© Андрей Ардашев, 2024
ISBN 978-5-0051-4246-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Андрей Ардашев
Андрей Александрович Ардашев родился 25 июня 1965 года в городе Шостке Сумской области (бывшей Украинской ССР). В молодости служба забросила его на Дальний Восток. С 1984 года Андрей Ардашев живёт и работает в городе Владивостоке.
Сборник стихов «Наш класс» автор посвятил учителям – педагогам. Лирическими строками и душевными посвящениями поэт выразил признательность и благодарность своим воспитателям, тренерам, наставникам – всем учителям в широком смысле этого слова. Наряду с великими предками и родителями автор относит учителей к числу самых дорогих и близких людей.
«Нашим классом» поэт образно называет всё поколение своих соотечественников – честных и простых выходцев из бывших республик Великой страны.
Музой поэта и отца трёх дочерей является его спутница жизни Ирина Геннадьевна. Ирина Ардашева, являясь профессиональным педагогом, всю свою жизнь посвятила работе с детьми-инвалидами.
Семья воспитывает младшую дочь-школьницу. Значимое место в творчестве автора занимают стихи, превозносящие отцовство и материнство, популяризирующие традиционные ценности славянской семьи.
Гармония семейного воспитания в духе лучших традиций своего народа и любви к родной природе нашли отражение в пейзажной и любовной лирике поэта.
В своих стихотворениях (лирических, философских, проникнутых одновременно и простотой и гражданственностью) автор размышляет об истоках добра и зла, страсти, мудрости и наивности, о вечности и смысле человеческой жизни…
Произведения Андрея Ардашева продолжают лучшие традиции русской поэзии. Но, вместе с этим, они современны, обладают авторской индивидуальностью, размашистым, но тонким творческим почерком при достаточно смелой, но строгой поэтической выдержанности.
Поэзия Андрея Ардашева образная и лиричная. Она способна затронуть самые глубокие струны души читателя. Полные ностальгии, искренности и оптимизма стихи будут понятны и интересны, как старшему поколению, так и сегодняшним ученикам и студентам.
За вклад в развитие русской культуры и литературы Андрей Ардашев удостоен награды Президиума Российского союза писателей «Звезда „Наследие“ III степени». Награждён медалью Маяковского и Пушкинской медалью. Лучшие стихи и сведения об авторе опубликованы в Энциклопедии «Писатели Русского мира XXI век».
А кем мы были б в этом мире,
Когда б не матери, отцы, учителя?!
И славные – великие кумиры?!
Преемственностью движима Земля!
Сняты шлёпанцы и кеды.
Календарно – без поблажек,
дорогие непоседы,
убежало время пляжей,
пряток и велосипедов.
Удивлённо опустели
перед домом карусели…
Видя банты и букеты,
двор задумчиво притих.
Сентябрём сменилось лето!
Наступил серьёзный миг
расписания и книг.
Дни учебной дисциплины
переменят ваши планы.
Кроме зуммеров мобильных
ожидаемы, желанны
будут школьные звонки.
Таинством уроки станут…
В добрый час! Ученики!
Верстки строк и версты дальних мест,
Где на сапогах то блеск, то кровь…
То в строю, то как в трясине шест,
Я искал путей в страну чудес,
где в достатке радость и любовь…
А душа сюда стремилась вновь.
Будь на ней асфальт, брусчатка, шерсть
Или бархат праздничных ковров…
Вряд ли для меня на свете есть
Более счастливая дорога,
Чем вот эта дюжина шагов
У родного школьного порога.
***
Пусть на видном месте в кабинете
(Над классною широкою доской)
Хоть в сотый раз меняются портреты,
На коих продуцирован правитель,
Но пусть вовек не знается с тоской
Наш добрый Бог по имени Учитель.
Утопает в лазури тишь.
Это март беззвучно уходит.
В ожиданье весенних мелодий
смирно замер сухой камыш.
Солнце дарит миру лучи.
Согревает луг и пригорок!
Отступает холодный морок,
собиравший силы в ночи.
Край, где щедро озарена
благодатным, радостным светом
мать для воинов и поэтов —
Русь – родная моя сторона!
Замолкают тоска и грусть.
Забываю чужбин пейзажи…
С тихой песней (с повинной даже)
я к тебе возвращаюсь, Русь.
Где валюта твёрже рубля,
врут моря про воли безбрежность!
Но твою суровость и нежность
не найти на чужих полях!
Ты не верь, что я на чужбинах
предал Веру и свой народ.
Я – не мартовский блудный кот,
я, скорей, заплутавший инок.
Дом детства – это он:
И колыбель, и крепость.
В нём правды камертон
И право на нелепость.
Плетутся тени крыш
По дворовой поляне,
Здесь отрок и малыш —
Мы все его дворяне.
Он помнит наизусть
Все прозвища и лица.
Ах, ностальгия-грусть,
Не надо торопиться…
Он в мыслях о святом.
Теплее нет на свете,
Чем этот детства дом,
Где мы – навечно – дети.
Признает даже оптимист,
Что сентября кленовый лист
Приносит зрелость понимания,
Сколь безнадёжны ожидания
Возврата солнечного лета.
Но остается сила света,
Тепло зажженных в мире душ,
Любовь, завещанная многим…
Когда звучит печальный туш,
И моросит холодный душ…
То в небе плачут даже боги,
Когда по сумрачной дороге
Уходят наши педагоги…
Помним и чтим наших учителей: Загорянскую Александру Потаповну, Мисько Владимира Сильвестровича, Базилевич Александру Михайловну.
Не бывает счастья без любви
Ни в мечети, в пагоде, ни в храме,
Как алтарь-собор ни назови…
Ни в кремле под звёздами-крестами,
Где поют о благе соловьи,
А шаманы с козьими рогами,
Греясь ритуальными кострами,
В мир приносят жертвы на крови!
Нет в Эдеме с райскими цветами
Дармовых, блатных и льготных мест!
«Только вы – вершители чудес
Благодать дарить способны сами» —
Нам ушедших предков голосами
Тихо шепчут ангелы с небес.
Вечность мне сказала: не спеши!
Время – это сущая условность.
Не скопить мгновенья, как гроши…
В добром деле мысли хороши,
А мерило времени – духовность!
Меркнут смыслы там, где нет души.
Из небытия – из дивных снов
Вера, снисходя благою вестью,
Вдохновляет мир людских сынов.
Время, как молитвенная песня,
В чистых душах памятью воскреснет,
Вознося, как истину, любовь.
Светлана Ткаченко – вся жизнь подарена детям
Лишь у Небес безмерны планы
уроков, дней и поколений.
Зима пришла и в наши страны.
Свечами в траурном волнении
до самых дальних океанов
склонились, стали на колени
в печали скорбные аллеи
детей, светящихся Светланой —
сердец и душ, согретых ею.
Так и были б я, и мои дружки —
лоботрясы и разгильдяи,
если б секции и кружки
все, что можно, не перебрали…
Если б в клубы дороги не знали.
Если б первые синяки
набивали себе не в спортзале.
Безвозвратные детства дали:
Лагеря вдоль Десны-реки,
«Жданки», «Карлушки», «Огоньки»
Нас по-шосткински воспитали
С педагогов легкой руки.
Наш детский мир – совдеповским глотком
оставил привкус скромненько и мило.
Нас грели зимы горкой и катком.
И шевелилось задничное шило.
Нам (пацанам) на ум не приходило:
чтоб вход в подъезде – с кодовым замком?!
От съезда к съезду заседал партком…
Ещё начальство жило не на виллах —
в единстве с Партией была народа сила.
На всех хватало хлеба с молоком,
и никого зараза не косила.
Система нас бросала в лагеря
на срок до трёх недель на радость лету.
Сквозь лес из репродукторов «Заря»
неслась, как фон к речёвкам и куплетам.
Незабываема та острота сюжета,
когда девчонок наших и ребят
под песни и уже полураздетых
к речной купальне вывели отряд.
Чтоб, лихо сбросив шлёпанцы и кеды,
безудержно плескаться и нырять
до синих губ! До одури – победы!
Потом звучал суровый приговор
вожатых с воспитателями строго:
«Всем – из воды! Рассесться на бугор!»
А мы в ответ: «Ещё чуть-чуть… Немного!»
И не было ни ангела, ни бога,
чтоб заглушить такой молельный хор.
А где-то ждал соскучившийся двор
и школьная по осени дорога…
А дальше – военком и прокурор-
вся прелесть жизни – в будничных тревогах.
И бесконечно – взрослый разговор.
У Отчизны несравненна стать!
Вряд ли может слово или песня
всю красу и щедрость передать
натуральной прелести Полесья.
Помню буйный яблоневый сад!
В Погребках с нехитрым винзаводом…
То, как много-много лет назад
наслаждался юности свободой
и чудесным щебетанием звонким
местных, но как будто райских, птах.
Как в деснянских заливных лугах
рдело угасающее солнце
и горел румянец на щеках
скромной нецелованной девчонки.
Бежали мы за ветром перемен
по школьным коридорам длинным.
Тогда для всех Серёж, Андрюш и Ген
наш класс был одинаково элитным,
а школьный завтрак – равно калорийным
для сына слесаря водопровода
и дочери директора завода…
На всех хватало Славной Украины
Достоинства, Заботы и Свободы!
Веры святой икона —
Истины силуэт
В радостных акварелях
Мастера Рафаэля,
Сикстинская Мадонна
Над облаками лет
Нежно и непреклонно
Миру дарует Свет.
Дерзость моя достойна
Слёз снисхождения
От Сикстинской Мадонны —
Вечного Возрождения
Из глубины поклона
В храмовой тишине…
Но Шосткинская Мадонна
Все же являлась мне!
Ярких лучей апреля
Радужный перепляс
На маячках портфеля
Помнится, как сейчас,
Школьного стадиона
Изгородь до небес,
И… Шосткинская Мадонна —
Дива в стране чудес!
И из дверей вагона,
Будто бы с алтаря,
В суетный шум перрона
Спустится, знаю я,
Шосткинская Мадонна —
Светлая грусть моя…
Шосткинская Мадонна —
Вера в мечту моя!
По красоты Законам
Тем, что спасают Мир,
Шосткинская Мадонна —
Добрый ориентир!
Зря не ищите в Риме
Или в других краях,
Ибо неповторима
Ваша Любимая!
И ни в каких фавелах,
В замках и на холстах
Не родила и не спела
Против воли Христа,
Пропустившая мимо
Дух пророческих слов!
Святость непогрешима,
Как и Ваша Любовь.
Обрести другую такую
Не помогут даже в раю
Троны, патроны, мильйоны.
И пока на Земле стою,
Шосткинскую Мадонну
Вечно боготворю!
Шосткинскую Мадонну —
Веру и грусть мою.
Pulsuz fraqment bitdi.