Kitabı oxu: «Стихи о жизни»

Том 1
Москва, Ставрополь, 2025

Преамбула

Союз авторов сформировался на основе убеждений и практической работы а различных сферах науки и бизнеса. К сожалению, наша творческая группа, можно сказать содружество, возникло как-то стихийно и сплотилось после кончины от сердечного приступа одного из авторов – моего сыны Андрея. Он был очень талантлив, скромен и мыслил категориями крайне широкими и глубочайшими по содержанию и охвату актуальных проблем развития, как в практической области, так и в теории современного понимания биосоциальных, если так можно говорить, процессов. Его творческий подход к философской мысли и совокупности биологических процессов, в частности, возникновения и развития жизненных феноменов и механизмов функционирования различных структур центральной нервной системы отличался некоторой оригинальностью и акцентом именно на обеспечении подсознательного. Это, безусловно, отразилось на выражении мысли, осознания и живого интереса к проявлениям в области психологического и, в особенности, в области психоэмоционального состояния. В его жизни произошла страшная драма, и это событие повлияло не только на его творчество, но и на состояние отца и матери. По очень неприятному стечению обстоятельств в начале перестройки, когда всё население переключилось на торговлю и деньги, он на три года попал в тюрьму. С другой стороны, он прошёл там хорошую «школу жизни», в это время, по моему совету, он начал писать стихи. У нас за весь период его несвободы было всего несколько коротких свиданий, эти встречи, по поему глубокому убеждению, я считаю, были достойными, и дали ему душевные силы всё это пережить и, как говорят адепты психологии, интегрировать. Тем более, что мы прошли взаимодействие с тремя адвокатами, и лишь у одного, ныне покойного, было полное понимание того, что на самом деле произошло в действительности.

Не хочется даже вспоминать детали и процедуры, связанные с этим мрачным периодом нашей общей беды. Но главное, что произошло, это внезапность события, оно вызвало переживание деда и бабушки, дедушка (мой папа) просто внезапно скончался, бабушка слегла и заболела. Сейчас все эти события в прошлом, и как говорят, «кто прошлое помянет тому будет очень плохо».

У меня тоже случилась беда, я развелся с супругой, оставил всё бывшей жене и съехал из квартиры. До сей поры я вспоминаю эти драматические события с глубокой болью. А теперь моего сына и соавтора нет. Он скончался от сердечного приступа в 49 лет, оставив мне трёх внучек и двух внуков. Как говорил один из моих преподавателей военной кафедры в Московском Государственном университете им. М. В. Ломоносова: «Так-то оно так, тем не менее, однако, всё-таки…».

Это был небольшой экскурс в биографию и течение почти прошедшей нашей жизни.

Теперь несколько слов о главном. Почему я решил опубликовать результаты творчества, после моей редакции, исправлений и включения собственных стихов и дополнений. Во-первых, общее содержание от этого нисколько не пострадало На эти вопросы есть только один ответ. И всё-таки, главным содержанием его можно считать мысль, что мы с сыном вложили в наши стихи нечто сокровенное, всю нашу боль и понимание жизни и, как мне кажется, они достойны, чтобы их содержание и смысл были донесены до Человека. Они дают возможность по новому оценить многие превратности и чувства человека, его борьбу с самим собой и просто глубочайшим образом вскрыть всё то, что накопилось в душе в полной мере, или отчасти практически у каждого человека. Эта какая-то часть эмоционального переживания, если хотите, часть подсознательного, которая заставляет пережить содеянное, пережить то, с чем не хотелось бы встречаться в нашей жизни, и даёт толчок к осмыслению всего происходящего вокруг нас, дает силы понять суть человека, его поступков, почувствовать его боль и радости в душе.

Читайте, думайте, почувствуйте сокровенное, надеюсь, это поможет и Вам и мне.

Доктор биологических наук, профессор,

Член Российской Академии космонавтики

Геннадий Кипор

Я живу на пределе

 
Я живу на пределе возможностей,
Оступаясь на каждом шагу,
Краем голой безжизненной пропасти
В неизвестность упрямо иду.
Ненадёжна земля под ногами,
То обида скользнет, то слеза,
Но падение уже не пугает
Много раз из него вылезал.
Обрывался и, цепко схватившись,
Поднимался опять на тропу,
И от радости горькой забывшись,
Дождь губами хватал на лету.
А он сыпался камнями, щебнем,
Уставал меня мучить порой,
Да охрипшее черное небо
Грело взгляды улыбкой сырой.
Мне беда – как другим поцелуи,
Нестрашны ни страданья, ни боль.
И по жизни спокойно иду я,
Удивляясь судьбе исподволь.
 

Я ценить научился свободу

 
Я ценить научился свободу,
Лишь забыв её запах в тюрьме.
Нет меня. И напрасно сегодня
Кто-то помнит еще обо мне.
Я давно стал другим человеком,
Слишком долго жалел и грустил.
Даже ждать перестал вольный ветер,
Постарел, погорел и остыл.
Ожидание долго продлилось.
Затянулось оно до того,
Что когда избавление явилось,
Не успел я заметить его.
Не боялся, не грезил, не клялся,
Обещаний своих не держал.
Только тихо и глупо смеялся,
Повторял, что мне искренне жаль.
С ржавым смехом засовы лязгнули,
Отворив долгожданную дверь,
Но свободы они не вернули,
Да и где она бродит теперь.
У меня больше нету хозяев.
Кроме неба все ноши легки.
И иду я по жизни, роняя
Капли синей хрустальной тоски.
 

По законам ночи

 
Я живу по законам ночи.
Ты живешь по законам дня.
И поэтому редко очень
Твое сердце зовет меня.
Среди бликов и переливов
В отражении зеркал кривых,
Оно жаждет любви счастливой
И улыбок лучей живых.
А я там за границей света,
Куда день позабыл прийти,
Где луна лишь в туман одета
Чертит в небе свои пути.
Там, где мрак вековечной тьмою
Гасит звезд запредельный пыл.
Там где мир, наполняя болью,
Я в отчаянии мертвым был.
И лишь ранней зарею – утром
И еще на закате дня,
Ты бываешь близка как-будто,
И безумие не рвет меня.
И тогда, протянувши руки,
Я зову тебя в сны, и вновь
Возвращается ночь к разлуке.
Превращается день в любовь.
 

Выйти бы из круга…

 
Черная усталость грубо рассмеялась
Холодом растекшись в глубине души.
Что такое старость? Что такое жалость?
Это, когда больше некуда спешить.
Эту безнадежность выразить бы криком,
Где же ты о Боже! Но успел привыкнуть.
Тяжела не мука, а сама беда.
Выйти бы из круга, только вот куда?
 

Лети моя сказка…

 
Лети моя Сказка, лети.
Играйся со светом и тьмой.
Только не сбейся с пути,
Только вернись за мной!
Оставь суету на потом,
Про все постарайся забыть,
Сегодня мы будем вдвоем,
Сегодня мы будем любить.
Любовь и тепло храня,
Цвети золотой весной.
Только найди меня!
Только прийди за мной!
Хочешь, звездой ты будь,
Хочешь, стань полной луной,
Только меня не забудь!
Только везде будь со мной!
Лети через бури и шторм,
Но возвращайся домой,
Но возвращайся в наш сон,
Сказке подвластной одной.
Лишь в тайниках души,
Ты будешь вечно со мной.
Лети моя Сказка, спеши.
Играйся со светом и тьмой.
 

День былого счастья

 
Вспомнить день былого счастья стоит,
Сразу все уносится в мир боли.
Мой удел – страдать и горько помнить
Сказку, оживленную любовью.
Новой жизнью растворен бесследно,
Мир ее исчез. Ушел навеки.
Сгубленной, поруганной и бледной,
Почему ж я не закрыл ей веки?
Прошлый свет даруя мне невольно,
Бедная любовь, как прежде часто
Делает мне больно, очень больно,
Стоит вспомнить день былого счастья.
 

Посмотри на поля, где цветы
Не растут…

 
Посмотри на поля, где цветы не растут,
Бесконечно родной и великой страны,
Ты поймешь, почему зал церковный пуст,
И никто искупить не сумел вины.
И себя не нашел, не пришел домой.
Лишь развалины бывших больших городов
Украшают слезы земли родной,
Той страны, где друзья опасней врагов.
Загляни в глаза пустоте речей
Тех рабов, что великий флаг сорвав,
Объявили, что трон трехсотлетний ничей,
Вместо Бога туда крови цвет подняв!
Осень, 1989, Москва.
 

Под майским сиянием…

 
Под майским сиянием весеннего солнца
Бегут незаметные робкие дни.
Что встретит нас дома, когда мы вернемся
Из царства еще непрочитанных книг?
Когда мы увидим те светлые дали,
Которые грезя в тоске голубой,
Достигнуть сегодня наивно мечтали,
Связав свои мысли с воровкой – судьбой.
Где детства счастливое время укрылось?
Лишенные горя былые года,
Как рано нам в жизнь ностальгия явилась,
Так рано к нам в дом забредёт и беда!
Май, 1990, Москва.
 

Холодом мертвым…

 
Холодом мертвым весь мир в ничего
Преобразил дождь прошедший.
Это все было еще до того,
Как я вдруг стал сумасшедшим.
Это все было еще перед тем,
Как я ушел в зазеркалье.
Гром мое счастье развеял, как день
Хрупкий, прозрачный, хрустальный.
Это случилось, когда лунный свет
Был еще светлым и ясным.
Ветер обрек мои грезы на смерть.
Ветер унес мое счастье.
Июнь 1999
 

Птичье пение за окошком…

 
Птичье пенье за окошком,
Переливы звонкой трели
Угасают понемножку
В шорохе усталой ели.
Ветер головы склоняет,
Сыплет наземь шишек гроздья
Старым соснам-великанам,
Заглядевшимся на звезды.
Нескончаемым потоком
В небесах струится лето,
Чудно видимое только
В полумраке предрассветном.
И на сердце в боли томной,
Страстной жажды ожидания —
Надо навсегда запомнить.
Радость первого свиданья.
март 1995
 

Гром гремит, земля трясется

 
Гром гремит, земля трясется
Ветер с силой в спину дует
Эта женщина несётся
И сейчас она прибудет
И залепит в морду лапой
Царапнет по кисте когтем
Прокричит опять на папу,
И засадит в морду локтем.
Он стоит и просыхает,
Видно, с Лёшей выпил лишку,
Силы молча выдыхает,
Не стремится к маме слишком,
Не вздыхает от волнений.
Не страдает с жуткой боли,
Не вникает в суть прозрений,
Принимает в рану соли.
Говорят, что боль мужская
Может изнутри прорваться,
И собаку, прилаская,
Он не сможет разорваться.
Вся не сможет разозлиться,
Всё проходит крайне бурно,
Правда, он решит напиться,
И заснуть скорее смурным,
И на утро, спозаранку одиноко
И с напрягом будет бегать
В нашем парке он покорно,
Тренировкой с тела быстро,
Прогонять свое похмелье,
Что приходит часто с зельем.
А потом встречаясь с Лёшей,
Он не станет чувства спрятав
Говорить, что он хороший
И, что дома принят свято.
То есть, жизнь проходит мимо,
И закон был принят с боем.
Всё проходит и незримо,
Хоть от боли часто воем.
Вот, такие в жизни были,
Нашей доли лишь мгновенья,
Всё стихает, но сомнения
Крепко в памяти застыли.
 

Ужас распятия

 
Душный день. Над костром поднимается дым,
А солдаты из первой когорты,
Не почувствовав ужас грядущей беды,
На кресте прибивают кого-то.
Самозванец! Ну где же твой Бог, покажи,
Ну спаси сам себя, сможешь коли!
Из разорванных жил на гвоздях корка ржи
Стынет в каплях струящейся крови.
И от боли – дрожит под ногами Земля,
Ты же Царь Иудейский, не так ли?
Острия копий в сердце страдальца коля,
Смотрят, в лужу стекаются капли.
Но разверзнется небо, бросая мир в плач.
Поняв то, что глумились над правдой,
В дикой боли раскается каждый палач,
Но не будет уже Бога рядом.
 

Я чувствую тебя

 
Ты – вся во мне. Я чувствую тебя.
И глаз твоих закрытых нежный шёпот
Меня пленит и, разум мой губя,
Бросает сердце в холод или в рокот.
В твоих руках – все помыслы мои,
И губ твоих мне столь знакомый почерк
Отличие привычки от любви
Даёт понять и душу рвёт и точит.
С разлукой мы всегда накоротке
Любовь, но настоящий свет не гаснет,
Почти в сто роз горит её букет,
Не увядая нежностью прекрасной.
Слова пусты. Любовь не охватить,
Не передать, не приукрасить ими,
Но точно так же и не отвратить.
И нам с тобой уже не стать другими.
Когда мой взгляд пьёт счастье твоих глаз,
Мне кажется, что мы уже не люди.
Волна любви уносит в небо нас,
Соединяя в вечности и чуде.
Мы словно боги вместе. Обо всём
Забыв, уходим в мир блаженства полный
Реальный, но пьянящий словно сон,
Волшебный, нами созданный, огромный.
 

Возвращается день в любовь

 
Я живу по законам ночи.
Ты живешь по законам дня.
И поэтому редко очень
Твое сердце зовет меня.
Среди бликов и переливов
В отражении зеркал кривых
Оно жаждет любви той – счастливой
И улыбок лучей живых.
А я там за границей света,
Куда день позабыл прийти,
Где луна лишь в туман одета
Чертит в небе свои пути.
Там, где мрак вековечной тьмою
Гасит звезд запредельный пыл.
Там где мир, наполняя болью,
Я в отчаянии мертвым жил.
И лишь ранней зарею утром
И еще на закате дня,
Ты бываешь близка как-будто
И безумие не рвет меня.
И тогда, протянувши руки,
Я зову тебя в сны, и вновь
Возвращается ночь к разлуке.
Возвращается день в любовь.
 

Одна усталость

 
Всё, что от меня теперь осталось,
Скрытое в душе навеки тайной —
Это только сны. Одна усталость.
Ощущение боли непрестанной.
Были раньше счастье и невзгоды.
Я их пил без меры, было время.
Годы пронеслись. От той свободы
Не осталось веры, только бремя.
И в себя не верю так, как верил.
Ада – не боюсь и рай – не жажду,
Я их перемерял и уверен.
Один раз убитый – умер дважды.
 

Многоточие будет концом

 
Кто поможет мне? – Только Луна.
Серебристая, полная очень
Расцветет скоро в небе она,
Когда день уже будет закончен.
Мне осталось не так уж и много,
А я как и вчера – не готов.
То я с Богом, то нет во мне Бога.
То молюсь, то лью слезы и кровь.
Многоточие было началом,
Многоточие будет концом.
Неизвестность – причина печали
И боязни союза с творцом.
Да, бессильны и чувства и разум,
И моя тоже в этом вина,
Что мир полон печали и грязен.
Кто поможет мне? – Только Луна.
 

Хочу жить в сказке

 
В твои глаза глубокие не глядя,
Я, к сожалению, знаю наперёд,
Что если долго блеск твой будет рядом,
Очарованье первое пройдёт.
Чувство живым останется пока лишь,
Не будет его жажда утолённой,
А ты, прекрасная, как в сказке, мне покажешь
Себя безумной, пьяной и влюблённой.
Я не жестокий. Я хочу жить в сказке.
Продлив на миг неистово вздыханья,
Я сторонюсь твоей невинной ласки,
Чтоб не погас огонь очарованья.
 

Месяц

 
Месяц, ведь ты не упрям,
Зря так придумали люди.
Я часто верил, что впрямь —
Всё, как мечтал, так и будет.
Избороздив небо всё,
Стал ты давно седым.
А я жизни только кусок
Видел тогда молодым.
Ты же глядел с высоты,
Жалел меня даже порой,
А я не успел спросить
Контур изогнутый твой.
Надеялся всё на себя —
Из никуда, да в пламя,
Башку очертя, любя,
Бросался, забыв про память.
Всё потерял теперь,
И в жизни оставил след,
Снова пришел к тебе
На первозданный свет.
Помнишь, как ты мне пел!
В небо к себе маня.
Спой же прошу теперь!
И забери меня!
 

Я чувствую твою печаль…

 
Мне ничего нестрашно потерять.
Пока со мною вместе твои мысли.
Присутствие незримое пока
Твое со мною в горькой этой жизни.
Мне нестрашна мучительная смерть,
Пока со мной души твоей частица.
Пока твоя любовь горит во мне,
И вместо снов, даря блаженство снится.
Я чувствую твою печаль и счастье
И ощущение, что ты вся в огне!
Сжигает меня в холоде и настежь
Безумия дверь распахивает мне.
 

Течение времени

 
Когда лишь готовы будете,
Эти прочтите строчки.
Через пять лет вы забудете
Друзей всех – Я знаю точно,
А все, кого вы любите,
Кем заняты все ваши мысли,
Всего через пять лет люди
Исчезнут из вашей жизни.
А через десять лет,
А может быть даже ранее
В памяти маленький след
О них будет воспоминанием.
А ещё чуть-чуть попозже,
Немного ещё потом
Вы даже вспомнить не сможете
Их позабытых имён.
Я вас ошарашил, да?
Но только не надо мучений,
Поскольку во всём и всегда,
Везде место есть исключениям,
Но это бывает редко —
Раз в сотню, иль тысячу лет.
Вот я и играю в рулетку,
Кручу – повезёт, или нет.
 

Только ты не оставь меня, отче…

 
Мне не жаль, что я больше не молод.
Редко в жизни все так, как хотим.
Плохо то, что уже очень скоро
Стану вновь я надолго слепым.
Позабуду, что смерть неминуема,
Окунувшись в мир, полный тревог,
Ослепленный иллюзией вечности,
Я забуду, как звал тебя Бог.
Я забуду жестокость конвоя,
Скрип сапог и зубов – дотерпеть!
Как, желая покончить с собою,
Об одном лишь мечтал – умереть!
И те дни, когда в муках казалось,
Что закончатся дни мои здесь,
И надеяться лишь оставалось
То, что это еще не конец.
Все забуду, вернувшись из ночи,
В праздник страсти, веселья и дня,
Только ты не оставь меня, Отче!
Только ты не забудь про меня!
 

Жизнь все меняет

 
Мне не понять, что кончилась любовь,
Ведь без неё весь мир падёт подкошен,
Разбит на части, в тьму и ужас брошен.
Мне не понять, что кончилась любовь.
Мне не понять, что больше тебя нет,
Что в след за этим днём наступит завтра,
Что чёрным бредом адского азарта
Наступит завтра днём за этим в след.
Мне не понять, что я один теперь
Приговорён глядеть на небо это,
Без дня и без огня, без капли света.
Мне не понять, что я один теперь.
Мне не понять, что жизнь меняет пульс,
Что всё пройдёт, и время всё излечит.
Мне кажется, что ужас бесконечен,
Что я к тебе уже не возвращусь…
 

Только когда человеку плохо

 
Только когда ему плохо,
В сердце больно и пусто,
Человек вспоминает Бога,
Вспоминает имя Исуса.
Только когда все потеряно,
И нет за душой ни гроша,
Тогда обращается к вере он,
К спасенью в слезах спеша.
Только когда смерть близко,
И страшен в нее исход,
Он в церковь приходит молиться
О прощении своих грехов.
А было бы все по-другому,
По заповедям Христа,
По проповеди Нагорной,
Была б жизнь легка и проста…
 

Жил я усталым

 
Жил я на Земле усталым ветром,
Золота и славы не искал,
Потому, когда засохнут ветви,
Возвращаясь в дом свой среди скал,
Уходя оставлю вам в наследство
Лишь весной березок русских хор,
Пару сказок, пару снов из детства,
Пару недописанных стихов,
И еще две грустных черных розы,
Чтобы рассказали вам о том,
Коротки как слезы и угрозы,
Как я ждал, что ждет меня потом.
Обнимало небо снег безмолвный,
Так и я любил зелёный лес.
И пускай цветы мои напомнят,
Кем я был на самом деле здесь.
Ну а белый пёс к мохнатым лапам
Голову склонив большую вдруг,
Подтвердит, что иногда я плакал,
Бедами лишь с ним делившись, друг.
Но имел я счастья, только снами
 
 
Жизнь свою хмельную обложил,
И признайтесь – вы меня не знали,
Как я жил, как правдой дорожил.
Мёртвый цвет не синий, и не бледный,
Звёздами горит он в темноте.
Час когда наступит мой последний,
Мысли унося в забвение те,
Поклонюсь Земле, и Богу в ноги,
И, целуя каменный погост,
Уходя, оставлю вам немного,
Я ведь сам здесь был всего лишь гость.
 

Я любить разучился

 
Я любить разучился и всё же,
Новым светом и старою тьмой
Разрываюсь меж болью и дрожью
В те минуты, когда ты со мной.
А тогда, когда кончится вечер,
Одиночеством брежу опять,
И шепчу те слова, что при встрече
Так желал, но не смог прошептать.
Ты за это простишь меня, может,
И всё то, что в себе берегу,
Я скажу тебе позже, ведь всё же,
Не любить я тебя не смогу.
 

Одно число минут в часах

 
Люблю и жду тебя, в часах
От ночи до утра
Всегда одно число минут,
Сегодня и вчера.
Люблю и жду тебя, теней
Бег не остановим.
Дни всё короче и темней,
Им не успеть за ним.
Люблю и жду тебя. Багрян
В небесно-голубой
Безбрежности развёл туман.
Душа полна тобой.
Люблю и жду. Из нежных слов,
Ласк, Страсти и Мечты
Самый чудеснейший из снов
Мне подарила ты…
 

Я стал зеркальным отражением

 
Я только на секунду стал
Своим зеркальным отражением,
И монолитный, как кристалл
Мой мир наполнился движением
Чудес, сошедших в мир с небес,
Весёлым звонким детским смехом,
А я растаял и исчез,
Стал отражением или эхом.
 

Почему я люблю тебя

 
Почернел камин от огня,
А от ночи осенний лес,
И безумие вновь меня
Одного оставляет здесь.
Почему? И ищу луну,
Млечный путь пополам делю.
И вдыхаю тьму. Почему?
Почему ж я тебя люблю?
 

Когда мы встретимся

 
Кем будешь ты, когда мы встретимся?
Кем буду я, когда найду тебя?
Кто нам расскажет детские сказки?
Кто нарисует звездное небо?
Если не будет вечного счастья,
То подари мне хотя бы улыбку.
Дай мне минуту чистого рая,
Я буду счастлив, тебя вспоминая.
 

Тоска уйди, исчезни

 
Проходи тоска стороной,
Мне сегодня – в другую дверь,
К очарованной той одной,
Что моя навсегда теперь.
Уходи стороной тоска,
Птицей чёрной стремглав лети.
Её вечность порой я искал,
И уже не сверну с пути.
Ни минувшим твоим годам,
Ни проклятой холодной тьме,
Никому её не отдам,
Даже не подходи ко мне.
Лучше в небе грозой пляши
И в безлунные ночи грей,
Но уйди из моей души,
Отпусти меня поскорей.
Я тебе ведь платил сполна,
И ещё заплачу в стократ,
Но пойми, что она одна —
Мне дороже всех тех утрат.
Да и что мне твоя слеза,
Когда пламя горит в груди
И как звёзды её глаза.
Уходи тоска. Уходи…
 

Незнакомка во сне

 
Незнакомка, во сне помогшая мне,
Мне словами за это тебе не воздать.
Не сказав никому – ни друзьям, ни жене,
Я вернусь за тобой, не устань меня ждать!
Луч луны освещает мой длительный путь,
И однажды я взглядом к нему прикоснусь,
Скину цепи, меня не сдержать сетью пут.
Не грусти! Время мчится! Я скоро вернусь!
Я приду навсегда. Явью станут мечты.
Я не помню тот сон, но тебя не забыл.
Мне не сделал никто то, что сделала ты,
Просто руку подав. Я тебя полюбил!
 

Кем бы я был, если бы…

 
Жар – сотни острых жал
В бред мне бросает ночь.
Ужас, тисками сжав,
Мысли уносит прочь.
Боль. Это гром гремит,
Памятью сны скребя,
И отыскав свой миг,
Я вдруг нашел себя.
Если б в тот день давно,
Ветром по свету мчась,
Я б не свалился с ног,
Где б я бродил сейчас!
Если бы жизнь, как боль
Я б не перетерпел,
Не пригубил любовь,
Кем бы я был теперь!
И, если с кровью страх,
Я б не спустил из жил,
Помня, как ветер пах,
Как бы я мертвым жил!
Что бы меня спасло,
Кем бы тогда я стал?
Если б добро и зло
Сам бы не испытал.
И не любил луну,
И не дружил с огнем,
Не был у снов в плену,
Звезд не увидел днем,
Я б глубины небес
Просто не замечал,
В мрети погрязший весь,
Я б не любил сейчас.
Жар. Лихорадка. Бред.
Счастье. Покой и боль.
Я не жалею, нет.
Стал я самим собой.