Небольшие города близ Лондона готовились к торжественной встрече зимы, на деревьях совсем не осталось листьев, а температура опустилась ниже 10 градусов, тогда как сам мегаполис продолжал обогревать своих жителей выхлопными газами и смогом.
Бэт стояла у окна в своей квартире и задумчиво рассматривала обнаженные деревья Уэстридского парка. Девушка была окутана в теплый плед, а каждый ее выдох сопровождался потоком пара. Так было всегда, когда рядом был Уильям. Бэт выпустила клуб пара на стекло и машинально нарисовала на образовавшемся холсте сердечко.
– Как думаешь, – сказала она своему собеседнику, которого больше никто не мог видеть, – скоро дадут электричество?
Вот уже несколько недель Бэт и Уильям пытались найти на всевозможных сайтах хоть какую-то информацию, которая могла бы пролить свет на историю Уильяма и его семьи. И когда, как им показалось, они нашли зацепку – статью, в которой мельком упоминалось о таинственном исчезновении некоего У. Марлоу и его семье, которая так же пропала, вслед за сыном, в доме Бэт выключили электричество. Это было несвойственно даже для маленького городка Англии, но бушевавший на улице ветер не оставлял никаких надежд на то, что это краткосрочный сбой, а не авария, требующая вызова ремонтной бригады.
– Даже не могу предположить, ты же знаешь, для меня все это в новинку, – ответил ей Уильям и, подтверждая свои слова, обвел рукой пространство комнаты.
Уильям расположился в кресле у компьютера Бэт. С отсутствующим освещением его почти не было видно, зато можно было почувствовать холод, который сопровождал его повсюду и заставлял Бэт хорошенько утепляться, чтобы не замерзнуть.
– Ты сможешь найти тот текст, на котором мы остановились? – заволновался он.
– Да, конечно, – улыбнулась в ответ Бэт, – все записывается в историю.
– Историю? – удивился Уильям.
– Да, в браузере хранится список страниц, которые посещает пользователь, и его можно просматривать, так можно узнать, какие сайты я посещала хоть месяц назад, если, конечно, это разрешено настройками системы, – попыталась объяснить Элизабет, но, видя растерянное лицо Уильяма, сразу смутилась. – Прости, я путаю тебя всеми этими современными штучками.
– Нет, ни капельки, мне интересно, просто так много всего нового, что в голове не укладывается, – поспешил переубедить ее Уильям, затем продолжил: – Я чувствую себя виноватым, ты совсем измоталась из-за меня. Целыми вечерами сидишь за компьютером в поисках информации обо мне. Вот и сегодня не успела подготовиться к своим экзаменам.
Он обеспокоенно посмотрел на Элизабет.
– Нет, Уил, все в порядке, я же хочу помочь.
Бэт подошла к креслу, на котором сидел Уильям, и расположилась рядом так, чтобы видеть его глаза. Он благодарно улыбнулся в ответ.
– Я знаю, но я тоже беспокоюсь о тебе. Как ты завтра справишься?
– Все будет хорошо, что-нибудь придумаю. В конце концов не умру же я, если не получу этого повышения… Прости…
Каждый раз, когда Бэт упоминала о смерти, ей становилось неловко перед Уильямом.
– Не извиняйся, все нормально, – отозвался он.
– Если честно, я не понимаю, зачем устраивать этот глупый экзамен. Представляешь, к нам пригласят какую-то важную особу из Британской школы дизайна, она будет показывать нам разные картины, а мы должны будем называть их авторов или еще хуже, угадывать, что нарисовано на картине по ее названию. Чушь какая-то. Не работа, а ток-шоу. Мистер Трэвор просто свихнулся со своими нелепыми идеями. Но в этот раз все придумал Скотт, он-то варится в этой каше и уж точно ответит на все вопросы. Мне кажется, он сделал это назло, чтобы повышение получил он, а не я, хоть сам ничего не понимает в том, что предстоит делать на новой должности, – продекламировала Бэт, вальяжно расположившись на подлокотнике кресла рядом с Уильямом.
– Уил, а ты чувствуешь что-нибудь, когда я сижу вот так близко? – спросила она.
Ульям поднял голову навстречу Бэт и мягко улыбнулся.
– Да, я чувствую тепло твоего тела и твое дыхание. Когда ты рядом, мне кажется, что я живу, – с грустью добавил он и замолчал.
На минуту в комнате повисла тишина, было слышно, как тикают старенькие настенные часы.
– Уил, – прошептала Бэт, прервав молчание.
– Что? – ответил он тоже шепотом, но потом, заметив озорные огоньки в глазах Элизабет, рассмеялся.
– Ну ладно, – беспомощно вздохнул он и протянул руку ладонью вверх.
– Правда? Можно? – взвизгнула от удовольствия Элизабет. – Я всегда об этом мечтала!
– Ну, прямо-таки, всегда мечтала, – Уильям укоризненно посмотрел на Бэт, которая, по-детски высунув язычок, медленно водила ладонью по его запястью.
– Ну, не мечтала, а думала. Мне хотелось потрогать тебя, узнать, какой ты на ощупь.
Уильям засмеялся ей в ответ, но весь сосредоточился, когда рука Бэт вновь достигла его плоти.
– И какой же я? – хриплым голосом произнес он.
– Ты, ты… ты холодный и… ты, как туман, – ответила Бэт и в знак подтверждения поднесла к его глазам руку, на которой остались капельки воды.
– Холодный, – огорченно протянул Уильям и взглянул исподлобья на Бэт, его глаза потемнели, а лунный свет, падающий из окна, заставил все тело сверкать и переливаться серебристым светом. Ничего более прекрасного Бэт раньше не видела, от удивления и восторга она впала в оцепенение. Как будто тысячи маленьких огоньков, взявшись из ниоткуда, нарисовали образ мужчины, такой прекрасный и такой недоступный.
– Для тебя я хотел бы быть горячим, – прошептал Уильям над самым ее ухом.
Сердце Бэт учащенно забилось, а к горлу подступил комок. Ей стало жарко, несмотря на близость Уильяма или благодаря ей. Бэт скинула с себя плед и встала. Уильям последовал за ней. Кончиками пальцев она продолжила скользить по силуэту его руки, плечам и волосам. Блестящие огоньки лунного света, которыми наполнился облик Уильяма, подрагивали от прикосновений Бэт. Она осторожно коснулась его щеки.
«Можно?» – прочитал он немой вопрос в ее глазах и так же беззвучно ответил согласием. Затаив дыхание, Бэт поднялась на цыпочки, закрыла глаза и нежно выдохнула поток воздуха в его губы. Когда она открыла глаза, Уильяма рядом не было. Он стоял у окна, отвернувшись, лунные огоньки пропали, вслед за самой виновницей волшебства, которая скрылась за облаками.
«Что я наделала», – испуганно подумала Бэт и поспешила закутаться в плед, чтобы хоть как-то скрыть свое смущение. Опять воцарилась тишина.
– Кхм…, надеюсь, ты не хотела меня сдуть, – Ульям шуткой попытался сгладить неловкость ситуации.
– Нет, – без настроения отозвалась Бэт. Она все еще была под впечатлением от всего произошедшего.
Они молчали.
– Ты сказала, что твой коллега Скотт предложил тему для экзамена назло. Почему он должен злиться на тебя? – снова попытался перевести разговор в другое русло Уильям.
– Да просто я ему отказала, единственная из нашего офиса, и это его разозлило, – поддержала тему Элизабет.
– Отказала?! Что это значит? Он пытался склонить тебя к близости? – разозлился тот.
– У нас это называется флирт! – спокойно ответила Бэт.
– Ничего себе флирт, пытаться затащить девушку в постель, а после отказа делать ей гадости! Что же это за время такое – полная безнравственность! – Уильям, разозлённый и сердитый, метался по комнате, в то время как Бэт наблюдала за ним с недоумением.
– O tempora! O mores! – задумчиво произнесла она.
– Что?! – огрызнулся Уильям.
– Я говорю, «о времена, о нравы»! Это Цицерон сказал, между прочим, еще до нашей эры. Философ такой, – добавила она и устало опустилась на диван, оставив без внимания агрессивный выпад Уильяма.
– А знаешь, что мы сделаем завтра? Мы пойдем вместе, и я помогу тебе! Заткнем за пояс этого выскочку. Как тебе такая идея, Бэт?
– А что? И правда, хорошая идея, давай так и сделаем… только завтра, – сонно ответила Бэт и закрыла глаза, притворившись спящей.
Какое-то время Уильям смотрел на Элизабет, затем подошел ближе и в очередной раз, забыв о форме своего существования потянулся за пледом, чтобы укутать ее. Рука скользнула сквозь одеяло и беспомощно схватила воздух в пространстве. Угнетенный и разозленный собственным бессилием, Уильям с силой сжал кулаки и зажмурился. Затем, дав себе немного времени, чтобы успокоиться, он склонился над Бэт и коснулся ее волос губами. Нужно было уходить. Ночью он всегда уходил, чтобы не позволить ей замерзнуть и простудиться во сне.
Когда Уильям покинул квартиру, забрав с собой поток холодного воздуха, Бэт открыла глаза. Она повернулась на спину и уставилась в потолок. С тех самых пор, как в ее жизни появился Уильям, многое изменилось. Да и сама Бэт изменилась. Она чувствовала, что встретила родственную душу, но душу, у которой не было плоти. Все, что делал Уильям, то, как он говорил, как двигался, как шутил или смеялся – все, заставляло сердце девушки учащенно биться в груди. Последний месяц они много времени проводили вместе. Гуляли, много разговаривали или просто молча сидели у окна в маленькой квартире Бэт. Она пыталась как можно больше рассказать Уильяму о современном мире, в котором он оказался. И когда тот, как ребенок, восхищался простым, казалось бы, вещам, Бэт чувствовала, как в ее сердце растет неведомое до сих пор ей чувство. Бэт чувствовала себя нужной и из-за этого счастливой, она и выглядела счастливой. Она стала по-другому одеваться, по-другому говорить и вести себя, и в ее окружении не могли не заметить этого. По натуре она была мечтательницей, но как далеко могли завести ее мечты! Бэт застонала и закрыла лицо руками. Не так она представляла свой первый поцелуй, да и можно ли считать это поцелуем? Нужно было все хорошенько обдумать. Впереди ее ждала целая ночь.
– Бэт, ты готова, соня? – произнес Уильям, войдя через закрытую дверь в квартиру девушки, и тут же отпрянул.
Его неожиданное появление застало Бэт врасплох. Чуть ли не впервые в жизни она проспала. Тяжелые мысли долго не давали заснуть. Она думала о Уильяме и о том, какое место в ее жизни он занял с тех самых пор, как она отважилась посетить Уэстридский парк в последний раз. За прошедший месяц Бэт приложила массу усилий, чтобы помочь Уильяму найти себя и разгадать тайну его пребывания в этом мире. Она рылась в архивах, встречалась с какими-то странными людьми, то ли сектантами, то ли экстрасенсами. Ходила в церковь, перечитала кучу литературы и пересмотрела множество сайтов. Это отнимало много сил, времени и душевного спокойствия, так как сама Бэт не хотела, чтобы Уильям пропадал из ее жизни, уходил туда, где его место.
Еще сонная и раскованная, она стояла у окна и жмурилась от лучей яркого солнца, которое наконец-то решило порадовать жителей Англии своим присутствием. Небо было чистым, а туман, захвативший Лондон и его пригород на целую неделю, ослабил свои позиции. Проснувшись и увидев такую перемену погоды, Бэт сразу же поспешила к окну, даже не накинув на себя халат. Светлые волосы, струящимися локонами падали на ее плечи и подчеркивали изгибы тела. Майка на тонких бретельках, в которой любила спать Бэт, не скрывала, а, наоборот, подчеркивала ее наготу.
Уильям, появившийся в комнате с громким возгласом, уже пожалел о том, что не был сдержанным, тогда бы он смог еще на мгновение насладиться прекрасным видом полуобнаженной женской фигуры, пока свойственный его природе холод не оповестил бы о его появлении.
Поймав на себе страстный взгляд Уильяма, Бэт смутилась, и это заставило его спрятаться за стеной.
– Прости, я не ждала тебя так рано, – пробормотала Бэт и поспешила накинуть халат.
– Ничего, я подожду на улице, – дрожащим голосом ответил Уильям уже из своего укрытия и пропал.
Бэт стала расторопно одеваться. Ей не стоило опаздывать сегодня, ведь на кону была ее карьера.
«Пожалуй, сегодня стоит одеться потеплее», – подумала она и схватила свой самый теплый свитер, который одевала только в очень холодные дни. На ней были синие джинсы и блуза бирюзового цвета с длинными рукавами. А пальто и свитер должны были сделать ее пребывание рядом с Уильямом комфортным. Бэт поспешила покинуть квартиру. На улице ее ждал Уильям. Он галантно поприветствовал Элизабет, встав со скамьи, но почему-то рассерженно отвел глаза, когда их взгляды встретились.
– Ну что, пойдем? – предложила Бэт. – Ты уже бывал в нашем офисе, так что дорогу знаешь!
– Какая сегодня чудная погода, не правда ли, мистер Марлоу? – предприняла она еще одну попытку сгладить неловкость произошедшей в ее квартире ситуации.
– Да, – односложно ответил тот.
– Ты чего как в воду опущенный! – возмутилась Бэт и тут же поняла всю глупость, которую она сказала. – Ой, прости!
– Я не… я… Мне кажется, нам не стоит разговаривать, ведь меня никто не видит, кроме тебя. Люди неправильно тебя поймут, увидев говорящей с пустотой, – выпалил на одном дыхании Уильям.
– Хорошо, – с досадой согласилась Бэт и тихо добавила: – Прости.
Дальше они шли молча.
Рассерженный возглас Николь встретил Бэт и ее невидимого друга у главного входа в офис мистера Трэвора.
– Ну, ты даешь, подруга, решила сегодня опоздать?! Я, конечно, советовала тебе быть менее педантичной и обязательной, но не сегодня же!
– Ты чего это вырядилась, как капуста? Посмотри, какая чудная погодка, а ты как на север собралась! – удивленно добавила она.
– К вечеру будет прохладно, – заговорщически улыбнулась Бэт Уильяму и чмокнула Николь в щечку.
– Ну, ну, – скептически хмыкнула та в ответ и подставила вторую щеку для поцелуя.
– Пойдем быстрее, а то наша важная особа с минуты на минуту приедет. Босс просил, чтобы к этому времени все были на своих местах. О чем ты только думала, Бэтти?! Могла бы найти любой другой день для опоздания, но не этот. Ох, это все так на тебя не похоже! – Ммм… – промычала Бэт в знак согласия со своей подругой, которая продолжала читать нотации, пока они поднимались на второй этаж. Уильям шел следом.
– Мисс Риверс, ну наконец-то. Только вас и ждем! – обрушился с упреками на девушек мистер Трэвор, как только те открыли двери конференц-зала.
– Видимо, так хочется повышения! – язвительно цокнул Скотт в сторону Бэт.
– Не твое дело! – раздраженно огрызнулась та и стала искать глазами Уильяма, чтобы найти в его лице поддержку. Но в зале его не было.
– Кого ты высматриваешь, Бэт? – спросила Николь, снимая пиджак под одобрительные взгляды мужчин.
– Да так, никого! – рассеянно ответила та и заняла свое место.
«Куда же ты подевался, Уильям?!» – озадаченно пробормотала Бэт и достала из сумочки блокнот. Ее глаза наполнились слезами от одной только мысли, что Уильям передумал ей помогать и ушел. Последнее время она говорила много глупостей и могла обидеть его. «Но не до такой же степени! – пронеслось в голове Бэт. – Да к черту все, будь что будет!». Бэт утвердительно качнула головой и шмыгнула носом.
– Эй, солнце, ты что? – тут же отозвалась Николь. – Ты что, так переживаешь из-за этого теста? Не бойся. Все будет хорошо! Ты как никто другой достойна этого повышения, уж мы-то знаем!
Николь ободряющее сжала ладонь Бэт и тут же выкрикнула в сторону Скотта:
– Да, а не всякие там выскочки, которые только и знают, что малевать свои каракули и называть это картинами.
– Ох, Николь! – благодарно выдохнула Бэт. – Я столько всего тебе хочу рассказать, но боюсь, что ты неправильно поймешь!
– О чем ты, Бэтти? Ты что кого-то убила или ограбила? – попыталась отшутиться та, но тут же замолчала, посмотрев в глаза подруги.
– Оооо, солнце! – протянула она. – Ты что, влюбилась?!
– Я? Нет, я… Я не знаю! – засмущалась Бэт. – Все так сложно.
Николь хотела еще что-то сказать, но тут двери зала широко распахнулись, и весь раскрасневшийся и надувшийся, как гусь, мистер Трэвор галантно пропустил вперед себя высокую сухощавую даму лет сорока пяти – пятидесяти, с тугим пучком на голове и тонкими очками на носу. Она строгим взглядом обвела собравшихся людей и уверенным шагом последовала к трибуне. Мистер Трэвор семенил за ней. Вслед за этой процессией появился и Уильям. Его лицо было напряженным и задумчивым. Он даже не посмотрел в сторону Бэт, чем ввел ее в замешательство.
– Как-то здесь стало прохладно, – заметила Николь. – Думаю, стоит закрыть окно.
Но тут же осеклась, так как мистер Трэвор знаком попросил тишины в зале.
– Дамы и господа, – проговорил он натужно торжественно, – позвольте представить вам нашу гостью. Профессор факультета «Современное искусство» Британской высшей школы дизайна Анжела Вудс. Прошу, вам слово.
– Спасибо, Оливер.
– Оливер?! Ты слышала, Бэт? Она назвала нашего мистера Трэвора по имени. Ну надо же, – прошептала Николь.
– И что тут такого? Может быть, они учились вместе! – быстро выпалила Бэт, продолжая буровить взглядом Уильяма, который стоял прямо за мистером Трэвором и задумчиво смотрел в пол.
«Да что с ним такое!» – рассерженно подумала Бэт и надула губки. Мистер Трэвор, приняв на свой счет такой недружелюбный взгляд Элизабет, нервно заерзал на своем стуле.
– Факультет современного искусства?! Нет, ну ты это слышала, Бэт? Там же черт ногу сломит, в этих каракулях! Какой кошмар! С каких пор наш гусь стал плясать под дудку Скотта до такой степени?! – Не унималась Николь. – Тебе что, совсем все равно?! А, я поняла, ты просто решила испепелить взглядом мистера Трэвора? Так это не поможет, лучше примись за нашу дамочку.
– Что ты сказала? – совсем ошарашила подругу Бэт.
– Ооо, Боже ты мой! – только и оставалось негодовать Николь. – Мы с тобой позже обо всем поговорим.
– Как вы знаете, наша школа сотрудничает с вами уже несколько лет. В наших интересах выпускать только востребованных и реализованных специалистов, коим в свое время являлся и является сейчас мистер Трэвор, – продолжила свою речь профессор Вудс. При этих словах на лице мистера Трэвора растеклась довольная улыбка. – Все это время я с гордостью наблюдала за выдающимися успехами своего однокурсника. И сегодня рада быть участником квалификационного отбора на должность супервайзера отдела рекламной графики в вашей компании.
– Вот именно, рекламной графики, причем тут современное искусство! – зашипела Николь.
– Никки, успокойся. Что с тобой, в самом деле? Еще месяц назад ты хотела уложить меня в постель со Скоттом, а теперь готова перегрызть ему горло за то, что он конкурирует со мной за эту должность!
– Бэт! В каких облаках ты витаешь?! Мало ли что было месяц назад! Это же дискриминация по половому признаку. Он специально натравил на нас эту моль! Подмазался к мистеру Трэвору, а тот и рад! Ты заметила, что в нашей компании все начальники – мужчины. И, в конце концов, да, я хочу, чтобы моя подруга стала начальником отдела, раз уж сама я точно на такое не потяну.
– Ааа, ну теперь все понятно. Всегда и во всем личные интересы?! – заключила Бэт.
– Да! Но разве это плохо?! Я пытаюсь тебе помочь, переживаю за тебя и ничего страшного, что в этом есть и моя выгода. Черт. Почему так холодно?
Николь поежилась и поспешила вернуться в свой пиджак.
– Бэт, детка, перестань на меня так смотреть. Это выглядит более чем странно! – обратился к Элизабет Уильям, который наконец-то отвлекся от мучивших его мыслей и приблизился к тому месту, где сидели подруги.
– Более чем странный здесь – ты! – выпалила на эмоциях Бэт.
– Что ты сказала? – переспросила Николь, закончившая бороться со своим пиджаком.
– Я сказала, что… это странно! – попыталась выпутаться из ситуации Бэт. Уильям неодобрительно покачал головой. Хорошо, что, кроме Николь, ее никто не услышал, так как девушки заняли крайние места в ряду.
– Да чего же тут странного, мы же подруги, и я стараюсь заботиться о тебе, хотя в последнее время это удается все хуже. Ты стала какой-то затворницей, конечно и раньше этим грешила, но теперь это перешло все границы, или ты проводишь время со своим тайным возлюбленным? – заворковала та и обняла Бэт за плечи.
– Давай уже послушаем, что она говорит, – постаралась уйти от ответа Элизабет и обратила все внимание к трибуне, с которой вещала профессор Вудс. Но все же пристальный взгляд Уильяма не ускользнул от нее.
– Итак, – торжественно произнесла профессор. – Давайте начнем! Я правильно поняла, мистер Трэвор, что в квалификационном отборе участвуют все присутствующие.
– Да, да, – засуетился тот. – Мы демократичная компания и готовы предоставить шанс всем нашим сотрудникам. Но также мы не можем не обратить внимание на то, каких результатов добился каждый из вас за год. И в связи с этим у нас выявилось два главных соискателя. Элизабет Риверс и Скотт Андерсон. Встаньте, пожалуйста!
«Ох, ну куда же мы без пафоса?» – недовольно подумала Бэт, но все же поднялась с места, чтобы поприветствовать своих коллег.
– Несмотря на это, – продолжил мистер Трэвор, – я бы очень хотел, чтобы все вы отнеслись ответственно к заданиям, которые вам предложит мисс Вудс. Так как их результаты будут подшиты к личному делу каждого из вас и будут учитываться при распределении премий и бонусов, а также при соискании на новые должности. Вам слово, Анжела.
– Спасибо, Оливер. Коллеги, приступим.
Квалификационный отбор, как оказалось, состоял из трех заданий. В первом задании Элизабет и Скотту нужно было сформировать рабочие группы и смоделировать процесс разработки дизайн – проекта в режиме реального времени. Тут Элизабет не было равных. Она никогда не боялась предлагать новые идеи и брать на себя ответственность за принятые решения. Бэт любили в коллективе, так как она могла увлечь коллег своими идеями и всячески помогала им в процессе их воплощения. Для каждого у нее находилось ободряющее слово.
Уильям не сводил глаз с восторженного и увлеченного лица девушки, которая что-то объясняла участникам своей группы.
Работа Элизабет в команде понравилась профессору Вудс, и она одобрительно улыбнулась, когда та подвела итог работы своей группы.
Второе задание заставило Бэт поволноваться. Нужно было самостоятельно разработать макет рекламного постера. И вот тут были проблемы. Бэт не умела быстро реализовывать свои идеи. Она начинала сомневаться, копаться в себе. Искать идеальный вариант. В конце концов находила его и влюблялась. В то время как заказчику нужно было видеть несколько вариантов реализации идеи. И тут у Бэт обычно заканчивалось вдохновение. Вот и сейчас Бэт предоставила вылизанный и доведенный до ума макет, в то время как Скотт предложил несколько эскизных вариантов, и это больше понравилось Анжеле Вудс.
– Ну что же, – подвела предварительный итог профессор, – пока у меня сложилось неоднозначное впечатление о ваших работах. Думаю, третье задание будет решающим. Как уже сказал мистер Трэвор, я являюсь профессором кафедры «Современного искусства». И сегодня я здесь не случайно. Любой проект вашей компании, и вы со мной согласитесь, должен быть ориентирован в первую очередь на современного человека, иначе зачем вообще работать. Ничто лучше современного искусства не может отразить реалии нашего времени. Каждый успешный дизайнер, а тем более руководитель, должен быть в курсе последних тенденций в мире искусства. Поэтому сейчас я хочу предложить всем вам экспресс – опрос на знание современных авторов и их картин.
«Пиши пропало», – подумала Бэт и с отчаянием посмотрела на Уильяма.
– Не бойся, солнце, теперь мой выход! – ободряющее подмигнул ей Уильям и занял свое место около профессора Вудс.
– Эй, детка, – раздался над ухом Бэт голос Скотта, – одно твое слово, и я не произнесу ни единого верного ответа. Тебе действительно так нужна эта должность?
Он заправил за ухо Бэт локон выбившихся волос, что заставило ее невольно дернуться, а лицо Уильяма исказиться бешенством.
– Скотт, я уже все тебе сказала. Оставь меня в покое. Я вообще могу уйти.
– Нет, нет, нет! – он примирительно поднял руки. – Зачем уходить, хоть как-то с тобой позабавимся!
«Мммм…» – раздраженно выдохнула Бэт.
– Итак, сейчас я буду показывать вам картины современных авторов, а вы должны будете сказать, кто их автор и что он хотел изобразить на своей картине, – напомнила о себе профессор Вудс.
– О-о-о-у, – протянула Николь, – ну давай, показывай нам свои каракули.
Профессор высветила на экране первую картину, Уильям тут же прочел ее название и краткое описание, которое лежало на столе рядом с Анжелой Вудс, ведь даже для нее нужна была подсказка.
– Эдвард Свифт, – тут же повторила за ним Элизабет, от чего Скотт открыл в изумлении рот, он даже не успел поднять руку.
– Так, отлично, – протянула мисс Вудс, – и какой же смысл заложил в этой картине автор, мисс Риверс?
Бэт снова повторила слова Уильяма, естественно, немного перефразировав их, чем ввела Скотта в еще большее замешательство.
То же повторилось со вторым вопросом, и с третьим. Несколько вопросов Бэт отдала Скотту, и тот заликовал, отнеся ее ответы к простому везению. Но через некоторое время опять приуныл, так как Бэт не давала ему шансов даже подумать. Николь, сидевшая рядом с подругой, также удивленно смотрела на нее. Дуэль между Скоттом и Бэт продолжалась.
– Ну что же, а сейчас я задам последний вопрос, – с надменной улыбкой проворковала мисс Вудс. – Что вы скажете насчет этого произведения?
И она высветила на экране репродукцию картины со странными символами в виде знака бесконечности и расположенных вокруг него геометрических фигур.
– Джонатан Вульф, один из самых мистических авторов прошлого столетия, его картина называется «Вечность», здесь изображен знак тайного общества, которое, как говорят легенды, обладало секретом вечной жизни и перевоплощения тел, – произнесла в полной тишине Элизабет, а затем смущенно добавила:
– Правда, я не знаю, какое это имеет отношение к нашей теме. Ведь это же не современный автор.
– Интересно, очень интересно, мисс Риверс, – загадочно произнесла профессор, пристально посмотрев на Элизабет. – Ну что же, я думаю, ни у кого не осталось сомнений, что победителем в этой дуэли стала мисс Риверс. А вам, коллеги, я советую все же ознакомиться с работами наших современных авторов. Поздравляю, Элизабет.
Все стали подниматься со своих мест, мистер Трэвор засуетился вокруг гостьи, которая продолжала буровить взглядом Бэт. Николь восторженно захлопала в ладоши.
– Бэтти, поздравляю! Ты сделала это! Когда ты успела выучить всех этих авторов?! Это нужно отпраздновать! – затараторила она.
Бэт благодарно улыбнулась Уильяму, который ответил ей галантным поклоном. Николь же схватила ее за руку и повела из зала.
– Элизабет! – раздался голос мистера Трэвора. – Можно тебя на минутку?!
Бэт повернулась, отпустив руку Николь, и подошла к трибуне, за которой продолжала восседать профессор Вудс.
– Мисс Риверс, вы меня сегодня удивили, – произнесла она с каменным лицом, что заставило Бэт заволноваться. – Вы любите живопись?
– … можно сказать, и так.
– Вы меня удивили сегодня, —повторила мисс Вудс и затем добавила, прищурив глаза:
– На днях в моем благотворительном центре пройдет выставка малоизвестных работ выдающихся художников мира. Я бы очень хотела, чтобы вы вместе с Оливером посетили ее, я сообщу точную дату и время чуть позже.
– О, это будет большой честью для нас! – расплылся в масляной улыбке мистер Трэвор и ткнул под локоть Бэт, чтобы та тоже отреагировала на приглашение.
– Да, спасибо большое, но у меня в последнее время очень много дел! – попыталась отделаться от нее Бэт под неодобрительные взгляды своего босса.
– Похоже, вы не поняли, милочка, эта выставка – уникальная возможность увидеть в оригинале те работы известных мастеров, которые еще никто не видел в нашем городе. Предоставить картины любезно согласились мои хорошие друзья – Маккензи. Это картины из их частной закрытой коллекции!
Это ее «милочка» задело Бэт за живое. «Как она со мной разговаривает, черт возьми», – подумала она, и колкий ответ, слетевший с губ, не заставил себя ждать.
– Что же они держат эти картины в своих чуланах, раз они так любезны?!
– Элизабет! – одернул ее мистер Трэвор, весь раскрасневшийся от возмущения.
– Анжела, не слушай ее! Она переволновалась! Мы обязательно придем, – он подал Бэт знак уйти, а сам уже замурлыкал: – Анжи, давай отметим нашу встречу за ужином и обсудим твою выставку.
Pulsuz fraqment bitdi.