Элли вспомнила маленького Андрея, вспомнила развод его родителей, и ей стало только хуже. Она продолжила летать по Форуму, но избавиться от тоски никак не получалось. В конце концов, она остановилась и крепко задумалась, что именно её гложет. Чувство вины за смерть Насти? Или за Андрея, который большую часть времени ощущал себя счастливым лишь потому, что жил в мире грёз? Возможно. Но было что-то ещё. Сосредоточившись, Элли словно просеяла свои мысли сквозь сито, отделяющее причины от следствий, и сформулировала вопрос: «Зачем вообще всё это?».
Обычно Элли не очень-то задумывалась над смыслом человеческой жизни. Она просто сводила его к достижению счастья, заведению семьи и потомства. Смысл же жизни ангелов сводился к помощи своим подопечным во всём этом. Но сейчас, задумавшись, Элли засомневалась, что всё именно так. Земля не очень-то напоминала счастливое место, а в некоторых людях было столько зла, что сделать их счастливыми могли лишь боль и страдания других. А в чём смысл потомства? Чтобы жизнь продолжалась, как бесконечный телевизионный сериал? Получается, смысл жизни в ней самой? Но это же бессмысленно! А что до ангелов – если они лишь помощники в чём-то бессмысленном, то и они сами лишены смысла…
Размышляя, Элли представила чайник. Представила, что этот чайник осознаёт себя как личность. Что он может подумать насчёт смысла своего существования? Наверное, всё что угодно. Например, что его смысл в том, чтобы пылиться на полке. Или в том, чтобы как можно дольше не заржаветь. А может, в том, чтобы наоборот, как можно быстрее распасться на атомы. Или в том, чтобы хранить в себе воду, не давая ей испаряться. Или в прославлении своего создателя, которого чайник никогда не встречал, тем или иным способом – например, усердными молитвами или разборкой на детали «неверных» чайников… Лишь создатель чайника знает, зачем он его создал. И, не поговорив с создателем, чайнику никогда не узнать смысла своего появления на свет. Но люди не знают своего создателя и не могут с ним поговорить. И ангелы в этом ничуть не отличаются от людей…
Элли знала, что люди порой думают над смыслом своей жизни и не находят его. В результате этого они погружаются в экзистенциальную пустоту. И не только те из них, кто любит пофилософствовать – экзистенциальная пустота часто охватывала даже тех, кто не ведает значения слова «экзистенциальный». По мнению Элли, именно экзистенциальная пустота была ответственна за большую часть глупостей, совершаемых человечеством. Именно из-за неё люди заканчивали жизнь самоубийством, вступали в секты, совершали жертвоприношения, строили гигантские статуи и усыпальницы, делали татуировки и пирсинг… А сейчас экзистенциальная пустота охватила саму Элли. И Элли понимала, что от этой пустоты необходимо избавиться.
Долго не рассуждая, Элли полетела с Форума во дворец Полли. Хозяйка, как обычно, была дома.
– Привет! – поздоровалась Элли и сразу же огорошила подругу вопросом: – Слушай, ты задумывалась над тем, зачем мы живём?
– Э-э… – Полли слегка «зависла». – Затем, чтобы получать от жизни удовольствие. Тебе так не кажется?
– Удовольствие? – переспросила Элли.
– Ну да. Мне вот нравится создавать вещи с оригинальным дизайном, и я этим занимаюсь.
Призадумавшись, Элли взлетела на открытую террасу, с которой открывался неплохой вид на окрестности. Полли отложила в сторону настольную лампу, напоминающую хвост павлина, и тоже взлетела на террасу, приземлившись рядом с Элли.
– Ты какая-то грустная, – заметила она. – Что-то случилось?
– Да ничего особенного, – Элли пожала плечами. – Просто… а что, если от жизни не удается получать никакого удовольствия?
– Значит, надо стремиться к тому, чтобы удавалось, – ответила Полли. – У нас для этого все возможности есть. Делай, что хочешь, будь, кем хочешь! Если бы демоны временами не набегали, был бы вообще рай!
– Может быть, – Элли смотрела на далёкие горы, тонущие в облачной дымке. – Но мне кажется, смысл жизни не может заключаться лишь в получении удовольствия.
– Почему нет?
– Удовольствия сиюминутны, мимолётны. Получал ты их, не получал, от твоего пребывания в этом мире всё равно не останется и следа…
– Значит, ты думаешь, что смысл в том, чтобы оставить свой след в истории? – уточнила Полли. – Мне нравится ход твоих мыслей! След в истории – это хорошо. Поставь себе цель войти в Верховный совет и иди к ней!
– В Верховный совет не берут ангелов вроде меня, – Элли усмехнулась. – Его состав не менялся уже много столетий.
– Всё когда-нибудь меняется, – возразила Полли. – Но след в истории можно оставить, и не входя в Верховный совет. А вообще, у тебя, по-моему, кризис среднего возраста. Рановато будет.
– Я просто подумала, что мне никогда не узнать, в чём на самом деле состоит смысл наших жизней, – сказала Элли, рассматривая свои ладони. – Возможно, правда в том, что его просто нет.
– Эй, ты чего запечалилась! – воскликнула Полли. – Смысл всегда есть, если ты веришь в него!
– Вера не может изменить реальность, – тихо промолвила Элли. Её руки исчезли, а через секунду появились вновь. – Нас и самих считай, что нет. Всё вокруг – иллюзия и обман. Мы – лишь призраки, бродящие во мгле…
Полли собралась, было, возразить, но Элли улетела прочь. Поглядев ей вслед, Полли вздохнула, пробормотала себе под нос «Молодая ещё» и вернулась к лампе, напоминающей хвост павлина.
Элли летала какое-то время по Небесам, подгружённая в размышления. А потом она сделала, пожалуй, самый опрометчивый поступок за всю свою жизнь – спустилась в Преисподнюю.
У ангелов не было никакого закона, запрещающего наведываться к демонам в гости. Постановлением Верховного совета строжайше запрещалось лишь вести боевые действия на территории Преисподней без соответствующей санкции. Однако и без запрета ангелы не стремились встречаться с демонами на их земле – это было чрезвычайно опасно. Демоны тоже крайне редко возносились на Небеса – по той же причине. Исключения составляли массированные вторжения, которых не было со времён Второй мировой войны.
Элли спустилась в Преисподнюю не за тем, чтобы драться, и поэтому ничего не нарушила. Ей хотелось поговорить с кем-нибудь из демонов, спросить, зачем ведётся эта бесконечная война, в чём вообще смысл всего этого. Она не надеялась, что кто-нибудь сможет ей внятно ответить, но она и так знала, что думают на этот счёт ангелы, а вот с демонами ей ни разу не довелось нормально пообщаться. Обычно они либо испускали оскорбления и желчь, либо сразу затевали драку. Однако это происходило на Земле. Возможно, увидев её в Преисподней, они настолько удивятся её наглости, что снизойдут до диалога.
Ангелы не могут так свободно перемещаться по землям демонов, как по Небесам. Верно и обратное. Спустившись в Преисподнюю, Элли очутилась в той её части, которая представляла собой бескрайнюю безжизненную пустыню. Это были приграничные земли, пробраться сразу поближе к основным территориям Элли не могла физически. Когда она вместе с другими ангелами участвовала в налёте на Преисподнюю более ста лет назад, они продвигались другим путём, который был намного темнее, с лавой и всякой дикой жутью. Здесь же было даже больше света, чем обычно бывает на Небесах. Палящее солнце стояло в зените, от раскалённой бледно-жёлтой потрескавшейся земли поднималось дрожащее марево. Пустыня простиралась до самого горизонта, на котором виднелись далёкие каменистые горы. Небо над головой было тёмно-синим, почти космическим, становясь светлым лишь к горизонту, словно атмосфера тут в несколько раз тоньше земной. И вокруг не было ни одного демона.
Внимательно осмотревшись, Элли заметила вдалеке какие-то строения и полетела к ним. Вскоре она приземлилась у окраины небольшого города. Одноэтажные и двухэтажные дома в американском фермерском стиле, деревянные постройки в духе Дикого Запада и невысокие кирпичные строения современной архитектуры чередовались друг с другом. В городе стояла тишина, нарушаемая лишь редким потрескиванием раскалённых камней и случайным дуновением ветра, от которого поскрипывали оконные ставни и незапертые двери.
Элли пошла по улице, осматриваясь и ожидая увидеть демонов в любой момент. Она слышала россказни других ангелов о том, что у архангелов есть система, позволяющая моментально обнаружить появление любого демона на Небесах. Пусть сами архангелы об этом и не говорили, но не бывает дыма без огня. А раз у ангельского руководства есть такие возможности, что-то подобное должно быть и у старших демонов. Если так, то её появление не осталось незамеченным. И кого-нибудь наверняка отправят посмотреть, что она тут делает.
Дома выглядели так, словно несколько лет назад здесь жили люди, но потом все куда-то делись. Вокруг вообще не наблюдалось каких-либо признаков жизни: ни травинки, ни насекомого, ни хотя бы стервятника в небе. Элли миновала несколько кварталов и остановилась у детской площадки. Качели медленно раскачивались от ветра, который то налетал резким порывом, то полностью стихал. Деревянная лошадка на металлической пружине стояла неподвижно, покрывающий её лак растрескался от жары. Глядя на эту лошадку, Элли почти физически ощутила тоску и одиночество, пронизавшие это место. Здесь было больше пустоты и смерти, чем в морге или на кладбище. «Как странно, – подумала Элли. – Я бы предпочла просто умереть, чем остаться здесь навсегда». Тут она вспомнила про Андрея. «А он ведь тоже одинок, – промелькнула у неё мысль. – Почти как я сейчас. Почти: единственное живое существо, которому он нужен – его кот…».
Демоны до сих пор не показались. Элли, конечно, могла углубиться в их земли и очень скоро обязательно наткнулась бы на пару-другую. Но, во-первых, чем дальше бы она забралась, тем сложнее было бы вернуться – она, скорее всего, угодила бы в ловушку. Ну а во-вторых, ей расхотелось с ними встречаться. Наверное, это место подействовало на неё отрезвляюще. Так или иначе, но она сначала вернулась на Небеса, а потом перенеслась на Землю к своему подопечному.
Уже наступил вечер. Андрей как раз включил очередной фильм и сидел на диване с куском пиццы в руке, глядя в экран. Кот Нео примостился рядом и поглядывал на пиццу, словно размышляя, стоит ли стянуть кусочек. Элли села с другой стороны от Андрея и присоединилась к просмотру. Этот фильм она ещё не видела, а ей всегда нравилось посмотреть что-нибудь новенькое. Мучавший её вопрос так и оставался без ответа, просто сейчас она перестала о нём думать, как и люди перестают думать о подобном, чтобы не сойти с ума.
Ночью Элли решила явиться Андрею во сне. Она осталась в своём любимом образе и не слишком заморачивалась с окружающей обстановкой. Как результат, в создании этой обстановки частично поучаствовал мозг Андрея, и она приняла вид ухоженного зелёного парка, смешанного с длинным университетским коридором, который начинался прямо в парке, на земле, но из окон которого открывался вид, как с третьего этажа.
Андрей сидел на лавочке и смотрел на проходящих мимо людей, большинство из которых в упор не замечали расположенный поблизости вход в коридор, а некоторые выходили из этого коридора в парк и возвращались обратно.
– Привет! – поздоровалась Элли, появившись напротив Андрея.
– О, Элли! Привет! – Андрей поднял на неё глаза и улыбнулся. – Я ждал тебя.
– Неужели? – Элли тоже улыбнулась.
– Ну да, я ждал, что ты придёшь.
– Теперь у меня появился персональный ждун! – пошутила Элли и села на лавочку рядом с Андреем.
– Надеюсь, я хоть немного посимпатичней оригинального ждуна, – пошутил Андрей в ответ.
– Ты чего, он же такая лапочка! – Элли ухмыльнулась.
– Тебе нравятся морские слоны или личинки? – весело поинтересовался Андрей.
– Да я вообще животных люблю!
Андрей ничего не ответил. Он вновь принялся разглядывать прохожих, которых постепенно становилось меньше. Элли тоже переключилась на созерцание окрестностей. Её не смущало затянувшееся молчание. Наоборот, оно приносило некоторое успокоение. Элли было достаточно просто находиться рядом с Андреем, чтобы чувствовать себя путешественником, вернувшимся после долгого пути домой. Именно поэтому она и пришла в его сон – с точки зрения накопления энергии сейчас это было абсолютно бессмысленно.
Через некоторое время Элли взглянула на Андрея, и ей показалось, что он хочет что-то сказать, но не может решиться. Он часто бывал в таком состоянии, когда общался с девушками. Элли решила, было, спросить, что его беспокоит, но передумала. Вместо этого она задала вопрос, который беспокоил её саму:
– Слушай, ты думал над тем, зачем мы живём?
– Хм, ты имеешь в виду, в чём заключается смысл жизни? – уточнил Андрей.
– Да.
– Сорок два.
Элли прыснула со смеху и, постаравшись придать своему голосу серьёзность, спросила:
– А если подумать над вопросом меньше семи с половиной миллионов лет и дать менее пространный ответ?
– Хм, тогда я, пожалуй, не знаю, – Андрей пожал плечами.
– И даже предположений никаких нет?
– Ну… – Андрей призадумался. – Вообще, вопрос о смысле в определённом смысле лишён смысла.
– Э-э… чего?
– Я имею в виду, что смысл – субъективное понятие. Как хороший и плохой. Люди придумали вопрос о смысле из-за одного из идолов ума, как он там называется… А, неважно. Короче, малыш спрашивает маму: собачка хорошая, а волк плохой? Или по-другому: воробей полезный, а гусеница вредная? В объективной реальности нет понятий о том, что хорошо, что полезно, а что осмысленно. Эти понятия нуждаются в конкретном субъекте. Поэтому вопрос о том, в чём смысл человеческой жизни, на самом деле некорректен по определению. Его нужно уточнять, например: в чём смысл человеческой жизни для кошек? Ответ довольно прост: в том, чтобы добывать еду и чесать за ушком. Понимаешь, что я имею в виду?
– Боюсь, что да, – удивлённое выражение на лице Элли медленно сменилось широкой улыбкой. – Получается, правильного ответа тут просто нет?
– Именно. Чтобы получить правильный ответ, нужно задать правильный вопрос. Поэтому: для кого конкретно тебя интересует смысл жизни человека?
– Знаешь… – Элли задумалась. – Я полагаю… Да, когда спрашивают о смысле жизни, имеют в виду смысл человеческой жизни для Бога.
– Наверное, – задумчиво согласился Андрей. – Но тут сначала нужно ответить на другой вопрос: существует ли Бог?
– Ха, действительно!
– И тут есть два варианта, – продолжил рассуждать Андрей. – Первый: Бог не существует. Тогда вопрос начисто лишён смысла, и люди сами должны решить, зачем им жить. Второй: Бог существует. В этом случае он наверняка заложил в людей какой-то смысл. Однако и в этом случае люди не могут поговорить с Богом. Раз так, то Бог определённо не стремился к тому, чтобы все люди чётко выполняли конкретную цель, иначе он дал бы чёткие инструкции, и, возможно, периодически напоминал бы о выполнении этой цели, иногда крича в ухо вместо будильника. Ну а раз этого не происходит, то Бог не против того, чтобы люди сами находили для себя смысл своего существования. Возможно, найти смысл – и есть смысл существования людей для Бога.
– Логично, – после небольшой паузы откликнулась Элли. – Даже более чем логично! Ты – самый крутой философ из всех, что я знаю!
– Должно быть, ты знаешь очень мало философов, – отмахнулся Андрей. – Я просто начитался всякой мути и умею рассуждать, не более.
– Ты просто скромничаешь! – весело заявила Элли. – В любом случае, ты останешься самым крутым философом конкретно для меня! Это будет моё субъективное мнение!
– Ну, раз ты обо мне такого высокого мнения… – Андрей улыбнулся и, точно набравшись храбрости, продолжил: – …то у меня есть для тебя подарок.
Осмотревшись и обнаружив, что поблизости нет ни одного прохожего, он полез в карман и достал оттуда золотое кольцо с изумрудом. Увидев кольцо, Элли непроизвольно подскочила на ноги от неожиданности.
– Без паники! – воскликнул Андрей. – Это всего лишь кольцо!
– Но, получается, это ведь значит, что… – Элли в растерянности перевела взгляд с кольца на Андрея.
– Понимаешь, мне просто очень захотелось сделать тебе подарок, который бы означал… – Андрей замялся и тоже поднялся на ноги. – Послушай… у меня никого не осталось. Все или умерли, или ушли, или очень далеко. Все, кроме тебя. Не знаю, зачем я тебе нужен… Для меня это неважно. Думаю, ты существуешь и вне моей головы, поэтому я хочу подарить тебе это кольцо как знак того, что ты мне нужна и что я прошу тебя остаться. Если оно тебе не нравится или надоест, можешь не брать или потом выбросить – я не обижусь, честно. И я не прошу тебя делать что-либо особенное… Просто не уходи, ладно?
Элли посмотрела на Андрея, потом на кольцо, которое он держал в руке, потом опять на Андрея. Она подумала, что если была бы человеком, то наверняка расплакалась бы. Но ангелы не умеют плакать. Поэтому Элли просто взяла кольцо.
– Красивое, – сказала она, повертев кольцо перед лицом, а потом, долго не размышляя, надела украшение на безымянный палец правой руки. – Спасибо.
Подняв глаза на Андрея, Элли подлетела к нему и крепко обняла его, а он обнял её в ответ.
– Я никуда не уйду, обещаю, – тихо промолвила Элли, уткнувшись Андрею в плечо. На этом сон закончился.
Элли оставила кольцо красоваться на пальце, хотя до этого никогда не использовала ювелирные украшения в качестве деталей своего облика. Строго говоря, она и сейчас осталась верна себе – кольцо сделал Андрей. Вскоре она обнаружила, что это кольцо оказалось куда долговечней, чем она ожидала – с ним ничего не произошло, даже когда Андрей проснулся. Обычно люди были не способны создать на Небесах что-нибудь со сроком жизни, превышающим продолжительность сновидений. А это кольцо вело себя так, будто его сделал кто-то из ангелов. И кто-то искусный, вроде Полли – кольцо выглядело до подозрительности настоящим.
Сейчас от былой тоски не осталась и следа – Элли чувствовала себя почти счастливой. Вопрос о смысле жизни перестал её волновать, ей хотелось просто жить. Она полетела к Полли в гости и как раз застала её возвращающейся от подопечной.
– Как дела у Дайаны? – поинтересовалась Элли.
– Да всё как обычно, – отмахнулась Полли. – Лучше расскажи, как у тебя дела! Продолжаешь грустить из-за иллюзорности мира?
– Да нет, я смирилась, наверное, – Элли улыбнулась.
– И правильно! – одобрила Полли. – Как говорится: не можешь изменить ситуацию – измени своё отношение к ней!
– Ну да, – Элли подняла правую руку ладонью к лицу. – Посмотри, что мне Андрей подарил!
– Ого! – Полли подлетела поближе и с удивлением уставилась на кольцо. – Он сейчас спит, да?
– Уже нет.
– Любопытно, однако… Очень хорошая работа. Должно быть, это переизбыток мозгов сказался… Подожди, он тебе что, предложение сделал?!
– Да нет, просто кольцо подарил! – торопливо ответила Элли.
– Ну как же, просто, – Полли расплылась в понимающей улыбке. – Ишь до чего активная работа с подопечным доводит!
– Всё совсем не так! – смущённо воскликнула Элли.
– Да тут ничего такого и нет, не переживай, – Полли похлопала её по плечу. – Если клиент на тебя запал – выработка энергии гарантированна, так что продолжай в том же духе!
– Я не хочу, чтобы он на меня западал! Ему нужно найти настоящую девушку!
– Так одно другому не мешает, – усмехнулась Полли. – Найдёт он себе материальную дамочку, не волнуйся. А когда найдёт, – Полли понизила голос и заговорщически подмигнула, – то ничего не изменится – адюльтер во сне за адюльтер не считается!
– Блин! – Элли рассмеялась. – Я бы подумала над организацией эротических снов, но я и так с планом справляюсь, спасибо!
– Главное – иметь возможность, а пользоваться ей или нет – второй вопрос, – авторитетно заявила Полли.
– Буду иметь в виду.
– Кстати, я совсем не удивлена, что Андрей хочет тебя в жёны, – заметила Полли. – Помнишь, ты рассказывала, как за него сражалась? Любой бы захотел тебя в жёны после такого!
– Он об этом не знает, вообще-то, – тихо промолвила Элли. Она тут же вспоминала о том случае, про который упомянула её подруга. Это произошло три с лишним года назад. Вечером того дня Андрея угостила пирожками собственного приготовления женщина из соседнего подъезда, и Элли это показалось подозрительным – у этой женщины был лишь демон-покровитель, она была намного старше Андрея и он не успел заслужить её благодарность. Поэтому Элли не стала улетать на Небеса и решила провести ночь возле подопечного.
После полуночи, почти сразу после того, как Андрей уснул, внимание Элли привлёк Нео. Тогда он был ещё котёнком. Нео только улёгся на свой коврик, но внезапно подскочил и уставился в окно, хотя там никого не было. Потом он быстро запрыгнул на кровать, где спал Андрей, забрался ему на бок, и, весь ощетинившись, зашипел в сторону окна. Андрей лишь недовольно пробурчал что-то, до конца не проснувшись, и тут же опять погрузился в сон. А Элли поднялась со стула, на котором сидела, и пристально вгляделась в тёмное окно. Спустя несколько секунд она увидела причину беспокойства котёнка: к окну подлетела жуткая тварь и зависла прямо перед ним в воздухе.
Элли сразу узнала её. Это была прилипала. Она выглядела как голый человек с серой кожей, у которого отсутствовали половые признаки, волосы, уши, нос и глаза. Рот походил на ротовое отверстие пиявки с рядами маленьких и острых зубов. Пальцы на руках были очень длинными, с изогнутыми ногтями, а ступни ног напоминали лапы земноводного. Прилипала пролетела сквозь окно, остановилась и повернулась ртом к Элли.
– Ангеллл? – тихим голосом, от звуков которого у среднестатистического человека кровь бы застыла в жилах, прошипела прилипала. Однако у Элли не было крови.
– Ангел, – ответила она, чувствуя, как внутри неё поднимается ярость, совсем как в тот миг, когда она увидела ослепшую Настю.
– И коттёноккк, – констатировала прилипала, повернувшись ртом к шипящему Нео. Ей не нужны были глаза, чтобы видеть, как не нужны они и ангелам с демонами. – Но коттёноккк – не проблеммма.
Прилипала устремилась, было, к Андрею, однако Элли резко преградила ей дорогу.
– Ты хочешшшшь драттьсся? – спросила прилипала, остановившись.
– Нет, – честно ответила Элли. – Просто проваливай.
– Не моггу: договворрр, – так же честно прошипела прилипала. – Оттойди в сссторону, или поссстрадаешшшшь.
– Значит, пострадаю, – твёрдым голосом откликнулась Элли, сосредоточившись и не спуская глаз с противника.
– Как пожелаешшшшь, – прилипала одним прыжком достигла Элли и попыталась ударить её, но та в последний момент успела схватить за запястья обе руки, занесённые для удара, и крепко сжала их. Прилипала силилась вырваться из захвата, однако у неё никак не получалось. Тогда она попыталась укусить Элли, щёлкая своими мелкими зубами прямо у неё перед лицом, но не могла дотянуться. Несколько секунд Элли точно не обращала внимания на все попытки противника атаковать и просто стояла, погрузившись в собственные мысли, а затем резко дёрнула руками вперёд-назад. Прилипалу сначала отбросило, а потом притянуло к ангелу, при этом она точно перекувыркнулась через саму себя: там, где был затылок, появилось лицо, и наоборот. Элли по-прежнему удерживала запястья прилипалы, но теперь она оказалась у жуткой твари за спиной, хотя и не сдвигалась с места. Прилипалу, между тем, начало потряхивать, и по её серой коже пошли электрические всполохи, словно её распирало от энергии.
– Однако… – удивлённо проговорила прилипала. Элли просто отпустила её – и прилипалу тут же унесло прочь, будто ядро из пушки.
Наблюдавший за этим действом Нео успокоился, спрыгнул с кровати, подошёл к ногам Элли и принялся мурчать, безуспешно пытаясь о них погладиться. А Элли глядела в тёмное окно, за которым исчезла прилипала, и не могла успокоиться. «Она была сильнее, – мысли проносились одна за другой. – Намного сильнее. Она бы вырвалась из захвата за мгновение. Я бы ничего не смогла сделать. Ничего… Но всё получилось. Даже лучше, чем я рассчитывала…». Элли слишком хорошо осознавала, что должна была проиграть в этом поединке. Но у неё был свой секрет. Тайна, о которой она не поведала никому…
Утром следующего дня к соседнему подъезду приехала машина скорой помощи. Элли вышла посмотреть, что происходит, и её ожидания подтвердились: врачи забрали женщину, угостившую Андрея пирожками, – у неё одновременно отказали обе почки. Пока медики выносили её на носилках, бледную, с торчавшими из живота и груди шипами, невидимыми для человеческих глаз, Элли увидела, что её сопровождает демон-покровитель. Он выглядел небольшим коренастым черноволосым мужчиной с маленькими рожками. Демон смотрел на свою подопечную с искренним сочувствием и досадой. Заметив Элли, он тут же рассвирепел.
– Это твоих рук дело! – закричал он. – Я точно знаю! И как ты только умудрилась, а?! Всё было так хорошо, пока ты не вмешалась! Поганая сучка!
Демон запустил в Элли огненный шар, но тот пролетел мимо. Промах, скорее всего, был преднамеренным: демон боялся нападать, не понимая, как ангелу удалось победить прилипалу. Элли никак не ответила на атаку.
– Ничего, я до тебя ещё доберусь! – пообещал демон. – Ты ещё познаешь боль потери! Вот увидишь!
Пока он это говорил, его подопечная была жива. В больнице врачи подключили её к искусственной почке и пытались спасти ей жизнь, как могли, но у них не получилось: на закате того же дня она умерла от остановки сердца. Никто из медиков так и не понял причину.
Элли могла и не делать того, что сделала. Она могла просто изгнать прилипалу, и на это ушло бы меньше энергии. Однако в тот момент она испытывала такую ярость, что не сдержалась. Увидев прилипалу, она почувствовала причину её вызова и поняла заложенную ей программу. Вызов этой прилипалы не был обусловлен отмщением или желанием получить что-нибудь для себя. Прилипала должна была нанести тяжёлый вред здоровью Андрея, и этот вред и был самоцелью. Эта женщина получала удовольствие от осознания того, что смогла испортить кому-то жизнь, а если жертва вскорости умирала – ещё лучше. Она ненавидела окружающих, пряча это за маской дружелюбия. Элли не могла понять такое бессмысленное зло ради зла. Даже демон-покровитель этой женщины казался более человечным, поскольку испытывал к ней привязанность, а она не ощущала тёплых чувств ни к кому, кроме себя. Осознав всё это, Элли отправила прилипалу обратно, переписав ей договор, и та ударила по вызвавшей её женщине с удвоенной силой. У демона-покровителя не было ни шанса на то, чтобы помочь своей подопечной, хотя он наверняка хотел…
– И как всё-таки у тебя получилось одолеть прилипалу? – вопрос Полли вывел Элли из воспоминаний.
– Повезло, главным образом, – слукавила Элли. – Я же тебе рассказывала, да? Я её долго сдерживала, пока она совсем не выдохлась, а потом пинком отправила прочь.
– Тебе взыскание за растрату энергии так и не сделали?
– Нет, растрата была сравнительно небольшая, я в топ-лист растратчиков не попала.
– Действительно повезло. Я ни от кого не слышала, чтобы такой малой кровью от прилипалы полностью избавлялись.
– Ну да. Видимо, её плохо зарядили, – опять соврала Элли, ничуть не изменившись в лице. Она немного жалела о том, что рассказала про прилипалу Полли. Не сделай она этого – не пришлось бы лгать.
– Лично я с прилипалами два раза дралась, и оба раза неудачно, – поведала Полли. – Не то, чтобы совсем без толку – успела их хорошенько пулями нашинковать. Но потом меня просто отшвыривали и атаковали клиента. Слабей, конечно, чем если бы я совсем не вмешивалась, но всё равно ощутимо. Твоя тактика, наверное, хорошо подойдёт для не слишком сильной прилипалы, иначе я не представляю, как её сдерживать.
– Так и есть.
– Не думала о своём подвиге Андрею во сне рассказать?
– Боюсь, он не поверит, – ответила Элли. – Он же материалист. Он не верит даже, что я существую. Скорее, он хочет в это верить.
– Беда с этими головастиками, – заметила Полли. – Всё-таки от переизбытка мозгов больше вреда, чем пользы. Думают, что знают всё на свете, а на деле не видят дальше собственного носа.
– Может быть.
Элли пообщалась ещё немного с подругой, а потом полетела заниматься своими обычными делами. Она возобновила посещение тренировок у ДЛ12, пропустив пару по причине экзистенциального кризиса. Как и обычно, регулярно наведывалась к Андрею и проводила с ним много времени, но не во сне. Кольцо, которое он подарил, оставалось в неизменном виде, что радовало и удивляло одновременно. Сам Андрей тоже вел себя, в целом, как обычно. После годовщины Настиной смерти он, однако, перестал переписываться с девушкой, с которой у него, вроде, наладилось нормальное общение в сети, и опять сосредоточился на программировании. Впрочем, это укладывалось в обычное поведение Андрея. Единственно, он как-то уже очень рьяно налегал на один некоммерческий проект, которым сейчас занимался, словно хотел закончить его как можно быстрее.
Так прошли несколько дней. Очередной ночью Элли решила опять присниться Андрею, чтобы напомнить ему о том, что программирование – это, конечно, хорошо, но полностью забивать на личную жизнь всё же не стоит. Однако, по большей части, ей просто хотелось поговорить с ним. Он в этот раз лёг спать непривычно рано для себя – в десять вечера – и Элли тоже не стала тянуть. Она совершила почти все необходимые действия для организации сна и обнаружила, что не может сделать главного – выйти на связь с Андреем. Что-то подобное она чувствовала, когда во время последнего вторжения демонов пыталась найти Михаила. Андрей не умер, иначе бы она об этом уже знала, но с ним что-то было не так. Его сознания, или души, будто не было на месте. Элли не на шутку разволновалась, не зная, что предпринять. С её подопечными никогда такого не случалось. Она собралась, было, перенестись на Землю и разбудить Андрея, пусть это и стоило бы значительных энергозатрат, но тут она ощутила нечто странное: приглашение, словно Андрей сам протягивал ей руку, но откуда он это делал, оставалось неясным. Долго не раздумывая, Элли приняла приглашение, протянув руку в ответ. И вот она уже очутилась рядом с ним. Прошло какое-то мгновение, но Элли показалось, что расстояние, которое она преодолела, просто чудовищно огромное.
– Привет, Элли! – поздоровался Андрей, глядя на неё и улыбаясь.
– Привет, – машинально откликнулась она, озираясь по сторонам. – Где это мы?
– Это Эхо, – ответил Андрей. Посмотрев на правую руку ангела, он воскликнул: – О, ты сохранила кольцо!
– Конечно сохранила, – Элли разглядывала начинавшиеся поблизости заросли необычного вида кустов и деревьев, лишь мельком взглянув на Андрея. Вокруг росла высокая зелёно-жёлтая трава. Кустарник и деревья чередовались с ней, образуя нечто вроде густой саванны. Из зарослей периодически доносились пронзительные звуки, напоминающие крики каких-то неизвестных птиц. В траве неподалёку что-то громко стрекотало – слишком громко даже для кузнечика-переростка. Вся окружающая обстановка выглядела подозрительно реалистичной для простого сна, где всегда можно найти нечёткие детали, на которых не получается сфокусировать взгляд. Большинство мест на Небесах отличались куда большей долей реализма, но, если приглядеться, складывалось впечатление, что окружающее пространство словно приглажено и причёсано. Здесь же такого впечатления не было и в помине. Элли казалось, что она находится на Земле.
Pulsuz fraqment bitdi.