Kitabı oxu: «Астрид – хозяйка Рождества», səhifə 3

– Доброе утро, ваше сиятельство, – он подхватил саквояж и обернувшись у дверей, сказал: – Спасибо вам, что пригласили меня в свой дом.

– Спасибо, что вы согласились пойти со мной, – я улыбнулась ему. – Надеюсь, вам там будет лучше, чем здесь.

– Я это знаю, – он улыбнулся мне в ответ и вышел.

Буквально через несколько минут появилась тетушка Лонджина, одетая в простой шерстяной плащ и темный чепец.

– Пора, графинюшка.

Мы спустились вниз и под грустными взглядами собравшихся слуг покинули дом. Они вышли за нами и, столпившись на крыльце, провожали нас глазами полными слез.

– Ваше сиятельство, если у вас когда-нибудь получится, заберите и нас! – крикнул кто-то из толпы, и я помахала им рукой. Да уж… видимо, беднягам здесь жилось несладко.

Экипаж, который выбрал Нилс, был добротным, с полностью закрытым кузовом и рессорами. По бокам кареты висели фонари, а к дверцам вела откидная ступенька. Кони тоже выглядели здоровыми и ухоженными, и хотя я не разбиралась во всем этом, но даже мне было понятно, что мужчина очень постарался.

На крыше экипажа уже были закреплены сундуки с вещами, а на козлах сидели Нилс и Антон. Парень улыбался на все тридцать два зуба и, наверное, выглядел довольнее, чем я. За каретой стояла телега, в которой лежали вещи слуг и в мужчине, который управлял ею, я узнала Айджа.

– Нилс сходил в деревню и попросил Айджа помочь, – шепнула мне тетушка Лонджина, заметив мой удивленный взгляд. – Госпожа Тильда никогда бы не позволила взять нам еще один экипаж даже на время.

Я кивком поздоровалась со своим спасителем, и он ответил мне тем же.

Гринч помог нам забраться в экипаж и устроился в телеге рядом с Айджем.

Я посмотрела на окна дома и в одном из них увидела Валентина, он в упор смотрел на карету, но я не могла понять, что выражает его лицо. Наверное, проклинает меня, как и его мать. Карета тронулась, и вскоре мы выехали на дорогу, но повернули не в сторону деревни, а в сторону густого хвойника, который я видела из окна.

– Долго ехать к имению? – спросила я у тетушки Лонджины, и она кивнула, удобнее устраиваясь на сидении.

– Да, ваше сиятельство… Имение находится по ту сторону деревни, а это час пути.

Через полчаса езды, женщина заснула, а я смотрела в окошко на проплывавшие мимо пейзажи, и меня все больше охватывал энтузиазм – это же какой отличный повод начать новую жизнь! Приключения в незнакомом мире казались чем-то захватывающим, и я с нетерпением представляла, как с головой окунусь в них.

Крестонский лес предстал передо мной чем-то волшебным и мистическим – окруженный туманом, он поражал высоченными соснами и пушистыми елями. Со своей яркой, зелёной кроной, они, как причудливые пирамиды, стояли плотным рядом, а среди них возвышались могучие кедры, густые ветви которых придавали лесу темноту, таинственность и очарование.

Итак, где-то рядом мой новый дом, окруженный ореолом тайн и жутких историй. «Вит Миднатт».

Глава 5

Вскоре мы подъехали к огромным воротам, на решетке которых в разные стороны разлетались большие вороны, сделанные чьей-то умелой рукой, и я удивленно приподняла брови – как неожиданно… Кто дизайнер этой «чудесной» вещи? Было такое ощущение, будто эти ворота вели не к имению, а к старинному кладбищу.

А дождь все лил, успокаивая своим ровным шумом. Серая земля казалась поникшей и унылой, а в грязных лужах бесчисленные всплески дождевых капель создавали иллюзию серебристой дымки. Но к моему удивлению, странный туман не уходил, а казалось, становился все плотнее, окутывая густую растительность, окружавшую этот необычный въезд. Мне это напоминало что-то из старой сказки – тревожное и загадочное, заволакивающее душу предчувствием волшебства.

– У меня сердце от страха заходится… – прошептала тетушка Лонджина, стоило экипажу остановиться возле ворот. – Словно здесь сам дьявол живет…

– Не стоит выдумывать того, чего нет, – я старалась говорить как можно мягче, чтобы не обидеть ее. – Несколько мрачных ворон, а вы уже придумали дьявола. Обычный неухоженный парк, которому требуется садовник.

Я посмотрела в окошко и увидела, что Нилс подошел к воротам и легко открыл одну створку. В этот же момент непонятно откуда появился невысокий мужчина в широкополой шляпе и принялся помогать ему.

– Тот самый сторож, о котором я вам говорила, – объяснила тетушка Лонджина. – Одноглазый Франц.

– У него что, глаза нет? – На него медведь напал, – женщина тяжело вздохнула. – Вот он глаза и лишился. Еще и шрам на все лицо – так бедняга и не женился ни разу. Кому такой мужик нужен?

Через несколько минут экипаж въехал в распахнутые ворота, и я с любопытством открыла окошко, чтобы рассмотреть место, в котором мне придется жить.

Подъездная аллея, обрамленная хвойными деревьями, напоминала больше просеку в лесу, чем дорогу к имению. Между елями, окутанными туманом ничего не было видно, и я оставила это занятие, решив, что обязательно обойду все окрестности как только обустроюсь.

Но когда я увидела дом, у меня перехватило дыхание от его мрачного великолепия. Я смотрела на него, высунув голову в окошко и несмотря на его жутковатый, почти мистический вид, чувствовала, что я дома. Да, да, да… Это ощущение с такой силой охватило меня, что, не дожидаясь помощи, я открыла дверцу и спрыгнула на выложенную камнем площадку.

Первое, что привлекло мое внимание – высокая, многоскатная крыша, устремлённая к небу. Темно-красная черепица, покрытая кое-где мхом и опавшими листьями, выглядела впечатляюще… Мансардные и слуховые окна, шпилеобразные и купольные башенки, высокие стены с имитацией колонн – все это напоминало готический особняк в лучшем его варианте. Фасад дома был выкрашен в глинисто-коричневый цвет и кое-где сквозь краску проглядывал кирпич, по которому плелся девичий виноград, местами окрасившийся в бордовый. Удлинённые стрельчатые окна были просто огромными, а вверху над ними расположилось окно «Роза» – круглой формы, рама которого напоминала лепестки цветка.

Но больше всего меня поразил главный вход. Он напоминал портал в потустороннюю реальность с барельефами и белоснежными скульптурами по бокам. Это были девы с молитвенно сложенными на груди руками, их головы покрывали прозрачные накидки, поверх которых лежали венки из роз, а глаза смотрели на аллею, или скорее, на тех, кто осмелился приехать в эту обитель.

Массивные кованые двери имели вытянутую заостренную форму, и по их поверхности, как и по решетке ворот, разлетались в разные стороны жутковатые вороны.

– Нет, ваше сиятельство, здесь точно что-то есть… – прошептала тетушка Лонджина, неслышно приблизившись ко мне. – Разве может нормальный человек построить такое?

– А мне нравится.

Я посмотрела через плечо и увидела Антона, который с восхищением смотрел на дом, сложив руки на груди.

– Мне тоже, – я довольно улыбнулась и посмотрела на небо. – Дождь закончился! А я даже не заметила!

В этот момент из-за туч показалось солнце и под его яркими лучами капли на листьях винограда вспыхнули бриллиантами. – А ведь этот дом может узнать другую жизнь, – к нам подошел Айдж и пристально посмотрел на окна. – Вот, что я вам скажу, ваше сиятельство… Мы с Софией всегда поможем вам, только позовите и остальные деревенские жители тоже придут.

Наши люди хоть и простые, но доброту помнят и всегда поддержат такого человека, как вы. Не бойтесь этого места – любой дом станет светлым, стоит в нем поселиться тому, кто станет для него родным.

Репутация графини работала на меня, но теперь нужно было держать уровень, а это было не так просто, ведь я даже примерно не знала, чем занималась эта женщина.

* * *

– Вы не думаете, что именно она вытащит нас из этого бесконечного круговорота одинаковых дней? – красивая женщина с длинной золотистой косой, обвитой нитью жемчуга, смотрела в окно на девушку в темном плаще. – Ох, не знаю, Харальд… Вы всегда были мнительным.

– Если бы вы не заставили меня сомневаться в вашей верности, то всего этого никогда бы не случилось! – высокий мужчина в старинном кафтане угрюмо наблюдал за ней. – Дорогая моя супруга, все, что происходит уже целое столетие – исключительно по вашей вине!

– Чтооо?! – женщина так резко развернулась, что ее коса зазмеилась вокруг талии. – Вам не стыдно говорить такие вещи, ваша светлость?! Это вы убили меня, несчастного герцога, который просто читал мне стихи, и ни в чем не повинного мальчишку слугу, разносившего сладости!

– Просто читал стихи?! – мужчина в одно мгновение оказался рядом с женой. – У вас под юбкой?! А этот малец разносил не только сладости, но и записки от любовников!

– Да прекратите вы уже из года в год нести эту чушь… – раздался из темного угла ленивый голос, а следом появился высокий, стройный красавец с шикарными усами и густой шевелюрой цвета спелой пшеницы. – Да, я читал стихи вашей прекрасной жене – не отрицаю, но когда вы вошли в комнату, я всего-навсего искал браслет, который уронила Кристайн! Господи, ваша ревность довела вас до казни, Харальд, но и после смерти вы продолжаете распространять эту ужасную ложь!

– Оооо… Не делайте из меня дурака, Эйрик! – гневно воскликнул маркиз, и от его вопля под потолком закачалась хрустальная люстра. – Чертовы бесстыдники!

– Вы жестокий человек, маркиз, – из-за шторы выглянул мальчонка с белокурыми волосами и длинными, закрученными ресницами. – И даже не пытаетесь признать свою вину.

Мужчина одарил его гневным взглядом и отвернулся.

– Послушай, Харальд, мы так никогда не решим нашу проблему, ты понимаешь? – Кристайн приблизилась к мужу и заглянула ему в глаза. – Ты помнишь, какая у нас миссия? – Помню, – недовольно буркнул маркиз и нахмурив кустистые брови, раздраженно произнес: – Чтобы высшие силы позволили нам упокоиться и отправиться на небеса, наши с герцогом потомки, должны соединиться в брачном союзе. Но за столько лет ничего не получилось! Почему вы думаете, что получится сейчас?!

– Потому что, я привела сюда куда более деятельную натуру, чем девушки нашего мира, – загадочно произнесла Кристайн. – Малыш Тобби помог мне и передал ей заколдованного ангела. Настоящая графиня Расмуссен, наша дальняя родственница, почила в Бозе, а мне стало жаль такое прекрасное тело, и я решила перенести сюда женщину из другого мира. Фактически ничего не изменилось, ведь тело-то принадлежит нашей родственнице…

– Плутовка и интриганка! Даже после смерти! – воскликнул Харальд и ткнул пальцем в герцога. – Как вы собираетесь свести потомка Эйрика Бордссона, с этой… пришлой дамой в теле графини?!

– Плохо вы меня знаете, муженек… – Кристайн загадочно усмехнулась. – Поумерьте свой пыл и просто наблюдайте.

– Добро пожаловать, ваше сиятельство, – я услышала тихий, вежливый голос и, обернувшись, увидела Франца. Он смущенно поглядывал на меня единственным глазом, и мне стало жаль его – одна сторона лица мужчины была действительно обезображена.

– Благодарю вас, – я подошла к нему и спросила: – Ключ от дома у вас, Франц?

– Да, конечно! – он принялся суетливо рыться за пазухой, и вскоре в его руке оказалась связка ключей, которую он протянул мне. – Прошу вас. Ключ от входных дверей вот этот, самый большой.

Я с улыбкой приняла их и, еще раз поблагодарив его за службу, поднялась по ступенькам, ощущая приятную дрожь предвкушения.

Ключ легко вошел в замочную скважину, и дверь медленно отворилась, немного пугая пронзительным скрипом.

Я услышала за своей спиной шаги и переступила порог, вдыхая немного затхлый, застоявшийся запах.

– Вот это да! – протянула я, остановившись в большом холле, облицованном деревянными панелями. – Да это ведь сказочно!

На стенах тускло поблескивали оружие и кованые подсвечники, а между ними висели картины с изображением бушующего моря, заснеженных гор и батальных сцен. Окна закрывали массивные, тяжелые драпировки пурпурного цвета с золотыми шнурами, на конце которых слегка покачивались пузатые кисти. Большой камин из такого же темного мрамора, как и полы, важно раскрыл свою закопченную пасть, и я сразу представила, как будут красиво смотреться на его полке статуэтки и каминные часы.

Две небольшие софы, обитые серебристой парчой, несколько резных сундуков, украшенных кованой металлической фурнитурой, и зеркала по бокам от камина в тяжелых металлических рамах, выглядели так подходяще к мрачному антуражу дома, что у меня по спине пробежали мурашки. Над головой сияла хрусталем кованая люстра, а за широким проемом лестницы виднелся аванзал. Перила лестницы оплетали розы, змеи, а на передних столбиках сидели «давние знакомые» – вороны.

– Да это не дом, а замок Дракулы… – протянул Антон и все удивленно посмотрели на него.

– Кто этот Дракула, Джаспер? – нахмурившись, поинтересовалась тетушка Лонджина. – И когда ты был в его замке?

– Это сказочный герой, – быстро ответила я вместо неосторожного Антона и предостерегающе взглянула на него. – Старая-старая сказка.

– Никогда не слышала такую сказку, – протянула тетушка Лонджина и опасливо покосилась на резные деревянные двери с витражными стеклами. – Давайте-ка найдем кухню и поставим чайник.

– А чего ее искать? – припадая на одну ногу, Франц подошел к этим дверям и распахнул их. – Этот коридор ведет к кухне и комнатам для прислуги, а в самом его конце, вход в подвал.

Вся наша компания осторожно пошла по узкому коридору – мы с Антоном с любопытством, а остальные с легким страхом. Остановившись перед двустворчатыми дверями, я даже головой покачала – они воистину были произведением искусства. Черные, с разноцветными стеклышками и удивительной резьбой. Чего только ни вышло из-под руки умелого мастера – и яблоки в корзине, и ягоды, разбросанные по всему полотнищу дверей и, даже поросенок на вертеле!

Я взялась за затертые до блеска бронзовые ручки и распахнула их.

– Господь мой! – воскликнула тетушка Лонджина за моей спиной. – Да чтоб мне перевернуться на месте!

Кухня была просто огромной, с полами из черно-белых плит, выложенных в шахматном порядке, и высоченными потолками с массивными деревянными балками. Свод между ними был украшен замысловатым орнаментом, а прямо над длинным столом висела на цепях кованая люстра с оплывшими толстыми свечами.

Кухонная мебель была изготовлена из темного дуба. Дверцы шкафчиков украшала мозаика, а в буфете находилась удивительной красоты посуда с черным с позолотой узором на каемке. Вокруг стола стояли стулья с высокими заостренными спинками, а на окнах висели темно-синие портьеры.

Печь была обложена такими же синими изразцами, а на стенах висели медные кастрюли, черпаки и сковородки, покрытые приличным слоем пыли.

Итак, моя кухня тоже была в готическом стиле и смотрелась весьма-весьма таинственно и загадочно, имея именно ту мистическую атмосферу средневекового замка, которая навевала легкую будоражащую тревожность.

– Нечего стоять с раскрытыми ртами! – тетушка Лонджина пришла в себя и принялась командовать. – Нужно растопить печь на кухне, камин в комнате графини и натаскать полную бочку воды! Она указала на здоровенную емкость, спрятанную в нише возле очага, и, схватив тряпку, лежавшую на буфете, смахнула пыль со стола.

– Сколько здесь работы! Ну, ничего, я быстро все приведу в порядок!

– Джаспер, пошли по воду, – Нилс указал парню на дверь. – А Гринч и Франц займутся растопкой.

Антон тяжело вздохнул и пошел за мужчиной, бросив на меня последний, умоляющий взгляд, но я тоже указала ему на дверь и он, фыркнув, отвернулся.

Айдж тоже вызвался помочь и отправился с ними.

– Я тоже хочу чем-нибудь заняться, – обратилась я к тетушке Лонджине. – Поможешь найти домашнее платье?

– Ох, моя деточка… Вы как всегда не можете усидеть на месте, – всплеснула она руками, ласково глядя на меня. – Давайте для начала прогреем вашу комнатку, а потом уж вы переоденетесь. Не переживайте, работы хватит, да и разве можно после такого за дела браться? Ваше сиятельство, расшиблись вы не на шутку!

– Мне уже легче, – ответила я, говоря почти правду. У меня немного болели бока, и саднила рана на лбу, но в целом я чувствовала себя сносно. – И я вполне могу заняться какой-нибудь легкой работой.

Вскоре мужчины растопили печь и натаскали воды, а тетушка Лонджина приказала принести корзину, которая ехала в телеге.

– У меня там чего только ни припасено! Знала ведь, что в этом месте кроме мышей и пыли нет ничего, а завтра как раз суббота, а значит нужно ехать на деревенскую ярмарку за продуктами.

Блаженное тепло поплыло по кухне, и веселый танец огня в очаге придавал этому колдовскому месту некий уют – мрачноватый, но все же уют, а аромат пищи развеял запахи плесени и запустения.

– Посмотрите, что у меня есть! – гордо объявила тетушка Лонджина, ставя на стол большое блюдо с тушеным мясом. – А еще есть каша с маслом, суп на потрошках, сыр и Дорвежский пирог с лесной земляникой!

– Откуда все это? – удивилась я, разглядывая все это великолепие. – Неужели Тильда позволила?

– Ага, как же! – женщина закатила глаза. – Позволит она… Была бы ее воля, она бы вас на улицу без куска хлеба выгнала!

– Моя любимая женушка готовила всю ночь, а я спрятал корзину подальше от глаз вашей свекрови, – хохотнул Нилс, и вдруг извлек из под стола глиняный кувшин с узким, запечатанным горлышком. – А это – черничное вино! Устроим-ка праздник! Вся наша компания устроилась за столом, и, несмотря на вновь начавшийся дождь, в этой комнате царили тепло, и звучал смех. Нилс разлил по стаканам вино и даже Джасперу достался глоток, несмотря на то, что тетушка Лонджина была против.

– Мне тридцать лет, а я не могу вина выпить! – прошипел он, наклонившись ко мне. – И где справедливость?

– Тебе пятнадцать, – еле сдерживая смех, ответила я. – Пей молоко.

– Умная, да? – он зло выпил и насупился. – Вот возьму, напьюсь, и никто меня не остановит!

Смачный подзатыльник заставил его возмущенно охнуть, а Нилс пригрозил ему пальцем и угрожающе произнес:

– Я тебе напьюсь! Нет, вы слышали этого мальца? Ничего, я возьмусь за твое воспитание!

Я посмотрела на Антона и подвигала бровями, а он уткнулся в тарелку с мясом.

Жизнь становилась более красочной. И мне это нравилось.

Глава 6

Мой новый дом нравился мне все больше, и когда после плотного обеда я поднялась в комнату, принадлежавшую всем хозяйкам «Вит Миднатт», снова не смогла сдержать своего восхищения.

Стены моей спальни были выкрашены в фиолетовый цвет, так же, как и своды высокого потолка, а под ними разместились темные балки с интересной деревянной фактурой.

Темная мебель из кедра, имела вытянутые формы – начиная от высокого изголовья кровати и заканчивая спинками кресел, стоявшими у пылающего камина. Он был выложен черными изразцами и походил на средневековое чудовище с распахнутой пастью, в которой тускло поблескивала бронзовая решетка. На противоположной от кровати стене, висел гобелен, сотканный из золотистых нитей, и я разглядела на нем лобызающуюся пару – длиннокосую девицу и грозного дядьку с мечом и густой бородой.

Портьеры на высоких окнах были из плотного черного кружева, а над кроватью висел такой же точно балдахин. Наверное, нормальная женщина сразу бы распорядилась все здесь поменять на светлые шторки и горы подушек в цветочек, но только не я… Я получала истинное удовольствие от этого мрачного антуража.

Я даже подняла руки и рассмеялась жутким, зловещим смехом, а потом быстро обернулась на дверь и хмыкнула – как ребенок, ей Богу…

Обнаружив еще одну дверь, я заглянула туда и протянула:

– Оооо… Это очень кстати.

Оказалось, что за этой дверью скрывалась ванная комната, и окно «Роза» как раз расположилось именно в ней. Серые стены, деревянный пол, ковер бордового цвета и, конечно же, медная ванна с вычурными ручками для удобства. В комнате стояло несколько шкафов, комод и черная ширма с серебристыми лилиями.

– Ваше сиятельство!

Я услышала голос тетушки Лонджины и выглянула из ванной.

– Я здесь! Посмотри, как здесь красиво!

– Ну не знаю, – она покачала головой, разглядывая комнату. – Как по мне, так можно было бы и посветлее.

Она нашла среди моих вещей домашнее платье и помогла мне переодеться. После этого женщина обработала мне рану, и мы снова спустились вниз.

– Вы бы отдохнули, ваше сиятельство, – тетушка Лонджина с упреком посмотрела на меня. – Не приведи Господь заплохеет.

– Все будет хорошо, – я с энтузиазмом схватила тряпку, стопка которых уже лежала на столе. – Давайте, наконец, отмоем кухню от грязи!

Мы взялись за работу, а мужчины отправились на улицу, чтобы обследовать конюшни и дворовые постройки.

После ужина я еле доползла до кровати и со словами: «Я сейчас немножко полежу, а потом переоденусь», – благополучно вырубилась, раскинув звездочкой руки и ноги.

Тетушка Лонджина заглянула в комнату, покачала головой и с улыбкой накрыла меня пледом, но я этого даже не почувствовала.

* * *

– Ох, не знаю, Кристайн. – привидение маркиза склонилось над спящей девушкой, внимательно разглядывая ее. – Разве так выглядят благородные девицы? Ей осталось только захрапеть и все. Ты никогда так не спала.

– Откуда ты можешь знать, как я спала, если всегда уходил в свою комнату после… – Кристайн покосилась на мальчишку и герцога. – Ну, после…кхм…

– Это приличия! – Харальд насупился. – Все должно быть, как положено!

– Нудный и после смерти, – хохотнул герцог. – Солдафон.

– Чтоо?! – маркиз сжал кулаки и поплыл в его сторону. – Сейчас я тебе устрою…

– Да прекратите вы! – Кристайн встала между ними и посмотрела сначала на одного, а потом на другого грозным взглядом. – Мы сюда не за этим пришли!

– А зачем? – Эйрик поправил свою идеальную прическу и, выгнув бровь, посмотрел на спящую девушку. – Что ты хочешь, чтобы мы сделали? – Ты должен направить в деревню своего потомка – Эрлинга Хоконсона, чтобы они встретились на ярмарке! Желательно на ярмарочном представлении! – прошипела Кристайн. – Господи, вы когда-нибудь начнете думать своими призрачными мозгами?!

– Как ты себе это представляешь?! – герцог возмущенно уставился на нее. – Эрлинг даже не посмотрит на нее!

– Почему? – удивилась Кристайн. – Она красивая, у нее шикарные волосы и стройная фигура…

– Этого мало! – герцог недовольно поджал губы, но в его глазах промелькнула гордость. – Молодой герцог предпочитает нежных, воспитанных и чопорных дам. А эта девица слишком деятельна! Она сегодня мыла посуду, как простая служанка, а еще хохотала в спальне, как умалишенная! Ты уверена, что ее психическое здоровье в порядке?

Харальд принялся смеяться густым, раскатистым смехом, а Кристайн фыркнула и угрожающе протянула:

– Эйрик, не выводи меня…

– Давайте пристроим ее к виконту Хокону, – предложил герцог. – Он тоже мой потомок.

– Ему семьдесят лет! – Кристайн уперла руки в бока и начала наступать на него. – Или ты притащишь Эрлинга в деревню, или я устрою тебе еще сто лет адской жизни!

– Ладно! Ладно! – герцог поднял руки, капитулируя перед ее напором. – Я внушу ему, что он должен быть завтра в деревне, но внушить ему, что эта девица его судьба – я не смогу! У меня нет столько сил!

– Будем надеяться, что природа все сделает сама, – проворчала Кристайн, но ее глаза светились довольным светом. – Осталось внушить ей, чтобы она пошла на ярмарочное представление.

– О, мой Господь! – воскликнул Харальд, похохатывая в бороду. – Я хочу посмотреть на это!

Кристайн провела рукой над лицом спящей девушки, и, все так же ругаясь между собой, призрачная компания поплыла по коридорам замка.

* * *

Следующий день выдался солнечным и теплым, и когда пришла тетушка Лонджина, я уже не спала, а стояла возле окна, глядя на прекрасную и таинственную красоту заросшего парка.

– Как вам спалось? – женщина пошла в ванну, и я услышала, как она наливает в таз теплую воду. – Привидение маркиза не явилось познакомиться с вами?

– Увы, нет, – я сладко потянулась. – Похоже, он решил игнорировать новую хозяйку имения. – И, слава Богу, – пробурчала тетушка Лонджина и позвала меня. – Идите умываться, ваше сиятельство! Вчера так вымотались, что прямо в одежде и уснули, а мне было жаль будить вас.

Позавтракав остатками вчерашней еды, почти вся наша компания собралась в деревню. Когда во двор имения въехала телега Айджа, мы уже были готовы.

Я и тетушка Лонджина устроились в экипаже, Нилс управлял им, а Антон прыгнул в телегу. Гринч и Франц остались на хозяйстве – нужно было почистить каминные трубы и наносить воды.

Открыв окошко, я любовалась увядающей природой и, вдыхая неиспорченный цивилизацией воздух, ощущала его истинную свежесть.

Легкий ветер покачивал верхушки деревьев и нес на своих невидимых крыльях острый аромат хвои, прелую теплоту коры и терпкость мокрых листьев. Я пьянела от ни с чем не сравнимого запаха леса – чистого, настоящего, волшебного, и на душе было радостно, как в далеком детстве.

Когда показались первые дома деревни, я с еще большим интересом прильнула к окну. В прошлый раз мне было не до любования красотами, а сейчас я наслаждалась увиденным. Домики были чистенькими, с яркими крышами и белеными стенами, между ними притаились сараи, заросшие мхом и изумрудной травой, а на плетеных заборах сушились домотканые половики всевозможных, ярких расцветок.

По главной дороге шли целые семьи. Они останавливались, приветствовали друг друга и шествовали дальше. Вскоре я услышала музыку и людской гомон, и тетушка Лонджина весело улыбнулась.

– Как же я люблю субботние ярмарки! Чего на них только нет! Нужно обязательно сходить на ярмарочное представление, там такие выкрутасы выделывают, обхохочешься!

– Сходим обязательно, – пообещала я, и вдруг поняла, что мне позарез нужно посмотреть на «выкрутасы». Это ведь так интересно!

– Никогда не понимал твоего увлечения Эммой Андерсен. Как по мне, эта девица слишком чопорна, как и ее мамаша, – симпатичный мужчина лет тридцати, сделал выпад, но тут же был скручен и уложен на лопатки.

– А мне нравятся такие строгие малышки, – его друг резво поднялся и подал ему руку. – Лукас, мне бы не хотелось иметь подле себя взбалмошную девицу с кучей мыслей и идей в голове. От них много проблем и шума.

– Эрлинг, по-твоему, женщина должна быть глупа как пробка? – Лукас удивленно взглянул на товарища и, приняв его помощь, поднялся. – Это даже звучит ужасно. Разве у герцога может быть глупая жена?

– А зачем ей ум? – засмеялся герцог и, сдернув с крючка полотенце, вытер лицо. – Для того, чтобы ублажать меня в постели и рожать детей, моей жене ум не нужен. Главное, чтобы она знала свое место и всегда была готова исполнить мои желания. – Это пошло! А как же интересные беседы, уютные разговоры о литературе и о том, что происходит в мире? – Лукас всегда удивлялся его отношению к женщинам. – Ты мыслишь, как грубый мужлан, Эрлинг!

– И что? – он широко улыбнулся, демонстрируя белоснежные зубы. – Несмотря на это, девицы не дают мне прохода и каждая из них практически выпрыгивает из платья, чтобы стать герцогиней. Поверь, в массе своей все женщины глупы и ветрены.

Мужчины направились к выходу из тренировочной комнаты, надевая на ходу белоснежные сорочки, но Эрлинг вдруг остановился, глядя в большое окно, за которым играло солнце.

– Сегодня ведь суббота, так, маркиз?

– Именно так, ваша светлость, – брови Лукаса иронично выгнулись. – Только не говорите, что вы собрались в деревню!

– А что в этом плохого? – Эрлинг похлопал его по плечу. – Можно отлично провести время с деревенскими девушками, которые точно не откажутся поразвлечься с такими парнями, как мы.

– А как же приглашение на вечер в дом Андерсен? Ты не хочешь увидеть малышку Эмму? – маркиз весело хохотнул. – Это странно!

– Она никуда не денется! Эмма, Джулия, Саманта… Сколько их… – пожал плечами Эрлинг. – Давай приведем себя в порядок и, наконец, подышим свежим воздухом.

Через час они уже мчались по пустоши, поросшей низкими кустарниками голубики и брусники. Кое-где виднелись небольшие вересковые поляны, а с ещё сонных тёмных скал ниспадали светлые нити водопадов.

* * *

Деревенская ярмарка вызвала во мне настоящий восторг – всюду продавались различные сладости, фрукты и напитки, как в палатках и лотках, так и веселыми, улыбчивыми разносчиками. Помимо бубликов и сахарных кренделей, здесь была домашняя скотина, птица, предметы гончарного и ткацкого искусства и многое другое. Зазывая покупателей, по рынку ходили и смешили людей различными шутками-прибаутками ярко одетые молодые люди, и отовсюду слышался громкий смех.

– Ваше сиятельство! Графинюшка!

Я удивленно обернулась и увидела жену Айджа – Софию. Она и Лива стояли возле прилавка с аппетитными окороками и радостно махали руками, приветствуя меня.

Я тоже помахала им в ответ, а тетушка Лонджина сказала:

– Деточка, подите, прогуляйтесь по ярмарке, а я займусь покупками. Только возьмите с собой Джаспера, чтобы он сопровождал вас.

– Сколько денег вам нужно? – я потянулась за кошелем, который висел у меня на поясе, но она отмахнулась. – Ваше сиятельство, продавцы пришлют счета в имение, и мы рассчитаемся сразу за все. Вы зачем все деньги сюда взяли? Хотите, чтобы вас ограбили? Джаспер! Джаспер негодник!

Через секунду Антон уже стоял перед нами, и тетушка Лонджина помахала перед его лицом указательным пальцем.

– Смотри за графинюшкой, оболтус! Если что, зови Нилса или Гринча, они будут со мной!

– Так точно! – паренек широко улыбнулся, а она удивленно взглянула на него.

– Что точно?

– Глаз не спущу! – быстро ответил Антон, и, еще раз окинув его хмурым взглядом, женщина отправилась за покупками.

– Вот это древность… – протянул он, с интересом рассматривая все, что происходило вокруг, а потом его лицо засияло, и он протянул: – Какая женщина…

Я проследила за взглядом Антона и дернула его за рукав. Этого еще не хватало! Мой товарищ по несчастью жадно смотрел на Софию и его глазки просто искрились!

– Ээээ! Ты чего? Это жена Айджа и ей лет сорок! Але!

– И что? – он недовольно дернул плечом. – Мне всегда нравились женщины постарше… Они умные, роскошные. Не чета малолеткам.

– Я, конечно, не против твоих пристрастий, – прошипела я ему на ухо. – Только тебе пятнадцать! Пора это запомнить и не шарить глазами по женщинам, которые тебе в мамки годятся!

Антон что-то проворчал, и в этот момент я почувствовала, как меня толкают в плечо.

– Ох, простите меня! Госпожа…

Я резко развернулась и увидела молодую девушку, держащую в руках полупустой кувшин со сметаной.

– Оооо… – голос Антона прозвучал так, что я тут же поняла – сметана на мне.

– Прошу вас, простите меня! Я не хотела! Меня отвлек брат… – бедная девушка испуганно смотрела на меня, и тяжело вздохнув, я улыбнулась.

– Ничего страшного, это не смертельно.

– Госпожа графиня, давайте я вам помогу.

К нам подошла София и, осмотрев мою юбку, мягко сказала: