Элизабет плохо спала и этой ночью. Новости Марка тревожили ее. Она столько сделала для Подземелья, что сейчас из-за какой-то ошибки или бунта вся ее жизнь могла пойти под откос.
Вновь проснувшись до будильника, Элизабет сделала кофе и наблюдала за тем, как плывут облака за окном. От того, что солнце еще не полностью осветило Землю, облака казались темноватыми, будто несли в себе плохие новости и непогоду. Постоянные зависания и размышления не позволяли собраться и настроиться на рабочий ритм.
К девяти Элизабет была готова выезжать. Предварительно она позвонила Марии, чтобы узнать, не поменялось ли чего. Убедившись, что их встреча не переносится, она вызвала такси и поехала в учебный корпус.
Марии было двадцать восемь. Она – поздний ребенок Элизабет, которая долгое время не хотела заводить детей, потому что боялась нежданного возвращения в Подземелье. Но Мария появилась, и теперь она оканчивает свое образование. С опозданием на 6 лет, но это не страшно. Элизабет все равно гордится, что ее дочь смогла вернуться и вскоре будет реализовывать свой дипломный проект.
Час в дороге пролетел незаметно. Элизабет даже не могла вспомнить, какой дорогой они ехали, настолько она погрузилась в свои мысли. Думала о детстве, как Маша росла, как они с Марком брали ее в свои путешествия по агломерациям. Каждый раз приходилось оставлять ее в отеле, чтобы она не узнала их тайные планы. Большую часть детства Маша провела с сиделками, но она, скорее всего, этого не помнит, считала Элизабет. Женщина вспоминала приемы в локальных министерствах, а потом личные встречи с выходцами из Подземелья, как они с Марком помогали талантливым ребятам устроиться в министерство и продвигали их по службе. Она даже проронила слезу, когда подумала, что совершенно не помнит детства своей дочери, так как всегда с головой уходила в работу. С этими мыслями она вышла из такси, оставив водителю щедрую оплату.
Мария встретила Элизабет прямо у входа в университетский парк. Совсем взрослая, молодая, энергичная и красивая, прямо копия Элизабет в первые годы работы в Министерстве миграции.
– Привет, мам, – нежно произнесла Маша и поцеловала Эл в щеку.
– Привет, дорогая. Как ты тут? – трогательно, практически со слезами на глазах, сказала Эл.
– Отлично. Вчера стали известны все места дипломных работ. Мою одобрили в полном масштабе, – с восхищением, радостью и гордостью ответила Мария.
Элизабет охватили противоречивые чувства, она не сразу смогла ответить. Она была рада, что ее дочь смогла пробиться, смогла найти свой путь, и грусть с радостью сплелись воедино.
– Поздравляю, дорогая, – произнесла Элизабет, обняв дочь и заплакав у нее на плече.
– Мам, успокойся. Радоваться надо. Что ты такое творишь!
– Я радуюсь, ты не представляешь, как же я радуюсь, что ты вернулась в университет и теперь смогла воплотить свой проект! Как же замечательно!
Мария достала салфетку и протерла глаза Эл. Они улыбнулись друг другу и пошли в глубь парка, где было их любимое место возле небольшого водопада, сконструированного студентами с применением последних уникальных разработок университета. Вода автоматически поднималась на верхний уровень водопада, падала оттуда, а потом перегонялась по специальным отсекам вновь наверх. Этот закольцованный водный обмен вырабатывал электроэнергию для близлежащих фонарей.
– Рассказывай, что за проект. Хочу знать подробности – ты про него только вскользь говорила.
– О, мам! Это самое лучше, что я могла придумать! – Марию переполняли эмоции. – Я спроектировала экологический центр с современными архитектурными школами для разных возрастных групп и огромным презентационным залом для демонстрации новейших разработок в области архитектуры и дизайна. Университет подтвердил его строительство и выдал мне разрешение. Теперь я буду контролировать его возведение на выделенной площадке в Трионе. Вылетаю туда уже завтра. Мне сказали, что там все готово для начала строительства. Надо запускать процесс и отстраивать работу. Через несколько лет я приглашу тебя на открытие. Ты будешь почетным гостем. Что скажешь?
– Трион? – настороженно спросила Элизабет. – Почему Трион?
– Сказали, это лучшая агломерация для этого комплекса. В Одионе все перенасыщено, Дваон имеет свой небольшой экоцентр и в целом это агломерация более аграрная и производственная. А вот Трион оказался самым близким и доступным. И самое приятное, что это не где-то на отшибе, а совсем недалеко от берега. В общем, практически самый центр Триона.
– Я неслыханно рада, – в голосе чувствовалась тяжесть и неестественность. Элизабет было сложно отпускать дочь в Трион. Это так далеко, и скорее всего, они будут видеться теперь только раз в год. Она боялась своей старости, боялась внезапно умереть и не успеть попрощаться с дочерью. Волна эмоций вдруг нахлынула на Элизабет. Она сидела и молчала, наблюдая за тем, как вода падает то с одного водопада, то с другого.
– Мам, ты что?
Мария пододвинулась ближе и обняла Элизабет.
– Обещаю, буду приезжать к тебе как можно чаще. А вообще ты можешь закончить свою работу в проклятом министерстве и переехать вместе со мной. Ну насладись уже жизнью, в конце концов!
– Я хотела бы, но не могу. Мне надо…
– Да ничего тебе не надо. Ты всю жизнь говоришь, что тебе надо, а что из этого вышло? Ты по-прежнему в Одионе. Ты хоть думала о том, чтобы отправиться в Надземелье? Говорят, там рай для стариков. Я верю, что и молодым там хорошо. Купаешься в роскоши и больше ни о чем не думаешь.
– Маша, Маша, – Эл нежно потрепала дочь по голове и обняв, как маленького ребенка, сказала. – Я никогда не думала о Надземелье, а думала лишь о том, как вырастить хорошую дочь. И теперь я с гордостью могу сказать, что у меня это получилось. С трудом, но получилось.
Мария улыбнулась, посмотрела прямо в глаза матери:
– Вот можешь же ты уходить от ответа! Где ты этому научилась? Ладно, хватит нам тут рассиживаться. Вставай, прогуляемся, я тебе покажу свой проект. Он выставлен в главном зале университета. Лучший проект этого года.
Медленно, с чувством полного удовлетворения они пошли в сторону университета. Элизабет была счастлива, что она осталась лучшей матерью для своей дочери, что она все это время была с ней рядом, хоть и не всегда настолько много, как ей хотелось бы. Как ей казалось, все трудности позади.
С самого утра Тоби отнес пакеты с пластиковыми бутылками к магазину и вернулся обратно. Получив еще 10 долларов, он предложил Нине пройтись по пляжу и по докам, поискать бутылки в этих районах, а дальше уже углубиться в городской массив. Антон ушел на стройку, попрощавшись с ребятами до вечера. Сказал, что замолвит еще раз за них словечко. Надеется, что начальство сжалится и позволит им немного заработать.
Бутылки совершенно не собирались. До обеда не удалось наполнить даже половину мешка. Тоби остановился, сел на песок, выдохнул и расстроенно произнес:
– Может, зря я ввязался во все это. Надо было сидеть дома и радоваться тому, что я родился в Подземелье. Возможно, Антон прав, что Земля – это сплошные трудности.
К нему подошла Нина. Она еще не видела Тоби таким расстроенным, поникшим и потерянным.
– Что ты раскис? Ты думал, что тебя тут встретят с распростертыми объятиями? Если так, то ты зря все это задумывал. Лучше иди собирай бутылки, чтобы мы могли хоть когда-то двинуться дальше.
– Нина, должен быть другой путь. Мы топчемся на месте, и я не могу ничего придумать. Тупиковая ситуация.
– Давай сдадим собранные бутылки, купим еду и решим, как нам быть дальше.
Сдав все бутылки в автомат, Тоби и Нина отправились в магазин, купили себе пиццу прямо из печи, сок, и еще хватило денег на энергетические батончики. Поели прямо там.
– Какие планы? – поинтересовалась Нина.
– Я потерян. Думаю, что надо искать другую работу. Думаю пойти по магазинам и спросить, может, я чем могу помочь. Стоит поговорить с близлежащими кафе. А еще я думал про доки, расположенные возле моста. Там точно должна быть работа, и никому не нужны будут документы.
Пока Тоби рассуждал, к ним подсел мужчина средних лет, с темными волосами, редкой сединой и в стильных очках. Он явно был не из тех, кто просто так ходит по магазинам. Его белоснежная рубашка и дорогой пиджак выдавали его положение.
– Я тут услышал, как вы обсуждаете работу. Да и вчера я вас видел, как вы сдаете бутылки. Я впервые вижу, чтобы подростки сдавали пластиковые бутылки. Что с вами не так?
Тоби не сразу включился в разговор. Первой начала Нина.
– У нас есть некоторые трудности с работой и проблема с документами. Потеряли.
– Как вас зовут? А родители где? – с подозрением спросил незнакомец.
– Нина и Тоби, – выпалила Нина. – Родители живут в другой агломерации. Мы приехали сюда в поисках новой работы, но столкнулись с трудностями, – быстро сориентировалась Нина.
– Я забыл представиться. Меня зовут Николай. Я владею большим заводом и могу помочь вам. Если это актуально, можем начать прямо сейчас.
Нина настороженно посмотрел на Тоби. Он ничего не сказал, а просто одобрительно кивнул, но перед тем, как пойти, задал еще один вопрос:
– А сколько вы платите?
– От ста долларов в день. Работа разнообразная и сложная. Не беспокойтесь, она вам под силу. Готовы?
– Тоби, попытаемся? – открыто спросила Нина.
– Давай попробуем. Вариантов у нас не много.
Они сели в машину Николая и, проехав несколько кварталов, остановились возле двух пятиэтажных зданий. Между ними были ворота, куда они и зашли. Затем спустились в необычный подвал, где все было мраморное, кругом зеркала, визуально расширяющие пространство, много света и стекла. Николай показал комнату для Тоби.
– Это твоя. Переоденешься. Бери любую подходящую робу из шкафа и затем по коридору выходи в рабочую зону. А комната Нины будет чуть дальше.
– Можем ли мы переодеться вместе? – осторожно спросил Тоби.
Николай хотел было ответить, но Нина быстро его прервала.
– Тоби, не начинай.
Тоби посмотрел на Нину немного с презрением. Он не хотел с ней расставаться, особенно на Земле, где все совершенно незнакомое.
– Тоби, не нервничай. Через пять минут вы будете снова вместе, – Николай постарался его успокоить.
Тоби одобрительно кивнул и посмотрел еще раз на Нину, словно давая понять, что совершенно не согласен с ее выбором. Они каждую минуту на Земле были вместе, а теперь им нужно зайти в разные комнаты, чтобы переодеться. Тоби открыл дверь и вошел в белоснежное, ярко освещенное помещение. В шкафах висели штаны, майки и байки. В отдельном отсеке была специальная обувь. Все серое, без каких-либо изображений. Тоби переоделся, свои вещи собрал в пакет, переложил в новую байку конверт для Элизабет и ее фотографию и двинулся по коридору. Пройдя его, он вышел в большое помещение, где стояло несколько диванов. Вокруг было еще три закрытые двери и один коридор. «Скорее всего, ведет к женской раздевалке», – подумал Тоби. Через несколько минут в комнате появилась Нина. На ней была такая же одежда, как у Тоби. Николай вышел к ним из первой закрытой двери.
– Вот и собрались. Хорошо, что не заблудились, – воскликнул Николай. – Итак, сейчас самое время пройти несколько тестов, и дальше – на работу. Тоби – тебе в первую дверь, а Нине во вторую. Вы будете параллельно проходить одни и те же процедуры. Между комнатами стеклянные перегородки, поэтому вы сможете видеть друг друга.
Тоби улыбнулся, и ему стало немного легче. Он все еще боялся, что их с Ниной разлучат. Когда он вошел в комнату, система попросила его остановиться возле первого монитора. Там нужно было выбирать все прямоугольники одинаково цвета, и так несколько раз, а потом еще раз, но на скорость. Затем еще одно задание – соединять одинаковые цвета. Следом третье – обводить фигуры на мониторе. Тоби краем глаза видел, что Нина выполняет все немного быстрее, чем он. Он начал торопиться и совершать ошибки. В задании, где надо было собирать пары к предметам, он совершенно не справился. Нина уже все выполнила, а Тоби только подходил к последнему заданию. Оно оказалось самым странным из всех. Робот на экране сканирует ваше лицо и трансформирует. Задача собрать все осколки воедино. Тоби не сразу понял, как нужно соединять измененные объекты, но через несколько минут он уже достроил свой портрет, и дверь открылась. Он сделал шаг в полнейшую темноту. Дверь закрылась. Голос сверху скомандовал, чтобы Тоби шел вперед. Сделав несколько шагов, Тоби остановился. Страх одолевал все сильнее. Голос попросил продолжить движение. Тоби пошел вперед. Резко включился свет, и Тоби увидел, что он находится в длинном коридоре. Он побежал. Бежать пришлось очень долго. Коридор петлял и никак не заканчивался. Он запыхался, заболел бок, в горле защипало, и он стал чувствовать вкус крови. Он не знал, сколько бежал, но ему казалось, путь никогда не закончится. Через несколько поворотов он добрался до очередных дверей. Нажал на кнопку, расположенную на правой стене, и они открылись. Он вышел в шумный темный туннель. Побежал. Через несколько минут добрался до освещенного туннеля. Свернул в него, а затем выбежал в туннель с оживленной автострадой. Он не понимал, куда попал. Он оказался один, без Нины.
– Н-и-и-на! – закричал он. Потом еще раз и еще. Кричал громче и громче, но ничего не менялось. Только машины проносились мимо, и никто из водителей даже не мог представить, что только что произошло. – Н-и-и-на! Вернись! – он остановился у стены, оперся руками, тяжело дышал. Организм все еще не восстановился после бега. Он заплакал. Нина пропала. Что-то случилось. Он оступился, и теперь остался один на Земле.
Тоби вернулся к двери, которая вела к длинному тоннелю, по которому он прибежал к оживленной автостраде, но все было закрыто. Он бил по железу, орал, но тщетно. Нина осталась внутри.
Тоби совершенно не помнил, как добрался до моста. Сперва его подвезли. Он ехал в машине, и кроме последних слов, звуков и разговоров, которые у них были с Ниной, ничего не слышал. Смотрел в окно и видел только сплошную картинку, которая медленно проплывала перед его глазами, время от времени меняя цвета и рельефы. Тоби не помнил, спрашивали ли у него что-нибудь, но даже если да, то он ничего не ответил. Его поглотили мысли о Нине. Это была его первая серьезная потеря.
Тоби высадили недалеко от центра города. Почему его подвезли до центра, он не понял, но, скорее всего, он сам попросил об этом. Мысли смешались, но он отчетливо помнил, что поблагодарил водителя. Закрыв дверь, он еще некоторое время стоял и смотрел, как машина уезжает и скрывается за ближайшим поворотом. Замерев, он смотрел на светофор, а потом на людей, которые ритмично переходили улицу по переходу. Выдохнув и заплакав в очередной раз, он пошел в сторону моста. Дороги не знал, двигался на ощупь в сторону моря. Вскоре начал виднеться мост. Тоби впервые подумал о том, что может больше никогда не увидеть Нину. Он впервые почувствовал, как будто только что потерял близкого. Никто не готов к такому резкому повороту судьбы. Тоби всеми силами отгонял эти мысли, но их никак нельзя было остановить. Он шел и смотрел на асфальт сквозь слезы. Все казалось размазанным и неестественным. Город обретал совершенно иные краски. Он пытался найти в себе силы, чтобы трезво посмотреть на произошедшее, но попытки ничем не заканчивались. Мост был уже близко. Перейдя последнюю улицу, он поднял голову и теперь смотрел вдаль. Мысли пропали, он просто шел с пустой головой, совершенно не зная, как дальше жить и что делать.
– Тоби, хорошие новости! – закричал Антон, подбежав к Тоби. Приобнял его и немного растормошил.
Тоби не сразу смог ответить. Как только он хотел что-то сказать, его сразу бросало в слезы. Он хотел кричать, но сдерживался. Вокруг него собрались все бездомные, кто жил под мостом. Хоть они и не особо любили людей, но в такие минуты все пытались найти слова поддержки. Кто-то просто дотрагивался до Тоби, кто-то пытался сказать что-то вроде: «Парень, успокойся. Все будет хорошо», а кто-то говорил следующее: «Такое со всеми бывает». Антон попытался узнать, что произошло. Набравшись сил, Тоби произнес единственную фразу: «Ее похитили».
– Нину? Да ты что? Кто такое сделал? – у всех сразу появилось множество вопросов.
Тоби молчал. В его глазах, наполненных слезами, читались усталость, тоска и полное разочарование.
– Ее просто украли, – произнес Тоби, и вокруг него опять воцарился гул, который моментально пресек Антон, разогнавший всех. Он взял Тоби под руку и повел к воде, сказав, что надо бы парню умыться, а то скоро ужинать соплями будет.
Тоби умылся. Затем Антон посадил его возле себя и твердо, как отец, сказал:
– Давай рассказывай. Хватит сопли жевать!
Некоторое время Тоби сидел молча, но Антон недолго думая хлопнул его по спине со словами: «Вываливай давай!».
– Мы сдавали бутылки – нехотя начал Тоби. – Получив деньги, которых хватило на один хороший обед, мы сидели за столиком и уже думали уходить, как к нам подсел какой-то мужчина. Его звали Николай. Он сказал, что видит нас не в первый раз, что мы не похожи на тех, кто всегда сдает бутылки, а затем сказал, что подслушал наш разговор и готов помочь заработать. Мы согласились, и он нас отвез в какое-то странное место. Мы переоделись в эту серую одежду, которая на мне.
– А я думаю, где ты шмоток надыбал, – пошутил Антон, пытаясь разрядить обстановку.
Тоби впервые улыбнулся и продолжил.
– Я не хотел отпускать Нину в отдельную раздевалку, но пришлось. Потом мы встретились. Ничего не случилось. Мы даже тесты проходили практически вместе. Решали какие-то странные задачи. Нина делала их быстрее. Я видел ее за стеклом. Потом она зашла куда-то. Я подумал, что и моя дверь ведет туда же, но оказалось, что как только я закончил решать задачи и открыл свою дверь, то очутился в длинном коридоре. Я побежал. Долго бежал и оказался в автомобильном туннеле. Нина пропала. Я не смог вернуться в эту лабораторию. Я вообще ничего не смог больше сделать. Не помню, как я словил машину и почему меня решили подбросить, но я потерял Нину и не знаю, где ее искать.
– Вот это дела, дружочек! Я про такие похищения не раз читал в газетах. Говорил же я, что Земля опасное место. Я сам даже не думал, что настолько.
– Антон, что теперь? Что мне делать? – Тоби жалобно смотрел на Антона в надежде, что тот сможет быстро найти волшебное решение.
На самом деле Антон ничего не знал о похищениях. Только то, что читал в газетах. Это он и рассказал Тоби.
– Дружище, думаю, что с Ниной должно быть все хорошо. Я читал, что на Земле орудуют мошенники, которые ищут людей для опытов. Не в прямом смысле, а для всяких тестов. Их увозят в агломерацию Семион, а что происходит дальше, я не знаю. В газетах читал только про пропажи. Но ты успокойся, у меня есть отличная новость. Может, ты даже сможешь через время отправиться на Семион, чтобы забрать Нину. Конечно, если она там.
– Что за новость? – поинтересовался Тоби.
– Ты не поверишь, я нашел тебе работу. В общем, давай по порядку. В Трионе будет стройка века. Вскоре возле воды появится огромный экологический центр. Компанию, в которой я работаю, выбрали как главного подрядчика. Нам срочно нужны рабочие. Приступать надо уже завтра. Там пока только работа с грунтом и фундаментом, но я быстро сказал, что у меня есть люди. Шеф попросил, чтобы я взял вас, вернее уже тебя, с собой. Посмотрит на тебя и даст работу. Сейчас не время терять рабочие руки, сказал он. Такие дела, Тоби. Теперь ты сможешь заработать деньги.
– А Нина, – тихо проговорил Тоби.
– Нина, – небольшая пауза. – Нина пока будет в другой агломерации. Думай, что с ней все хорошо. Ты все равно ничего сейчас исправить не можешь. Время расставит все на свои места. Главное не наделай ошибок. Земля их не прощает, знаешь ли.
Тоби покивал головой, соглашаясь, а на душе все еще было паршиво. Он смотрел на воду, которая стала черной. Солнце полностью село, и теперь заметны только световые отблески.
– Пойдем спать, – попросил Антон по-дружески, словно знал Тоби с самого рождения.
Тоби вновь закивал, встал и покорно побрел в сторону матрасов. Какое-то время Тоби лежал и думал о своей одинокой жизни на Земле, а потом мгновенно погрузился в сон. Усталость и переживания заявили о себе. Во сне Тоби бегал по коридорам в поисках Нины. Запыхавшись, он останавливался, и перед ним появлялись компьютеры с задачами, которые он отказывался решать и опять убегал. Снова коридоры, а потом он упал. Поднимает взгляд – а он уже на оживленной автостраде. Не успев ничего подумать, он замечает, как на него несется машина. С криками Тоби просыпается. Никто из бездомных особо не обращает на него внимания. Только Антон, который спал рядом, постучал по спине и сквозь сон сказал:
– Ложись спать. Кошмары обычно снятся один раз.
Тоби согласился и лег. На этот раз он провалился в сон без сновидений.
Pulsuz fraqment bitdi.