«Мне нравится твое любопытство, дитя. В „Повести прошлого века“ есть все, что тебе хочется знать. Эта книга была написана пять сотен лет назад, она запрещена в империи, мой экземпляр потерялся полвека назад, возможно, в старых библиотеках осталась еще одна.» Так заканчивалось письмо Седиги. Девушка уже привыкла к своему новому прозвищу, хотя для человека двадцать четыре это довольно-таки много, в сравнении с жизнью вампира она и правда ребенок. Было ли разумно спрашивать об этом сейчас, когда война закончилась и союз с нежитью распался? Наверно нет. Что может быть хуже для долины Ив, чем принцесса, которая интересуется историей раскола ихнего острова? Азеркина будет злорадствовать, ей только повод нужен, чтобы избавиться от падчерицы. Разаку понравится такой расклад, еще и рассмеется – с каких это пор жалкие людишки заинтересованы в их величественной истории. Ох уж эти враги, надо к ним привыкать смолоду – чем ближе к короне, тем их больше. «Возможно, этой весною мы встретимся. Уверена, ты помнишь строчки из той книги наизусть, словно в зеркало смотрю.» Маленький кусочек пергамента (за эти несколько лет она привыкла носить с собой письменные принадлежности, вести всегда приходили неожиданно) отправился на лапку ворона. – Риза, ты поймала птичку! Дай, дай! – Юриан выбежал на балкон. К счастью, без нянек, ему было почти пять так что нечего всем дворцом за мальчиком бегать. – Нельзя, это почтовая птица. – Черные крылья встрепенулись, посланник улетел прочь. – А кому письмо? – Секрет. Давай ты никому об этом не расскажешь, а я возьму тебя с собой в лес, и никаких стражей. – Обещаешь? – Обещаю. Они пожали руки. Эльфийская кровь давала о себе знать, хоть он и был человеком. Брат любил природу, красоту цветов и волшебство трав, при этом не переносил компании. Принц хотел сам все узнать – что ядовитое, что нет, каких цветов бывают плоды на деревьях, где можно найти то или иное растение. Отец поощрял такое поведение, и все же давал нескольких стражников в помощь гувернантке, Азеркина созывала чуть ли не всех воинов империи, лишь бы какой демон не поранил ее дитятка. Одно падчерица могла сказать точно: как бы она не призирала мачеху, сколько бы раз они не ссорились, любовь эльфийки к сыну была достойна уважения. С королем у королевы были чисто деловые отношения, раньше они пытались что-то отыграть на публику, теперь и того не делали. Даже Ваниэль несколько раз ссорился с кузиной (хотя те стычки были далеки от войны), но Юриан – золотой ребенок, на него рука воина феникса не подымится. В тот миг маленький мальчик выглядел взрослым. Детские обещания самые серьезные, ведь малыши еще верят в такие вещи как совесть, проведение, возмездие. Конечно, они не называют это так – слишком сложные слова. Просто мораль воспринимается детьми как нечто живое, взрослые словом «клянусь» лишь предают серьезный тон словам. Взрослость брата быстро испарилась, когда их отыскали слуги. К пятилетию сына Георг хотел написать семейный портрет, каждый день к ним во дворец приходил художник и понемногу рисовал картину. Холст был громадным, мастер – неторопливым, все четверо стояли на протяжении часа. На самом деле положение Юриана было не самым трудным. По крайней мере он не стоял перед мачехой, которая со злобой сжимала плече, но для ребенка ничего не деланье было хуже любого наказания. А портрет-то хотелось. Целый коридор перед тронным залом заполняли картины предков, там было еще много свободного места, каждый день сотни простолюдинов приходили к правителю и видели пустые стены, а могли бы смотреть на него! Час прошел как три. Принцесса погружалась в свои мысли, заканчивала какие-то духовные дела. «Стоит ли оплатить разбитое окно вместо товарища в таверне?», «попросить приготовить на ужин мясо, или овощи?» – столько мелочей, такие моменты просто созданы, чтобы с ними разобраться. – На сегодня хватит. – Заявил художник. Юриан поспешил на кухню, мать следом, Георг придержал дочь за руку, они подождали, пока все разойдутся. – Ты все еще не нашла себе жениха? – Обычно он спрашивал это в шутку, но сегодня какие-то странные нотки появились в голосе. – В нашем мире много красивых и умных кандидатов. Эльфы, пускай и темные, гномы раз уж тебе нравятся воины, в конце концов рыцари – они тебя уважают. – Эльфы сотни лет живут, пап, ему та свадьба на два дня, а мне – на всю жизнь. Гномы… Все еще побаиваются, а рыцари мне как братья, чего только с ними не прошли. – Как можно веселее пыталась ответить девушка. Она не хотела рассказывать о том, что заставляло ее сердце биться быстрее. – Пойми, не только меня волнует твое будущее. Народ беспокоится: королева взойдет на трон, а наследников не останется. – Пусть брат будет после меня, не зря же он родился в королевской семье. – Ты неисправима, Риза. Хотя, есть ли у меня право тебя поучать? Сам же выгнал твою мать со дворца, (на время, скоро увидимся, дорогая) как только представилась возможность. – Понимаю. – Это слово далось тяжело. Конечно, нельзя было винить отца в случившемся. Он не знал, кто и какие заговоры плетет за спиной, и ненависти к Галии никогда не испытывал. – Я хотел подарить тебе кое-что. Идем, думаю сейчас подходящее время. Давно наследница не бывала в покоях отца. Стены из дубовых панелей, потолок – из березы, красивая люстра, на которой рядом со свечами сидели ангелы и драконы, окна на первый взгляд обычные, на самом деле стекло позолочено, свет в комнате слегка желтоватый, даже зимой как в середине лета. – Эти ангелы помогали мне уснуть, когда кошмары снились. Сны всегда приходили разные. Рычащие монстры, бесшумные отравители, тень с мечем, змеи… Девочке сказали «мамы больше нет», никто не объяснял кто и как, вот воображение и дорисовывало детали. – Ты уже взрослая для кошмаров. Король достал шкатулку со своего стола. Там лежала печать и сердечные капли – последние два года постоянные спутники. Среди прочего поблескивал необычный камень, не просто драгоценность, а настоящее чудо. – Когда я был юным рыцарем, ходил в походы. Под этим самым замком наши ребята – ты их видела, графы соседних городов – обнаружили город вампиров. Они были в спячке многие века, но в любой момент могли проснуться. Нам пришлось самим разбудить их и сразиться. Среди прочих был один полководец, называли его Орион Затмение. Как карающая длань врывался на поле боя, рубил врагов своим мечем. В изголовье оружия был тот самый камень на вид и ощупь как свежая капля крови, наши священники сказали, в нем нет никакой магии, а сам упырь считал, что вся сила в этой драгоценности. – Почему ты сам его не используешь, зачем хотел передать именно мне? – Сперва мне хотелось оставить себе, но сила… Для этого камня она в упрямстве и решимости, второго у меня хоть отбавляй, а первого не достает. Кровавый самоцвет – так сама для себя назвала его Риза, камень уже чувствовался своим. Загадочные переливы, холодное прикосновение, подобное капле воды, мистический блеск… Разак, ты видишь это?! Только попробуй теперь пискнуть, что род людской слаб пред нежитью! – Благодарю тебя, отец. – Девушка кинулась на шею и обняла так, словно ей было лет десять. Они простояли так несколько минут. Эти минуты были как раньше, то самое, что казалось таким недосягаемым. В отличном настроении сестра направилась к брату – как и обещала, вывела в лес погулять. Домой мальчик вернулся с огромным букетом цветов, большинство из них успокаивали нервы, снимали головные боли. Придержав принца, принцесса взяла из пестрого разнообразия один цветок, и велела отдать его правителю. – Сердцу помогает. – Пояснила девушка. – А Чудда уже забрала его сердце? Очень странное слово. Впрочем, дети часто говорят привычные всем слова на свой лад, но вот это Чуддо – что оно такое? – Она приходит ночью, обещает забрать мое сердце и отдать кому-то, не помню имя. – Признался брат. Это был первый раз, когда он упомянул о той сущности, через пару недель все разговоры были о том странном нечто. Чудда ломала его игрушки, стягивала одеяло, щипала, пыталась затащить под кровать. Стражи не раз врывались в комнату принца, когда он кричал по ночам, но никого не находили. Лекарь сказал, у малыша разыгралось воображение. В каком-то смысле это было логично. Вот Юриан был младенцем, все вокруг него бегали, защищали. Теперь наследник подрос, самые страшные года (обычно дети умирали от болезней именно в первые пять лет жизни) остались позади, внимания поубавилось. Однако Риза не могла прогнать дурного предчувствия. Сперва она хотела написать об этом Седиге, но почти сразу передумала. Как же будет смеяться лидер Вечного союза, пускай и ее друг, когда узнает, что девушка затеяла охоту на монстра из-под кровати. Был еще вариант – поискать в библиотеке темных эльфов. Туда она и направилась, пообещав брату (прошу, не уходи, ты же рыцарь!), что мама и папа защитят. Там нашлась такая желанная книга «Повести прошлого века», только времени читать не было. Отыскалось пять справочников о духах, сущностях и фантомах, пробежавшись по заголовкам двух из них дочь короля не нашла ничего похожего, а когда приступала к третьему гонец явился. Георг просил дочь вернуться. В последнее время его сын все больше и больше боялся Чудды, по ночам просыпался с криком, звал сестру. Он написал две строчки в конце, и это окончательно убедило принцессу. «Ты знаешь» – да, она знает, каково это, и лекарство тоже должна помнить. Если малыша что-то встревожило, у его кровати должен кто-то уснуть, девушка не знала, как работает эта магия, но ей помогало. И вот она лежала на полу. Перед сном Юриан спросил: – Тебе не страшно лежать у нее на пути? – Пусть она боится. – Засыпая ответила сестра. В полночь глаза открылись широко, как у совы. Тело сковал подозрительно знакомый холод. На ночь в спальнях оставляли несколько свечей, чтобы отгонять теней, в ту ночь их погасил сквозняк – по крайней мере, больше никто не мог – все до единой. Над кроваткой возвышалась фигура в накидке, из-под нее выглядывали грязные волосы и руки, покрытые черными венами. Пожелтевшие ногти больше напоминали когти, они медленно тянулись к горлу жертвы. – Вон от моего брата, к чертям проваливай! С этим криком без оружия и четкого плана девушка накинулась на Чудду. Существо издало пронзительный писк внутри ее головы, а тогда исчезло – растворилось, словно дым. Надолго ли? Риза ничего не успела сказать, принц проснулся. – Чудда… Здесь Чудда! Перепуганный мальчонка выбежал в коридор. Где были стражники? Спали, как убитые. Сердце больно кольнуло – Чуддо значило чудище, они умели усыплять и всегда нападали с темных углов. Девушка кинулась следом, но когда вышла в коридор беглеца и след простыл – ото всюду темнота, где-то ветер завывает, эхо детских ножек далеко-далеко. Он должен быть где-то там, в этих бесконечных ходах. Пошел к матери, или к отцу… Это не важно, их комнаты рядом. Нужно догнать Юриана, эти двое единственные в замке не спят. Шаги затихли, появились другие. Стучат туфли, шуршит мантия. Оно вернулось, Риза чувствует у себя на затылке стеклянный взгляд, и даже улыбку, хотя как такое возможно? Оборачивается – фигура в тенях исчезает, перед этим поманив к себе. – Юриан, иди ко мне! – Единственное, что сейчас пришло в голову. Еще два поворота, лестница. Ах, как же долго, почти что бесконечно! Мальчик посмотрел на нее, щеки мокрые от слез. Словно наваждение ушло – взгляд прояснился, брат сделал шаг навстречу, а тогда снова замер. – Иди, ну же, я защищу тебя. Он отрицательно помотал головой, закрыл руками лицо, а тогда эта тварь прошла насквозь, и обрела тело в тот же миг. Каждый уголок ее мантии, наполненное черной кровью тело, стеклянные глаза, желтые ногти – все это только что было внутри Ризы, от чего тошнота подступила к горлу. Чудда кинулась к мальчику с небывалой скоростью, в последний момент принцесса успела ухватить ее. Троица понеслась по бездонной пропасти, как в тех кошмарах, было там предостаточно всякой гадости. Боль и страдания, все что когда-либо ранило Паладию, собралось здесь. Давно пережитое прошлое хватало за руки и ноги, тянуло, рвало, вопили, молили и проклинали сотни голосов. Воительница продолжала повторять «к черту вас, к черту», держась за странствующую сущность. В конце концов та отпихнула девушку ногой, сознание покинуло тело, как бы сильно защитница не сопротивлялась. Глаза оставались открытыми, руки и ноги – неподвижными, мысли все еще плыли в голове, но как-то отстраненно, словно мозг потерял связь со всем остальным. Сколько времени прошло? Неизвестно, прямо как в той темнице, из такого кошмарного состояния дочь короля вырвал крик. Она с трудом открыла глаза и обнаружила, что лежит перед огромным порталом, откуда тени попадали в их мир. Точки входа были разными, выход только один. Эта мысль пришла из вне, словно Риза стала одним целым с отвратным миром силуэтов. По ту сторону портала (похожего чем-то на зеркало) поблескивали солнечные лучи, и тут еще одна волна озарения, посланная чужим измерением словно издевка. Мессия придет, и день больше не настанет. Юриан лежал на алтаре, рядом с ним еще один мальчишка на пару лет старше. Между ними с кинжалом в одной руке и магической сферой в другой стояла она, теперь отпечаток теней пропал, и воительница узнала Чудду. Алесса. Будь она проклята, эта ненормальная! Произносила последние (судя по интонации) слова, готовилась нанести удар. Принцесса не могла этого допустить, она вскочила со своего места и рванула вперед, пошатываясь от неприятной боли в спине и коленях. Лезвие ударилось о камень, брат лежал на руках. Она двигалась к порталу. Не бежала, скорее ковыляла, и все же достаточно быстро, чтобы Чудда ее не догнала. А может той ведьме просто не нужно было забирать с собой мальчишку – больше нет. Он сказал «Иза», как в первый раз. Он сказал «я буею», держась за живот. Они вышли у парадных ворот. Девушка упала на колени, рубашка мальчика была пропитана кровью, мир вокруг начал оживать, просыпаться. Сперва прибежала какая-то служанка, завопила, упала в обморок, тогда страж – хотел атаковать, но узнав принцессу побежал звать короля, через пару минут толпа из прислуги окружила их, никто не осмеливался подойти. – Ты, грязная крыса, что ты сделала с моим сыном? Отталкивая всех, Азеркина пробивалась к своему мальчику. Он был весь в крови, а эта плутовка даже не пыталась ничего скрыть! Мать вырвала ребенка из рук соперницы, на что Юриан отреагировал пронзительным криком. Слишком резко, по самому больному месту. – Георг, если ты ее сейчас же не нака… Принцесса встала с колен, ухватила ее за волосы. Она посмотрела мачехе в глаза и сказала так, что всех присутствующих охватил ужас: – Я лично вырву сердце тому, кто это сделал. В том, что наследница не приложила к травмам малыша руку, не осталось сомнений.
«Дети, не ходите по ночи гулять, ведьма зла по вас приде, може и у дим зайде, не ложитесь, дети, спать!». Эту песню напевали отпрыски империи. На долину Ив спустились не самые приятные времена – все началось с покушения на принца, потом некая сущность повадилась убивать других детей. Тела находили повсюду – улицы, подворотни, свинарники, чердаки, подвалы… Будто люди вернулись в те времена, когда не умели добывать огонь, и тени могли растерзать любого в собственной постели. Король Георг развязал руки священникам: они могли задержать, допросить, а тогда наказать любым способом вплоть до сожжения. Самое страшное – дети продолжали уходить в поля пасти животных, носить старшим дрова и хворост. У крестьян было так много работы, что взрослые не могли переделать ее в одиночку, приходилось рисковать. Еще до восхода солнца площади озаряло пламя инквизиции. Людей будили крики, запах горелой плоти и удушливый смог – окна больше никто не открывал. Риза побывала на одной такой казни – к эшафоту вели блондинку, но не старуху. Говорили, раз у нее волосы белые, она точно меняет облик, а разбираться никто и не хотел, что там у нее дети, семья, и что она десять лет работала в госпитале. «Лучше убить сотни невиновных, чем сохранить жизнь одному виноватому» – всплыли слова капитана со времен рыцарской службы. Кожа обвиняемой слезла в один миг, а тело еще долго билось в конвульсиях. Крики толпы смешались – восторг и ужас, ликование и плач. Из-за горизонта взлетела стая ворон, они затерялись в черном дыму, этот шлейф простоит над городами два года, жители привыкнут к нему и не вспомнят, что когда-то было иначе. – Я уж не знаю, кто убил больше: ведьма-потрошитель или инквизиция. – Сказала принцесса одному парню из толпы. – Они ее зловят скоро, не пройде и году. – Ответил тот таким тоном, словно только что увидел кукольное представление. Для себя рыцарь решила использовать более реальные способы, и не верить всяким сплетням. К сожалению никто не хотел слушать их с братом, и тогда она поклялась отцу, что найдет доказательства и покончит с этой тварью. Наследница мола бы доверить друзьям поимку преступницы, тем более что многие из них были членами династий, но ранить маленького Юриана – за такую дерзость Алесса поплатиться жизнью, никакие перевоплощения не спасут проклятую. Тела убитых отвозили в дома гробовщиков. Те хранили их в специальных подвалах перед погребением, туда и наведалась искательница правды. Рабочие поворчали, но за плату пустили внутрь – там стоял запах сырости и разложения. Три трупа, двое из них – жертвы ведьмы. Первое тело было так изуродовано, что ни пола, ни возраста определить было невозможно. Кости торчали во все стороны, внутренности лежали рядом (те работнички небрежно кинули их в кучу). Оставалось только гадать, найдут ли родители без вести пропавшего. Второе принадлежало девочке. Ребра раскрыты, как ракушка устрицы, содержимое не тронуто – убийцу спугнул проходящий мимо стражник. По словам патрульного, ребенок еще умудрился позвать на помощь, хотя ничего уже не поделать. А если можно было? Если бы она была там… Нет, не достаточно знаний, и все же глядя на еще живого просто сказать «ничего нельзя сделать»… – Прости, малышка, теперь и правда нельзя. Убедившись, что никого в подвале больше нет, девушка решилась на более детальный осмотр тела. Сперва руки – правая была сжата в кулак, но там ничего не было, левая в синяках и чем-то красном, липком. Варенье. В ране тоже ничего – ни обрывков одежды, ни оружия (не стоит обманывать себя, культиска убивает когтями). И тут – проблеск, что-то сверкнуло в свете свечи. Оно находилось в горле, теперь провалилось туда, где раньше был желудок. Маленький кусочек золотой цепочки, покрытый слюнями и кровью. Такая находка говорила о многом. Алесса была из знатного рода, даже купцы не носили на себе золота – серебро в лучшем случае. Был еще вариант с воровством, но быстро отпал – воры золото продают, не носят. Риза позвала гробовщика, троих его работников, жену и сына. Она приказала им засвидетельствовать, что цепочка была найдена именно в теле погибшей, а не подброшена. Все подписались под ее письмом, оно отправилось к отцу на рассвете. Однако, больше удача не улыбалась. Осмотры других тел не давали новой информации, к тому же занимали много времени. Как пособница теней, мать мессии могла перемещаться во тьме, гоняться за ней бессмысленно. Тогда принцесса задалась вопросом: для чего убивать остальных, если кровь члена династии получена? Ведь как-то терпела все эти годы ведьма, не вампир, в конце концов. Значит, убийства были необходимы с оккультной целью, причем именно детей. А где можно было отыскать информацию обо всех ритуалах? В библиотеке темных эльфов! Как и ожидалось, книг было много. Даже если ограничить поиск литературой, связанной с тенями и жертвами детей-людей (хотя не факт, что именно для теней это делалось, а человека не мог заменить гном или эльф), на то, чтобы осмотреть полки, ушло много времени. – Кого я вижу. Риза, мне к экзамену надо готовиться, и то тут меньше времени сижу! – Ты знаешь, что за беспредел у нас твориться, я пытаюсь вычислить убийцу прежде, чем инквизиция изничтожит все население долины Ив. – Девушка не была настроена на разговоры, отложив «Заговоры потустороннего» она ухватилась за «Магия костей: ритуалы и обряды». – Тогда тебе поможет вот это. – Черные руны для начинающих?! Бредовая затея… – Вовсе нет. Там есть один став называется «сеть». Рисуешь его, в центр ставишь вещь искомого, через три дня он приходит к тебе. Темные эльфы используют амулет, чтобы не оставлять духовного следа на жертвах, но другие народы, даже чудища, этим не владеют. Гордости юноши не было предела. Это вызвало улыбку, даже в такой жуткой ситуации. Иногда ответ так прост, и не нужно ничего усложнять. – У меня есть вещь, точнее обрывок вещи. Встречу ведьму острым кинжалом и вырву ее поганое сердце! – Ты же в курсе, что для этого нужно знать темную магию, хотя бы немного… – Знаю, и из тела выходила, и зелья варила. Чего только не сделаешь, пока родители не смотрят. Сумериэль был удивлен, однако не шокирован. Скорее это был приятный сюрприз, что кто-то помимо темных эльфов и гномов интересуется столь изысканной магией. Он так же посоветовал девушке отыскать что-то для защиты от врага, ведь одно дело – выманить, другое – поймать. – Она не тень, только кукла в руках темных силуэтов. А вот ее сын – наполовину. – Не тень, говоришь? Тогда все не так плохо. Понимаю, я не выгляжу как специалист, да и по экзаменам у меня сплошные тройки, но может прислушаешься к моим советам? – Рыцари Разгульного Стола своих уважают. – Вместо ответа сказала девушка. Вообще репутация эльфа была сомнительной. То он подрался с ней, то чуть не начал войну, затем помог в другой войне, отрезал косы одной из кузин (увы, не Азеркине). С другой стороны, даже будучи заносчивым пареньком, Сумериэль являлся наследником дара луназира, а они, дети правителей, учились у своих предков как никто другой. В конце концов ты все равно станешь королем или королевой, так уж лучше быть готовым, чем потом разорить свой дом, привести родной народ к гибели. – Нас часто путали с теми культистами, не мудрено, что несколько книг в этой библиотеке посвящено им. Некоторые существа, вне зависимости от расы, могут вступать в сговор с тенями. Они получают способность перемещаться в темноте, менять облик на более устрашающий, могут говорить на неведомом языке, не страдают от контакта с миром сумерек. Только одно условие – за использование своих сил надо платить убийствами, если ты хочешь обратиться нужно убить кого-то. Возможно, твоя «ведьма» собирает силы, чтобы при удобном случае сменить облик без жертвоприношения. Насколько я понял, она помешана на своем сыне и всей этой бредней с концом света. – Но в чем смысл? Если ты можешь стать полутенью просто совершив ритуал, для чего им мессия? – Не знаю. Обычно таких детей убивали при рождении, кстати, одну такую прикончил брат твоего деда, второго – моя бабушка. Однако, стоит предположить, что ему не нужно будет приносить жертв, как полутени, а так же боятся света дня – как обычной тени. Вместе они разработали план. Хотя, черт подери, нет ничего противнее, чем допускать к плану своей мести кого-то другого. Закончив с приготовлениями воительница вернулась домой, где собралась проводить ритуал. Но вот что странно – из сумки вместе с черновиками выпала книга «Повести прошлого века». Зря Сумериэль это сделал – кто-то из них точно получит от библиотекаря нагоняй. Руны были начерчены кровью, золотая цепочка легла в центр, оставалось только ждать. Прошло десять секунд, в дверь постучались. – Кто там? Дочь короля вскочила, сердце забилось как бешенное. Теперь реальность ее догнала – вспомнилось, что бывает с темными магами-людьми (к эльфам волшебникам имперцы относились сносно), а в такие-то времена с огоньком да пламенем. – Госпожа, его Величество Георг желает вас видеть. – Я приду через минуту. Ноги подкосились, в голове загудело. Кто-то уже увидел ее чары и доложил отцу? Может, это была сама Люксилина… Нет, она не явилась им когда брата ранили и во времена рождения мессии тоже, тогда кто? Зачем? У покоев короля девушку встретил Сарам, обменявшись приветствиями друзья заметили и правителя. Его волосы слегка поредели и изрядно поседели, корона стала казаться больше, лицо покрылось морщинами. Риза поймала себя на мысли, что это должно было происходить постепенно, но для нее все случилось в один момент – папа повзрослел, он уходил от нее, словно песок сквозь пальцы, все меньше они виделись и времени оставалось немного. – С Азеркиной я уже поговорил, теперь твоя очередь. Сама знаешь, времена нынче нелегкие, старые враги вспоминают о раздорах, союзники больше заботятся о себе. Дочь королевы Уны Хельга – да благословит ее причестейшая – предложила нам выход, чтобы избежать очередной стычки с гномами. Она давно уже влюблена в Сарама, но по обычаям гномов принцесса не может выйти замуж не за королевскую кровь, так что мы скажем, что он наш родственник и устроим этот союз. – Интересно, как Хельга додумалась до такого? – Ханаар помогла. – Признался полугном. – Ты скажешь, что я твой троюродный брат, остальное – дело слуг и писарей. – И ты вот так просто отречешься от семьи, а эта Хельга она хоть нравится тебе? – Эх, Риза, я на свете живу не для того, чтобы влюбляться. Если мой брак принесет пользу его Величеству, я буду счастлив. – Ладно, только не жалуйся на нее потом, даже по пьяне – сам выбрал свою судьбу. Что мне сказать правительнице Подгорных? – Что его мать – моя кузина, она, конечно, по линии матери, а та не из династии, но по факту то родная кровь. Звать ее Алесса. – Как? – Если на новость о браке дочь отреагировала немного удивленно, от этого у нее чуть глаза на лоб не полезли. – Почему я никогда ее не видела?! – Потому что выдали замуж еще передо мной и отправили в далекое графство. Она состоит в совете, но лично не присутствует – только письмами. – Отлично. А твоя кузина случаем не носит золотой цепочки, которую потеряла в подворотне? Сарам отступил назад. Он почувствовал, что между членами семьи назревает конфликт, да еще какой. – Откуда мне знать? У знатных дам много всякой белиберды, не все ходят в рыцарском наряде. – Лучше узнай, потому что золотая цепь была найдена во рту одной из жертв, я же писала тебе письма! – Риза, – рука легла на голову и потрепала волосы так, словно ей было лет десять. Обычно это вызывало улыбку, сейчас только злость. – я доверяю тебе, но священникам больше. Понимаешь, многие люди еще не поверили, что ты спасла брата, а не ранила, теперь мне нужно сказать им «убейте мою кузину, так сказала дочь»? Из-за одной золотой цепочки и странного видения никто не станет сжигать на костре члена династии, даже дальнего родственника. – Тогда обыщи ее поместье, доказательства найдутся! У нее должен быть сын – Терас, и следы теней в замке и еще… Да много чего можно найти! – Хорошо, я прикажу своим людям все проверить, дай им месяц – до тех пор чтобы ни слова о ней, ладно? Этот союз очень важен, для всей долины Ив, ради народа, потерпи, даже если она тебе не приятна. – Убийца будет наказан, отец, а невиновные – под защитой. – Процитировала девушка начало одной из молитв. Она направилась в свою комнату, полная уверенности. Король следом не пошел – скорее всего, разговор продолжится утром. Заперев дверь принцесса написала письмо. «Алесса здесь, все это время она сидела в своем замке, чудища ушли, мессия остался. Убей его – это твоя судьба, моя же разобраться с матерью. Она сама придет, и уж поверь, ведьма-потрошитель долго не протянет.» Пускай слишком самоуверенно, пусть немного непонятно, он должен знать. Только вот как отправить послание – голубей в земли нежити не засылают. Ответ нашелся сам собой. Черный ворон постучался в окно – не посыльный, на лапке ничего не было. Птица взяла послание в когти и улетела, даже не привязывая письмо. – Если мы увиделись, Владыка, смерть ходит рядом. Кто-то из нас – она или я – будет лежать в могиле. – Прошептала наследница вслед улетающему посланнику.
Pulsuz fraqment bitdi.