Нирмала освободила ствол дерева от какого-то ползучего растения. Потерявшее за прошлые несколько лет большую часть веток, дерево было достаточно сухим. И, неся бревно два раза больше самой Нирмалы, она еще раз поразилась, насколько сильно Возвышение ее изменило.
В прошлой жизни она иногда мечтала попасть в мир с магией, увидеть его удивительные чудеса и отправиться в путешествие навстречу приключениям. Но с возрастом это прошло, хотя тяга к путешествиям осталась. Но у учительницы младших классов в обычной школе зарплата не позволяет много и далеко ездить отдыхать. Поэтому Лена часто ходила в походы с группой таких же энтузиастов.
И кидая бревно со всей силы в реку, Нирмала пылала нетерпением отправиться в свое первое путешествие в этом мире. Зайдя в воду, она быстро доплыла до бревна и схватилась за него. Пока оно двигалось неспешно, но девочка стала толкать его ближе к середине реки, вовсю работая ногами.
Стоило ей отплыть на десяток метров от берега, как течение подхватило легкое бревно и вместе с Нирмалой понесло его за собой. Вода была прохладной, но девочка усиленно двигала ногами, и холодно ей не было.
Глядя на проплывающие мимо поля и небольшие перелески, ей вдруг пришло в голову, что здесь могут водиться опасные хищники, вроде крокодилов. В фильмах про Африку постоянно их показывали. Теперь она еще тщательнее вглядывалась в оба берега реки, находящиеся от нее сейчас в метрах двадцати.
Спустя два часа, налюбовавшись целыми кучами обломанных веток, стволов деревьев в разном состоянии потрепанности и целой россыпью огромных валунов, Нирмала внезапно сообразила, что зря выискивает тут хищников.
Еще месяц назад здесь пролегало сухое русло, а потом река начала стремительно наполняться водой, постоянно неся разный крупногабаритный мусор с верховьев реки. Только недавно все успокоилось. Так и откуда здесь взяться крупным хищникам? В Переменчивой реке даже мелкая рыбешка может встретиться только случайно.
– Тьфу ты, фильмов смотрела много, а мозги иногда включать забываю, – девочка неодобрительно покачала головой.
Ближе к середине дня солнышко начало серьезно припекать. Пришлось лечь грудью на бревно и прикрыть голову руками. Как-то к походу она плохо подготовилась, могла хотя бы кусок ткани взять чтобы голову накрыть. Плюс еще и голод подступил. Теперь ей стало совсем не до любования берегами.
Иногда Нирмала проплывала мимо деревенек, стоящих поодаль от реки, чтобы их сильным паводком не зацепило. Сначала ей встречались женщины, стирающие на берегу белье и плещущиеся на мелководье дети. Но ближе к обеду берега совсем опустели. И это понятно, жарко, да и обед готовить надо.
Вода в реке все еще была мутноватой, поэтому пить ее девочка опасалась. Может ее пятая ступень и справится с последствиями, а может и нет. Рисковать она не будет. Хотя плыть по шею в воде и изнывать от жажды, то еще издевательство.
А чем больше времени проходило, чем сильнее жарило солнце, тем больше хотелось пить. Даже голод отступил на второй план. В следующий раз надо будет в любом случае брать с собой фляжку воды.
И почему именно сегодня тучи разошлись и засияло солнце, когда всю прошлую неделю не переставая лил дождь? Она в основном на него и надеялась, собираясь спускаться по реке.
К вечеру, когда солнце наконец начало клониться к горизонту, Нирмала выдохнула с облегчением. Пока она все еще держалась и воду из реки не пила. Но если завтра не пойдет дождь вряд ли она сможет удержаться и не выпить грязной мутной воды. Тогда уже останется уповать только на то, что пятая ступень не даст ей помереть от дизентерии или чего похуже.
Ночью к жажде добавился голод. Да и спать хотелось просто зверски. Боясь, что она может незаметно для себя заснуть и отцепиться от бревна, Нирмала развязала пояс платья и привязала себя к торчащему из бревна обломку ветки.
Когда она проснулась от того, что захлебывается, то поняла, что привязала себя не зря. Во сне она сползла с бревна и уткнулась в воду лицом. Откашлявшись, девочка огляделась, но почти ничего не увидела, было уже очень поздно. Ну вот, теперь остается только ждать как отреагирует ее организм на воду, которой она успела нахлебаться, пока не проснулась.
Нирмала подняла глаза к небу, но звезд и Ночной Луны не увидела. Похоже, тучки собираются и завтра будет дождь.
– Ура, – еле слышно прохрипела девочка по-русски.
За ночь она засыпала еще три раза, так что к утру пить уже не хотела. Вода немного притупляла чувство голода, но Нирмала понимала, что все это ненадолго.
А к утру поднялся ветер и девочку стало подбрасывать на волнах. Каждый раз после такого подъема ее вместе с бревном немного притапливало. Так и бултыхаясь на волнах то вверх, то вниз, Нирмале уже ничего не хотелось. Главное, чтобы все это прекратилось. А через несколько часов хлынул ливень.
До вечера ливень так и не закончился. И по ощущениям девочки, течение реки свернуло налево. Может это всего лишь извив, и вскоре река вернется к прежнему направлению, но Нирмала больше не желала продолжать это путешествие по реке. Просто будет надеяться, что река повернула на восток, а значит она уже в землях Рода Кальто.
Постепенно ливень переменился обычным дождем, да и ветер немного утих. Когда стемнело, Нирмала отвязала поясок и начала толкать бревно к левому берегу, помогая себе ногами. Река все еще текла довольно быстро, поэтому путь до берега занял много времени.
А когда она была уже в десяти метрах от берега, подол платья зацепился за что-то под водой. Ветхая ткань не выдержала такого напора и порвалась. Зато теперь ничто не мешало девочке двигаться к берегу.
Оказавшись на берегу, Нирмала не стала разлеживаться, а начала ходить по берегу сначала медленно, а потом все быстрее. Через десять минут она уже бегала туда-сюда по берегу. Окончательно согревшись, она побрела прочь от реки. Идти пришлось босиком. Сандалеты не выдержали столь долгого и трудного путешествия и потерялись где-то в реке.
Сейчас ей надо найти деревню или город. Купить там платье и еды. Пить ей не захочется еще очень долго. За последние часы, пока она боролась с течением и волнами, то нахлебалась ее столько, что еще немного и из ушей потечет.
Приречный лесок закончился, и перед девочкой раскинулся луг. В дальнем его краю была какая-то темная масса, громко дышащая и позвякивающая. Через секунду Нирмала сообразила, что это стадо коров. А значит где-то неподалеку точно есть деревня.
Хотя, если идти вдоль большой реки, то когда-нибудь обязательно выйдешь к человеческому жилью.
Платье порвалось сзади до самой талии. Придерживая его рукой, Нирмала направилась в сторону виднеющейся прогалины между темными силуэтами деревьев. Вряд ли пастухи вели стадо по лесу, наверняка они выбрали для него более легкий и прямой путь. Вот и девочка пройдет по их следам и выйдет к деревне.
Наступив во что-то мягкое и вонючее, Нирмала только сейчас сообразила, что там, где прошло стадо коров обязательно остаются следы работы их желудков.
Возвращаться к реке, чтобы отмыть ногу у девочки желания не было. Хватит с нее этой реки, век бы ее не видеть. Пришлось обтереть ступню об траву и продолжить путь, уже более внимательно вглядываясь куда она ставит ноги.
Но к тому времени как она вышла на пустырь, сразу за которым виднелся большой дом, она вляпалась в коровьи лепешки еще дважды. Что поделать, в темноте не всегда можно отличить тень от куста и темное пятно лепешки.
Обтирая стопы об траву, а потом и об землю, Нирмала размышляла. Вряд ли такой дом принадлежит крестьянину. Скорее всего это усадьба, и тут определенно должна быть охрана в виде собак или сторожа.
Подойдя к высокому каменному забору, девочка подпрыгнула и схватилась за его верх, уперевшись пальцами ног в стыки камней. Оглядев пустынный двор и небольшой домик, стоящий поодаль от главного дома усадьбы, Нирмала вскарабкалась на забор полностью.
Судя по всему, она оказалась на заднем дворе усадьбы, а тот небольшой домик – это жилище прислуги. Потому что под навесом возле этого домика на веревке сушилось белье. Нирмала спрыгнула во двор, и тихо прокралась к навесу, готовая при малейшем шуме кинуться обратно к забору.
Но все было тихо, ночь была глубокой и все нормальные люди давно спали. А вот Нирмале, чтобы появиться в городе или деревне, надо выглядеть хотя бы не оборванкой. Здесь она еду искать опасалась. Определенно, не зная, как тут все устроено, она быстро взбаламутит домашнюю живность, а от шума могут проснуться обитатели усадьбы, сторож, или собака сторожа.
Выбрав самое маленькое из висевших на веревке платьев, Нирмала переоделась прямо там, заправив кулон за ворот. А что? Никого вокруг нет, все спят, и ее худенького тела никто не видит. В старом платье она распорола шов, которым зашила потайной кармашек, и достала оттуда две медные монетки. Этого хватит на два таких же платья.
Монеты она положила на подоконник, и, свернув старое платье в жгут, она выжала с него воду и обвязала его вокруг талии. Несмотря на то, что из всех висящих под навесом платьев, девочка выбрала самое маленькое, оно было еще большего размера, чем предыдущее. К тому же оно не успело просохнуть.
Ничего, завтра днем все уже будет сухим. А пока надо найти дорогу к деревне или городу. Перелезая через забор, Нирмала хихикнула, представив, как утром обитатели домика выйдут из него, обнаружат следы коровьего дерьма на крыльце, украденное платье и две медные монеты. Интересно было бы увидеть их лица в этот момент.
Обойдя усадьбу справа, девочка быстро нашла дорогу, отходящую от ворот усадьбы. Жутко хотелось есть, поэтому Нирмала побежала по дороге, чтобы побыстрее добраться до места, где есть еда.
Вскоре дорога вывела ее к широкому тракту, который отходил налево и направо от дороги. С помощью простой считалочки Нирмала выбрала в какую сторону идти и повернула направо.
Когда забрезжили первые лучики рассвета, Нирмала увидела на горизонте очертания города. И, судя по всему, был он довольно крупным.
Хоть и было еще темновато, но все равно чуть посветлее, чем глубокой ночью. Девочка посмотрела на свои ступни и ужаснулась. Они все были в грязи чуть ли не по щиколотку. И, что уж говорить, там была не только грязь. А вони она не чувствовала скорее всего потому, что уже принюхалась. Ну нет, в таком виде и с таким запашком ее точно не пропустят в город.
Пришлось свернуть с дороги и поискать ручей, чтобы привести себя в порядок. Да и волосы после мутной воды в реке теперь больше напоминали грязноватую мочалку. С тех пор как она их обрезала, они уже немного отросли, но пока оставались не очень длинными. И еще Нирмала поняла, что ее организм прекрасно справился с грязной водой, ведь никаких признаков плохого самочувствия у нее не было.
На ручей она наткнулась через полчаса, когда солнце уже начало подниматься над горизонтом. Пришлось снять платье и хорошенько сполоснуться в ручье, потому что в солнечных лучах она разглядела и разводы грязи на теле. Кое-как сполоснула волосы и стянула их в хвост.
Деньги из старого платья она переложила в кармашек нового. В ворованном, но честно оплаченном платье, помимо двух больших карманов впереди, она нашла еще и маленький кармашек сбоку. Туда она серебрушки и сложила. Медные же кинула в один из больших карманов. На них она собиралась купить какой-нибудь еды на рынке.
В такую рань городские трактиры не работали, открываясь ближе к десяти-одиннадцати часам дня. Поэтому придется покупать еду на рынке. Платье на талии она перевязала пояском, оставшимся от старого платья. Хотя выглядеть лучше не стала. Просто висящее на ней мешком платье, стало стянутым на талии мешком. Старое рваное платье она оставила там же у ручья.
Напившись воды из ручья, просто чтобы в пустой желудок что-то попало, девочка отправилась в город. Выйдя на тракт, она обнаружила, что там стало оживлённее и в город потянулись телеги, и даже караваны из телег.
Ночью, заслышав шум, она тут же пряталась в придорожных кустах. Мало ли лихих людей может бродить по дорогам Империи.
Нирмала пристроилась к одному из караванов. Шла по обочине, просто неподалеку, чтобы никого не удивила гуляющая ранним утром по тракту голодранка. Подходя к городским воротам ее желудок заворчал, требуя нормальной еды. К сожалению, надолго его обмануть порцией воды не получилось.
Чтобы отвлечься от нарастающего чувства голода, девочка стала рассматривать высокие стены города. Но надолго ее это зрелище не отвлекло. Городские стены были такие же высокие и крепкие, как и в Кихаре. Здесь они правда были сделаны из камня скорее серого, чем желтоватого.
В Кихаре городская стена и все дома были построены из больших кирпичей, которые делают, добавляя в раствор песок из Мертвой Пустыни. Может поэтому, а может и по другой причине, все постройки в Кихаре и окрестностях желтовато-песочного цвета.
Стражники на воротах были заняты в основном осмотром телег, и на пешеходов практически не обращали внимания. Нирмала спокойно прошла в ворота, остановить ее никто не пытался. У стражников было полно и других дел, а с бедно одетой и босой девчонки определенно никакой выгоды не получишь.
В городе тоже преобладали серые цвета домов и заборов, производя впечатление серости и тоски. Но Нирмала не обращала на это внимания, она искала рынок. И нашла довольно быстро, просто следуя за одной из телег.
На рынке было столпотворение. Телеги подъезжали к разным лавкам, выгружали товар и уезжали. И эта круговерть не давала Нирмале толком рассмотреть, где тут продают что-то съедобное. Да и подойти к лавкам было затруднительно.
– Пирожки! С мясом, с картошкой, с луком и яйцом! Сытно и недорого!
Вдруг услышала она где-то справа, за несколькими рядами телег и лавок. От одних только этих слов она чуть не захлебнулась слюной, и тут же бросилась догонять резвую старушку, которая так и мелькала среди телег.
– Сколько? – Спустя пять минут погони, девочка все-таки нагнала неугомонную старушку. И то, только потому, что та остановилась продать пирожки одному мальчишке, помогавшему какому-то крестьянину разгружать телегу.
– Медяшка за два с мясом или за три с яйцом и луком или за четыре с картошкой, – протараторила худая, бедно, но опрятно одетая старушка.
– Дайте разных, – Нирмала наощупь отсчитала три медяшки в кармане и протянула их торговке.
Старушка ловко завернула пирожки в три листа плотной коричневой бумаги, сунула их девочке в руки и выхватив медяшки, тут же унеслась, громко нахваливая свой товар.
Нирмала два свертка поменьше засунула в карманы, а тот что побольше развернула. Схватила пирожок, откусила сразу половину и проглотила почти не жуя. Так она умяла все четыре пирожка с картошкой. Несмотря на то, что пирожки были большими, она ими не наелась, а только слегка притушила голод.
После короткой борьбы, она все-таки проиграла спор с желудком и съела два пирожка с мясом. Хотя легкий голод все еще чувствовался, три оставшихся пирожка она оставила на потом. Жаль, что старушка так быстро убежала, Нирмала, пожалуй, потратила бы оставшиеся три медяшки на пирожки.
Стоило только решить основную проблему, как нарисовалась следующая. Дико захотелось спать. И это понятно, она двое суток почти не спала. Можно было бы снять комнату в приличной гостинице, там же и серебрушку разменять. Но оглядев свой непрезентабельный вид, усомнилась, что ее пустят на порог такого приличного заведения, а не то что выслушают.
Можно было бы поискать заброшенный дом, вроде того, в котором Нирмала оставила свои принадлежности для рисования. Но этот город хоть и поменьше Кихара, но ненамного, и девочка его совсем не знает. Да она, скорее всего, до самого вечера провозится с поисками.
Что ж, придется выбираться из города, названия которого на до сих пор так и не узнала. Вернется в лесок у ручья, да и отоспится там, расстелив свое старое платье на травке. С рынка она выбиралась долго. Телеги продолжали приезжать и уезжать.
Выйдя, наконец, на большую и широкую улицу, она сориентировалась по поднявшемуся над городом солнцу, и поняла, что вышла не с той стороны, с которой зашла. По тракту она двигалась как раз навстречу встающему над горизонтом солнцу, а сейчас солнце светило на нее слева.
Оглянувшись назад, Нирмала передернула плечами. Нет, в это столпотворение девочка не вернется. А если она начнет обходить рынок, то вполне может заблудиться в незнакомом городе. Придется двигаться к южным воротам. Надо было старое платье взять с собой. У нее не так уж и много вещей, чтобы ими разбрасываться.
Из города Нирмала вышла без проблем. А из разговора двух крестьян даже узнала, что город называется Уларио. Оно ни о чем девочке не говорило, что очень печально. Карту, которую она изучала в приюте, подробной назвать было нельзя. Там были обозначены границы родовых земель, названия Родов, которым принадлежали эти земли и названия главных городов в них. А также отмечены реки и особые области. Города Уларио она там не видела. Остается только надеяться, что она сейчас в землях Рода Кальто, а не Феонт.
Спать Нирмала завалилась в ближайшем от города леске, только зайдя поглубже.
Разбудил ее оглушительный грохот, от которого она подскочила на ноги, даже не успев проснуться окончательно. Немного придя в себя от столь неожиданной и громкой побудки, девочка отправилась в сторону дороги, от которой и раздавались звуки вроде бы имеющие отношение к музыке.
Глухие удары в барабаны заглушали все остальные струнные и духовые инструменты. Если музыканты что-то и понимали в ритме и мелодии, то старательно это скрывали.
По тракту впереди кошмарного оркестра акробаты выделывали разные трюки. За оркестром шли клоуны, кривляясь и дико хохоча от вида друг друга. За клоунами двигалась ярко раскрашенная повозка, на крыше которой сидел мужчина в аляповатом костюме и что-то кричал в рупор. За какофонией, создаваемой оркестром его практически не было слышно.
На боковине повозки с крыши свисала ткань, на которой было написано, что цирк господина Тарна готов принимать посетителей завтра после обеда.
Зазывалы давно уже уехали в сторону Уларио, а Нирмала все смотрела им вслед. Три года назад в Кихар приезжал этот же цирк. Но Нирмале тогда было только шесть лет, и одну ее в цирк не пускали, учитывая находящий иногда на девочку ступор. А старшие ребята отказывались брать ее с собой. Как она тогда расстроилась, что не увидит, как оно там в цирке. Даже если бы девочка не попала на главное представление, то там и без него было на что посмотреть.
Цирк надолго на одном месте не оставался, максимум две недели возле большого города, и они отправлялись дальше. И сейчас Нирмале не только представилась возможность исполнить заветную мечту прошлой обладательницы этого тела, но и устроиться на работу в цирк. Если, конечно, они не направляются в сторону земель Рода Феонт.
Потоптавшись немного на месте, Нирмала посмотрела на лес за спиной. Нет, больше она спать на земле не собирается. Да и зачем ей ждать завтрашнего дня? Она же не посетитель, а собирается устраиваться к ним на работу.
Солнце уже склонялось к горизонту, бросая длинные тени на тракт. По его обочине, топая по короткой травке босыми ногами, шла девочка в большом для нее мешковатом платье, перевязанном поясом на талии. Вскоре недалеко от дороги она увидела множество телег, стоящих на лугу. Люди суетились вокруг этих телег, постоянно что-то выгружая из них и унося в разные стороны.
Недалеко от телег стояли крытые повозки точь-в-точь как та, что ехала по тракту в Уларио. Возле них стояли под навесом столы и горели костры. Там шесть женщин, слушая указания тощего высокого мужика, что-то готовили на кострах. Четверо детишек, лет десяти-двенадцати помогали им.
– Это я удачно к ужину пришла. О, кстати! – Нирмала только сейчас вспомнила о пирожках, оставленных прозапас.
Быстро съев два пирожка, девочка, посомневавшись, третий есть не стала, а начала высматривать подходящего человека для ее дела. Один из мальчишек лет двенадцати шел мимо нее с очень серьезным видом. Двигался он уверенно, точно зная, что где находится. Этот подходит.
– Эй, парень! – Позвала его Нирмала, немного польстив мальчишке, обратившись к нему так, будто он выглядит старше чем на самом деле.
Мальчик неуверенно оглянулся и удивленно уставился на девочку. Нирмала помахала ему рукой, чтобы он подошел к ней.
– Ты что здесь делаешь? Мы начинаем работу только завтра, – мальчик хмуро окинул ее взглядом. Видно она не соответствовала его представлению о том, как должны выглядеть их посетители.
– Привет, – улыбнулась девочка, проигнорировав вопрос. Люди вокруг были так заняты своими несомненно важными делами, что совершенно не обращали на нее внимания. Поэтому до сих пор никто и не спросил, что посторонняя девчонка здесь забыла. – Будешь пирожок?
Как известно, путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. Вот Нирмала и решила пожертвовать одним пирожком, чтобы наладить связь с одним маленьким мужчиной. Мальчик посмотрел на женщин, суетящихся возле костра, потом перевел взгляд на пирожок.
Ну да, ужин будет не раньше, чем через час, а пирожок вот он здесь и сейчас. Мальчик пожал плечами и в два укуса слопал пирожок.
– Фкуфно, – покивал он. Прожевав и проглотив пирожок, он с надеждой посмотрел на девочку. Может у нее еще где-то пирожок запрятан в ее огромном, как шатер, платье?
«Вот это наглость!»: возмутилась про себя Нирмала. Не поблагодарил даже, а еще пирожков хочет. Да если бы у нее и оставались еще пирожки, она бы такому неблагодарному наглецу их и не дала. Но сдержав недовольство, девочка продолжила улыбаться. Хотя улыбка становилась все больше натянутой и искусственной.
– Вам работники не нужны? – Спросила девочка, большими глазами глядя на мальчика.
– Может и нужны, – мальчик оглядел ее с еще большим сомнением. – А что ты умеешь?
– Да много чего, – взмахнула руками Нирмала. Вряд ли ее примут на работу как учителя, хотя учить детей она прекрасно умела в прошлой жизни. Но, учитывая ее нежный возраст, никто малолетке учить других малолеток не позволит. Остается только черновая работа и рисование. – Могу рисовать, готовить и таскать тяжести. Чего так смотришь? Я сильная, у меня уже пятая ступень.
О да, устраиваясь на работу лучше не скрывать свое Возвышение.
Мальчик усмехнулся, но никак ее слова не прокомментировал.
– Пойдем, отведу тебя к нашему главному, – кивком головы мальчик дал ей знак следовать за ним и повел к одной из повозок в центре полукруга. – Только ты не смотри, что господин Тарн такой весь добродушный. На самом деле он очень жесткий начальник, и его приказы нужно исполнять сразу. Спасибо за пирожок, кстати.
– Кстати, пожалуйста, – Нирмала чуть не фыркнула. Значит за еду он поделился с ней важной информацией о здешнем начальнике. Ну что ж, значит не зря пожертвовала пирожком.
– Зовут-то тебя как, сильная и талантливая работница? – Рядом с повозкой мальчик остановился и вопросительно посмотрел на девочку.
Нирмала была не в том положении, чтобы обижаться на него за подначку.
– Меня зовут Нира, – естественно говорить настоящее имя она не собиралась, ведь ее наверняка ищут. А чтобы не проколоться, если она вдруг забудет, каким именем назвалась, решила просто сократить свое имя и выдать себя за талантливую простолюдинку.
– Ух ты, правда что ли? – Отчего-то мальчик изрядно удивился.
– Ну да, а что?
– А меня Ниро зовут, – мальчик улыбнулся. Только сейчас Нирмала обратила внимание, что он очень даже симпатичный. Ежик русых волос, яркие зеленые глаза, тонкие черты лица и красивая открытая улыбка. Определенно в его предках затесался аристократ, причем совсем недавно. Может даже его отец был из родовитых аристократов.
– Ух ты, правда что ли? – Передразнила его девочка.
Мальчик только улыбнулся еще шире. Потянув на себя дверцу в торце повозки он, не заходя внутрь, громко сказал:
– Господин Тарн, тут девочка пришла устраиваться на работу. Говорит, что она сильная и умная.
– Сильная и умная? Ну пусть заходит, – глубокий мужской голос послышался из недр повозки.
– Удачи, – шепнул ей Ниро, и отправился по своим делам.
Нирмала не успела его поблагодарить, как он уже убежал. Судя по тому, как быстро он двигался, у него шестая ступень Закалки тела, не меньше. Девочка глубоко вздохнула, набираясь смелости, и поднялась по трем деревянным ступенькам в повозку.
– Здравствуйте, господин Тарн, – учтиво поклонилась девочка.
– И тебе здравствуй, – широко улыбнулся ей мужчина, стоящий перед большой картой континента Сеймор. Хотя он и выглядел лет на пятьдесят, но ему могло быть и двести, и триста лет. А такие люди недолго остаются добрыми, если и были такими когда-то. – Чем похвастаешься?
– Да нечем особо хвастаться. Ниро меня просто перехвалил, – Нирмала прямо чувствовала, как, несмотря на добродушную улыбку до ушей, пронзительный взгляд мужчины внимательно изучает ее. Скорее всего, все его вопросы будут с каким-то подвохом. – Рисую немного, готовить умею что-нибудь из простых блюд.
– Готовить у нас есть кому, – отмахнулся господин Тарн. Перестав улыбаться, он задумчиво потер подбородок. – Рисовать, говоришь, умеешь?
И, не дождавшись ответа девочки, принялся рыться в одном из шкафов. Только когда мужчина перестал сверлить ее взглядом, Нирмала смогла немного расслабиться и оглядеться. Хотя рассматривать тут было практически нечего. Маленькая комнатка, в ней слева стул с небольшим столом и окошко. Рядом со столом у противоположной стены узкий шкаф, дальше дверь и еще один узкий шкаф. Справа на стене карта. Вот и все. Спальня господина Тарна, наверно, за той дверью.
Сам господин Тарн был брюнетом, чьи волосы уже подернула седина. Но взгляд карих глаз все еще был ярким и острым.
– Вот, нашел! – Воскликнул мужчина и вытащил из шкафа небольшой мольберт и треногу. – Так и знал, что пригодится.
Установив на треногу мольберт, он оттер его от пыли рукавом. Потом сел за стол и начал что-то искать в ящике стола. Лист бумаги и карандаш он нашел быстро.
– Держи, – протянул ей лист и карандаш господин Тарн, – нарисуй меня.
– Мне нужен еще один карандаш и маленький острый ножик, – Нирмала приняла из рук мужчины лист и карандаш, и прикрепила лист к мольберту с помощью специальных зажимов сверху.
– Зачем тебе нож? – Скорее удивился, чем насторожился мужчина.
– Наточить карандаш, – девочка выразительно выставила перед собой карандаш с почти отсутствующим грифелем.
– А, ну да, не подумал что-то, – весьма фальшиво смутился господин Тарн. И очень быстро нашел все требуемое в том же ящике. Вот хитрец. В каждом слове и действии чувствуется подвох.
На этом Нирмала не успокоилась и сказала, что для рисования ей нужен свет. Пришлось мужчине вытаскивать стул из-за стола и пересаживаться вплотную к карте. Девочка немного передвинула треногу с мольбертом. Потом указала в какую сторону повернуться господину Тарну, куда повернуть голову и куда ее наклонить.
Один карандаш Нирмала наточила до такого состояния, что им можно было уколоться, а со второго просто срезала лишнее дерево. Им она и начала быстро наносить линии на бумагу.
С тех пор как она достигла пятой ступени закалки, скорость рисования у нее опять выросла. Через пятнадцать минут портрет был готов.
– Я все, – Нирмала положила на подставку карандаш.
Господин Тарн терпеливо сидел в той позе, которую ему указала девочка, и не двигался. Только после ее слов он повел плечами и потер затекшую шею.
– Дай-ка посмотрю что у тебя получилось, – мужчина подошел к ней и встал рядом. – Н-да.
Нирмала тоже внимательно изучила портрет и не нашла к чему придраться. Господин Тарн на портрете был такой же, как и в жизни, только черно-белый. Добрая улыбка милейшего человека и жесткий прищур пронзительного взгляда. Даже черты лица были резкими, выдавая в нем хищника.
– Недурно. Хм, – мужчина бросил на девочку изучающий взгляд. – А нарисовать не так, как ты видишь, а так, чтобы понравилось людям сможешь?
– Чтобы они выглядели не так, как выглядят на самом деле, а так, как им бы хотелось выглядеть? – Уточнила девочка.
– Да, что-то вроде того, – неопределенно согласился господин Тарн.
– Надо попробовать, – Нирмала посмотрела на портрет и примерно прикинула, что нужно изменить, чтобы вместо хищника в овечьей шкуре там оказался добродушный увалень. – Сядьте как в первый раз. Да вот так. Подбородок чуть поднимите. Теперь замрите.
Девочка освободила портрет от зажимов и вставила в них чистый лист. Через пятнадцать минут новый портрет был готов. Нирмала всего лишь сделала черты лица не такими резкими, линию носа не такой острой, а в уголках глаз добавила лукавых морщинок. Теперь на нее смотрел милый, добрый, наивный мужчина, глядящий на нее с отеческой улыбкой.
– Ты принята, – скользнув взглядом по новому портрету, сразу сказал господин Тарн. – Будешь сидеть под навесом недалеко от главного шатра. Сначала будешь рисовать подставных желающих, я отправлю несколько сообразительных ребят. Как люди узнают о новом аттракционе, так в очередь выстроятся. Назначим цену в шесть медяков. Половину твоей выручки я забираю.
– Как половину? Это слишком много, – Нирмала тут же вскинулась, готовая торговаться до последнего.
– Жилье, еда, одежда, место для заработка, ведь это все надо как-то оплачивать. – Спросил мужчина с хитрым прищуром лукавого взгляда.
– А, ну если так, то я согласна, – сразу дала заднюю девочка. Как-то она не подумала о том, что никто ей все вышеперечисленное просто так предоставлять не будет.
– Отлично, – немного расслабился господин Тарн. Похоже это была еще одна проверка. На этот раз он проверял ее благоразумие. – А цветными карандашами ты рисовать умеешь?
– Да, только это дольше получится, – уверенно сказала Нирмала, хотя в этом мире еще не держала цветных карандашей в руках. Слишком они были дороги.
– Ладно. Тогда поступим так. Завтра утром отправишься с Ниро в город. Ты вроде с ним подружилась. Я дам ему денег, купите там листов бумаги, карандаши. Берите побольше, вдруг желающих будет много, а у тебя не на чем и нечем их рисовать. За цветные портреты думаю будем брать по двенадцать медных монет. Хотя их, думаю, будут редко заказывать.
– Хорошо, господин Тарн, – кивнула довольная Нирмала. Отлично, работу она получила, осталось только выяснить не едут ли они в земли Рода Феонт.
Мужчина открыл дверцу и спрыгнул на землю не используя ступенек. Девочка последовала его примеру. Господин Тарн поискал кого-то взглядом в толпе народа, которая начала кучковаться возле столов.
– Сора, иди сюда! – Позвал он маленькую рыжую и конопатую девчушку лет семи. В этом мире Нирмала еще таких рыжих не видела. В Кихаре у всех в основном темный цвет волос, как у господина Тарна.
Pulsuz fraqment bitdi.