Kitabı oxu: «Город Шипов»

© Силаева Ж., перевод на русский язык, 2022

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2022

Глава 1

Я изо всех сил старалась не обращать внимания на парня из братства, которого ударила прошлой ночью, но три обстоятельства усложняли задачу. Во-первых, огромный фиолетовый фингал под глазом Джека в свете флуоресцентных ламп выглядел еще темнее. Во-вторых, он даже не учился в этом классе. А в-третьих, парень сидел позади всех и показывал неприличные движения языком между расставленными в форме буквы «V» пальцами.

Думаю, этого достаточно, чтобы понять: моя презентация не удалась.

Джек Корвин доставал меня со времен старшей школы. Я лелеяла слабую надежду, что к старшему курсу колледжа он перерастет жесты типа «палец в отверстие» и перестанет изображать оргазм, но Джек всегда шел против системы. Зачем отказываться от столь вызывающего поведения, когда оно уже стало твоей визитной карточкой?

Я прекрасно подготовилась к сегодняшнему дню, потратив несколько часов на заучивание названий психологических исследований. Надела черное платье до колен с белым воротничком – милое и одновременно серьезное, хоть и немного готичное. А еще добросовестно скопировала записи и собрала ярко-рыжие кудри в некое подобие аккуратного хвоста. И все же подготовка не имела никакого значения, когда приходилось сталкиваться с этим снующим туда-сюда языком.

«Соберись, Роуэн. Забудь о нем».

Расправив плечи, я окинула быстрым взглядом остальных присутствующих. Моя одногруппница Элисон выжидающе смотрела на меня, накручивая прядь белых волос на палец. Встретившись со мной глазами, она одобряюще улыбнулась.

Взглянув на записи, я продолжила выступление:

– Как я упоминала ранее, концепция подавленных воспоминаний вызывает немало дискуссий. – Я подняла глаза. – Многие психологи спорят…

Большим и указательным пальцами одной руки Джек изобразил круг, а затем скользнул в него указательным пальцем другой руки, корчась от наигранного оргазма. Свет отразился от странного значка в форме молотка, который он никогда не снимал.

– Прошу прощения. Эм, диссоциативная фуга¹… – начала я сначала, – которая в диагностическом и статистическом руководстве по психическим расстройствам…

На галерке, где никто, кроме меня, не мог наблюдать его поведение, Джек резко задвигал тазом вперед и назад.

По ряду причин он был последним человеком, которого мне хотелось здесь видеть. Поэтому, буквально закипая от гнева, я указала на Джека.

– Разве ему можно здесь находиться? – выпалила я. – Он не в этом классе. Что он здесь делает?

К сожалению, никто не заметил его кривляний, я же выставила себя дурой.

Наш профессор, доктор Омер, приподнял темную бровь и вопросительно покосился на меня. А когда его взгляд устремился в конец аудитории, Джек выглядел воплощением самой невинности с ручкой на изготовку, будто только что закончил конспектировать. Этакий прилежный студент, стремящийся к новым знаниям.

Доктор Омер сцепил пальцы и нахмурился. Не произнося больше ни слова, он вел себя как истинный психолог, который просто молча смотрит на пациента и ждет, когда тот поймет, что совершил нечто неуместное. Я тяжело сглотнула.

Дело было в том, что прошлой ночью Джек преследовал меня и уже возле дома загнал в угол. Если честно, он в течение нескольких лет не давал мне прохода. Так что у меня имелись все основания поставить ему фингал под глазом.

Однако сейчас мы находились не на сеансе терапии, а я не пыталась строить из себя профессионала. Мы явились сюда учиться или, по крайней мере, заработать достаточно баллов, чтобы двигаться дальше.

– Он не в этом классе, – повторила я, но уже тише. – Я не понимаю, что он здесь делает.

Осознав себя в центре внимания, я ощутила, как по шее разливается жар. Учитывая мою молочно-белую кожу, спрятать румянец я и не надеялась.

– Он будет присутствовать на лекциях до конца семестра, – спокойно пояснил доктор Омер. – У него есть официальное разрешение на посещение. – Нахмурившись, преподаватель на мгновение прижал пальцы к губам и одарил меня пристальным взглядом. – У вас какие-то проблемы с презентацией? Роуэн, обычно вы прекрасно подготовлены.

Я всегда восхищалась невозмутимостью преподавателя, но сейчас она казалась неуместной, как будто доктор Омер игнорировал горящий вокруг него дом.

Я сделала глубокий, медленный вдох и попыталась сосредоточиться на мыслях о собственных крепко стоящих на полу ступнях. «Соберись и пройди через это, Роуэн». А вечером мы с лучшей подругой Шай собирались выпить в честь моего двадцать второго дня рождения. Нас ждали пиво, пицца и сплетни об ее прекрасной новой жизни. Оставалось всего лишь пережить следующие двадцать минут.

– Нет, никаких проблем, – улыбнулась я. – Просто запнулась на мгновение. Я на самом деле хорошо подготовилась. Теоретически диссоциативная амнезия является состоянием…

Так, стоп. Он и вправду будет посещать занятия до конца семестра? А ведь мне, чтобы выпуститься, обязательно нужно было прослушать этот курс.

Я покосилась в окно на Город Шипов – волшебный город, возвышающийся над Осборном, штат Массачусетс, куда планировала как можно скорее поступить в аспирантуру.

– Роуэн, – окликнул доктор Омер с ноткой раздражения в голосе, – вероятно, вам лучше попробовать выступить еще раз, когда подготовитесь получше. Сейчас же я считаю, что мы тратим время впустую.

«Упс». У меня задрожали руки, и я понятия не имела, от чего больше: от отчаяния или от злости.

– Нет, я готова. Простите. Меня сбил с толку неработающий прожектор. – Я сглотнула, готовясь продолжать выступление. – Итак, я говорю о неспособности получить доступ к воспоминаниям в бессознательном состоянии… – в попытке собрать мысли воедино я перевернула свои заметки, – особенно автобиографические воспоминания, эпизоды из жизни…

Я снова посмотрела на Джека. Он откинулся на спинку стула и, высунув язык, потирал собственные соски.

Неожиданно в моей голове сплелись две абсолютно разные мысли. Одной из них была следующая фраза на карточке: «Только представьте…», а второй: «Как же я хочу ударить ублюдка еще раз». В мозгу все запуталось, я уставилась прямо на Джека и выпалила:

– Только представьте, что вы хотите ублюдка снова…

Это не имело никакого смысла, да и звучало определенно не в тему.

Тишину прервал приглушенный смех.

В очередной раз все повернулись к Джеку, который незамедлительно принял вид прилежного, но озадаченного моим заявлением ученика. Даже брови приподнял для убедительности.

От стыда у меня скрутило желудок.

«Убейте меня. Вот бы сейчас провалиться сквозь землю».

По щекам поползло тепло. В классе установилась полная тишина, которую нарушало лишь размеренное жужжание ламп.

– Я оговорилась. Он кривляется… – я указала на парня, но тут же замолчала, понимая, насколько убого это прозвучало.

Одержимость Джека началась много лет назад, когда в старшей школе он пригласил меня на свидание. Мой отказ его сильно разозлил, и он распустил слухи, что я переспала со всей бейсбольной командой. Ему поверили, и в итоге на целых четыре года за мной закрепилось прозвище Потаскушка Роуэн. Джек даже прифотошопил мое лицо к обнаженным моделям. Именно так обстояли мои дела в школе.

Однако это никого не интересовало, все хотели поскорее покончить с лекцией и перейти ко вторничным тако в столовой.

– Я просто оговорилась, – повторила я.

Доктор Омер соединил ладони возле губ.

– Ладно, не знаю, что здесь творится, но, кажется, назревает межличностный конфликт. Вряд ли будет уместно обсуждать это здесь. Но мы можем изучить его после занятий.

Джек смущенно поднял руку:

– Думаю, я догадываюсь, что творится. Роуэн сильно расстроилась, когда я отказался идти с ней на свидание вчера вечером, и она не знает, как с этим справиться. Она даже набросилась на меня. – Он указал на синяк. – Но клянусь, я готов простить обиду за физическое насилие и сосредоточиться лишь на психопатологии. Я прилежный студент. Если вы посмотрите мои записи, то убедитесь, что я один из лучших учеников, которых вы когда-либо видели.

– Боже, – воскликнула Элисон, – ты на самом деле поставила ему фингал под глазом? Не хочу драматизировать, но ты меня пугаешь.

Тут же кто-то упомянул полицию. Половина хохотала, остальные были шокированы и одновременно взволнованы. Вероятно, это было самое интересное, что произошло у них за целый семестр. Даже лучше вторничных тако. Настоящая драма.

Чувствуя бешеное сердцебиение, я скомкала карточки с записями в руках.

– Подождите. Да, я его ударила, но он заслужил. Проблема в нем, а не во мне.

Я будто наяву видела, как постепенно испаряется рекомендательное письмо от доктора Омера. Прощай, аспирантура в Городе Шипов, прощай, моя давняя мечта раскрыть преступление.

Я растерялась, совершенно сбитая с толку.

Они все неправильно поняли, но ничего не сделает тебя еще более сумасшедшим, чем попытки доказать собственное здравомыслие.

– Знаете что? – Я швырнула карточки в мусорную корзину. – Думаю, моя презентация окончена.

Тело гудело от адреналина, и я покинула аудиторию.

Глава 2

Сидя на кровати в своей квартирке на цокольном этаже, я рисовала ворота Города Шипов.

После дерьмового дня я отправилась на долгую пробежку. От ускоренного темпа мышцы горели, но бег для меня – это лучший способ справиться со стрессом. А еще это было единственное, в чем я чувствовала себя по-настоящему уверенно. Проблема заключалась в том, что иногда, слыша шуршание листьев под ногами, меня накрывали воспоминания о ночи, когда погибла мама. Я до сих пор время от времени слышу ее голос, приказывающий мне бежать.

Я тряхнула головой, сбрасывая морок событий прошлого и фокусируясь на идеальных линиях ворот. Этот рисунок не служил никакой цели, но я буквально зациклилась на украшенном черепом кованом входе в город демонов, странно притягательном и одновременно отталкивающем. И пусть раз за разом изображать одно и то же – не самая здоровая идея, но по крайней мере я избавилась от мыслей о Джеке Корвине.

Я выдохнула, добавляя тени на череп. Я поселилась здесь, чтобы иметь возможность накопить денег на аспирантуру в городе демонов. И теперь откладывала каждый цент, ютясь в подвале с шестью другими нищими студентами. Наши комнаты разделяли тонкие деревянные стены, а ванная комната и кухня были общими.

Телефон завибрировал. Звонила Шай, и я подняла трубку:

– Привет.

– О! Неужели ты и вправду ответила, а не как обычно сделала вид, что занята, спустя несколько минут написав короткое сообщение.

– Кто в наш век вообще разговаривает по телефону? Всех, кроме тебя, это нервирует, – улыбнулась я.

– Итак, что мы делаем на твой день рождения? Есть одно местечко с тайской кухней, которую я давно хочу попробовать. Я могла бы заказать с собой, и мы бы зависли у тебя с парой бутылок вина.

– Я живу в обшарпанном подвале с пауками. И по сравнению с роскошными общежитиями университета Белиала мое новое жилище больше походит на помойку.

– Все настолько плохо?

– Повиси. – Я быстро сделала несколько фото с разных ракурсов. – Отправила тебе на почту. Вот видишь, если бы мы переписывались, как нормальные люди, то все было бы гораздо проще.

– Оу, ладно, – услышала я спустя мгновение. – Да, совсем маленькая комнатка. Красиво обставленная, но крохотная. И меня совсем не радуют пауки… Как я мечтаю пригласить тебя в гости, но думаю, что у демонов появятся все основания тебя убить, если я попытаюсь провести тебя тайком.

– Да, не хотелось бы, – согласилась я. – Может, выпьем где-нибудь в Осборне?

– Подожди… я пытаюсь приблизить висящие у тебя на стене картины. Вдруг мне удастся обнаружить что-нибудь постыдное.

– Я нарисовала тридцать два изображения ворот Города Шипов, большинство из которых повесила на стену, – ответила я. – Да, это довольно постыдно.

– Точно, но я и так знаю, что ты немного странная. Я надеялась узнать о каких-нибудь тайных извращенных сексуальных фантазиях. На секунду мне даже показалось, что я увидела огромные красные фаллоимитаторы около кровати, но это всего лишь огнетушители.

– Что является полной противоположностью сексуальным извращениям? – поинтересовалась я. – Верно – это я.

– Ладно, но зачем тебе огнетушители?

Я выпрямилась, сходя с ума от одной лишь мысли об этом.

– Шай, отсюда нет выхода. Над кроватью имеется маленькое окно, но оно не открывается. Так что если неожиданно начнется пожар, то мне придется выбираться из дальнего угла подвала сквозь огонь.

– Вот дерьмо. – Она нервно вздохнула. – А ты не можешь найти что-нибудь другое? Несмотря на наличие огнетушителей, звучит довольно опасно. Кстати, это вообще законно?

– Скорее всего, нет, но я установила пожарную сигнализацию. А еще запаслась всякой ерундой, которую используют каскадеры, чтобы пройти через пламя.

– Подожди, что? – воскликнула подруга.

Я мысленно представила оборудование, которое лежало под кроватью.

– Огнезащитная одежда и специальный гель для кожи, благодаря которому можно пройти сквозь огонь. О! Еще я купила противогаз на случай, если в помещении будет слишком много дыма. Так что я отлично подготовлена.

– Еще бы. А набор для выживания там у тебя не завалялся случайно?

– У меня есть несколько мешков с горохом и рисом, а еще антибиотики. Поэтому если начнется демонический апокалипсис, то мы сможем пережить его у меня.

– Класс, – отозвалась Шай. – Мы будем убивать демонов буррито и пенициллином?

– Это на случай закрытия магазинов и больниц. А на случай загрязнения водоемов я подготовила очиститель воды.

Единственное, я так и не решилась упомянуть о самом странном предмете из набора для выживания: лисьей моче, которую охотники обычно используют для маскировки своего запаха. Если в Осборне начнут бесчинствовать жаждущие крови демоны, то я незамедлительно обольюсь лисьей мочой, и они ни за что не смогут меня обнаружить. Однако Шай необязательно было знать об этом. Даже наедине с лучшей подругой я старалась не преступать черту безумия.

– Ладно, – проговорила она. – Предлагаю выпить где-нибудь по паре «Маргарит», пока не начался апокалипсис.

– Мне без разницы где. Я просто с удовольствием выберусь из подвала и повидаюсь с тобой. И мне определенно нужно выпить. Сегодня на занятии по психопатологии я провела просто ужасную презентацию.

– Черт. Хорошо. Дай мне пару минут, и я выясню, где есть свободные столики. Напишу через несколько минут.

Шай повесила трубку, и я завалилась на подушки. Внезапно мое внимание привлекло какое-то движение. Приглядевшись, я обнаружила бегающего по полу паука. В воздухе стоял запах плесени и сырости.

Я положила блокнот и карандаш на колени, намереваясь закончить другое изображение входа в Город Шипов.

Только два типа смертных имели право ступить за ворота: слуги, специально рожденные для этого, и студенты, такие как Шай, которые могли себе это позволить. Каждый год университет Белиала принимал около трехсот смертных абитуриентов. Студентов обучали магии, и выпускники типа Шай могли позволить себе занять лучшие позиции в любой выбранной ими сфере.

Только вот в моем случае главной целью поступления в университет демонов было вовсе не образование.

Я жаждала мести. Хотела разыскать демона, убившего мою мать.

Закончив рисовать ворота, я перевернула страницу блокнота и углубилась в финансовые расчеты. Сейчас у меня имелся студенческий кредит на семьдесят пять тысяч под семь процентов. Если я начну его возвращать, плюс необходимые для поступления сто тысяч, то по окончании меня ждет поистине нищенская зарплата…

Живот скрутило.

Когда я приступала к расчетам, на меня неизменно начинала давить тяжесть от осознания невозможности. Я проделывала это миллионы раз, но цифры никогда не складывались. С нынешними процентами по кредиту мне удалось бы накопить сто тысяч примерно…

Никогда.

Мне никогда не собрать сто тысяч долларов.

Все чаще я начинала размышлять о плане Б: ворваться в город и найти способ затеряться в толпе. Должна же существовать хоть какая-то лазейка. Ведь даже у древнего города демонов наверняка имелось слабое место.

Стоило мне начать обдумывать более опасный и безрассудный план, как телефон завибрировал от входящего сообщения.

Шай: «Цирк де ла Мер». Сегодня там два коктейля по цене одного. Встретимся в восемь тридцать. Целую.

К счастью, подруге удалось прервать мои замыслы по проникновению в город, пока я не успела придумать что-то, из-за чего меня могли убить.

* * *

С промокшими под сентябрьским дождем волосами я устроилась за барной стойкой из белого мрамора, пригубила Guinness и слизала пену с верхней губы. В «Цирк де ла Мер» я надела все то же черное платье и ботинки, но дополнила образ черным лаком для ногтей, подводкой для глаз и серебряными кольцами. Решила побыть в образе готичной рыжей пуританки.

Огромные окна позади бара выходили прямо на Атлантический океан, поверхность которого мерцала в свете миллиарда звезд. Из колонок гремел дабстеп. Мне здесь нравилось: громкая музыка заглушала мысли плюс открывался великолепный вид на океан. И пусть это был самый дорогой бар на северном побережье Массачусетса, но сегодня я собиралась забыть о деньгах. Требуемая сумма казалась слишком фантастической, чтобы в данный момент беспокоиться о ней. С таким же успехом я могла взять в кредит миллиард долларов.

Бочком протиснувшись сквозь толпу, Шай одарила меня широкой улыбкой. Заплетенные в две длинные косы темные волосы отлично контрастировали с кремовым платьем. Губы подруга накрасила ярко-красной помадой, которая идеально подчеркивала ее смуглую кожу.

Я и в самом деле нуждалась в дружеской поддержке.

– Привет, именинница. Что будем пить? Текилу? – поинтересовалась Шай, заключая меня в объятия.

– После того инцидента у Гарварда я завязала с текилой.

– Ах да, – прищурилась она. – Ладно, давай закажем по коктейлю и чего-нибудь перекусить, чтобы тебя не развезло.

Шай резко вскинула руку, и бармен тут же подошел к нам с лучезарной улыбкой. Подруга заказала два мохито и пиццу из мускатной тыквы².

Закончив, она повернулась ко мне и приподняла брови:

– Итак, что за кошмар приключился у тебя днем?

– Джек Корвин явился к нам на занятие. И когда во время презентации я пыталась сосредоточиться, изображал оргазм. А затем сообщил всей группе, что я поставила ему фингал.

Шай на мгновение прикрыла рот рукой.

– Во-первых, пошел этот парень в задницу. Во-вторых, он совсем чокнутый? С чего он взял, что кто-нибудь поверит, будто ты ударила его в глаз?

– Ну, насчет второго, я и правда его ударила.

Сгорая от стыда, я откашлялась.

– Что?

– После того как он пытался языком залезть мне в глотку, – попыталась я оправдаться.

– Так он первым напал на тебя? Надо было вызвать копов. Ситуация только усугубляется. Он и так уже много лет преследует тебя.

Бармен подвинул через стойку наши мохито, и я мгновенно схватила свой. Сделала глоток, насладившись вкусом мяты и лайма на языке.

– Я сообщала и в полицию, и городскую администрацию. Они решили, что я просто слишком остро на все реагирую. Очевидно, быть придурком – это не преступление. К тому же вряд ли они посмотрят на произошедшее с моей точки зрения. Его отец вроде бы конгрессмен, поэтому… – Я сделала еще один глоток. – Знаешь что? Меня тошнит от одной мысли о нем. Пожалуйста, расскажи мне о Городе Шипов, я хочу послушать о демонах. Давай на сегодня забудем о Джеке.

– С чего бы начать?

Я подняла брови:

– Как думаешь, демонам позволено покидать город?

– Думаю, да, но ненадолго, – покачала головой Шай. – Насколько мне известно, сотни лет назад на них наложили проклятие, которое привязывает их к определенному демонскому городу. Но иногда они могут путешествовать между ними. А почему ты спрашиваешь?

– В ночь убийства мамы…

Предложение оборвалось на середине. Я буквально ощутила, как понижается температура, воздух стал колючим, как и каждый раз, когда я поднимала болезненную тему. Было нелегко сказать, что однажды ночью демон со светящейся звездой на голове выследил в лесу мою маму и сжег ее дотла. Ужас той ночи не покидал меня до сих пор, я тонула в скорби от невосполнимой утраты.

Порой казалось, будто единственное, что удерживает меня на плаву, – это уверенность, что я отомщу за ее смерть. Что я попаду в Город Шипов и найду ее убийцу.

Однако это выглядело чересчур мрачным и странным. Правда ведь? Хуже, чем лисья моча под кроватью.