Занимался рассвет. Когда стало хоть что-то видно под ногами, ребята отправились в путь. Ни у Майкла, ни у остальных отдохнуть толком не получилось: заснуть в осеннем лесу, не имея даже спальных мешков, отнюдь не просто, куда проще замёрзнуть. Развести же костёр было нельзя по соображениям безопасности – его могли заметить из города.
Майкл не знал, куда идти. Похоже, в мире не осталось безопасных мест. Но стоять на месте тоже не было возможности. Поэтому план «шагать на юг» оставался в силе. Ни у кого других идей не возникло.
Лес вскоре закончился. Впереди простирались голые поля да пара фермерских домов. Слева от горизонта поднимался чёрный дым – там остался город. Вокруг было безлюдно и тихо.
Ребята медленно пошли напрямик. Периодически делали привал, чтобы восстановить силы. Почти не разговаривали по дороге. На небе сгущались тучи. Через какое-то время стал накрапывать дождь. Майкл и компания как раз забрались на пологий холм, где ещё год назад выращивали подсолнечник или кукурузу. Джейкоб предложил свернуть к одному из фермерских домов, чтобы укрыться от дождя. Однако впереди виднелся небольшой городок. После короткого и вялого спора было решено идти туда.
Все, кроме Оливии, держали пистолеты наготове. Впрочем, складывалось впечатление, что они вряд ли понадобятся в ближайшее время: городок выглядел опустевшим. Следов боевых действий, однако, тут не наблюдалось. Скорее всего, жители отправились в соседний город, услышав про инфекцию. Вернуться обратно у них не получилось…
Ребята зашли в единственный в городке супермаркет. Пустые полки, какие-то бумаги и грязь на полу, разбитый кассовый аппарат. В отделе с бытовой химией некоторое количество товара всё же осталось.
Дождь усилился, так что наружу никто не спешил. Томас и Рейчел принялись осматривать всё в надежде найти хоть что-нибудь полезное, Оливия уселась на невысокую подставку для бутылок с газировкой, а Джейкоб нашёл пульт от висевшего за кассами телевизора и включил его. Как выяснилось, электричество сюда всё ещё подавали, да и телевизор работал исправно. Сообщение об инфекции, однако, уже не крутили. По всем каналам опять были, в основном, фильмы. Никаких новостей или рекламы. Джейкоб быстро попереключал каналы, отложил пульт и присоединился к Томасу с Рейчел. Майкл, тоже подошедший к телевизору, взял пульт и переключился на канал, где его заинтересовала какая-то передача. Сразу после первых сообщений о возникших проблемах в эфире транслировали множество телепередач, на которых различные учёные обсуждали ситуацию, предлагали разнообразные объяснения происходящему и что, по их мнению, следует делать. Майкл пересмотрел целую кучу таких передач, но эту, кажется, ещё не видел, хотя она явно была сделана давно. В последнее время никаких телевизионных программ никто уже не выпускал.
– …Так значит, вы утверждаете, что мы в принципе не способны понять, в чём кроется проблема? – уточнил ведущий.
– Не совсем так, – ответил приглашённый гость – очередной учёный, по-видимому. – Я приведу пример для наглядности. Представьте крота. Очень умного крота. Даже гениального, не побоюсь этого слова. Этот крот – не чета обычным безмозглым землеройкам. Он умеет вычислять интегралы в уме лучше любого компьютера. Представили?
– То есть этот ваш крот – что-то вроде Эйнштейна, только крот? – уточнил ведущий.
– Да что там Эйнштейн – этот крот умнее любого человека на Земле! – воскликнул приглашённый гость. – Интеллект у него совсем не крота, а тело – да, тело самого обыкновенного крота. Понимаете, что я имею в виду?
– Думаю, да, – ответил ведущий. – И причём здесь этот ваш крот-гений?
– Сейчас всё станет понятно, – пообещал приглашённый гость. – Этот крот, как и подобает любому порядочному учёному, ведёт наблюдения за окружающим его миром и пытается его понять. Например, он установил, что в одно время почва прогревается до такого-то диапазона температур, а в другое время – охлаждается до такого-то. Также он выявил и более длительные периоды нагрева и охлаждения – времена года. До этого были день и ночь, если вы не догадались. Допустим, крот решил определить, почему происходит нагрев и охлаждение почвы. Как думаете, какую гипотезу он сможет выдвинуть?
– Ну… например, что кто-то этим занимается? – предположил ведущий, немного подумав. – Нагревом и охлаждением, в смысле. Какой-нибудь специальный механизм.
– Бог, вы хотели сказать? – приглашённый гость улыбнулся. – Это была бы первая гипотеза крота-мифотворца. Специальный Бог нагрева почвы. Но наш крот прошёл стадию мифотворчества и пытается мыслить научно. Раз так, то, первым делом, он может предположить, что почва нагревается и охлаждается по простой причине – потому что потому. Например, почему существуют кварки? Потому что потому. Это окончательный ответ на любой научный вопрос. Какая-то причина всегда есть, но на определённом этапе учёные просто перестают её искать. По-другому это можно сформулировать следующим образом: потому что так устроен мир. Предположим, однако, что крот всё же решил не останавливаться и выяснить причину. Он может предположить, что в почве циклически протекают какие-то процессы, например, химические, которые способствуют её нагреву и охлаждению. Назовём такого крота современным учёным. Потом поймёте, почему.
– Может, сразу скажете? – встрял ведущий.
– Всему своё время, – приглашённый гость опять улыбнулся. – Так вот, крот может пойти дальше. Он может совершить ряд экспедиций из почвы на поверхность и выяснить, что, во-первых, ближе к поверхности эффект сильнее, а, во-вторых, на поверхности вместе с нагревом почвы нагреву подвергается он сам – иногда слабее, иногда сильнее. От облачности зависит, если не догадались. Таким образом, крот поймёт, что источник нагрева почвы находится за её пределами. Где-то над поверхностью. И крот будет чертовски прав. Однако сможет ли он понять, что именно нагревает почву?
– Хм… Солнце? – предположил ведущий.
– Это вы догадались, в вас я и не сомневался, – в голосе приглашённого гостя чувствовался сарказм. – Но крот не знает о существовании Солнца, он ведь слепой! Каким образом он сможет понять, что Солнце существует? Только по косвенным признакам, таким как нагревание почвы. При этом о самом Солнце, например, о его массе или расстоянии до Земли, крот не узнает ровным счётом ничего. Он может выдвинуть гипотезу, что источник нагрева почвы имеет такие-то свойства, но это будет просто гипотеза, крот никогда её не докажет. Как и никогда не узнает о том, что на небе великое множество других звёзд, кроме Солнца – эффекта от их присутствия он не сможет ощутить. Чтобы узнать о них, кроту сначала придётся научиться видеть – сделать себе искусственные глаза и преобразовывать поступающую от них информацию во что-то понятное – в ощущения или звуки. Точно так же учёные, например, преобразуют рентгеновское изображение с телескопов в видимый диапазон. Пока же крот не научился видеть, он будет пребывать в неведении. Если погаснут все звёзды, кроме Солнца, крот ничего об этом не узнает. А что он подумает, если почва вдруг перестанет нагреваться?
– Что Солнца больше нет?
– Это один из вариантов. На самом деле, причина может быть в изменении климата и сильной облачности. Кроме того, Солнце может быть чем-то загорожено. Над участком, где живёт крот, возвели непрозрачный навес, к примеру, – вот и всё. Крот не сможет найти причину, если она находится не в самой почве – он не умеет ни видеть, ни летать. Понимаете, к чему я веду?
– Пока не очень, – честно признался ведущий.
– Большинство современных учёных ищет причину внезапного бесплодия всего живого здесь, на Земле. Анализируя ДНК и тому подобное. Поэтому я и назвал крота, который думает, что причина нагрева почвы в самой почве, современным учёным. Они ищут причину там, где могут. Там, куда у них есть доступ. Но причины там нет. ДНК всех многоклеточных организмов не могло измениться в одночасье. Это абсурд. А если бы изменилось, учёные это быстро бы обнаружили. Дальнейшие поиски тут не нужны. На самом деле, это довольно очевидно – что причина бесплодия кроется не на Земле. По крайней мере, не там, где её можно увидеть. Небольшая часть учёных открыто об этом заявляет и пытается выявить какие-либо внешние воздействия на планету в целом, например, магнитные бури и тому подобное. Эти учёные подобны кроту, совершавшему экспедиции на поверхность. Они выдвигают гипотезы, но настоящую причину найти не в состоянии.
– Но ведь учёные-то видеть умеют! – возразил ведущий.
– Видеть отражённые фотоны в определённом диапазоне длин их волн, конечно, намного лучше, чем не видеть ничего. Однако органы чувств человека точно так же ограниченны. Современной науке просто не известны какие-то фундаментальные законы и взаимодействия, на уровне которых находится причина бесплодия. Я не отрицаю, что учёные могли бы о них узнать – как крот мог бы научиться видеть. Но сейчас это находится за пределами наших скромных познаний о мире, в котором мы живём.
– Так что вы предлагаете?
– А что тут можно предложить? Продолжать исследования, отбросив наши представления о законах воспроизведения жизни. Ну, и надеяться, что всё прекратится так же внезапно, как и началось.
– Что ж, на это мы и будем надеяться! Напомню: с нами был доктор Жозеф Баррели, профессор Гарвардского университета.
Передача закончилась. Майкл задумался ненадолго, опомнился и выключил телевизор. Включать его вообще было рискованно: звуки могли привлечь сюда не самых благочестивых личностей, если те находились поблизости. То, что городок выглядел пустынным, ещё не означало, что это действительно так. Впрочем, снаружи шумел дождь, а телевизор был настроен на низкую громкость, так что вряд ли кто-то мог его услышать.
Майкл присоединился к исследованию супермаркета. Через какое-то время всё внутри было осмотрено. Единственным, кто нашёл хоть что-то полезное, оказался Томас, вытащивший из-под прилавка с детскими игрушками бутылку кукурузного масла.
Дождь вскоре прекратился. Оливия предложила остаться в городке, чтобы отдохнуть. Все испытывали сильную усталость, а потому спорить никто не стал. Вопрос был лишь в месте для отдыха. Супермаркет быстро отмели. В городке, кроме частных домов, имелось несколько трёхэтажных, часть из которых была жилой. В одном из них и решили остановиться. Долго выбирать никто не собирался, ребята вошли в ближайший к супермаркету. Поднялись на третий этаж – он казался безопасней, поскольку проходящему мимо сложно было заглянуть в окно и, соответственно, пролезть внутрь через него. Рейчел собралась, было, в очередной раз взломать замок первой попавшейся двери, но Майкл осторожно дёрнул ручку противоположной, и та открылась. Переглянувшись, все подождали немного, но вокруг по-прежнему было тихо. Майкл первым вошёл внутрь, держа пистолет наготове. Остальные последовали за ним.
Осмотр квартиры не занял много времени. Внутри никого не было. Ничего съедобного также найти не удалось. Видимо, хозяева ушли отсюда, забыв запереть дверь. Быть может, они её принципиально не запирали. В любом случае, сейчас квартира, где нет еды, не представляла особой ценности.
Как только выяснилось, что в квартире нет жильцов, Томас поспешил запереть дверь изнутри. Конечно, это не давало никаких гарантий безопасности – если городок решат зачистить снарядами объёмного взрыва, запертая дверь ничего не изменит, всех внутри убьёт практически мгновенно. И всё же, это было лучше, чем ничего.
Оливия, долго не думая, сняла рюкзак, плюхнулась на диван в гостиной и уснула. Джейкоб осторожно разложил диван, в процессе чего девушка даже не проснулась, и прилёг рядом с ней. Рейчел и Томас разбрелись по спальням, которых в этой немаленькой квартире было две. Майкл же, несмотря на усталость, почему-то не хотел спать. Он остался в гостиной и уселся в кресло.
За окном вновь полил дождь. Майклу вдруг стало невыносимо тоскливо. Он не видел никакого просвета в будущем, а о последних событиях хотелось забыть навсегда. В довершение ко всему, каждая мышца в теле болела, напоминая о недавних перегрузках.
Майкл думал о родителях, о том, как хорошо ему жилось с ними до этой проклятой проблемы бесплодия и как он этого не замечал. Жутко захотелось заплакать, но он сдержался. Он ведь обещал, что не заплачет. И что не сдастся. Между тем, перспектива безболезненно умереть казалась сейчас заманчивой, как никогда. Он знал немало людей в своём родном городе, которые за последние несколько месяцев покончили с собой. Число самоубийств вообще резко возросло по всему миру. Но нет, он будет пытаться выжить до последнего. Он обещал.
Глядя на унылый пейзаж за окном, Майкл принялся размышлять. О том, как подольше оставаться в живых и что для этого нужно. О плане первоочередных действий. А также о кроте и звёздах. Неужели люди так и вымрут, не узнав о том, что их погубило? Неужели они, как тот крот, не способны увидеть причину? Нет, так быть не должно! Это несправедливо! Должен быть способ найти причину и ликвидировать её. Обязан быть. Иначе все достижения человечества, весь процесс эволюции на Земле – всё было напрасно.
За размышлениями Майкл не заметил, как постепенно погрузился в сон. Ему в третий раз снилась одна и та же классная комната. Теперь, однако, он был ещё старше, как и окружающие его ученики. Возле интерактивной доски стоял взрослый мужчина – или, по крайней мере, некто, отдалённо напоминающий взрослого мужчину. Он поприветствовал класс, ученики хором приветствовали его в ответ.
– Сегодня мы поговорим с вами об одном из важнейших феноменов нашего мира – так называемых «лучах жизни», – начал некто, напоминающий взрослого мужчину. По-видимому, он был лектором. – Вы уже слышали про них в младших классах, сейчас же мы рассмотрим их подробней. Лучи жизни представляют собой направленные потоки стерильных нейтрино. Как известно, данный аромат нейтрино способен вступать лишь в гравитационное и лидрноктр-взаимодействия. Именно последнему лучи жизни и обязаны своим названием. Благодаря нему все многоклеточные формы жизни получают необходимую для своего развития информацию. Установлено, что одноклеточные организмы также получают некоторую информацию от лучей жизни, но куда меньшего объёма.
На интерактивной доске появилось изображение молекулы ДНК.
– Как происходит передача необходимой для жизни информации? – продолжал лектор. – Стерильные нейтрино вступают в лидрноктр-взаимодействие с молекулами ДНК. Согласно данным последних экспериментов, рассматриваемое взаимодействие имеет радиус воздействия порядка нескольких сантиметров, что ставит его как бы посредине всех известных фундаментальных взаимодействий. Каждое отдельно взятое стерильное нейтрино обладает определённым уровнем энергии, в значениях которого и закодирована передаваемая информация. В зависимости от набора генов, ДНК воспринимает свой собственный диапазон энергий. У разных видов он различен. Однако существует и общий диапазон, информацию из которого воспринимают все живые организмы без исключения. Таким образом, отдельно взятое стерильное нейтрино может либо передать отдельно взятой молекуле ДНК от одного бита до нескольких байт информации, либо не передать ничего. Передаваемая таким образом информация сохраняется во временной нейтринной памяти, которой обладает ДНК, и необходима для процесса деления клеток. Все вы знаете, что чаще всего при делении из одной родительской клетки получается две дочерних, которые полностью идентичны родительской. Однако в процессе развития многоклеточного организма из эмбриона до особи, способной функционировать самостоятельно, из одного единственного вида клеток получается множество других, причём клетки образуют сложные структуры, позволяющие организму функционировать как единое целое.
На интерактивной доске воспроизводилось видео деления клеток, сменившееся ускоренным развитием какого-то странного зверька – от эмбриона до детёныша.
– Сама по себе молекула ДНК не может содержать всей необходимой для развития живого существа информации, особенно такого сложного, как мы с вами, – рассказывал лектор. – Действительно, объём информации, закодированной нуклеотидами, строго ограничен и совершенно не коррелирует со сложностью живого организма. Так, некоторые простейшие имеют в составе ДНК в несколько десятков раз больше пар нуклеотидов, чем высшие млекопитающие. Кроме того, в головном мозге число синапсов измеряется сотнями триллионов, а поэтому информация о его структуре не может быть записана в одной молекуле, содержащейся в нём самом пару сотен миллиардов раз. Это логически абсурдно. Тем не менее, как вы знаете из уроков истории, вплоть до открытия лучей жизни среди учёных преобладало мнение, что ДНК является автономной и самодостаточной. Теперь мы знаем, что это не так. По сути, ДНК служит нейтринным приёмником, каждую секунду считывающим определённую информацию с некоторого числа стерильных нейтрино – от одного-двух до нескольких десятков миллионов. Безусловно, в самой ДНК также хранится некоторая генетическая информация, но в первую очередь – информация о том, как воспринимать лучи жизни и как управлять процессом развития организма под их руководством. Без влияния лучей жизни оплодотворённая яйцеклетка просто не сможет начать процесс деления. Полностью сформировавшийся многоклеточный организм, однако, способен жить и без них – по крайней мере, достаточно длительное время.
Лектор сделал небольшую паузу и заговорил вновь:
– Откуда же берутся лучи жизни? Современные учёные считают, что их источник находится в центре нашей галактики. Звёзды воспринимают исходящие от него лучи жизни, усиливают и ретранслируют определённую их часть.
На интерактивной доске появилось изображение Млечного пути. Из его центра разлетелось множество стрелок, каждая из которых остановилась в какой-то точке, а потом из этих точек разлетелись новые стрелки. Лектор, между тем, продолжал:
– Но не только звёзды обрушивают на нас потоки стерильных нейтрино. Нет, лучи жизни испускает каждое живое существо. Конечно, в несравнимо меньших масштабах и на других диапазонах энергии. Благодаря этому обеспечивается обратная связь. Звёзды, таким образом, тоже воспринимают информацию, передаваемую стерильными нейтрино, поэтому некоторые говорят о том, что следует считать их особой формой жизни. Конечно, официальная наука такую точку зрения не разделяет. Впрочем, я отвлёкся. Звёзды передают излучаемую живыми существами их системы информацию в центр галактики. Сравнительно недавно учёными был проведён ряд интересных экспериментов над фруктовыми мушками, который позволил установить, что скорость обратной нейтринной связи на несколько порядков выше скорости света, тогда как скорость самих нейтрино равна ей. Однозначного объяснения этому феномену ещё не найдено. Наиболее вероятными выглядят две гипотезы: либо звёзды обмениваются информацией с центром галактики посредством нейтринной нуль-энкстронт-телепортации, экспериментального подтверждения существования которой ещё не получено, либо внутри каждой звезды существует кротовая нора, что так же не имеет экспериментальных доказательств.
Лектор сделал ещё одну паузу и продолжил:
– Важно другое. С открытием лучей жизни было установлено, что жизнь является не какой-то случайностью или аномалией, а фундаментальным свойством нашего мира – по крайней мере, нашей галактики. Все живые существа связаны единой нейтринной сетью, передающей колоссальные объёмы информации. Некоторые видят в этом следы разумного замысла, но учёные уверены, что это не более странно, чем законы гравитации. Возможно, галактики также имеют между собой какую-то связь. В области изучения лучей жизни осталось ещё много нераскрытых тайн, и, быть может, кто-то из вас однажды прольёт свет на какую-то из них.
Майкл проснулся. Уже была ночь. Он, как это ни странно, помнил приснившуюся ему лекцию слово в слово. В первые мгновения ему казалось, что это была самая важная лекция в его жизни. Вот он – ответ! Во всём виноваты лучи жизни! Точнее, их отсутствие. Это же очевидно: без них размножение многоклеточных организмов невозможно, значит, по какой-то причине они перестали поступать на Землю. Теперь осталось лишь найти эту причину и ликвидировать её!..
«Стоп, – сказал Майкл самому себе. – Это ведь был просто сон, а не какое-то божественное откровение. Мой собственный мозг сгенерировал всю эту чушь, которой я только что восторгался. Какие ещё лучи жизни?!».
«Но как? – мысленно возразил себе Майкл. – Как мой мозг мог такое сгенерировать? Даже бодрствуя, я бы никогда до такого не додумался!».
«Всё бывает в первый раз, – Майкл нашёл убедительный аргумент. – На этот сон меня подтолкнула передача с профессором из Гарварда. Мол, учёные должны пересмотреть законы воспроизведения жизни. Вот я их за них и пересмотрел. Во сне. На самом же деле, ничего пересмотреть я не мог, я же не разбираюсь в генетике! И вообще, учёные ведь расшифровали ДНК человека! Значит, они знают, что за что отвечает, как знают и то, что вся необходимая для воспроизведения организма информация содержится в самой ДНК!».
«Нужно подумать, – Майкл напряг свой мыслительный процесс до предела. – Да, учёные расшифровали ДНК, но что это означает на самом деле?.. Учёные знают, как вырастить искусственный мозг с заданными свойствами? Нет. Но ведь информация об этом, якобы, содержится в ДНК… Значит, они расшифровали лишь что-то, саму структуру ДНК, к примеру, но никак не саму информацию. Или же этой информации там просто нет. Как мне и приснилось…».
«Я не могу быть умнее учёных генетиков, – нашёл очередной контраргумент для собственных рассуждений Майкл. – А все сны генерируются работой головного мозга. Это доказанный учёными факт. Таким образом, всё, что мне приснилось, – просто бред. Чёрт, рассказать бы об этом настоящему генетику! Он раскатал бы всю эту теорию с лучами жизни в два счёта!».
«А может, и нет, – усомнился Майкл. – Я хоть и не умнее учёных, но озарение может случиться у каждого. Что учёные знают про стерильные нейтрино? Хм, по-моему, почти ничего. Ну, они точно не знают про линд… как его? Чёрт, неважно. Мой мозг не перевёл из выступления того гуманоида только два слова. Значит, скорее всего, перевода для них просто нет… Хм, перевода? Да не может это быть обычным сном, чёрт подери! Или я свихнулся, или… не знаю. Но это был не обычный сон! Фундаментальных взаимодействий только четыре… кажется? Гравитационное, сильное, слабое, электромагнитное… Хм, было ещё что-то, связанное с бозоном Хиггса. Но не с ДНК – это точно! И не с нейтрино. А если это, пятое (или шестое?) фундаментальное взаимодействие действительно существует и учёные ничего про него не знают, то они – как крот из передачи. Они не смогут узнать, как на самом деле работает ДНК, пока не узнают про это взаимодействие… Что бы они, интересно, сказали, если бы внезапно исчезла гравитация? Если бы остались в живых, конечно? Да, тела, обладающие массой, притягиваются друг к другу, но почему? Опять бозон Хиггса? Допустим. А почему он так работает? Потому что потому. Тот профессор всё объяснил. Всегда есть какая-то причина, лежащая на более глубоком уровне, чем тот, что изучен в данный момент. То же и с ДНК. То же со всем. Тебе может казаться, что ты всё понимаешь, но, на самом деле, ты не понимаешь ничего. Ха, ещё Сократ это понял!.. Но что же делать?..».
От размышлений Майкла отвлёк звук мотора, донесшийся с улицы. Кто-то на чём-то тяжёлом подъехал прямо к дому, где расположились ребята, и остановился. Майкл очень аккуратно, стараясь не дышать, сполз с кресла, подкрался к окну и чуть заглянул в него. Дождь уже закончился. Перед домом стоял БТР, рядом с ним несколько военных осматривались с помощью специальных биноклей. Майкл тут же спрятался за стеной. Вокруг, как назло, было чертовски тихо. Если кто-то из его друзей вскрикнет, скажет что-нибудь или просто неудачно повернётся во сне, их могут услышать. И тогда им всем конец…
Pulsuz fraqment bitdi.