Я посчитал необходимым упомянуть о том, что человеческое восприятие и понимание реальности также ограничены различными факторами, которые влияют на то, как мы воспринимаем мир вокруг нас. А наше восприятие мира – это память о нем.
Зрение – это наш наиболее важный канал восприятия мира, но оно не идеально. Помимо врожденных и приобретенных глазных болячек, наше зрение ограничено спектром видимых цветов и разрешением, что означает, что мы не можем видеть инфракрасный или ультрафиолетовый спектры, а также не можем различить очень мелкие детали.
Наш слух тоже ограничен частотным диапазоном и уровнем громкости, что означает, что мы не можем услышать звуки очень высокой или очень низкой частоты, а также не можем услышать очень тихие или очень громкие звуки. Было бы иначе, мы бы смогли слушать радио без станции, причем все одновременно, знали бы, куда летят птицы и где их гнезда, и постоянно подслушивали бы чужие телефонные разговоры и так далее.
Осязание и обоняние тоже имеют свои ограничения. Например, мы не можем осязать предметы, находящиеся за пределами нашей руки, и мы не можем обнаружить запахи, которые находятся за пределами нашего обоняния.
И это только верхушка айсберга. Ведь мы также не можем увидеть радиацию, ветер с аэродинамикой, газообразные пары, температуру на расстоянии, те же радиоволны… А ведь это только то, что мы смогли обнаружить какими-либо способами, а сколько других вещей мы не видим и не смогли обнаружить до сих пор? Это большая загадка, ведущая к тому, что мы никогда не объективны, поскольку попросту не видим мир, в котором живем. А я ведь еще не упомянул про когнитивные искажения, мнения, веру и галлюцинации с патологиями…
Все эти ограничения приводят к тому, что каждый человек воспринимает мир по-своему, и каждый имеет свое субъективное представление о том, что является реальностью, а потому мнемотехника у каждого своя. В результате мы живем в своем вымышленном мире, который основан на нашем собственном восприятии и понимании окружающего мира. Именно из-за того, что мы сами вольны создавать свой мир, существует мнемоника как инструмент по созданию четких воспоминаний, которые и являются миром для нас. Человеческая мысль формируется от человеческой памяти. Мы, люди, являемся тем, о чем думаем. Наши мысли генерируют наше поведение и, как следствие, нас самих. Иными словами, наша жизнь – это память.
Давайте покажу вам небольшой фокус, именуемый цепью. Для начала смоделируем ситуацию: нам нужно запомнить небольшой список продуктов: яйца, молоко, макароны, стиральный порошок, авокадо, масло, губка для обуви, шоколад, лапша, мясо, чеснок, паштет, сыр, хлеб, игрушку человека паука, вонючку для машины.
Теперь назовите все, что помните… Вы, конечно, попытались, но увы не смогли назвать все товары. Скорее всего вы назвали несколько товаров с начала и с конца, как гласит правило края. Но теперь, я вам расскажу о том, что вам нужно всего лишь представить взаимосвязь одного товара с другим. Давайте я вам помогу представить начало, а дальше вы по аналогии сами все свяжете и затем с закрытыми глазами назовете мне все товары в четкой последовательности без ошибок. Начнем: молоко слилось воедино с лотком от яиц, от чего тот слегка намок, пачка спагетти насквозь пробила лоток с яйцами… дальше сами.
Ну что, господа? Уверен, что у вас все получилось с первого раза и вы были удивлены. Это была подводка к началу главы о связях. Ну что ж, начнем.
Ранее я говорил, что мозг запоминает только образные модели реальных предметов, однако, здесь есть небольшая неточность, ведь мозг может запомнить только связь между этими объектами реального мира в виде образных моделей. То есть, искомый параметр памяти – это связь, потому то мы и можем запомнить только что-то логически связанное. А сама по себе информация или отдельная модель не могут остаться в памяти, как бы странно это не звучало. Помимо этого, процесс забывания информации – это как раз таки процесс рушения связей. Если говорить просто, то новая информация должна быть знакома вам хоть отчасти, чтобы связать ее со старой, и тогда модели соединятся, и мы будем помнить ее.
Таким образом, запомнить номер телефона или историческую дату быстро не получится, ведь нужно взять несколько чисел, обозначить их как-то у себя в голове и еще связать, да так, чтобы не перемешались с другими числами. И запоминать подобного рода точную информацию, не имеющую никакого представления в голове вами, и еще связать ее с чем-то знакомым – максимально неэффективно, а значит трудно. Ведь, казалось бы, просто какие-то цифры, которые можно уместить на огрызке бумаги, но нет, в голову они не влезут, а если и влезут, то спустя столько времени, сколько и будет этих цифр. Вместо самонадеянной работы мозга по автоматическому запоминанию, лучше использовать сознательные методы, которые без труда помогут усвоить большое количество информации.
Кроме того, стоит отметить, что мозг генерирует информацию только при наличии стимуляции. Стимулом же выступает любой первоначальный объект, которые является началом связующей цепочки.
Например: вы не вспомните шнурки, если не вспомните стимул их появления – кеды, шорты, штаны, ну или же само их упоминание, то есть пока я вам не сказал про них, вы и думать не думали о них, а значит они полностью отсутствовали в вашей памяти. Кратко говоря, если стимуляция отсутствует – процесс вспоминания становится невозможным.
Подобно рефлексам отдергивания руки или чиха, которые возникают при ощущении горячего предмета или пылинки в носу, мозг генерирует информацию только при наличии определенных стимулов. Изменение стимуляции, например, изменение чувствительности тела может привести к потере памяти.
Маленький ребенок в разы хуже будет рассказывать стих в школе, поскольку учил стих дома. Ведь стих он учил у себя в комнате, поэтому между отдельными строками стиха и частями комнаты образовывалась тесная связь, а в школе нет нужного стимула, поэтому вспоминание дается в разы труднее.
Также проблемы с памятью возникают у людей, что накануне выпили алкоголь до степени изменения чувствительности тела. Поскольку опьянение произошло быстро, мозг не успел сформировать связь между двумя состояниями, и все пьяное блуждание будет закрыто к вспоминанию до тех пор, пока не обнаружится связь. Зачастую связь так и не обнаруживается, а потому мозг заполняет пробел ложными воспоминаниями, так как он очень не любит что-то не знать.
Подводя итоги, следует разъяснить ситуацию. Опьянев, изменяется чувствительность тела вместе с сенсорами человека, следом изменяются мысли и поведение. Человек буквально становится другим. У него другие слух, зрение и восприятие мира в целом. Потому связь и обрывается, будто там, вчера были не вы.
Интересно, что потеря памяти является распространенным явлением, однако, мы не всегда осознаем этот факт, так как не можем вспомнить само забытое. Ведь у нас нет стимула, что дает осознать пробел в памяти.
Взаимосвязь памяти с физическими ощущениями играет важную роль. Физические действия могут изменять чувствительность тела, обстановка может менять настроение, люди, находящиеся рядом, меняют модель поведения и мысли человека. Все это активизирует определенные связи памяти и блокирует другие, что в конечном итоге также влияет на поведение, мысли и отношение к окружающему миру.
Сознательное качественное запоминание возможно лишь при условии, что мы будем учитывать невероятную важность формирования связей, ведь это основа нашего мышления. Эта основа полностью генерирует нашу память, а за ней идут наши мысли, дальше наше поведение, на основе его – поведение других, а в следствии целый мир. Мнемотехника есть инструмент формирования связей. Поэтому мнемотехника помогает собственноручно формировать воспоминания, будто сознательно вмешиваться в обычную работу мозга.
Дайте мне стимул, и я вспомню все, что знал.
А трактовать это можно так: всю жизнь мы смотрим на мир вокруг нас, и если то, на что мы смотрим обладает тремя условиями, то мы запоминаем это на всю жизнь. Первое условие в том, что объект (будь то текст или что-то материальное) нам знаком. То есть, текст должен быть на знакомом алфавите, содержать слова, которые мы знаем, и смысл текста должен получиться такой, что мы поймем. Это первое условие, без которого запомнить ничего не получится. И это же условие только в визуальном характере можно обмануть мнемотехникой, перекодируя информацию из непонятной в понятную. Однако, что касается не зрительных органов чувств, то тут уже все намного сложнее. Ведь перекодировать мы сможем, только если будем обладать так называемыми фиксмодами на звуки, чувства, запах, что в силу плохого визуального представления дается весьма плохо.
Второе условие в том, что объект должен вызывать у нас эмоции. И это дано нам от природы.
Третье же условие состоит в том, что объект должен быть выделяемым от остального мира. Белого кролика зимой в снегу, даже если заметим, то явно не запомним его внешность. Мы будем помнить лишь факт его существования, если вообще поймем, что это был кролик.
Если объект соответствует трем вышеперечисленным условиям, то он запоминается на всю жизнь. Но вы, наверное, хотите сказать то, что не помните всю свою жизнь полностью. Ведь почти никто сейчас не вспомнит что ел на завтрак 5 дней назад. Однако, информация сохраняется в мозге навсегда, а ограничение вводится лишь на моменте, когда нужно вспомнить ее. Именно поэтому важны связи. Ведь без связи одного объекта с другим, он не вспомнится как ни старайся. Эту же связь люди называют ассоциацией. А вспомнить что-то прошедшее с нами, мы не можем, так как не можем увидеть большую паутину связей ведущей от текущего времени, к тому самому событию. И это все подтверждается тем, что иногда вы обращаете внимание на что-то неординарное и чувствуете ощущение, что вспомнили что-то поистине забытое. Такое бывает, когда в путешествии слушал одну и ту же музыку, а потом на пару лет забыл о ней и снова услышал. Возникают так называемые флешбэки с интересным чувством ностальгии.
Подведя итог, нужно сказать – запомнить можно все: что знакомо, эмоционально и выделяется. А вот вспомнить можно, только если получится сохранить ветвь связей. Именно мнемотехника строит и поддерживает эту ветвь.
Ранее считали, что память находится в теле, но эта информация была опровергнута, когда люди увидели, что человек, потерявший ногу, ничего не забыл. Теперь же, очевидно, что наша память находится в мозге – в серой консистенции внутри черепа. Если дать более развернутый ответ на вопрос, где же память, то следует разобраться в нейрофизиологии человека.
В 1926 году, 26 февраля, в городе Манчестер, штата Коннектикут, родился выдающийся малый, звали его Генри Густав Молисон, позже известный как пациент Г. М. Мальчик был умен, показывал хорошие результаты в школе; его сверстники подчеркивали его хороший юмор и дружелюбие. В 10 лет у него начались эпилептические припадки, и, к сожалению, болезнь прогрессировала с каждым годом. В 27 лет Генри, в край обессиленный от припадков, решился на нулевую операцию Вильяма Бичера Сковилла. Вильям был уверен, что источник припадков исходит от гиппокампа, а потому решил провести удаление части мозга Генри. В 1953 году Сковилле удалил Молисону две трети гиппокампа, энторинальную и парагиппокампальную кору, а также часть миндалевидного тела. После операции Генри оглянулся и не смог вспомнить, кто эти люди в халатах, и что бы ему ни говорили, он искренне слушал, но как только его внимание смещалось на другой объект, он уже не помнил ни разговора, ни человека. К слову, эпилепсия заметно уменьшилась, что позволило ему жить намного лучше. Данный эксперимент дал науке о памяти огромный фундамент. Молисон вошел в историю героем, оставив свой мозг на изучение ученым. Сам Генри на протяжении оставшейся жизни был участником сотен экспериментов и даже поставил рекорд человечества. В конце жизни он завещал свой мозг науке, и его мозг был отсканирован МРТ и поделен на десятки слоев для оцифровки.
Во время экспериментов выяснилось, что пострадала только декларативная память (явная), поскольку после операции его смогли научить рисовать и играть на пианино. Однажды ему задали вопрос: «где твой отец?», Генри ответил, что думает, будто бы его уже нет с нами. Это было правдой, однако, его отец умер уже после операции. Это значит, что у него еще осталась способность к семантической памяти, несмотря на полное отсутствие эпизодической памяти. Необходимо сказать, что Генри все еще мог вести диалог и даже некоторые моменты держать в голове, несмотря на очевидное отсутствие кратковременной памяти. Этот факт и доказывает наличие рабочей (оперативной) памяти у человека. Он все еще мог помнить что-то до момента перефокусировки внимания, а это значит, что информация из сенсорной все-таки попадала в рабочую, где он какое-то время мог ей парировать, но, к сожалению, без консолидации. Все, сказанное о Генри Молисоне, наталкивает на вывод, что именно вырезанные части мозга Г.М. являются частью памяти, что в последствии было доказано.
Гиппокамп – это центр кратковременной памяти, с помощью которого происходит консолидация информации из кратковременной памяти в долговременную. Конечно, не только гиппокамп отвечает за память, как принято думать, он только помогает запомнить информацию как целостное событие происходящее в каком-либо пространстве. Что касается связи пространства и гиппокампа, то тут нужно вспомнить таксистов. Но не обычных, а лондонских, которые по 4 года запоминают улицы, достопримечательности и различные рестораны, разъезжая на самокатах. Ученые заинтересовались ими, так как сформировалась гипотеза, что их мозг будет отличен от мозга другого человека. Ведь они 4 года тратят на детальное запоминание локаций Лондона, в которых легко потеряться из-за необычного строения города. Любой, кто там был, подтвердит, что это действительно похоже на лабиринт. К слову, гипотеза подтвердилась. Оценив размер гиппокампа группы учеников-таксистов, ученые забыли о них на 4 года. Затем, произведя повторный замер, ученые были в восторге от результатов. Гиппокамп заметно увеличился. Именно пространственная память, которая используется в мнемотехнике как дискета, способна расширять гиппокамп. Уверен, из таксистов вышли бы замечательные мнемонисты. Ведь их дворец памяти включает 25 тысяч улиц Лондона.
Но если снова обратиться к вопросу, где же наша память? То следует сказать, что до сих пор ее четкого местоположения найдено не было, вернее было—она в мозге, но конкретнее сказать нельзя, ведь, как я говорил ранее, память не существует отдельно от мозга, мозг от человека, человек от природы. Все разделения лишь показывают примерную модель. Тем не менее, у ученых есть мнения и насчет дислокации остальной части памяти. Общее мнение состоит в том, что явные эпизодические и семантические воспоминания связаны с тремя важными областями мозга: гиппокампом, неокортексом и миндалиной. А неявные воспоминания, например, двигательные, опираются на базальные ганглии и мозжечок. Рабочая память же в большей степени зависит от префронтальной коры.
Память – это большой и сложный, многоуровневый комплекс различных процессов, верно служащий человеку носителем знаний и опыта. Этот комплекс состоит из весьма интереснейших шести процессов: фиксация, внимание, мышление, ощущение, представление и воображение. Запоминание, как основная функция памяти, может быть подсознательным (автоматическим), когда мозг фиксирует связи между объектами без усилий со стороны человека, например, мы незаметно для себя запоминаем дорогу на работу, если несколько раз пройдем по ней; сознательным, когда человек прилагает усилия для запоминания, но не осознает механизмов памяти и не использует специальных приемов, здесь примером может служить просто чтение или же зубрежка, а также конспектирование текста; и мнемоническим, когда человек осознает и контролирует процесс запоминания, применяя специальные приемы мнемотехники. Причем уровень запоминания зависит от большого множества факторов, и какой бы хорошей обычная память не была, без внимания и мышления результаты не будут отличными. И все же, давайте вернемся к процессам, составляющим память и запоминание. О них я расскажу ниже, ведь сейчас необходимо прояснить, что процесс воображения не может быть полноценно отдельным. Ведь он состоит из мышления и представления, а также, несомненно, требует внимания, ведь без него он не будет длиться и нескольких секунд.
Фиксация – довольно ограниченный в своем роде процесс, который выполняет функцию закрепления связей. Причем связи закрепляются между собой, используя данные из разных сенсорных систем. То есть данный процесс фиксирует то, что мы увидели, соединяет с тем, что услышали, и подобным образом соединяет как можно большее количество данных от сенсоров. Таким образом, если у человека будет заболевание, препятствующее фиксации, он попросту не сможет запомнить информацию. То есть связи закрепляться не будут, за счет чего вся ветвь связей будет мгновенно разрушена, и человек не сможет вспомнить по ней что-либо подобно Генри Молисону без гиппокампа. Но прямо как явная память, может пострадать и неявная память в том числе. В этом случае бедняга забыл бы все моторные навыки и выучить новые бы не смог.
Внимание является процессом отбора информации, поступающей в сознание. Когда внимание неустойчиво, человек не может сконцентрироваться на задаче и запомнить информацию. Уверен, это состояние знакомо многим из вас, и могу сказать, что это в большинстве случаев можно контролировать. Тем не менее, нарушение устойчивости внимания может привести к плохой обучаемости, проблемам с запоминанием и целенаправленным мышлением. Человек также может проявлять дезорганизованное поведение, совершать ненужные движения и блуждать взглядом. С другой стороны, чрезмерная устойчивость внимания также считается патологией, когда человек не может переключиться на другую задачу. Контролируемая устойчивость внимания позволяет человеку сознательно концентрировать внимание и переключаться уже в нормальное состояние. Внимание связывается с так называемыми «доминантными стимулами» (мотивацией или дисциплиной), и они позволяют управлять направленностью внимания и не поддаваться случайным внешним влияниям. Здоровое внимание может быть тренировано, и эта тренировка способствует развитию памяти, целенаправленного мышления и воли.
Процесс представления обеспечивает человеку способность узнавать и обобщать зрительные образы-модели. Он позволяет нам распознавать объекты, такие как буква «А» или стул, независимо от их конкретного внешнего вида, цвета или размера. Представление дает нам обобщенный зрительный модельный образ, который содержит наиболее характерные признаки группы похожих объектов. Когда мы вспоминаем зрительные образы, мы можем сами дать им ту вариацию, которая нам нужна, которую также можно изменять и модифицировать в нашем воображении. Нарушение процесса представления является серьезной патологией, которая приводит к потере способности к инвариантному восприятию и распознаванию зрительных образов, что может сказываться как на запоминании и обучении, так и на обычном существовании человека в виде дискомфорта в социальной жизни. Проявляться это может в виде представления неправильного образа какого-либо слова. Например, человек не видит сходств или связи между стулом и табуреткой или, в крайнем случае, вообще ничего не видит, то есть представить не может.
Ощущение представляет собой преобразование внешних физических стимулов в электрические импульсы. Все наши восприятия, такие как зрение, слух, осязание и другие, обусловлены этим преобразованием. В мозге просто отсутствуют какие-либо другие формы восприятия, кроме электрических импульсов, передаваемых нервными клетками. Причем при нарушениях функционирования органов чувств, человек со временем будет терять возможность сознательного и мнемонического запоминания информации посредством поврежденного органа. Иными словами, ослепший человек со временем не сможет использовать дворцы памяти на таком же уровне, поскольку зрительная кора будет, увы, заметно деградировать. А если функционирование анализаторных систем временно и резко изменено, человек после возвращения к нормальному состоянию не сможет восстановить память о периоде, когда функция его органов чувств была нарушена. Для вызывания воспоминаний требуются стимулы, но мы не можем предоставить такие стимулы, какие мозг воспринимал в измененном состоянии работы анализаторов. Связи в мозге оказываются недоступными по сравнению с нормальным функционированием, словно заблокированными. Это выглядит как последовательное соединение в гирлянде, где если одна лампочка сломается и перестанет гореть, то и все последующие лампочки тоже не получат электрический сигнал. В данном случае потухшие лампочки выступают в роли заблокированных воспоминаний.
Мышление представляет собой сознательные операции с зрительными образами в воображении. Оно может быть прямым (без помощи речи) или опосредованным (с использованием внутренней речи). Мышление бывает произвольным, когда человек управляет зрительными образами осознанно, и непроизвольным, когда образы возникают стихийно под воздействием стимулов. Люди с нарушением мышления, называемые «лобными больными», обычно имеют проблемы с запоминанием и сложными мыслительными операциями, так как у них просто нет интеллектуального «тормоза», что позволяет отказаться от какой-либо мысли. Восприятие, запоминание и сохранение информации в мозге тесно связаны с мыслительными процессами. Тренировка памяти, хотя и не тренирует само мышление, но может помочь улучшить процессы запоминания, используя определенные алгоритмы и стратегии, которые являются частью мнемотехники.
Интеллект в нашем случае – это совокупность программ и последовательностей действий, используемых для выполнения различных задач. Развитие интеллекта зависит от количества и качества программ в нашем мозге, а также от способности запоминать и усваивать новую информацию. Аналогия с компьютером показывает, что интеллект – это количественное понятие, связанное с памятью. Расширение интеллекта возможно благодаря улучшению навыков запоминания и усвоения новых последовательностей действий. Однако, интеллект в разных областях специализирован, и развитие интеллекта в одной области почти не влияет на другие. Некоторые навыки требуют конкретного обучения или опыта, например, запоминание, заработок денег или мастерство игры на музыкальном инструменте. Всегда найдется кто-то, кто в чем-то умнее нас, поэтому стать полностью умнейшим во всем невозможно. Однако, интеллект – это сложное понятие, которое обычно определяется как способность человека к решению задач, анализу информации и адаптации к новым ситуациям. Но можно дать и иное определение интеллекта. Для этого нам необходимо ознакомиться с учением Данбара (Робин Ян Макдональд Данбар – британский ученый в области эволюционной психологии). Так, согласно его гипотезе, уровень интеллекта человека зависит от количества у него постоянных социальных связей.
Так у приматов число особей в стае может достигать 80, а у человека количество постоянных социальных связей с другими людьми (число Данбара) колеблется от 100 до 230 (в среднем 150).
Так, интеллект можно определить как комплексное сочетание умственной способности, оцениваемой числом Данбара, которое у каждого человека индивидуально; качества детальных знаний о различных аспектах жизни и окружающего мира, которые берутся из опыта и общения со своими «соплеменниками»; а также объема рабочей памяти, которая способствует оперативному анализу информации и решению задач.
Воображение – это процесс, в котором мы моделируем прошлое, настоящее и будущее, используя представления и мышление и, конечно, внимание. Воображение = представление + мышление + внимание. Чтобы начать воображать, нужно активизировать представление, например, представить модель чашки. Затем мы используем мышление, чтобы изменять этот образ в нашем сознании. Мы можем представить чашку разных цветов, с разными узорами, с разным количеством ручек и другими деталями, а также представить ее с разными напитками и аксессуарами. Результаты наших мыслительных операций с представлением мы можем выразить словами или нарисовать на бумаге. А если у нас есть нарушения в представлении, мышлении или внимании, то это может привести к полному нарушению воображения, которое необходимо для полноценного запоминания, воспоминания информации и анализа настоящего с попытками предсказывать будущее.
Pulsuz fraqment bitdi.