Kitabı oxu: «Сердце пентаграммы», səhifə 2
Глава 3
Вот как чувствовала, что речь обо мне.
– И что это? Кроме того, что я? Какие функции мне нужно выполнять в качестве этого… сосуда?
– Питать партнера магией. – заученно, как по учебнику выдал дроу. Хотя, почему как – скорее всего, повторял заученное в свое время определение.
Я невольно фыркнула.
– И откуда у меня магия? Я из немагического мира. У нас там только фокусники и шарлатаны с фотошопом.
– А что это? Какое-то заклинание? – заинтересовался Эллар. Я мотнула головой.
– Не отвлекайся. Почему ты решил, что я тот самый сосуд, если у меня нет магии?
– Она поначалу запечатана. – дроу посмотрел на меня несколько задумчиво, но к теме послушно вернулся. Наверное, сделал себе пометку расспросить позже. Знаю я таких въедливых служителей закона. Ничего не забывают и не пропускают. Надо бы с ним поосторожнее.
– И как же магию распечатывают? – хмыкнула я. В голове поневоле возникла картинка с посылкой. Или письмом? Надеюсь, меня вскрывать не собираются? Этакая одноразовая батарейка. Я невольно подобралась, глядя на дроу настороженно.
Он шагнул ко мне, присел на корточки перед диваном, так что наши головы оказались на одном уровне.
– Долго объяснять. Я лучше покажу. – выдохнул он, и без предупреждения завладел моими губами. Я даже отшатнуться не успела.
Сероватая кожа оказалась горячей и гладкой наощупь, без малейших признаков щетины. Краем сознания я отметила, что совершенно не сопротивляюсь тому, что меня целует абсолютно посторонний представитель иной расы, которого я впервые увидела час назад. И мне это нравится.
Еще как нравится!
Только вот червячок сомнения все еще подтачивал мысли.
– Ты не хочешь хотя бы имя мое для начала узнать? – на мгновение оторвавшись от его губ, прошептала я. Голос сел, говорить громче не получалось при всем желании. Пальцы будто сами по себе продолжали ласкать его лицо, обрисовывая высокие скулы, властный подбородок и припухшие от поцелуев губы.
– И как же тебя зовут? – послушно отозвался дроу, пристально глядя на мой рот и, кажется, не особо осознавая, что говорит.
Нет, так дело не пойдет. Обеими руками я отодвинула его лицо от себя, создавая дистанцию. Мне очень понравилось с ним целоваться, но совершенно не порадовала полная потеря контроля над собой.
– Для начала, представься сам. – твёрдо заявила я. – И вообще, не надо мне показывать, лучше все же объясни.
Он сглотнул, но в руки себя все же взял. Я оценила. Пожелай он овладеть мною силой – я бы не смогла его остановить, несмотря на все тренировки и чёрный пояс по дзюдо. Видно было, что дроу накачал свою мускулатуру не приемы на мягком мате отрабатывая, а сражаясь за свою жизнь.
– Меня зовут Миран Эллар. Я контроллер, слежу за порядком в городе и ближайших окрестностях. – дроу пересел с пола на диван, и принялся наглаживать торчащую из-под плаща мою стопу. Я тут же разомлела, потом опомнилась и поспешно спрятала ее под ткань.
Мы тут вообще-то общаться пытаемся.
– Очень приятно, я Диана. – фамилию с отчеством я опустила. Последнее еще объяснять придется, время тратить. – Я так поняла, что распечатывают так называемый Сосуд через секс. Так?
Синеволосый кивнул, придвигаясь чуть ближе.
Он что, не может держаться на приличном расстоянии?
– Прости, я просто так давно потерял надежду найти подходящий мне Сосуд… – хрипло пробормотал он. – Я очень стараюсь не наброситься на тебя и не напугать, но все во мне требует заявить на тебя свои права как можно скорее.
Я что, задала вопрос вслух? Кажется да. Усталость берет свое.
– И что потом? – пытаясь соображать из последних сил, уточнила я. – Когда меня распечатают?
Помимо воли я хихикнула. Нет, не могу воспринимать серьезно подобную терминологию.
– Будешь подпитывать меня магией. Если я потрачу свою, например, в бою, или меня ранят, ты сможешь передать мне часть заложенной в тебя энергии.
– То есть, все-таки батарейка. – глубокомысленно кивнула я. Вопрос, как меня подзаряжать, остался неозвученным.
Я, признаться, опасалась услышать ответ.
Дроу, похоже, принял мою прострацию за смирение с уготованной мне участью, потому что снова перешёл в наступление. В этот раз он действовал молниеносно, сразу видно профессионала. Раз – и я уже лежу на спине, придавленная мощным мускулистым телом. Плащ сполз куда-то под диван, оставив меня в первозданном виде.
Тяжесть была не удушающая, а приятная, разжигающая кровь. Захотелось потереться о гладкие литые мускулы, но страшно мешала одежда.
– Вот видишь. Инстинкты берут свое. – жарко шепнул мне в шею дроу, прикусывая торчащую косточку ключицы. – Мы предназначены друг для друга.
Голос Мирана доносился до меня, как сквозь вату. Глаза прикрылись сами собой, загипнотизированные переливами синего в сияющих волосах, сплетенных в разнообразные косички, с бусинами и нитями. Зато чувствительность кожи усилилась в разы, заставляя стонать и извиваться от прикосновений горячего языка и губ. Дроу беззастенчиво исследовал меня везде, прикусывал соски, нежную кожу живота, а когда он сполз еще ниже и раздвинув мне ноги, длинно, протяжно лизнул мою истекающую соками промежность, я запрокинула голову, вскрикнув. И продолжила метаться по подлокотнику, безуспешно цепляясь за него, силясь удержаться и не сорваться…
Не смогла.
Спину выгнуло дугой, ноги помимо воли сомкнулись, грозя удушить слишком умелого и невыносимо самодовольного дроу.
– Вот так, милая. Умница. Теперь больно не будет. – пробормотал он, приподнимаясь надо мной и упираясь рукой в диван рядом с моей безвольно откинутой головой. Мелькнула вялая мысль, с чего мне вдруг должно быть больно, и тут он погладил меня между ног, там, где все еще прокатывались сладкие спазмы. Потеребил клитор, раздвинул губы, нашёл пальцами вход в лоно… и к пальцам, исследовавшим мои складочки, присоединился его орган.
Когда только раздеться успел? Перекатив головой по подлокотнику, я сыто обозрела мощные плечи, отлично развитые руки с подрагивающими дорожками вен, и весьма увесистую мужскую гордость, нацелившуюся внутрь меня. Неплохой размер. Ровный, тоже перевитый темными жилками, крупный, довольно длинный, но не вызывающий вопроса – а как это меня не порвёт? Напротив, в устало-удовлетворённой мне заворочалось предвкушение. Каково будет ощутить внутри эту твёрдую распирающую силу?
Я качнула бедрами, поймав момент, когда он был близок к входу, и сама нанизалась на него.
– Нетерпеливая девочка. – выдохнул дроу, и замер, глядя на место соеднения наших тел. – Я ведь хотел как лучше.
И вошёл в меня рывком, на полную длину.
Ух! У меня аж дыхание перехватило. Я протяжно застонала, дроу тоже, всякая мысль исчезла из его глаз, и они засветились тьмой.
Испугаться толком я не успела. Он отодвинулся, выходя почти полностью, и снова врезался в меня, приколачивая к дивану. Плевать на тьму, внутри меня разгорался натуральный пожар!
Обхватив руками и ногами Мирана, я притянула его еще ближе, помогая ему бедрами, встречая его толчки с несказанным энтузиазмом.
Оргазм ударил меня внезапно, заставив выгнуться в сладкой судороге. Дроу едва удержался на мне, вцепился пальцами в ногу, оставляя наверняка отметины, и еще активнее заработал бедрами. Замер, захрипел, рука, которой он упирался в диван, подломилась, и он рухнул на меня всем телом.
Лоном я все еще чувствовала сокращения его плоти, выбрасывавшей семя.
Мозг потихоньку возвращался на законное место, меня замутило. Если бы не туша, придавившая к дивану, надавала бы себе по лицу.
Что я творю? Я его знаю пару часов! Не то, чтобы я была наивной ромашкой, но цеплять парня ради быстрого секса – такими развлечениями я не занималась. Для меня были важны чувства, взаимопонимание, некие общие интересы. Все то, что приобреталось в процессе общения, а не пьяных обжималок в баре. И куда вылетели все мои принципы при встрече с этим дроу?
Может, он мне что-то подмешал в еду? И сам того же наглотался, да. Главное, чтобы у нас с ним передоза не случилось. Я вроде ничего, кроме возбуждения как у мартовской кошки, а он вон, лежит не шевелится.
Пульсация внутри меня вместо того, чтобы замереть, становилась все мощнее, и до меня наконец дошло, что внутрь моего тела вливается не только сперма. Для члена, даже довольно крупного, вибрация слишком сильная.
Что вообще происходит? Я прищурилась, и внезапно рассмотрела ту самую тьму, что плескалась в глазах Мирана только недавно. Сейчас она окутывала все его существо, и меня тоже. А в особенности ее сияние сконцентрировалось между нами, там, где его член все еще был погружён в меня.
И, кажется, тьма двигалась.
Из дроу в меня хлестала магия. Похоже, совершенно бесконтрольно, потому что он сам придавил меня мертвым весом к дивану, и шевелиться не собирался.
Я подняла дрожащую руку и пощупала его шею, ближе к уху. Пульс бьется. Не совсем мертвый, уже хорошо.
Поднатужившись, я бесцеремонно спихнула тяжеленного дроу на пол. Там ковёр, не замёрзнет. Дышать и думать сразу стало легче, будто прикосновение к его коже само по себе действовало как афродизиак.
Может, так оно и есть? Я читала про каких-то лягушек, которые выделяли через поры яд. Вдруг тут тоже какая-то видовая особенность, чтобы девушки не ломались?
Подобрав небрежно брошенную на пол рубашку, я растянула ее за рукава, свернула ткань жгутом и связала дроу руки за спиной. Надолго его это вряд ли удержит, но даст мне некую фору.
Из этого слишком гостеприимного дома нужно срочно валить.
Но не голой же! Рубашку я пустила на обездвиживание, оставался все тот же плащ. Уже привычно завернувшись в него, я прокралась к двери, и памятуя о кухарке, которая спит, и возможных других слугах, внимательно прислушалась. Вроде никого.
Дверь открылась без звука, и малейшего сопротивления. Хорошо, что не заперто. Повезло.
Из округлого холла, в котором я оказалась, можно было подняться по лестнице наверх, можно было спуститься вниз. Еще три двери вели, наверное, в другие комнаты. Опасаясь активировать сигнализацию или вломиться к слугам, я немного потопталась на пороге, а после сделала решительный шаг в холл. Ничего не заверещало, никто не проснулся и строго не спросил, что я здесь делаю, поэтому, осмелев, я дернула за одну из ручек. Дверь была тоже не заперта и запросто поддалась, явив мне практически точную копию гостиной, которую я только что покинула, только в синевато-серых оттенках. Ладно.
Соседняя дверь была чуть больше и массивнее остальных. Осторожно нажав на ручку, я приоткрыла ее на пару сантиметров, не больше. В нос ударил влажный, сырой ночной воздух.
Свобода!
Так близко, но сначала все же надо одеться.
С сожалением втянув как можно больше свежести, я закрыла дверь обратно. Главное, выход я нашла. Теперь надо найти спальню дроу, и поторопиться, как бы он не очнулся невовремя.
Применим логику. Обычно слуг не селили рядом с господами. Либо в отдельном флигеле, либо под лестницей, вспомним Золушку. Значит, в господские покои – наверх. Я поспешила по лестнице.
Холл этажом выше почти ничем не отличался от предыдущего, даже ковёр на полу идентичный. Я приоткрыла дверь, которая соответствовала гостиной внизу, в которой валялся дроу, и угадала.
Темные шторы, едва пропускавшие голубоватый свет с улицы, и пустая кровать у стены. Широкая и удобная даже с виду, но не такая уж шикарная, как я ожидала. Никаких балдахинов и кисточек, все просто и функционально. За кроватью виднелась ниша, а в стене напротив – дверь.
Ванная!
Сбросив плащ прямо на пол, я метнулась за заветную дверь. Вот уж где было сибаритство! Утопленная в мраморный пол огромная ванна, вполне привычный умывальник, почему-то с двумя кранами по отдельности, и прочие удобства. Наскоро приведя себя в порядок, я заглянула в нишу у кровати. Как я и думала. Еще одна комната, гардеробная. На плечиках висят доспехи, на стенах плотно, так что почти не видно кладки, развешано разнообразнейшее оружие. Огнестрельного нет, зато есть странные конструкции, похожие на арбалеты, с прозрачными резервуарами на них. Нечто, напоминающее водные пистолеты, но вряд ли суровые ребята вроде дроу в свободное от службы время режутся в пейнтбол.
Миновав доспехи и ножи, я прямиком ринулась в угол, где были стопками сложены рубашки и нательное белье. Трусы мне вряд ли подойдут, не тот размерчик, но хоть верх прикрою.
Странное дело. Стоило мне натянуть на тело огромное полотнище чёрной ткани, как оно ужалось, село и плотно облепило фигуру. Чисто на пробу я натянула портки. Трусами сие назвать было совестно, разве что семейниками. Они тоже уменьшились, превратившись в симпатичные боксеры. Кружевами не обзавелись, но облегли вполне мило.
Уменьшающимся брюкам и сапогам я уже не удивилась. Кажется, на одежде какое-то заклинание, подгоняющее ее под размер. Чтобы лучше сидело и не стесняло движений, наверное.
Накинув тот же, уже привычный мне плащ, я поспешила к выходу. И так долго провозилась. Пока спешила по лестнице вниз, к знакомой двери, настороженно ловила малейшие шорохи, доносившиеся до меня. Обошлось – это было всего лишь эхо моих собственных шагов.
Входная дверь едва слышно скрипнула, выпуская меня на волю.
Почти выпуская.
Впереди виднелись кованые высокие ворота, наглухо закрытые. А в кустах хищным алым зажглись чьи-то глаза.
За моей спиной хлопнула дверь, отсекая меня от безопасного дома. Я осторожно сделала неуверенный шажок вперед, из кустов грозно зарычали.
Не возвращаться же!
С этой мыслью я отчаянно рванулась к заветным воротам. Рисунок ковки крупный, острых частей вроде нет. Перемахну.
Главное, до них добежать.
Глава 4
Я почти успела.
До прочных на вид кованых завитков, парочку из которых я уже присмотрела на предмет зацепиться и подтянуться, осталось не больше трех метров, когда мощное тело сбило меня прицельным ударом в бок. Я сгруппировалась, перекатилась, готовясь защищать горло и живот… и была смачно облизана в два языка.
– Ну, все, будет. – отойдя от шока, я отпихнула крупные шерстистые тела, не глядя, и стёрла с лица слюну. Проморгавшись, оценила стать и породу. Здоровенные зверюги, дальние родственники доберманов, с короткой шерстью и острыми ушами, еще более поджарые, и со светящимися алым потусторонними глазами.
Я сошла с ума, если надеялась всерьёз от таких сбежать. Хорошо, из-за кустов их видно не было, иначе вернулась бы в дом как миленькая. Наверное, одежда на мне пахнет их хозяином, вот и обознались. Надо бы шевелиться, пока они не опомнились.
– Милые песики. – пробормотала я, поднимаясь на ноги и неуверенно, боком, делая шаг к ограде. Пруты хвостов заколотили по бокам, песики радостно вывалили языки, припадая на передние лапы.
Поиграть или загнать жертву?
Пока не попробую, не узнаю.
Резвой козочкой я вспрыгнула сразу на середину забора, и прытко забралась на самую верхушку. Снизу раздался жалобный скулёж, псы опомнились, но скалиться не стали, только смотрели светящимися глазищами и тихо подвывали.
– А ну цыц! – погрозила им пальцем я, перемахивая на ту сторону и упруго приземляясь на корточки. – Ведите себя хорошо, охраняйте хозяина. Он не виноват, что такая скотина бесчувственная. Все же плащом поделился…
Псы послушно замолчали, но вслед мне смотрели, пока я не скрылась в ближайшем переулке.
Прислонилась к стене, выдохнула и огляделась.
Где я, собственно? И куда идти?
Хотелось бы примерно знать направление, где расположена Академия. Чтобы не топать в противоположную сторону. Будет обидно.
Накинув капюшон на голову, чтобы меньше было возможности меня опознать, я побрела куда-то, главное, подальше от дома дроу, поминутно вздрагивая и оглядываясь на каждый шорох. Интересно, насколько дикие местные обычаи и нравы? Если Миран меня все же догонит и попытается скрутить посреди улицы, насколько велики шансы, что помогать будут не мне, а ему? Так сказать, приструнить бунтующее имущество. Что-то я не заметила осуждающих взглядов, когда он нёс меня в плаще кверху попой. Значит, подобное поведение вполне в порядке вещей.
Город понемногу пробуждался. На горизонте, как раз в той стороне, куда я бездумно направлялась, заалела полоса восхода. Захлопали ставни, из окон послышались сонные голоса.
А вот и первая открытая дверь! Да еще и булочная! Пахло просто упоительно, ноги сами свернули в полутемную лавку. В животе заурчало, хотя вроде бы я ела не так давно, и довольно сытно. Наверное, стресс.
– Мы закрыты! – довольно резко рявкнули на меня из-под прилавка. Я замерла на месте от неожиданности, и хрипловато отозвалась:
– Дверь была открыта. Прошу прощения.
Вынырнувший из-под стойки крепкий, румяный булочник вдруг резко побледнел и принялся заикаться.
– Ч-что вы, дей контроллер. Берите, что хотите. Все за счет заведения! Мы чтим законы и их хранителей!
Пожав плечами, я цапнула с подноса на прилавке тщательно вылепленный в форме полумесяца пирожок. Раз предлагают, грех не взять. Кажется, меня приняли за служителя закона. Не будем раскрывать маскировку и извиняться.
Заодно сразу ясно, насколько все запущено. Мирану никто слова поперёк не скажет, только меня завернут поплотнее в подарочную бумагу. Рассчитывать стоит только на саму себя.
– В какую сторону академия? – не откашливаясь, буркнула я, стараясь, чтобы голос звучал как можно ниже. Булочник всплеснул руками.
– Так через две улицы проспект, дей, а на нем башни Академии издалека видать. Никак запамятовали? Ой, простите, язык мой без костей… – для наглядности он несколько раз несильно ударил себя по губам раскрытой ладонью. Вроде как сам себя наказал. Я повела плечом и вышла, не сказав ни слова благодарности. Хотя воспитание требовало.
Но думаю, не в характере власть имущих благодарить всяких там булочников. Не будем выбиваться из образа.
Пекарь не обманул. Два перекрестка спустя я вышла на широкий бульвар, густо засаженный высокими деревьями с пышными кронами. Они отцветали, и ветерок играл с мелкими белыми лепестками, густо устилавшими камни мостовой. В конце бульвара, довольно далеко, виделись белоснежные шпили разного размера, неравномерно врезавшиеся в стремительно светлеющее небо. Они, казалось, светились розоватым, как хорошая слоновая кость.
Ну, по крайней мере, направление я выяснила. Теперь главное – успеть, пока меня не поймали.
В целях конспирации я шла быстро, но не слишком, чтобы не привлекать к себе внимания. И так мой чёрный плащ ранним утром сильно бросался в глаза. То ли контроллеры работали только по ночам, то ли униформа у них днем другая, но народ на меня оборачивался. Я старательно натягивала капюшон пониже, чтобы не разглядели лица, хотя и так особой дедукции не понадобится. По пробуждении дроу наверняка заметит пропажу, и вычислять меня будет по тому самому плащу.
Впрочем, до кремово-белых шпилей я добралась без проблем и довольно быстро. Кроме собственно высокого здания в академический комплекс входил сад и несколько приземистых строений из того же молочного материала. Территорию огораживала вертикальная решетка с острыми навершиями, а у ворот, к которым я вышла, сидел в небольшом домике привратник. Мне еще постучать пришлось, он совершенно не собирался выходить.
– Куда? – почесывая грудь, вышел он ко мне по ту сторону решетки, лениво почесывая грудь под распахнутой рубахой. Его контроллер в моем лице почему-то не смущал.
– В академию. – решительно заявила я, принимая уверенный вид. На самом деле внутри меня все дрожало от ожидания вселенской засады. Вдруг мне тот парень из регистрации наврал, или напутал что, и никакого набора в любое время нет?
– Набор окончен, следующий осенью. – не разочаровал меня привратник. После чего вгляделся в мое лицо, видневшееся под плащом. – Ты что, баба?
Столько было изумления в голосе, что я поневоле гордо выпрямилась и поправила капюшон. Да, наверное непривычно ему видеть даму в штанах, мало того, униформе контроллера. Те немногочисленные тихие, скромно потупившиеся женщины, что я видела, поголовно были обряжены в мешковатые платья, изредка подпоясанные где-то под грудью. Фасон практически был идентичным для всех слоев общества, менялись только ткани.
– Да, мне сказали, таких как я, берут в любое время. – немного нервно и оттого громче, чем нужно, ответила я.
– Сосуд, что ли? – прищурился привратник, оценивающе окидывая меня взглядом. – чей?
– Свой собственный! – рявкнула я, зверея от бесцеремонности вопроса. Что значит, чей? Я не ночная ваза, чтобы кому-то принадлежать. – Принимают тут или нет?
– Да, принимают, только вход не с парадного, а сбоку. Там калиточка. – мужчина зачем-то перешёл на сюсюкающий тон, как с малолетним ребёнком. Я пожала плечами и послушно пошла вдоль забора, следуя указующему взмаху руки. Калиточка оказалась немногим меньше парадных ворот, только охраняли ее вместо одного привратника двое дюжих стражников в полном обмундировании и вооружении.
– Сосуд. В академию. – коротко и четко представилась я, скинув капюшон для наглядности. Стражи вытаращились, но калитку открыли. Один из них сделал приглашающий жест рукой и двинулся по дорожке, усыпанной мелким сизым гравием, куда-то в глубь посадок. Мы удалялись от основного здания, и я уже хотела было задать вопрос, туда ли мы идем, когда из-за кустов вынырнул небольшой уютный особнячок. Он напоминал старые дворянские усадьбы, с вынесенным вперед крыльцом с колоннами, высокими окнами, полуприкрытый ставнями и забранными решетками, будто мы в центре моего родного города. Интересно, здесь так часто воруют, или это чтобы сосуды не сбежали? Будто им ограды с копьями на вершине мало.
Страж галантно приоткрыл мне дверь и пропустил меня вперед.
– Кабинет ректора на первом этаже, первая дверь по коридору. – любезно пояснил он. Я кивнула, и не без дрожи переступила порог. Холодный мраморный зал отдавал казёнщиной и бюрократией. Не учебное заведение, а музей какой-то. И тихо, как в склепе. Если здесь учатся, не должны ли мимо сновать студенты и весело галдеть?
Тише мыши я прокралась к первой двери по коридору и постучала.
– Заходите! – откликнулся старческий голос. Я послушно толкнула дверь и зашла.
Кабинет ректора не отличался изысканностью и роскошью, хотя обставлен был вполне солидно. Массивный стол, стул с высокой спинкой и наверняка подставкой снизу, призванной прибавлять роста и зримого веса благообразному старичку в застегнутой по самое горло темно-серой хламиде. Белый воротник-стойка и вышитые вертикальные серебристые полосы немного разбавляли скучный крой, на их фоне даже повязка на голове, как у сенсеев боевых искусств, смотрелась достаточно уместно.
– Ну наконец-то. Я уж заждался. – пробурчал недовольно дроу, вставая из кресла для посетителей и делая шаг ко мне. – Побегала и хватит. Пошли домой.
Вопреки его ожиданиям, я не скакнула сразу за дверь. Миран явно настроился на погоню, судя по напружиненным ногам и азартному блеску в глазах.
Ну уж нет, я ему такого удовольствия не доставлю!
Непринужденно поправив плащ, я прошла к столу, демонстративно игнорируя дроу, и обратилась к сидевшему старцу с уже заученной речью:
– Доброе утро! Мне бы хотелось поступить в Академию. Меня уверяли, что таких, как я, берут в любое время.
Дед метнул загадочный взгляд на дроу, который остался где-то справа за мной. Оглядываться я не стала, хотя лопатки чесались от его напряжённого внимания.
– Ну что ж, дитя мое. Мы не имеем права отказать Сосуду, жаждущему познать тонкости служения. – слабо продребезжал он, хотя зайти мне предлагал вполне бодро. Кажется, немочь отыгрывает. Ну, мне главное свое получить. – Считай себя зачисленной.
– Ты не понимаешь! – дроу все-таки не выдержал и схватил меня за руку. – Тебе полгода нельзя будет покидать стены Академии! Здесь драконовская дисциплина, я бы научил тебя куда большему и гораздо быстрее!
Аккуратно, чтобы не было заметно кипящей внутри меня истерики, я высвободила руку из железной хватки.
– Возможно, если бы вы мне все это объяснили, до того, как трахать, я бы и согласилась. На данный момент я предпочту изоляцию общению с вами. – я подчёркнуто обращалась к нему уважительно, и Миран, скрипнув зубами, отступил.
Недаром привратник на входе еле-еле почесался при виде униформы. Кажется, Академия – вещь в себе, и всякие мирские радости вроде рассерженных дроу ее обитателей не сильно волнуют. Оно и хорошо. Я уже напредставляла себе, как сопротивляюсь и ору, а дроу волочет меня силой по своей Изнанке. Не сомневаюсь, именно так он и обогнал меня – пока я бродила по улицам, он вспомнил наш недолгий, но весьма содержательный разговор, и сделал логичные выводы. Куда бы я еще пошла в новом мире, где ничего и никого не знаю?
– Благодарю. – степенно кивнула я деду-ректору, который с азартным блеском в глазах наблюдал за нашим с дроу общением. Хорошо, хоть ставки не предложил. – Как вы уже знаете, у меня нет с собой ничего из багажа.
– Академия предоставит. – махнул рукой тот.
– Я все обеспечу! – одновременно воскликнул Миран.
– Буду весьма признательна. – я теперь разговаривала только с ректором, демонстративно игнорируя дроу.
Я была на него феерически зла. Плевать, насколько здесь суровые условия. Вряд ли они с хрупкими женщинами обращаются жёстче, чем мой инструктор по кикбоксингу. Но оставаться с тем, кто посчитал меня вещью, одурманил чем-то и поимел, не особо поговорив до того? Ни за что.
– Ступай, дитя мое. – ректор взял стоявший на столе колокольчик и поболтал им в воздухе. Звук почему-то донёсся издалека, будто из соседней комнаты. – Я вызвал вашу наставницу, Алейну. Она проводит вас в спальную комнату, подберёт униформу и все объяснит. Вы как раз вовремя, скоро завтрак.
Так вот оно что, почему в здании так тихо. Студентки еще спят.
Поблагодарив старичка еще раз, я прошла мимо дроу, с трудом удержавшись, чтобы ребячески не задеть его плечом. За дверью еще никого не было, и я воспользовавшись случаем, прижалась ухом к гладкому дереву.
– И почему вы мне ее не отдали? – рявкнул разъярённый дроу, даже не пытаясь понизить голос. Думаю, даже просто в коридоре я бы его услышала. Голос ректора был куда деликатнее, чтобы его разобрать, пришлось поднапрячься.
Но дело того стоило.
– Она сама к тебе прибежит, мой мальчик. – отечески-нежно проскрипел дед. Ничего себе, я-то посчитала его божьим одуванчиком, а он рассчитывает меня сломать, оказывается! – Куда лучше иметь послушный сосуд, чем тот, что норовит сбежать при первой возможности. Потерпи пару месяцев. Так и быть, если она будет сильно умолять, отпущу ее пораньше.
– Мисс? – от раздавшегося за мной возгласа я чуть не подпрыгнула и больно ударилась головой о дверь. Обернулась, оказавшись нос к носу с дамой, затянутой в похожий на ректорский, плотный серый балахон. Только ее был еще безразмернее и бесформеннее, а вместо воротника-стойки и вышивки было украшено узкой полоской кружева на горловине.
– Приветствую вас в обители Сосудов. – с лёгким кивком произнесла она, будто не поймала меня только что за подслушиванием. – Следуйте за мной, нужно привести вас в надлежащий вид.
Я покорно поплелась следом, раздумывая, во что умудрилась вляпаться по собственной доброй воле.
