© Андрей Лоскутов, 2016
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Наш небольшой городок находится между двумя холмами чуть южнее Бертимонда. Он практически незаметен для посторонних глаз, и в нем никогда нечего подозрительного не происходило. Обычные грязные улицы, несколько небоскребов и больших домов, две больницы парочка магазинов и школа.
Именно таким он мне и запомнился, наш уютный маленький Ливен-Стор, со всех сторон окруженный горами и лесом на севере. Кстати я забыл представиться, меня зовут Мет, Мет Бабицки, мне всего-навсего семнадцать лет, и я учусь в старших классах нашей обычной средней школы.
В тот день, когда начались все эти довольно странные для нашего небольшого городка события, я как обычно собирался в школу, бросив в свой рюкзак пару учебников, и тетрадей я закинул его на плечо и спустился вниз чтобы позавтракать.
– Мам, что у нас на завтрак? – спросил я, заходя на кухню.
– Яичница с беконом на сковородке милый, – ответила мама, лихорадочно собираясь на работу.
Она всегда опаздывала по понедельникам, ей было тяжело придти в себя после очередных выходных, и в этом плане я ее отлично понимал.
– Ну, все удачной учебы дорогой, – сказала она и, махнув мне рукой, схватила свою сумочку и, открыв дверь, скрылась за ней.
Я махнул ей в ответ и принялся уплетать за обе щеки яичницу с беконом. Покончив с завтраком, я взглянул на часы.
– 7: 30, если не выйду сейчас, то точно опоздаю, – сказал я сам себе, выходя из кухни, закинув сумку на плечо.
«Это будет уже третье опоздание за месяц, если завуч опять меня поймает то мне несдобровать» – думал я, ища в прихожей свои кроссовки, которые, по всей видимости, вчера куда-то закинул.
– А вот же они, – сказал я, вытаскивая их из под комода и надевая.
И вот, наконец, собравшись, я выскочил за дверь и, захлопнув ее, побежал по лужайке к своему велосипеду. Сев на него я посмотрел на часы – «7: 45, придется срезать путь».
Я покатил по дороге в сторону школы, но понимая, что не успеваю, решил срезать путь, и вместо ровного тротуара проехать через ту часть леса, которая находилась между моим домом и школой. Ребята в школе рассказывали мне, что по тропинке через лес можно было доехать до школы за пять минут. А так как мне нельзя было в очередной раз опаздывать, я свернул с дороги и поехал по тропинке, которая вела через лес, который заканчивался в нескольких метрах от нашей школы. Я ехал быстро и надеялся, что вот-вот увижу нашу старую четырехэтажную школу, ремонт в которой проводился в последний раз, в то время когда в ней еще учился мой дедушка.
Но в тот день я очень торопился, свернул не в том месте и, в конце концов, заблудился. Остановившись возле очередного поворота, я осмотрелся, как вдруг мне показалось, что из кустов позади на меня кто-то смотрит. Я стал крутить педали, что было сил, повернув в обратном направлении, и оглянувшись, посмотрел, нет ли кого сзади и, повернувшись обратно, ударился головой об очень низкую ветку и, упав с велосипеда, потерял сознание.
Очнувшись через какое-то время, лежа на кровати, я поднялся с нее и, оглядевшись по сторонам, увидел, что я в какой-то маленькой деревянной лачуге, посмотрев перед собой, я увидел человека в белом халате стоящего ко мне спиной.
– Уже очнулся, – сказал он обернувшись. – Ты очень сильно ударился головой, я тебя осмотрел и даже перевязал, но я все же не врач и не могу утверждать, что ты полностью здоров.
– Кто вы? Где я? – спросил я, поднимаясь с кровати и ощупывая перевязанную голову, которая гудела как колокол во время воскресной службы.
– Меня зовут Крис Ривен, и ты сейчас находишься в моем мм.. доме, – сказал он, тоже оглядевшись вокруг себя. – Я нашел тебя в лесу, видимо ты упал с велосипеда и при ударе об ветку потерял сознание.
– Я подобрал тебя, принес сюда и перевязал твою голову, – продолжил Крис. – Удар был не сильный, и я думаю, что не какой опасности для твоего мозга нет, там у тебя образовалась шишка, которая пройдет через пару дней.
– Спасибо, – сказал я, перестав ощупывать свой лоб.
– Не за что, – ответил Крис, подмигнув мне. – Но я бы все-таки настоятельно тебе рекомендовал обратиться к врачу, если вдруг возникнут какие-нибудь проблемы с черепом.
Он засмеялся, посмотрев на меня, я улыбнулся в ответ и он, отвернувшись к своему столу, опять погрузился в работу.
– Над чем вы работаете? – спросил я, подходя к столу.
– Вывожу новые породы волков, – ответил Крис, не отрываясь от микроскопа. – Это правительственное задание высокой важности, очень секретное.
Он, оторвавшись от работы снова засмеявшись, посмотрел на меня.
– Надеюсь, ты не кому об этом не скажешь? – спросил он ухмыльнувшись.
– Да нет что вы, – ответил я. – Можно я тут осмотрюсь?
– Валяй, – ответил он и снова прильнул к линзе стоящего на столе микроскопа.
Домик был небольшой и вероятно рассчитанный на проживание в нем только одного человека, в нем легко умещалась кровать с которой я только что поднялся, большой стол со всякими пробирками и микроскопом а вдоль одной из стен друг на друге стояли четыре клетки. Я подошел к ним заглянул внутрь, и увидел, что в них обнявшись друг с другом, спят волчата разных пород.
– Ровно по два на все эти четыре наиболее встречающихся вида, – сказал Крис, увидев, что именно меня заинтересовало в его лачуге.
– Вот этот, – Крис указал на самого маленького белоснежно белого волчонка. – Это полярный волк, занесенный в Красную Книгу, охота на него запрещена.
– И что вы с ними делаете? – спросил я заинтересовавшись.
– Я ставлю эксперименты с их ДНК, пытаюсь вывести новую породу, – ответил Крис, глядя на них. – Я беру у них кровь и смешиваю в различных пропорциях.
– Но почему здесь, а не в лаборатории? – спросил я.
– Я тебе уже говорил, что задание секретное, – ответил Крис. – И никто об этом не должен знать, к тому же мне здесь удобно, тихо спокойно никто не мешает.
– А почему именно волки? – спросил я, с любопытством осматривая клетки. – Ведь много и других исчезающих животных.
– Не слишком ли много вопросов мистер? – спросил Крис, улыбаясь. – Ты через, чур, любопытный малый, но я отвечу на этот вопрос, если ты пообещаешь, что он будет последним.
Он посмотрел на меня, я кивнул, и он ответил: – «Волки – это символ свободы животного, ведь в отличие от них человек такой свободой похвастаться не может, мы связаны по рукам и ногам собственными проблемами».
– Ну а они, – продолжил Крис, кивнув на клетки. – Олицетворение свободного духа лесов, неустрашимого, непокорного, вечного.
Я взглянул на него в тот момент, когда он произносил эти слова и увидел на его лице еле скрываемый след зависти, а заметив блеск его глаз, мне слегка стало не по себе.
– Уже очень поздно, – сказал Крис, посмотрев на часы. – Давай я провожу тебя до надежной тропинки, по которой ты спокойно выйдешь в город и дойдешь до дома.
– Хорошо, – ответил я, еще раз взглянув на клетки.
Крис подал мне сумку, которую он подобрал рядом со мной и, выйдя из домика, я последовал за ним через лес.
– Твой велосипед остался лежать там, у дороги, – сказал Крис, указывая на одну из развилок, которая вела мимо его домика в самую чащу.
– Нечего, – ответил я. – Я заберу его завтра утром.
Он провел меня через лес до тропинки, которая вела в город, я остановился и, повернувшись, стал с ним прощаться.
– Спасибо вам за все, – сказал я, указывая на свой лоб.
– Не за что парень, – ответил Крис, пожимая мне руку. – Рад был, с тобой познакомится.
После этих слов Крис повернулся и зашагал в обратном направлении, а я, поправив сумку, свисавшую с плеча, вышел по указанной тропинке обратно в город.
Остановившись перед домом, я стянул повязку с головы и, пригладив шишку волосами, чтобы не привлекать внимание родителей вошел в дом. Тем же вечером после ужина лежа на кровати в своей комнате я вспоминал произошедшие сегодня события, наш разговор с Крисом, думая о том, что я больше с ним не увижусь, но я ошибался.
Pulsuz fraqment bitdi.