Лили поднялась в квартиру, небрежно сбросила с ног кроссовки и сняла поводок с Леона. Направилась в кухню. Босыми ногами почувствовала песок на полу.
– Нужно вызвать клининг, – сказала она вслух. Леон последовал за ней и уселся у своей миски.
– Сейчас будем завтракать, – обратилась она к собаке, – я тоже проголодалась.
Лили заполнила миску кормом для Леона, налила для него воду и приступила к готовке завтрака. Вчера она не сильно заморачивалась, когда заказывала доставку. Поэтому из возможных вариантов выбрала самый простой, омлет. Она убрала лишнюю кружку обратно в шкафчик и включила чайник.
– Завтрак на одного, как печально, – проговорила Лили.
Готовка заняла минут десять. Она переместилась за обеденный стол и только сейчас вспомнила, что забыла купить букет в цветочном магазине на первом этаже.
Лили сделала глоток чая. Завтраки были любимой частью дня, потому что обедали они вместе с Максом лишь по выходным. Ужинали частенько тоже порознь, когда он задерживался на работе. Утро было наполнено их личными ритуалами. Когда Макс выходил из душа, завтрак уже был на столе. Они включали какую-нибудь передачу об исследовании космоса, археологических раскопках или добыче бирюзы в Штатах. Смотрели и обсуждали. Потом делились планами на день. Придумывали, чем займутся вечером.
Лили ковыряла свой омлет, погрузившись в воспоминания. «Интересно, что у него на завтрак?» – подумала она.
– А не все ли равно! – произнесла девушка вслух. – А знаешь, – обратилась Лили к Леону, – я не буду об этом думать. – Но через секунду продолжила, – Как думаешь, он сожалеет?
Пёс уже опустошил миску и сидел у ног Лили. Смотрел как будто с упрёком.
– Ты, конечно, прав. Я круглая дура! Он выгнал меня, а я тут сопли распустила! Это его решение! Решение, на которое я не могу повлиять. Так что хватит, – она говорила так эмоционально, что сама испугалась своего бодрого голоса. – У нас миллион дел, Леон!
Лили быстро закончила с завтраком. В голове появились наброски плана об обустройстве нового быта. Она допивала чай и тут же заказывала клининг. После – переместилась на сайт онлайн-магазина и оформила доставку нового матраса. В этой квартире он был слишком мягким, и Лили утопала в нём. Спать на новом месте тот ещё стресс. Здоровый сон – один из факторов, который может облегчить адаптацию. Поэтому вопрос с матрасом стоило решить как можно быстрее. Заказ обещали доставить через три дня. Вполне сносно.
Девушка закрыла ноутбук. Эмоциональное состояние не располагало к работе, хотя в очереди висели гигабайты фотографий для ретуши. Лили решила разобрать вещи. Открыла чемодан, заполненный скомканной одеждой, которую она бросала в спешке. Сверху лежала книга, кеды и кроксы. Лили осмотрела своё немногочисленное имущество. Шорты и брюки, футболки и толстовки, ветровка, кардиган, парочка платьев и небольшая косметичка легко поместились в комод Франкенштейна. Это заняло меньше времени, чем думала девушка. Обувь она поставила ровным рядом у входной двери. Прихватила с собой книгу и направилась на кухню. Лили любила читать за едой. Помещение было залито солнцем, и Лили открыла балконную дверь. Вышла. Леон последовал за хозяйкой. На полу стояли глиняные горшки с полумёртвыми цветами. Какие-то выглядели получше, но некоторые всем своим видом умоляли: «Убей нас!»
– Что думаешь, дружок? – обратилась Лили к Леону. – Может, займёмся прямо сейчас зелёным уголком?
Леон завилял хвостом, будто предвкушая вакханалию с водой и грунтом прямо не выходя из дома.
– Ну ладно, давай сделаем это!
Она взглянула на часы, почти десять. Лили решила спуститься в цветочный магазин и купить грунт. Идея оживить полузасохшие растения воодушевила девушку.
– Я скоро вернусь, – уже из коридора крикнула она Леону, – остаёшься за старшего!
Она быстро влезла в розовые кроксы и выскользнула за дверь. Перепрыгивая через ступеньку, она почти снесла с ног мужчина, который поднимался вверх по лестнице.
– Извините, – крикнула Лили и выскочила во двор. Быстрым шагом, почти бегом, двинулась к цветочному.
Открыла дверь, над головой звякнул колокольчик. Флорист, которая в этот момент что-то писала в блокноте, подняла голову.
– Доброе утро, – выпалила Лили, – у вас есть грунт? Для цветов, а то они совсем…
– Помедленнее, – улыбнулась женщина. На вид ей было лет сорок, не больше. – Для каких цветов нужен грунт?
– А я не знаю, – растерялась Лили. – А он разный бывает?
– Вот универсальный, – женщина вышла из-за прилавка и указала на пакет. Она была среднего роста, плотного телосложения, которое очень ей шло. На светлой коже лица розовели щёки с милыми ямочками, губы изгибались в улыбке. На неё был длинный сарафан в мелкие цветочки.
– Но если цветы в плохом состоянии, – продолжила она, – лучше использовать специальный грунт. Он с добавлением нужного удобрения.
– Хм, вы меня озадачили, – с досадой вздохнула Лили. – Не знаю! По правде, не разбираюсь в цветах. Но те, что стоят на моём балконе, в таком состоянии… наверное, проще избавиться от них. Но я подумала, стоит попытаться их спасти.
– Если это не сухая палка, торчащая из горшка, вы правильно решили, – снова улыбнулась женщина.
– Что же делать? – затея со спасение квартирной флоры переставала казаться такой хорошей.
– Далеко ваши цветы? – спросила хозяйка магазина.
– Нет, я живу здесь же, на шестом этаже.
– Не видела вас раньше. Кажется, всех здесь знаю, – задумчиво произнесла женщина.
– Я Лили. Вчера переехала, – Лили протянула руку.
– Очень рада знакомству! А я Мария, – ответила на рукопожатие женщина.
– Давайте сделаем так. Фотографируйте свои растения, и мы что-нибудь придумаем!
– Серьёзно? Вы мой спаситель, – Лили хотела обнять новую знакомую, но сдержалась. Идея спасения цветов снова перестала казаться дурацкой. – Хорошо, я скоро вернусь!
– Договорились! Я здесь до вечера. Заходите! – кивнула Мария.
Лили махнула на прощание и вышла из магазина. У входа на стеллаже стояли букеты на любой вкус и настроение. Лили вернулась в магазин. Звонок над головой снова звякнул.
– Мария, мне нужен букет. Поставлю его на обеденный стол!
– Конечно! Уже выбрали цветы?
– Даже не знаю. Мне нужен такой, с которым не буду чувствовать себя одиноко, – ответила Лили. Голос прозвучал грустно. Последняя фраза вырвалась сама собой.
Мария не стала задавать больше вопросов.
– Идите за мной, – она направилась к выходу и Лили – следом.
– Возьмите этот, – и Мария протянула ей красивый букет из розовых георгин, – мне кажется, они похожи на вас.
– Спасибо, – пробормотала Лили. Ей было неловко, как будто выпятила свою слабость. – Сколько?
– Это подарок, – улыбнулась Мария. – Добро пожаловать!
И тут Лили не сдержалась и обняла её. Эту женщину, которую видела впервые и с которой проговорила не больше пяти минут. На глазах появились слёзы. Мария обняла её в ответ. Лили опомнилась через считанные секунды.
– Извините, не знаю, что на меня нашло. Тяжёлый день.
– Не думайте об этом. Все отлично! Для этого и есть люди рядом, чтобы скрасить трудные дни, – Лили полегчало, она не хотела сойти за сумасшедшую. – Мне пора работать, – продолжила Мария, – жду вас с фотографиями.
– Я приду, – улыбнулась Лили и зашагала домой.
Всю следующую неделю Лили вливалась в новое русло, в которое свернула жизнь. От прежней остались Леон и работа. Остальное – адрес, люди, цветы – всё иначе. Среди прочего, новым ритуалом стали прогулки по утрам с Альбертом и Альфой. Вот уже пять дней каждое утро он встречал её у подъезда, держа в одной руке поводок Альфы и стакан с чаем для Лили во второй. Они ходили в парк и проводили там не меньше часа. Люди, которые познакомились несколько дней назад, тем более из разных поколений, находили десятки общих тем. Альберт неизменно курил сигарету, знакомо проворачивая её между указательным и большим пальцами.
Отец Лили умер, когда девочке было десять, но оставил о себе самые тёплые воспоминания. В детстве Лили проводила много времени с папой. Он был водителем автобуса. Возил строителей к объектам за городом и часто брал дочь с собой во время каникул. Лили собирала маленький рюкзак, куда складывала книгу и бутерброды из белого хлеба с маслом и сыром. Она читала папе, пока они коротали время в ожидании, а потом они вместе разгадывали сканворд в субботней газете. Лили нравились такие дни. За ужином наперебой с отцом она рассказывала маме об обеде в столовой, как удалось примерить строительную каску и вляпаться кроссовком в свежий цементный раствор. А перед сном отец всегда заходил в комнату Лили, целовал в щёку и хорошенько укрывал одеялом. И каждый вечер между ними происходил неизменный диалог:
– Я люблю тебя, Лили.
– И я тебя, папа.
– Я сильнее, – улыбался отец.
– Потому что ты сам сильнее, – отвечала девочка.
Лили чувствовала недостаток мужчины в своей жизни. Мужчины-отца. Который спрашивает, никто ли тебя не обижает, поддержит при неудачах, подскажет, как пользоваться колонкой на автозаправке.
Вихрь перемен затянул Лили, но по утрам и вечерам она чувствовала особое одиночество, щемящую грусть внутри. Она училась проживать день и не звонить Максу. Скучала о возможности с кем-то делиться даже самым банальным и отправлять список продуктов в мессенджере. Каждый вечер она засыпала с мокрым от слёз лицом. Плакала и произносила как мантру: «У меня есть я». Леон всегда находился рядом. В четвероногом друге девушка находила поддержку, как будто пёс понимал и чувствовал её состояние.
Больше всего времени Лили проводила на кухне. Привычка работать именно здесь перекочевала из прошлой жизни. В один из дней девушка устроилась за кухонным столом, открыла ноутбук и принялась за ретушь. Мысли роились и улетали далеко от работы. Лили не смогла сосредоточиться, закрыла крышку ноутбука и осмотрела комнату.
– Может испечь что-нибудь и угостить завтра Альберта? – готовка увлекала Лили.
Она встала из-за стола и направилась к шкафчикам, чтобы поискать форму для выпечки. «Вдруг повезёт и кто-то из предыдущих жильцов любил готовить?» – думала девушка. Она поочереди открывала створки шкафов, выдвигала ящики – формы не было. В одном из них среди фольги и пергаментной бумаги, Лили увидела бинокль. Небольшой, серебристого цвета, скорее всего театральный. Она взяла вещицу в руки:
– Хм, интересно, откуда он здесь? – и приложила к глазам. Перевела взгляд в окно и в этот момент раздалась музыка.
От внезапного телефонного звонка она вздрогнула. Убрала бинокль от лица, положила на столешницу и взглянула на смартфон. Руки задрожали, сердце отбивало такт и врезалось в грудную клетку. На дисплее – «Макс».
– Что ему нужно? – возбуждённо, почти паникуя, произнесла Лили.
– Алло, – ответила девушка, голос прозвучал ровно.
– Привет, Лили! Как дела? – он говорил осторожно, будто боялся спугнуть.
– Привет, всё хорошо, – молчание.
– Ты оставила кое-что у меня, – после неприлично долгой паузы Макс продолжил. – Думаю, это может тебе пригодиться.
Лили занервничала. Тело затрясло, будто в лихорадке. Этот голос так долго был родным, а сейчас – «забери вещи».
– Я не знаю, Макс… Кажется, мне ничего не нужно.
– Здесь твой коврик для йоги, баночки из ванной, одежда.
– Можешь выбросить. Я отлично справлюсь без этого, – голос начал звучать резко.
– Лили! Прекрати! Ты как дикая кошка, не усложняй! – Макс перевёл дыхание. – Это просто вещи.
– Да, ты прав, наверное, – вдох, выдох, попытка успокоиться.
– Где ты сейчас живёшь? Я днём буду свободен, смогу завезти.
– Хорошо, – ответила Лили. В голове пронеслось: «Ты же сутками на работе, откуда время на доставку моих вещей?» И девушка назвала адрес соседней улицы. Необъяснимо, но она не хотела выдавать истинное место убежища.
– Давай после трёх, – быстро сказал Макс, – я позвоню, – и завершил вызов.
Лили посмотрела на телефон. Неожиданно разговор нарушил равновесие. Хотя чего она ждала? Лили скучала по Максу. И в то же время понимала, что такие встречи не нужны, будет только сложнее.
– Всё хорошо. Это всего лишь короткая встреча. Представь, деловая встреча, – руки всё ещё тряслись, она пыталась успокоить саму себя. – Пожалуйста, дыши, – продолжала она говорить с собой, – успокаивайся, ещё вдох и выдох.
Леон сел у ног Лили.
– Я в порядке, дружок. Всё будет только лучше, – проговорила она с расстановкой, с акцентом на каждое слово, – я заберу вещи, и мы с тобой продолжим жить. Это как подвести черту, понимаешь?
Лили забыла о желании что-то выпекать, снова уселась за работу. Но каждые пятнадцать минут смотрела на часы. Макс позвонил, как и обещал, в начале четвертого. Через полчаса Лили ждала его в назначенном месте. Она не представляла, какой будет эта встреча. Как это, увидеть его через неделю после расставания.
Макс вышел из машины. Лили осмотрела его с головы до ног быстрым взглядом. Волосы идеально уложены, гладко выбрит, в неизменном костюме, сегодня светлом, и коричневых лоферах. В одной руке он держал телефон, в другой – большой бумажный пакет из супермаркета. Раньше они ничего не покупали там.
– Привет, кажется здесь всё, – Макс протянул пакет Лили.
– Спасибо, – Лили взяла вещи из его рук.
– Как у тебя дела? – он слегка наклонил голову влево и заглянул в лицо Лили. Девушка услышала нотки жалости.
– Всё отлично, – ответила отрывисто, голос обвалился.
Макс уловил неуверенность и, чтобы пресечь возможные объяснения, быстро проговорил:
– Ладно. Извини, но я тороплюсь, – он решил избежать неловкого разговора, растерянно указал подбородком на машину, припаркованную на аварийке у тротуара.
– Пока, – бросила Лили на прощанье, развернулась и пошла в сторону дома.
«Кто этот парень? Будто то была другая жизнь, не наша, – думала Лили. – Как это ужасно, стоять в метре от мужчины, с которым мечтала встретить старость и не иметь возможности притронуться к нему, почувствовать тепло до боли знакомого тела», – она шагала с ровной спиной, но чувствовала на плечах каменную глыбу. Макс вытолкнул её из своей жизни, всучив пакет с оставшимися вещами. Будто выдворил из своего пространства, чтобы очистить территорию, чтобы ничего не напоминало о ней. От этих мыслей Лили начала чувствовать тошноту, становилось холодно и больно физически.
– Лучше бы он не приезжал, – произнесла девушка вслух и заглянула в витрину магазина Марии.
– Добрый день, Лили! Ходила за покупками? – услышала она знакомый голос. Это был Альберт. Вместе с женой они шли со стороны парка. Нина держала Альберта под руку и широко улыбалась. Её серебристые от седины волосы были идеально уложены и заколоты так, что не подали на лицо. Сдержанный макияж, ухоженные руки и брючный костюм выдавали в ней женщину с чувством вкуса.
– Здравствуйте, – улыбнулась Лили. – Нет, остатки прошлой жизни, – кивнула она на свою ношу.
– Об этом стоит поговорить, – голос Альберта прозвучал так, будто он хотел начать сеанс психотерапии. Это очень рассмешило Лили:
– Я подумаю, – ответила она.
– Лили, позволь представить тебе мою супругу и спутницу вот уже… много лет. Знакомься, Нина, – он слегка отдалился от жены, взял в свою руку её ладонь и поцеловал.
– Мне очень приятно! – девушка говорила искренне. – Я – Лили.
– Это взаимно, – Нина улыбалась в ответ, у краешков глаз появились морщинки, – хотя уверена, что заочно мы знакомы, – она взглянула на Альберта, и все они рассмеялись.
– Извините, мне пора бежать. Леон, наверное, заждался.
– Хорошо, тогда до встречи, – и парочка направилась в сторону подъезда.
Лили вошла в квартиру, бросила злополучный пакет в коридоре и сразу направилась к балкону. В очередной раз у неё выбили почву из-под ног, и нужно было вновь почувствовать её. Буквально. Мария здорово помогла Лили в спасении зелёного уголка. Теперь на балконе громоздились новенькие горшки для цветов и пакеты с грунтом. Лили надела садовые перчатки, которые тоже купила в магазине снизу, и приступила к спасению драцены и монстеры. Названия девушка узнала от Марии. Цветы были скорее мертвы, чем живы. Но Лили не собиралась сдаваться, и у неё был план по спасению этих девчонок. Сама того не ожидая, нашла хобби. Хотя всегда считала садоводство занятием для пенсионеров.
Леон тут же примчался следом. Кажется, возня с цветами доставляла ему даже больше удовольствия, чем Лили. Девушка освободила немного места на полу и приступила к пересадке цветов в новые горшки. В голове кружились мысли о встрече с Максом. Мысли были отрывочными. Лили не могла понять, что она чувствует: боль, досаду, непонимание, печаль, или вину, которую так красиво навесил на её шею Макс. Это было нечто большее, чем привычная грусть. Лили чувствовала беспомощность. Как принять то, что близкий человек тебя оттолкнул? Как смириться? Она пыталась понять, в чём же дело, что именно произошло, но не получалось. Снова становилось больно, и Лили блокировала эти мысли, прекращала попытки и просто занимала себя делами вроде спасения растений. Потому что плана по спасению себя самой ещё не было.
До конца дня Лили провозилась с цветами. Леон устроился рядом, периодически вмешивался в процесс и топтал землю лапами. Световой день подходил к концу, и Лили не могла оставить Леона без вечерней прогулки. Поэтому быстро собралась, и они вышли из подъезда. Свежий воздух августовского вечера взбодрил девушку. Они с Леоном направились в сторону парка. На улице было не многолюдно. Встречались редкие прохожие. Компании молодых людей группами сидели на скамейках и громко спорили. Дама преклонного возраста в нелепой лиловой шляпе выгуливала маленькую собаку в смешном комбинезоне с капюшоном. Навстречу шла женщина, обвешанная сумками с покупками. У неё зазвонил телефон, и она переложила все сумки в одну руку, а второй начала рыться в сумочке, чтобы ответить на звонок. «Интересно, кто-нибудь встретит её дома? Почему она сама тащит покупки? А может, живёт одна. Почему не пользуется услугами доставки?» – с сочувствием рассуждала Лили про себя.
Они с Леоном дошли до парка и прошли немного вглубь. Тогда Лили отстегнула поводок Леона, предоставив ему немного свободы. Пёс почувствовал отсутствие натянутого подводка и помчался вперёд. «Может, увидел белку?» – подумал Лили, улыбнулась и присела на скамейку. Позднее время для прогулок, вечерний парк был пустынным, горели фонари.
Девушка запрокинула голову назад и взглянула на небо. Обозначались первые звёзды, но их Лили не могла видеть за кронами деревьев. Она смотрела на белый след пролетевшего самолёта. «Куда он летит? Кто люди, которые заняли сиденья на этом рейсе? Откуда они? Несколько десятков человек, каждый со своей историей, встретились в полёте. И, скорее всего, никогда не увидят друга снова. У каждого из них есть, что рассказать другому: о неповторимых встречах, ситуациях, диалогах. Как в мире помещается такое разнообразие сюжетов? Насколько вселенная конечна?»
Вернулся Леон и уселся у ног Лили.
– Ну что, набегался? Давай возвращаться, – обратилась к нему Лили и пристегнула поводок к ошейнику. Они зашагали обратно. Улица стала совсем пустой.
Войдя в квартиру, Лили зажгла свет в коридоре. Сбросила кроссовки и, подхватив Леона, направилась в ванную, чтобы вымыть лапы псу. После этой процедуры она вошла в кухню. Хотела выпить чаю перед сном и немного посидеть на балконе. Вода закипела быстро. Лили взяла горячую кружку. Её взгляд споткнулся о бинокль, лежащий на столешнице рядом с чайником. Девушка взяла его и переместилась на балкон. Леон, покончив с ужином, присоединился к хозяйке. Забрался в лежак, который Лили заботливо расположила на балконе, и засопел.
Девушка удобно расположилась в кресле, поджав под себя ноги. Двумя руками обхватила кружку, согреваясь. В доме напротив горел свет почти в каждом окне. Внимание Лили привлекла гостиная Альберта. Она увидела силуэт друга, и через секунду в поле зрения появилась Нина. Лили поставила кружку с чаем на пол и приложила бинокль к глазам. Она рассмотрела роскошный шёлковый халат Нины, потом перевела взгляд на Альберта. Он что-то говорил, периодически подходил к жене и хватал её за запястья, словно пытался успокоить. Нина отвечала, активно жестикулируя, и перемещалась, периодически пропадая из вида.
– Скандал, – озадаченно произнесла Лили вслух и вытянула шею вперёд. – О чём же они ссорятся?
– Нет, нет и ещё раз нет, – Нина сурово посмотрела на мужа. Стоя около окна гостиной, она подняла руки и посмотрела вверх, будто призывая небеса, для большей убедительности и драматизма. – Да что такого интересного в этом парне? Тебе не хватает друзей из профессорского состава университета или шахматного клуба? Господи, я совсем забыла, что у тебя друзья – все люди вокруг. Даже молоденькая девушка из дома напротив.
– У нее личная драма, – невозмутимо ответил Альберт. Сидя за обеденным столом, он держал в руках газету и делал вид, что читал. Ему не хотелось ругаться с женой.
– Я даже не сомневаюсь. По-другому люди не входят в твою жизнь, – продолжала с напором Нина. Она подошла к мужу, забрала газету из его рук и опять вернулась к окну.
– Но милая, не злись. Это ведь так интересно, все эти судьбы, их хитросплетения. А помощь советом. Я, в конце концов, учитель. Это мое призвание. Как-никак, профессор, – Альберт говорил это размеренно, смакуя каждое предложение. Ему явно нравилась это объяснение.
– Профессор биологии, а не психологии. Да и последние пятнадцать лет ты больше увлечен приматами, – не унималась Нина. Она сложила руки на груди, надула губы и стала ходить по комнате из стороны в сторону, пытаясь изобразить обиженного ребенка.
– Но люди не так далеко и ушли, – улыбнулся Альберт. Он знал, что это ненадолго. Нина любит всю эту театральщину. Ему нужно лишь немного подождать и она отступит. – Дорогая, но сегодня пятница. Меня уже ждет Марк и наши посиделки. Этой традиции уже почти год и я не в силах её нарушать.
Нина закатила глаза вверх и поднесла правую руку к виску. Казалось, её сейчас хватит удар.
– Как ты неплохо устроился. Прикрывать собственные слабости под завесой чего-то святого. И потом, какие традиции могут быть с соседом напротив? Это тебе не семья. Чем вы там вообще занимаетесь?
– Я уже сто раз говорил: ведём высокоинтеллектуальные беседы, я учу его играть в шахматы…
– А он тебя – в покер, – перебила Нина.
– Тоже полезно для мозга. И потом, я взрослый человек, – Альберт, наконец, встал со стула.
– Вот именно. Признайся честно, ты просто нашел место, где можно спокойно курить?
– Нина, ты всегда поражала меня уровнем своей…
– Проницательности, я думаю ты хотел сказать, – брови Нины начали образовывать перевернутый треугольник.
Альберт понял: сейчас, или будет поздно. Он прищурил правый глаз, расплылся в улыбке и подошел близко к Нине.
– А помнишь то джазовое кафе, где мы познакомились? Тридцать пять лет прошло, а я всё ещё помню белокурую кудрявую красотку, забравшую в тот вечер моё сердце.
Альберт попал прямо в цель. Нину словно подменили. Она робко опустила голову, пытаясь скрыть легкий румянец на щеках от смущения.
– Эта тонкая талия, эти нежные руки и хрупкие плечи, а этот блеск в глазах. Годы тебя совсем не тронули, – Альберт нежно коснулся подбородка Нины, направляя её взгляд на себя. Он весь сиял, как тогда, при их первой встрече. Он будто знал, что это будет на всю жизнь.
– Ты просто невыносимый, – слегка оттолкнула его Нина, но её голос звучал уже по-иному: перестал быть напряжённым и колючим.
Альберт уже мысленно сидел в гостиной у Марка, раскладывая очередную партию в покер, и поэтому воспользовался ещё одним козырем. Он быстро подошёл к комоду. Там стоял старинный патефон, которым Альберт очень гордился и всячески берег. Включил уже приготовленную пластинку. В комнате зазвучал Фрэнк Синатра и его «Young at heart».
– Под эту песню мы впервые поцеловались, – пританцовывая, промурлыкал Альберт.
Он вернулся к Нине и обнял рукой за талию. Она попыталась увернуться, но это было выше её сил. Перед ней стоял её обожаемый муж. Талантливый учёный с чудаковатым стилем в одежде и хорошим чувством юмора. А ещё с добрым сердцем, полным любви и нежности. Мужчина, который стал её компасом и ориентиром, открыл для неё мир науки. А ещё открыл мир просто счастливой женщины несмотря ни на что.
Они стали танцевать, нежно прижавшись друг другу.
Pulsuz fraqment bitdi.