Совесть – один из самых бесполезных придатков, дарованных богом человечеству. Воистину, совесть относится к числу таких подарков, которым мало кто бывает рад. Даже самые закоренелые ханжи и моралисты покривят душой, если скажут, что совесть совершенно не мешает им жить и они безмерно благодарны господу, наделившему их таким бесценным даром. Не верьте таким людям, потому что они бессовестно вам врут. Честно говоря, у меня есть подозрения, что бог с присущей только ему безграничной щедростью отдал человечеству всю совесть, которая имелась у него самого в запасе. Избавившись от этого непосильного груза, он стал самой бессовестной и счастливой формой бытия во Вселенной.
В самом деле: поселившись на небесах, в чистых, прекрасных, пронизанных солнечным светом чертогах, окружив себя ангелами и апостолами, нас, людей, он отправил на землю. Здесь, на земле, ютимся мы и по сей день, вынужденные бороться со всяческими природными и общественными катаклизмами, обречённые до конца дней своих вращаться в кругу себе подобных, далеко не таких добрых, светлых и непорочных созданий, как двенадцать апостолов. Сам оставаясь всемогущим и бессмертным, нас он сделал очень даже смертными и приземлёнными существами; а, чтобы подсластить пилюлю, окружил нас ещё более ничтожными творениями: мухами, тараканами, блохами, пиявками, многоножками и тому подобными зверюшками – чтобы мы смотрели на них и мнили себя всемогущими и бессмертными.
Это ли не проявление самой крайней степени бессовестности? И заметьте – он остаётся совершенно безнаказанным, потому что некому покарать его. У него ведь нет даже совести, которая червём точила бы изнутри его высокий разум, имейся она в комплектации. Это, на мой взгляд, самое веское доказательство моей теории, ведь в противном случае он не смог бы без содрогания смотреть на дело рук своих.
Долгие годы борюсь я со своей совестью, пытаясь одержать над ней верх; и теперь, оглядываясь назад, с удовлетворением вижу молодые побеги, выросшие из заброшенных мною семян. Иными словами, я могу с уверенностью сказать, что в некоторых поединках с совестью мне удалось отведать вкус победы.
Живя, например, со своей второй половиной, мне доводилось совершенно бессовестным образом съедать весь оставшийся сыр в холодильнике. Совесть моя, конечно, пыталась остановить меня, предотвратить такое кощунство, демонстрируя моему мысленному взору различные видения. Мне представлялось, что моя вторая половина несётся домой на всех парах и предвкушает, как наделает себе бутербродов с сыром, а потом открывает холодильник и испытывает жесточайшее разочарование. Всё же позиции мои всегда оказывались настолько сильны, что подобные видения лишь увеличивали мой аппетит. Причём, чем сильнее бушевала моя совесть, тем более активное противодействие приходилось пускать в ход. Случались дни, когда холодильник оставался совершенно опустошённым, как кошелёк в конце отпуска.
Моя совесть всегда была очень щепетильным субъектом. Даже когда мне несколько лет назад довелось взять у хорошего друга книгу, а потом, придя ко мне, он увидел форзац этой книги (там был очень красивый рисунок), приклеенный к стене над моей кроватью, – даже подобная мелочь способна вывести мою совесть из состояния шаткого равновесия. И только годы, череда нескольких долгих лет, насыщенных самыми разнообразными событиями, помогли мне победить свою совесть в этом неравном поединке, усыпить её бдительность, отвлечь другими, более злободневными событиями, и теперь она уже не является ко мне при воспоминании об этом ужасном злодеянии. Единственное, на что теперь способен мой разум, когда перед моим мысленным взором всплывает висящий на стене рисунок и мой потрясённый друг, взирающий на него с недоумением – это непристойный смех, очень оскорбляющий мою совесть. Но каких усилий стоило мне отвоевать этот бастион! Для этого мне пришлось совершить ещё более ужасающий поступок, дабы его масштабами отвлечь свою совесть от предыдущего. Один мой знакомый, обладающий чрезмерно развитым чувством собственной значимости, попросил у меня на временное пользование мой ноутбук, чтобы отпечатать на нём какую-то необъятную по своим масштабам курсовую работу листов эдак на сто пятьдесят. Обещания полились из меня, как из рога изобилия, ибо совесть сказала мне словами Конфуция: "Кто человечен, тот даёт людям опору, желая сам её иметь, и помогает людям достичь успеха, сам его желая". Руководствуясь такими указаниями, а также своей природной добротой и отзывчивостью, мне просто не пришло в голову сказать "нет".
Ободрённый моими обещаниями, мой знакомый предался нирване, тогда как, знай он, как в конце концов обернётся дело, мог бы распорядиться своим временем иначе. Потратить его, например, на поиски другого мецената. Но как он мог это предвидеть, если даже для меня будущее скрывалось в туманной дымке неизвестности, и до последнего дня мой разум пребывал в заблуждении, сбитый с толку моей совестью? Но как только подошёл назначенный день, мне стало ясно, что расстаться со своим ноутбуком даже на короткий срок я не смогу. Слишком уж с большими неудобствами для меня это было связано. Пришлось бы куда-то прятать файлы, не предназначенные для глаз временного пользователя, а, зная его характер, нетрудно было представить себе, как он, высунув от усердия язык, исследует, словно гончая, весь винт вдоль и поперёк, и в конце-концов находит всё, что с таким тщанием от него скрывалось. Можно было перекинуть всё на дискету (как и предполагалось мною вначале), но кто бы дал мне гарантию, что следы этих документов не затерялись где-то в необъятных недрах системы? По крайней мере, мои тогдашние слабые познания в этой области не могли дать мне такой гарантии. В общем, пришлось мне придумать какой-то неудобоваримый предлог, будто бы мой ноутбук неожиданно "сломался", а моему знакомому пришлось довольствоваться этим объяснением. Но что мне можно было сказать своей совести? Никакие жалкие оправдания не могли её подкупить. С энергией оглодавшего тигра она принялась терзать меня за этот новый проступок, зато предыдущий отодвинулся на задний план и на фоне своего последователя казался совершенно бесцветным и непримечательным.
Однако теперь мне пришлось бороться с совестью с удвоенной силой. Единственное, самое эффективное средство, которое мне было известно – вышеупомянутый способ, и мне пришлось вновь применить его, чтобы оградить свой разум от невыносимых мучений. На этот раз мною было совершено леденящее кровь деяние. К счастью, моя память всегда услужливо помогала мне в моей нелёгкой борьбе с совестью, поэтому все свои последующие ужасные поступки (а их было немало) я плохо помню; а так как я всегда стремлюсь излагать факты и только факты, то во избежание всяческих недоразумений не берусь с точностью вспомнить их все и попытаться передать потомкам. Могу только с уверенностью сказать – до убийства дело ещё не дошло, но, кажется, рано или поздно придётся прибегнуть к этому мощному оружию в борьбе с собственной совестью. Пусть эта краткая исповедь станет предупреждением всем счастливцам, которым по какой-то невероятной случайности до сих пор удавалось избегать столь кровопролитных стычек, – пусть знают они, что с совестью шутить не стоит, лучше всего просто от неё избавиться. Знать бы вот только, как?
Наверняка всем вам приходилось сталкиваться с таким стихийным бедствием, как незваные гости. Рано или поздно они стучатся в каждую дверь, будь это даже дверь отшельника, живущего среди тибетских гор. Эта проблема стара, как само человечество. Не сомневаюсь, что ещё в глубокой древности любому неандертальцу приходилось злобно щериться, пряча обглоданную кость за спину, и покрепче ухватываться за дубинку, заслышав у входа в пещеру чьи-то вкрадчивые шаги.
Прошли тысячелетия, но ничто не изменилось с тех пор: непрошеные гости до сих пор являются к нашим дверям. Правда, мы перестали злобно щериться, ведь в нашем арсенале появилось более сильное средство, чтобы выразить свои эмоции – разговорная речь; и парочка крепких слов сразу приносит нам облегчение, когда приходится спешно натягивать на себя штаны, откладывая в сторону тарелку с бутербродами и отрываясь от просмотра любимой телепередачи.
Если бы только незваные гости могли себе представить, сколько неудобств они доставляют нам своими визитами! Обычно они заявляются в самое неподходящее время, на их лицах написано гостеприимство и радушие – оно и понятно, ведь на лице хозяина квартиры они ничего подобного не увидят, поэтому приходится компенсировать этот недостаток. Они усаживаются на нагретое место на диване и начинают разговаривать, не оставляя хозяину дивана никаких шансов досмотреть свою любимую передачу. Они сидят и мило улыбаются, пока вам приходится хлопотать на кухне, чтобы отдать долг гостеприимству, а ведь вы могли бы сейчас преспокойно сидеть на своём месте и допивать свой кофе! И непременно намусорят на ваш только что вычищенный ковёр, и изомнут ваш свитер, висящий на спинке дивана, и наследят в прихожей, и станут читать сообщения в вашем телефоне, потому что, разумеется, считают себя вашим самым близким другом, раз уж позволили себе заявиться к вам без приглашения. А у вас как раз лежал на кухне торт, припасённый специально для друзей, которые должны сегодня прийти к вам в гости – по вашему собственному приглашению! Вы не успели его спрятать, зоркий глаз непрошеного гостя уже обшарил все углы вашей квартиры, заметив и сохнущие после стирки трусы, и вам приходится его разрезать, испортив его девственную красоту. Теперь вам придётся угощать ваших друзей не тортом, а чьими-то объедками, потому что наверняка вы уже не успеете до их прихода сходить в магазин – судя по лицу вашего посетителя, он намерен остаться здесь надолго. С вашими друзьями, он, конечно, незнаком, и поэтому вам придётся заниматься всей этой канителью, знакомить их, пытаться как-то скрасить неловкость, всегда возникающую в подобных ситуациях; и уж точно теперь вы не сможете насладится общением со своими друзьями, которых вы не видели, быть может, целую неделю.
В общем, описанная ситуация наверняка знакома большинству из нас. Бывают ещё незваные гости другого сорта – те, что из соображений такта предупреждают телефонным звонком о своём визите – за пять минут до него. Они ничем не отличаются от своих предшественников, и не будем останавливаться на них подробно. Вы, правда, успеете спасти свой торт, припрятав его куда-нибудь подальше, но если этот непрошеный гость таки задержится до прихода ваших друзей, у вас остаётся только два выхода: невозмутимо начать угощать их вытащенным из укромного места тортом, делая вид, что вы не замечаете обиженного взгляда непрошеного гостя, или не вытаскивать торт вообще. Согласитесь, и то, и другое не очень-то хороший вариант, если даже перед такими негодяями, коими являются лично для меня все непрошеные гости, вам так уж необходимо сохранить человеческое лицо. Лично я разбираюсь с такими особами своими собственными методами, которые нарабатывались годами. И вот теперь, видя, что всё человечество продолжает несправедливо страдать, не в силах придумать достойного отпора этим возмутителям спокойствия, мне стало ясно, что пришла пора прийти на помощь всем страждущим. Всю мудрость, что накопилась во мне за многие годы, все тонкости, раскрытые мною ценой всяческих лишений, я собираюсь теперь открыть вам, с тем, чтобы вам никогда более уже не пришлось идти на поводу у этих невоспитанных отщепенцев, что бродят под вашими окнами и отрывают вас от домашних дел. Вы поймёте, что здесь нет ничего сложного, ведь, как известно, всё гениальное – просто, и сами подивитесь, как это вы не додумались до этого сами.
Во-первых, хочу сразу сказать – есть только один-единственный верный и действенный способ, чтобы избавиться от этой напасти. Он заключается в том, что, когда вы сидите в туалете, и ближайшие четверть часа как-то не собираетесь его покидать, и вдруг слышите тот самый зловещий звонок в дверь, говорящий вам о том, что кто-то хочет помешать вам в вашем занятии, вам просто следует остаться на своём месте. Представьте себе, что на вас напала временная глухота, или от неожиданности вам парализовало конечности – и тогда непрошеный гость, если у него ещё есть остатки совести, отойдёт от вашей двери через несколько мучительных минут. Этот способ можно применять всегда и везде, в любой ситуации, даже если вы абсолютно ничем не занимаетесь. Но осторожно! Если вы как раз собирались выйти на улицу, то ваш враг может подстерегать вас там, и тогда вам не избежать встречи с ним. У этого способа есть ещё один недостаток. Вам может внезапно показаться, что к вам пришли с какими-то важными известиями, и если вы сию минуту не откроете дверь, то упустите что-то важное в свой жизни и уже никогда не узнаете, что же вам хотели сообщить, и потом всю оставшуюся жизнь будете страдать, терзаясь пытками неизвестности. Вам также может показаться, что к вам пришёл какой-то близкий и родной человек, и вы обязательно, непременно должны открыть дверь и посмотреть. А то, что ваши близкие и родные, как бы близки они вам ни были, имеют обыкновение звонить вам перед своим визитом, как-то вылетает из вашей головы. Но знайте, что это всего лишь происки этих негодяев, обожающих маскироваться под ваших родственников или близких друзей. Если вы будете бдительны, то всегда сумеете почуять подвох. Незваные гости также любят звонить в ваши двери как раз тогда, когда вы уже ждёте чьего-то прихода, а, когда вы открываете двери, уже слишком поздно, чтобы проявлять свою бдительность. Да-да, поверьте моему опыту, эти господа способны и на такое коварство. Это может быть кто угодно – соседка слева, у которой кончилась соль, или сосед справа, у которого кончились спички, или вообще жильцы соседнего дома, которых вы ни разу не видели, но у них отключили воду, и они считают своим долгом постучать именно в вашу дверь; это могут быть работники горэнерго, пришедшие проверить показания вашего счётчика, или работники горгаза, вознамерившиеся обследовать вашу газовую плиту, на случай, если вы слишком халатно обращаетесь с этим взрывоопасным предметом, или ваш собственный коллега по работе, с которой вы ушли в заслуженный месячный отпуск, решил забрести к вам, напомнить о своём существовании и подзанять немного деньжат. Каких только обличий не принимают непрошеные гости, на какие только ухищрения не пускаются, чтобы проникнуть в вашу квартиру! Если вы возьмёте на себя труд посчитать, сколько абсолютно посторонних людей, не имеющих к вашей персоне никакого отношения, время от времени барабанит в вашу дверь, вы пожалеете, что не живёте на необитаемом острове. Вы поймёте, что Робинзон был просто счастливчиком. А ведь и ему, заброшенному на крошечный кусочек суши, не удалось укрыться от непрошеного гостя, явившегося к нему в обличье Пятницы, а вслед за тем – и от целого дикарского племени. Непрошеные гости найдут вас везде, они неистребимы, как саранча, и никакой владелец самого бронированного дома за семью замками от них не застрахован.
Если уж случилось такое несчастье, и вы всё-таки по собственной глупости открыли дверь своего жилища непрошеному гостю, у вас и тогда остаются пути к отступлению. Есть множество способов, очень действенных, проверенных лично мною, и вы можете без колебаний прибегнуть к любому из них, какой только придётся вам по душе. Всё зависит от вашего настроения и от вашего вкуса.
Так, вы можете прикинуться, что как раз собираетесь куда-то по совершенно срочным, неотложным делам. Вам придётся тогда покинуть своё жилище вместе со своим посетителем, и, возможно, он увяжется за вами и будет надоедать вам глупыми разговорами. Лично мне этот способ кажется слишком долговременным и неудобным, и я редко к нему прибегаю. Есть и другие, более быстрые и действенные.
Можно, например, просто захлопнуть дверь перед носом непрошеного гостя, и тогда он больше никогда к вам не заявится, если он, конечно, не последний идиот, что тоже вероятно. Если он будет упорствовать и рваться в вашу дверь, как носорог в свои любимые заросли, следует стукнуть его по голове чем-нибудь тяжёлым. Пусть это будет первое, что подвернётся вам под руку, ну хотя бы собственный ботинок, главное, чтобы оружие достигло своей цели. Не беда, если незваный гость ненароком испустит дух – тогда уж вы точно можете быть уверены, что он никогда больше не будет досаждать не только вам, но и всему остальному человечеству, даже если он последний идиот. Поэтому вы только сделаете доброе дело, избавившись от него раз и навсегда.
Pulsuz fraqment bitdi.