточность своей экономики, Лукашенко не шёл на приватизацию, понимая, что частные структуры не вытянут рентабельность и не добьются от России субсидий.
Все годы своей власти Лукашенко самодержавно правил Белоруссией как частной структурой через государство.
Парламент и правительство были у него как совет миноритарных акционеров, где он держал контрольный пакет акций и был полновластным владыкой, ханом.» [33]
А «с другой стороны, что мы имеем, глядя на белорусскую экономику в историческом разрезе последних 15-18 лет?
Анализ экономических показателей республики на рубеже 2003-2005 годов показывал, что по своему экономическому потенциалу она находилась на уровне Москвы, Санкт-Петербурга и даже некоторых федеральных округов, то есть была на уровне первых семи-восьми регионов России.
Это говорит о том, что заложенный еще в советские годы экономический потенциал продолжал работать и оставался значимым фактором по сравнению с российским.
А имеем одну очень нелицеприятную для белорусских властей картину.» [6] «Экономика Белоруссии создавалась, как часть экономики СССР и, понятное дело, при распаде союзного экономического пространства стала задыхаться и превращаться в убыточную махину, которой негде развернуться.
Белорусские промышленные гиганты не рассчитаны на рынок Белоруссии. РСФСР, Украина, Белоруссия и Казахстан составляли 80% советской экономики.
Огрызок этой великой Империи в виде её западной провинции под названием "Белоруссия" не тянет тот промышленный потенциал, что достался от СССР и был рассчитан на широкую кооперацию.» [33]
«Если раньше, если сравнивать с российскими регионами, республика была одной из первых, то сегодня она уже в конце первой четверти списка и движется к его половине, то есть российским регионам-середнячкам.
Сегодня республика по своему экономическому потенциалу уже находится на уровне 15-20 места среди российских регионов по ВВП, и тенденция такова, что по экономическому потенциалу через 5-6 лет республика опустится до 30-40 места среди российских регионов.
Если пятнадцать лет назад ВВП Белоруссии и ВВП Москвы были сравнительно одинаковы, то сегодня ВВП Москвы (254 млрд долларов) превосходит белорусский ВВП более чем в 5 раз.» [6]
«Вся эпоха белорусского суверенитета – это эпоха постоянного экономического спада. Вся новейшая история Белоруссии – это история бесконечной борьбы за списание казне долгов крупных промышленных предприятий.
Убытки белорусской экономики всегда покрывались Россией в виде субсидий, льготных поставок нефти, газа и безвозвратных кредитов. Индустрия изолированной (суверенной) Белоруссии стала ей камнем на шее и потянула ко дну.» [33]
А «дело в том, что развитие – это такая стратегия, которая предполагает постоянное движение вперед. Если происходит остановка, то развитие останавливается. А если длительная остановка – происходит застой и начинается гангрена.
Это произошло с Советским Союзом. Пока элита была готова идти вперед, четко и ясно видела цели своей деятельности в интересах страны и всего народа – СССР шел вперед, невзирая ни на что – ни на коллективизацию, ни на промышленный рывок, ни на четырехлетнюю войну, ни на ядерное оружие у США, ни на санкции. И шел уверенными темпами.
Как только цели развития перестали быть ясными и стали топтаться на месте, в том числе в виде "концепции мирного сосуществования двух систем", в то время как США откровенно против нас вели войну, сразу начали то тут, то там проигрывать. В результате проиграли страну.» [11]
«С формальной стороны, геополитический вектор республики вроде бы определен – ОДКБ, ЕАЭС, Союзное государство.
Один ТГ – канал заявил: "Действительно, Белоруссия критически важна. Это центр Союзного государства, Евразийского союза, ОДКБ и СНГ. Выбей Минск и посыплется вся конструкция.
Поэтому иностранные спецслужбы и НКО здесь плотно работают с белорусской культурной и административной элитой. Используются механизмы "мягкой силы", в том числе образовательные программы для молодёжи. Если принципиально не поменять подход, Россия может потерять Белоруссию как союзника.
Кроме того, столица Белоруссии – это центр Минского процесса, критически важного для безопасности всего континента."
Это заявление весьма самонадеянно. Центром СГ, ЕАЭС, ОДКБ является Россия, а не Белоруссия, при всем уважении к республике, поскольку именно Россия финансирует (дотирует) Минск, а не наоборот.
Говорить о том, что Минск – это центр Минского процесса, также неверно, как и утверждать, что Хельсинки – это центр и ключевая точка российско-американских отношений. Гостиницы и переговорные площадки есть не только в Минске.» [7]
«Так и Белоруссия. С 1994 года страна получила четкие и понятные ориентиры развития. Народ их поддержал.
Но потом, приблизительно с 2004-2006 года, была сделана ставка на сохранение и удержание власти в ее любой конфигурации. Начались политические игры, а вместе с ними и застой. Идеология, как говорил сам Александр Лукашенко, это иммунная система организма.
И что мы видим?» [11] «С высоких трибун неоднократно было отмечено, что системы идеологического обеспечения белорусской государственности» [10] «за двадцать пять лет так и не было создано. Хотя теоретические попытки, и довольно серьезные, в этом направлении предпринимались.
Однако реальная политика так и не смогла их воплотить в жизнь – не хватило ни политической воли, ни соответствующих знаний. Поэтому концепция развития была заменена, как и позднесоветской элитой, потерявшей ориентиры, на концепцию сохранения власти.
Около 10 лет назад начался застой. Все те тезисы, с которыми Лукашенко пришел к власти, оказались выброшенными на свалку истории, и сегодня вместо реальной интеграции с Россией в республике действует некий симулякр.» [11]
«И с этим, как мы видим, Белоруссия тоже самостоятельно справиться уже который год не может.» [10]
«Если рассматривать ситуацию всесторонне, то в затухании процессов российско-белорусской интеграции, как и в любом сложном процессе, можно выделить объективную и субъективную составляющую.
Что мы имеем с объективной составляющей? С момента распада СССР республика так и не стала самодостаточным государством с точки зрения экономики.» [6]
«Беларусь полностью зависит от поставок российского газа. 96,7% электроэнергии и 87,6% тепловой энергии в Беларуси производится на природном газе.» [27]
«Нынешнее "благополучие" основывается на двух составляющих. Во-первых, на низкой цене на газ для белорусского населения и предприятий. Получается, что Россия продает гражданам республики и белорусским предприятиям действительно самый дешевый в мире газ.
Однако, как только он оказывается в руках белорусских властей, они тут же делают его в 2-3 раза более дорогим. То есть, изымают из карманов и так небогатых, особенно в провинции, граждан и предприятий огромные средства, которые идут на поддержание неэффективной государственной экономики.» [6]
«Дешевый беспошлинный газ»
«Возникает логичный вопрос – зачем такой неэффективный посредник Газпрому, белорусским гражданам и предприятиям?
Соответственно, единый газовый рынок – это вовсе не одинаковые цены на газ, как нас в этом пытаются заверить белорусские власти, а равные права доступа поставщиков газа к потребителям.
Если бы "Газпром" при образовании единого газового рынка ЕАЭС мог напрямую поставлять газ белорусским гражданам и предприятиям, получив доступ к белорусским областным газовым сетям, то цена на газ для граждан и предприятий упала бы в разы.
И это сразу стало бы мощным интеграционным стимулом – жители республики и директорат предприятий очень быстро бы увидели плюсы союзной интеграции.
Но этого по каким-то причинам не происходит. Значит, кому-то выгодно доить собственное население и предприятия и одновременно тормозить союзную интеграцию.» [6]
Кроме того, «имея долг по газу, Белоруссия платит столько, сколько хочет, считая, что имеет ещё и право на скидку. Обосновывает это она тем, что при цене 130$ за кубометр, рубль в России за 2 года подешевел в 2 раза. Значит, и цена для Белоруссии должна быть меньше.
Но цены на газ по международной формуле привязаны к цене на нефть. Именно отталкиваясь от этой цены РФ и РБ рассчитываются в российских рублях, которые подешевели. И поэтому цена в рублях растёт. Но Лукашенко это не устраивает.
Россия говорит: цена для Белоруссии сформирована просто – это цена на Ямало-Ненецком месторождении при добыче плюс транспортировка.
По логике Лукашенко получается, что в Белоруссии цена на газ должна быть дешевле, чем в России. Россия против такой арифметики.» [33]
«Дешевая беспошлинная нефть»
«Второй причиной, поддерживающей белорусское "экономическое чудо", является низкая цена на российскую нефть, которая беспошлинно поступала все эти годы в республику.
Уже даже МВФ признал, что благодаря этой поддержке, экономика республики получила за последние 10-12 лет около 60 млрд долларов дополнительных доходов.
При этом российский бюджет терял (в том числе, для выплат пенсий российским пенсионерам) около 2-3 млрд долларов ежегодно. Естественно, такая ситуация не могла длиться вечно.» [6]
Источник: pixabay.com
«Признать, что давно прошедшие "жирные годы" состоялись благодаря России, белорусское руководство не может.» [4] «Если бы кто-то предоставил России подобные льготы и преференции, то российская экономика была бы иной и не возникло бы многих вопросов в социальной сфере.
Закономерным развитием ситуации, осложнённой непростой ситуацией в находящейся под западными санкциями России стало сообщение агентства Reuters о том, что Москва решила минимизировать льготные поставки в Белоруссию.» [21]
«Россия снимает Белоруссию с дотаций, и "белорусская модель" приказывает долго жить.» [4]
Но «на России свет клином не сошёлся и официальный Минск уже демонстрировал это закупками углеводородов в дальнем зарубежье.
Ранее белорусский Совмин и Александр Лукашенко лично убеждали белорусов в том, что поставки из Азербайджана, Венесуэлы и Ирана "выгодны".
Как показала практика, это были пропагандистские проекты, оплаченные выручкой от торговли нефтепродуктами, выработанными из российской нефти.» [21]
Печально, но «стать новым и лучшим спонсором желающих не наблюдается.» [4]
Pulsuz fraqment bitdi.