Земля глухо, тягостно задрожала, расступаясь. В образовавшуюся расщелину посыпались сухие мерзлые комья, увлекая все больше и больше земли за собой, пока лавина почерневшей почвы не рухнула с отвесных стен расселины, засыпав ее почти до половины.
Теперь на краю трещины висела стела белого камня, обнаженная землетрясением. Вот по ней пробежала рябь, засияли синие буквы, и, дублируя их, зазвучал приятный женский голос:
«Привет, потомки! Мы счастливы, что вы обнаружили капсулу времени с посланием из далекого 2065 года.
Как было бы любопытно нам взглянуть на Землю будущего, Землю, о которой мы грезили и создавали в конце 21 века упорным трудом человеческого разума!
Сейчас вам покажутся нелепыми и смешными те трудности, с которыми сталкивались мы. Внутри капсулы вы найдете задокументированную историю наших побед, нашего трудного пути к миру Объединенного человечества, в котором побеждены невежество, голод, болезни…
Мы хотим, чтобы и вы помнили и любили тех неизвестных для вас людей, которые отдали свои жизни на поприще науки за рай на Земле! Чтобы их имена вдохновляли вас никогда не останавливаться на достигнутом! Мы сохранили для вас память о них в этой капсуле времени!
Мы мечтали, как вы достигнете других звезд, побываете на дне океана и в центре Земли. Как вы создадите мощнейшие электронные интеллекты, что придут вам на помощь. Как станете бессмертны.
Мы не знаем, какими вы стали, но мы любим вас! И просим вас беречь и любить нашу прекрасную планету!»
Человек, внимательно вслушивавшийся в голос капсулы, немного подождал после того, как звук стих, потом развернулся и, подволакивая гниющие ноги, приблизился к еще теплому трупу пожилого мужчины. Опустившись на четвереньки, он продолжил терзать зубами его живот.
– Будь проклят тот день, когда я встретила его, – твердила я в слезах.
Я торопливо бросала вещи в чемодан – хотелось уйти до его возвращения. Избежать разговоров, разборок, обид.
На кухне бормотал телевизор. Диктор радостно сообщал, что в дорожной аварии погибли трое человек – КАМАЗ врезался в Жигули; что маньяка-убийцу еще не поймали, зато найдена новая жертва – тоже длинноволосая блондинка; что бешеный пес загрыз ребенка – ребенку не было еще и трех, хозяин собаки сбежал… Я с омерзением выключила "ящик".
Было одиннадцать вечера, он не мог вернуться так рано, но я все равно торопилась, вздрагивая от любого шороха, казавшегося мне скрежетом ключа в замочной скважине.
Накинув тренч, сжимая чемодан в правой руке, я выбежала из дома в дождливый вечерний сумрак. Фонари отражались в лужах мутными огнями; шурша шинами, проезжали редкие автомобили, а в темных провалах дворов таились ночные страхи.
Успела.
Кусая губы, я думала: «Ну зачем же я позволила тогда проводить себя? Был поздний вечер так же, как сейчас, в подворотнях, подсвеченный синим светом фонарей, плыл сизый туман. И в этом тумане возник силуэт в шляпе и длинном пальто. Помню, я испугалась. Лучше бы я сбежала тогда в страхе, нежели мучилась сейчас от душевной боли.
Он оказался вежлив и галантен. Извинился, что испугал меня, предложил проводить, сославшись на то, что время сейчас позднее. Он очаровал меня, и я согласилась».
Я свернула в пустынный переулок, ведущий к автобусной остановке. Я должна успеть на последний автобус. Мысли потихоньку приходили в порядок. Я подумала, что попробую успеть доехать до своей подруги, переночевать у нее. Она, конечно, не ждет, но я расскажу ей все.
Внезапно я услышала за своей спиной шаги. Вздрогнув, обернулась, но улица была пуста. Отлично. Нервы совсем расшатались. Я поспешила дальше, и шаги возобновились в такт моим. Не выдержав, я снова обернулась, но никого не увидела. Воображение играет со мной дурные шутки, а может, я схожу с ума.
«Когда мы только познакомились…
Он пригласил меня на свидание. Мы гуляли по спящему городу, по набережной реки. Сверкающая от ночных огней, река казалась потоком струящегося электричества. Он подарил мне огромную алую розу. "Я люблю красный цвет, он очень страстный" – сказал он, улыбаясь». У него очаровательная, открытая улыбка. Может, у меня просто паранойя? Разве способен человек, который так улыбается, лгать мне?
Цоканье моих каблуков казалось пугающе звучным в ночной тиши, я старалась ступать мягче, но все время срывалась на быстрый шаг.
Я не знала, куда я денусь сейчас, просто бежала, лишь бы подальше от этого дома, и от него.
Сначала я верила ему. «Дорогая, прости, я опять задержался на работе допоздна…»
Да, сначала я верила ему. А потом я стала замечать некоторые вещи. Взялась почистить его пальто и уловила легкий запах чужих женских духов. На рукав и плечо налипли несколько светлых волосков. Я не стала сообщать Ему о своем открытии, решила понаблюдать за ним. Каждый раз, когда он якобы задерживался на работе, я делала подобные находки.
Как я могла быть столь наивна!
Автобус уехал у меня из-под носа. Я с тоской смотрела ему вслед, ежась под мелким дождем. Зонт остался дома. Кому-то повезло больше – у окна в автобусе дремал человек, надвинув на глаза шляпу. Я позавидовала ему, представив, как он приедет сейчас в свой теплый дом, где его, наверно, ждет любящая жена, вкусный ужин, уют и покой. Слезы навернулись на глаза. Взглянув на расписание, я слегка успокоилась – это был не последний автобус.
«Один раз я не выдержала. Я не закатывала ему скандала со слезами и упреками. Я просто спросила, что все это значит. Он изумился: "Ты ревнуешь? Неужели я мог дать повод?". "Нет, я просто хочу знать, что все это значит", – упрямо повторила я. Он засмеялся, поцеловал меня и снова наплел что-то про работу. А на следующий день купил охапку цветов и повез меня в ресторан, где клялся в вечной любви… Он был таким нежным и внимательным! Я стала сожалеть о своих ужасных подозрениях.
Прошла пара дней, и он снова припозднился. Но в руках его были многочисленные пакеты. "Это тебе", – сказал он. В пакетах лежали платья, "Спасибо, любимый! – воскликнула я. – Но как ты выбирал? Не проще ли было съездить со мной вместе?"
"Нет-нет, – возразил он, – я хотел сделать тебе сюрприз. Кстати, я тут себе присмотрел…Что ты на это скажешь?" – и он развернул новый кожаный плащ. С тех пор я, конечно, не могла найти волосы на одежде…»
Тут подъехал следующий автобус, и я поспешила войти, оборвав ход своих мыслей.
Пожалуй, я посоветуюсь с Анжелой. Я не уверена, что права. Я не хочу оказаться правой. Но, с другой стороны, где он задерживается – чуть ли не каждый вечер?
А может, подруга поднимет меня на смех? Скажет, что у меня разыгралась фантазия?
Задумавшись, я чуть не проехала свою остановку.
Я заторопилась к выходу.
На улице все так же моросил гадкий холодный дождик. Стояла тишина.
А если я неправа? Если это все было чередой дурацких совпадений? Эта мысль билась в мозгу набатом. Но другой голос в голове начинал тут же приводить факты в пользу моих подозрений.
***
В окнах Анжелы горел свет. Значит, не разбужу.
Я взбежала по лестнице, все еще внутренне споря с собой.
Нажала на кнопку звонка. Подождала. Позвонила еще раз, уже дольше. Анжела не торопилась открывать. Я подергала за ручку двери, и, к моему изумлению, она отворилась.
– Анжела! Это я, Лора! – крикнула я, входя в квартиру. – У тебя дверь не заперта.
Мне никто не ответил. Я прошла в ярко освещенную комнату. Пустую.
– Анжела! Ты где?
"Ушла в ночной магазин и не заперла дверь?"– мелькнуло у меня в голове. "Как это неосторожно".
Я повесила в прихожей свой мокрый тренчкот, поставила чемодан и пошла на кухню – сделать себе горячего чаю.
Анжела никуда не уходила. Она лежала на полу, разметав в стороны руки и ноги. Ее длинные светлые волосы намокли от крови. И в этот миг я осознала, что была права, потому что рядом, на стуле, был брошен кожаный плащ…
Pulsuz fraqment bitdi.