Атмосфера зала была наполнена уютом и красотой, пышностью. Вечер был тёплый и безоблачный. Тяжёлые шторы ниспадали с больших окон, на подоконниках которых в больших вазах стояли крупные цветы. С потолка вниз смотрели ажурные люстры, однако свет был немного приглушён для определённой атмосферы. На стенах были прикреплены небольшие светильники. Пол в центральной части зала был устелен красной дорожной, и вела она к небольшой сцене, которая была тоже под красным материалом; на ней играл спокойную размеренную музыку меленький инструментальный ансамбль. Каменные плитки и невысокие колонны отдавали свою прохладу залу, после жаркого дня, что создавало игривое настроение посетителям и придавало, поэтому, превосходство ресторану. В тёмных больших горшках на полу находились высокие и небольшие цветы, которые тоже способствовали уюту. Заведение делилось на два этажа, но немногие могли себе позволить пойти выше. В некоторых местах висели другие шторы, по-видимому, это было специальное место для важных клиентов или просто для ценных разговоров. По всему залу стояли круглые и, около стен, прямоугольные столы, укрытые белыми скатертями с кисточками на концах. На каждом из них стояла маленькая тоненькая прозрачная вазочка с всегда светлыми цветочками. А посетители этого ресторана были одеты в дорогие костюмы, никак не в повседневное облачение. В воздухе же витал мягкий вкусный аромат национальных женских духов и мужских одеколонов, при этом одно совсем не мешало другому. Посетить такое заведение считалось почётным, ещё лучше было то, что всегда была возможность прийти сюда поесть. В помещении было настолько хорошо и приятно находиться, что совсем не хотелось уходить. Казалось, что некоторые люди проводят здесь всю ночь напролёт (на втором этаже точно).
Они сидели за столиком возле дорожки и скромничали. Одному из них не понадобилось много времени для подготовки к ресторану, а вот девушке пришлось задаться вопросом, что надеть, но платье всё же нашлось, потом возник вопрос с причёской и аксессуарами. Конечно же, она не опоздала, пришла вовремя, даже встретилась с ним около входа и они вместе вошли в помещение. Когда к ним подошёл официант, молодой человек сделал заказ, потом заметил, что мадемуазель несколько скованно себя ведёт, поэтому сделал заказ и за неё. Причина её скромного поведения была именно в уровне данного ресторана. Никогда ещё до этого момента она не ходила в него, что ей вообще стало страшно, когда собеседник взял её за руку и повёл в помещение. Сейчас Мортимер смотрел на неё, пока она рассказывала о том, как собиралась и какие мировые новости слышала. Марлен была одета в чёрное прямое обволакивающее, подобно ночи, с короткими рукавами без излишеств, платье, блестящее на плечах и по бокам, словно её усыпали звёздами. В её руке, когда они встретились, он заметил маленькую сумочку с ремешком, а на руке широкий браслет. Она была без серёг, но с симпатичной цепочкой на шее. Если при первой встрече её волосы были немного пышные и завитые, то в этот раз они прямые и строгие, закрывали чуть правый глаз. Чёрные высокие туфельки поблёскивали на ногах. В этот скромный вечер Марлен была элегантной девушкой, можно было сказать, что из прекрасно обеспеченного класса. Инструментальный ансамбль начал играть новую мелодию, а им принесли первое блюдо. Девушка не сразу приступила к трапезе, поэтому пробовать начал Мортимер.
– Вас не замечают, верно? – Вдруг спросила Марлен.
– С чего вы это взяли? – Переспросил Мортимер и съел кусочек хорошо прожаренного мяса.
– Когда я вчера встретила вас и разговаривала с вами, то замечала людей, проходящих мимо нас – они совсем не смотрели на…
– На меня? Разве это считается плохим тоном, когда внимание стараются не обращать на людей?
– Вовсе нет, но разве можно просто не заметить такого человека как вы среди людей? – На этот вопрос ответа не поступило. – Мне кажется, что нет. – Сама же ответила девушка. – Вы такой необычный.
– Я вам не нравлюсь, заставляю смущаться или просто…
– Вы… интересны мне.
На этом слове она приступила к еде, а он прервал свою трапезу и ласково посмотрел на неё. Что-то тёплое тронуло его мысли и сердце, а по её коже пробежался холодок.
– Хочу вам сказать, – начала Марлен, когда запила пищу простой газированной водой, – что когда я вчера пришла в кафе, то там никого не было, а ведь вы мне сказали, что он уже почти там, что идёт по ступеням к дверям. Вы обманули меня, Мортимер? Значит вы вовсе не экстрасенс?
– Неужели я сознался в этом? – усмехнулся Мортимер. – Кажется, я предполагал. И нет, мне не хотелось, чтобы вы отстали, Марлен.
В этот хороший момент принесли второе блюдо, заказанное им. Заиграла новая музыка в инструментальном ансамбле, а за соседний столик пришли новые посетители.
– Откуда вы приехали, у вас совсем не французская речь, хотя языком хорошо владеете? – Спросила девушка и посмотрела на него.
– Это допрос или ужин? – критически произнёс молодой человек, однако не взглянул на неё, а на бокал с недорогим вином. – Я из Лондона. Год назад мне уже приходилось быть в Париже, поэтому знаю язык.
– И что же вас привело в Марсель?
После этого вопроса Марлен заметила, как некоторые посетили ресторана странно и немного тревожно на неё смотрят. Вероятно, им бы и хотелось спрятать этот взгляд, однако она всё равно распознала его. «Почему они так смотрят?» – недоверчиво и стеснительно подумала Марлен и снова обратилась к Мортимеру.
– Пока что мне и самому неизвестно, почему именно Марсель. Считайте, что это командировка, только не сказали по какому заданию.
– М, и где же вы работаете, Морт…тимер? – тяжело добавила девушка.
– Думаю, моя деятельность ничем не заинтересует.
– Вы шпион? – твёрдо задала вопрос Марлен.
– Нет. Почему сразу шпион? И не маньяк, не подумайте ничего плохого. – Обиженно и удивлённо сказал он. – Я частный детектив.
– Вы детектив?! – поражённо радостно громко произнесла девушка и даже немного привстала. Некоторые посетители ресторана повернули головы на их столик.
– Тише, тише, Марлен. – Быстро и спокойно нежно заговорил Мортимер, дотронувшись до её руки, чтобы она села обратно на стул.
– Мортимер, это правда? – улыбаясь, спросила она.
– Конечно же, нет. А вас привлекают детективы?
– Нет, я просто выбирала лучшее место для побега. – Душевно сказала Марлен.
– Вы что-то украли? – Быстро задал новый вопрос молодой человек.
– Да. – Так же ответила мадемуазель. – Ваше сердце.
В этот миг в зале как будто бы повисла тишина, и музыка затихла, и люди замолчали, и электричество в лампах замерло, и воздух перестал перемещаться. Казалось, что теперь точно все смотрят только на них. Но это было не так, всё шло своим временем. Молодой человек посмотрел в сторону и приложил руку к сердцу, а она отпила немного воды из бокала и съела оливку со шпажки.
– Но оно всё ещё в моей груди. – Немного улыбаясь, произнёс Мортимер.
– Не портите момент. – Сказала Марлен милым голосом.
Вечер продолжался. Музыка снова поменялась, стала мягче, насыщеннее, началась тихая песня. За их столик принесли последние лёгкие блюда, за которые бы они в общем много денег не отдали, и забрали пустые тарелки. Марлен снова обратила внимание на то, как на неё смотрят люди и заметила те же странные и внимательные взгляды, однако постаралась отвлечься от них.
– К чему столько вопросов сегодня, Марлен? – просто спросил он.
– Ну, вы пригласили меня на ужин, а не на похороны, хотя даже там разговор имеет место, Мортимер. – Ответила Марлен. – Так для чего вы приехали в Марсель?
Он задумался и не сразу ответил:
– Не могу вас обманывать, – начал он, а она тихо усмехнулась, – но я действительно не знаю, почему приехал. Наверное, город красивый, поэтому и занял моё сознание.
– Всё так просто. – Глядя на него, медленно сказала девушка.
– Ничего не случается просто, всё с чем-то связано, любой шаг, любой образ. Возможно, что в Марселе меня что-нибудь ждёт и ищет. Или кто-нибудь. – Будто невзначай добавил он.
Явился официант и убрал все опустевшие тарелки со стола, потом пришёл снова и положил на стол счёт.
– Вы очень занятный человек, одна только внешность привлекает внимание, однако никто вас почему-то не видит. Будем ссылаться на их воспитание, – улыбнулась Марлен. – Альбинизм встречается редко, и кажется, мне повезло, что я познакомилась с вами, ведь от биолога не ускользает ничто, особенно такое явление.
– По-моему мой случай был уже изучен.
– Но не мной. – Глубоко увлечённо произнесла она. Как только музыка снова поменялась, а некоторые лампы погасли и на второй этаж потянулись новые люди, Марлен заторопилась. – Мне пора идти, уже поздно, завтра на работу.
Она открыла сумочку и достала несколько купюр, и хотя он говорил забрать их, она всё же оставила их на столе. Мортимер хотел проводить её до дома, но девушка этично отказалась от этого предложения. Последнее, что она сказала ему в этот вечер это слова: «Спасибо за вечер, Морт» и скоро ушла из ресторана. Он остался сидеть за столиком один и ни один человек не посмотрел на него за всё следующее время. Недостающую сумму денег Мортимер добавил в закрытую книжечку и продолжил сидеть в полупустом зале, где играла уже тихая медленная любительская музыка. Официант забрал счёт и быстро удалился, хотя Мортимер громко, что было слышно на втором этаже, поблагодарил его и ресторан за вкусную еду. Его крик никто не услышал.
Дорога, ведущая на холм, была полна автомобилей и туристических автобусов. Люди, выходившие из транспорта, быстро доставали свои фотоаппараты, телефоны, видеокамеры и принимались за обычное дело. А большее количество из прибывших составляли граждане многонаселённой азиатской страны. Автостоянка была забита машинами, наверное поэтому многие шли сюда пешком. Быстренько мимо проскользил экскурсионный поезд из трёх вагончиков. Здесь был свежий прохладный ветерок, который спасал от жарких солнечных лучей. Четыре белые с серым переходом птицы сидели на перилах парапета и переговаривались между собой на своём птичьем наречии непонятном человеку. Отсюда открывался незабываемый скайлайн и панорама на город. Было видно всё, что хотелось бы увидеть в Марселе. Возможность заглянуть в бинокль каким-то образом обошла стороной, хотелось насладиться этим замечательным видом, этим городом. Горы, облака уплывающие за них, новые и пожившие домики, голубое небо и синяя спокойная вода в заливе, которая удалялась в Средиземное море. Не все, из приезжих в эти минуты сюда, подходили к перилам и смотрели на пейзаж, они разворачивались и шли к одной из главных достопримечательностей. На высокой точке в городе высилась базилика Нотр-Дам-де-ла-Гард. Её холодные окна смотрели с разных сторон на всю поверхность земли, от этих глаз не скрывалось ничто. Купол и колокольня строения были…
– А, и вы тоже здесь? – Раздался до боли знакомый голос позади Мортимера. Он хотел обернуться, но не успел, потому что она сравнялась с ним, однако взгляд её был направлен вверх на здание. – И что привело вас сегодня на это место?
Он не торопился отвечать. Посмотрел на небо, пощурился от яркого света и перевёл взгляд на тень деревьев, над которыми возвышалась базилика.
– Когда я ходил по набережной, на мои глаза попалась эта часовня. Наверное, её загадочность привела меня сюда, её спокойствие, её жизнь и история.
– Вы пришли ради истории? – Марлен посмотрела на него. – Я бы могла рассказать, однако спешу внутрь.
Мадемуазель пощурилась и так устремлёно пошагала вперёд к ступеням, ведущим наверх. И вдруг Мортимер окликнул её. Он увидел как из её сумки случайно выпал блокнот на металлических кольцах. Молодой человек в белом бросился поднять вещь, но девушка тоже уже среагировала, однако не успела поднять блокнот. Как только Мортимер начал поднимать его за несколько страниц, блокнот раскрылся и он увидел рисунок карандашом. На белом листе был изображён серый Мортимер. Марлен немного стыдливо и стеснительно выхватила блокнот из его рук и очень быстро засунула обратно в сумку.
– Вы нарисовали меня. – Произнёс человек в белом.
– Какая у вас потрясающая наблюдательность, Морт, – нахмурено говорила девушка, – вам нужно работать криминалистом.
Марлен махом развернулась и поспешила уйти. Всё равно это был бесполезный выход из разговора.
– Почему вы нарисовали меня, Марлен? – догнал её Мортимер. – Я вам нравлюсь? – улыбнулся он.
– Зачем вы так много спрашиваете? – резко остановилась девушка и направила прищуренные глаза на него. Её голос стал требовательным.
– Просто хочется знать и всё. – Немного улыбаясь, сказал он.
– М, ясно. Да, вы мне нравитесь. – Враждебно ответила Марлен. – А теперь мой вопрос: вы всегда ходите в белом, Морт, разве у вас нет одежды или какой-то праздник?
– Не то и не другое. Я люблю белый цвет, ведь и сам весь белый. – Усмехаясь, отвечал молодой человек. – Теперь я: почему я вам нравлюсь?
– Это очень странный вопрос, Морт. Для меня вы объект исследования и наблюдения и это мне нравится. Ваша внешность, манеры и это тоже мне нравится. Ваш юмор и белый цвет нравятся. Вопрос исчерпан? Хорошо, тогда я пойду.
– Посмотрите на эти стены – они тоже ведь белые. – Начал Мортимер, но девушка уже не останавливалась, тогда он пошёл за ней. – Взгляните на облака, и они тоже белые. Вращайте спектр всех цветов – цвет станет белым.
– Ищете в этом философию? – Марлен замедлила шаг, но всё же не стала смотреть на Мортимера.
– Она всегда была, её не нужно искать, ведь стоит только заговорить и её уже видно. Не думайте об этом. Если хотите, называйте меня снеговиком.
Теперь они вместе пошли к ступеням. Она о чём-то задумалась, а он смотрел на дорогу и на базилику. Подойдя ближе к зданию, они невольно переглянулись и быстро отвели друг от друга взгляды.
– Посмотрите на колокольню. На ней стоит каменная Дева Мария и держит младенца в руках. Вокруг них ангелы.
– Это значит спасение, сохранение, помощь. Надежда. – Тихо сказала Марлен, глядя на статую. – Она хранит нас и наш город.
– Вы верите, Марлен?
Она молча кивнула. Ей снова стало интересно, почему и зачем он сегодня пришёл на этот холм, но как только она начала спрашивать, он негромко засмеялся и крепко обнял её. Девушка оторопела и замолчала. Однако расслабилась и тоже заключила его в объятия. Так простояли они целых две минуты. На горизонте уже стала вырисовываться тучка, которая через эти две минуты притащила ещё несколько тёмных туч и все они слились в одно угрожающее покрывало. Марлен отодвинулась от Мортимера, но не отпустила его руки. Марлен вдруг почему-то нежно сказала, что у него довольно интересный притягивающий имидж, а поэтому в её голове родилась мысль о том, что этот внешний вид никто не замечает в округе. Мадемуазель неожиданно увидела, как зрелый мужчина стоит под деревом с мороженым в руках и таращится на нее, почти раскрыв рот от удивления или ужаса, который читался в его глазах. И тут её радостное, лёгкое настроение сдуло налетающим ветром, который слишком быстро подгонял тучищу. Мортимер заметил её настороженный взгляд и оглянулся. Он успокоил ее, и они ушли с холма вниз к городу.
Ветер охватил Марсель даже быстрее, чем многообещающий дождь. Он был как предшественник, как первая волна нападения, ведь по небесному полотну было видно, что дождь будет сильным. Южный французский городок медленно темнел под тенью что двигалась сразу после ветра, за которой сразу же была природная артиллерия. Солнце поглотили серые, затем толстые чёрные щупальца. Стало мрачно. Казалось, что всё замерло и ждало чего-то ужасного, как будто бы Апокалипсиса. Улицы быстро опустели, но машины продолжали передвигаться по дорогам. Единицы, кто всё же рискнул остаться под настилающей тучей, стали доставать зонтики. Порывистый ветер прекратился. Над Марселем словно завис огромный инопланетный корабль, окружённый дымом, и под ним вспыхнул яркий свет; тонкими ломаными синевато-белыми линиями разошлись под небом высоковольтные полосы. Где-то в глубине корабля произошёл зловещий взрыв и стеной, летя из-за гор, город захлестнул тёплый ливень.
Они хотели пробежать по улицам. Но небесная вода задела их, и они укрылись в ближайшем магазинчике. Это оказалась небольшая антикварная лавка, в которой было много разных безделушек. В помещении было хмуро, сонные лампочки в люстре выхватывали только первые витрины и шкафы. В воздухе витал сухой, тёплый старинный запах книг и частички пыли. За прилавком никого не было. На дальней стене виднелась плотная шторка, закрывающая проход в комнатку, из-за которой тускло лился свет. В широкие окна били капли дождя, как будто хотели добраться до тех двоих. В глубине зала зажглась ещё одна люстра, которая, кажется, придала сил первой, поэтому стало светло и видно, что там дальше на полках, в шкафах и на столах. В одном высоком шкафу за стеклянной дверкой стояли длинные вазы, а над ними на деревянной полке были шкатулочки и маленькие статуэтки. На столах стояли разнообразные часы, красивые лампы, резные деревянные фигуры. Перед глазами открылся как будто сразу весь мир. С правой стороны через два стеллажа были предметы из Африки, египетские плиточки и символы, старые хрупкие маски аборигенов, некоторые виды оружия, куклы, одежда. Сразу за ней располагались австралийские штучки. Впереди были европейские вещицы: колокольчики, зеркала, картины, предметы мебели, глобусы, украшения, один стеллаж специально был уделён французской роскоши и парфюмерии; дальше занимали несколько полок и шкафов русские бытовые предметы, тарелки, подносы, три полки были в матрёшках, посреди зала стоял красивый резной комод, недалеко от него под ковриком был сундук, плакаты и афиши, книги, кружки, монеты и прочее. По левую сторону находились азиатские страны. Там на столиках стояли чайные сервисы, буддийские летописи и статуи, амулеты и талисманы, драконы, коровы, змеи и другие фигуры.
Здесь всё было необычным и занимательным. Марлен привлекла одна маленькая статуэтка, которая стояла напротив её глаз. Девушка хотела взять её, но её спутник повёл за руку дальше. За прилавком появился пожилой дядечка, наверное, вышел, когда они разглядывали ассортимент магазина. Он был одет в серую рубашку и светлые коричневые брюки, на носу серебряное пенсне. Его волосы были седые, а кожа сморщенная, худой. Он слабо улыбнулся посетительнице и предложил ей одну недорогую картину, однако Марлен отказалась, потому что ей всё равно не хватило денег на антиквариат. Мортимер вежливо попросил покинуть лавку, однако девушка сказала, что на улице дождь и лучше переждать его в сухом месте. И тут же на Марлен упал ужаснувшийся, а потом ещё и удивлённый взгляд старичка за прилавком, что чуть не упало его пенсне. Марлен не заметила этого, так как смотрела на Мортимера. Но зато она услышала, как продавец сказал, чтобы она смотрела представленную продукцию, потом он снова скрылся за шторой. Марлен и Мортимер пошли по кругу и разглядывали почти каждую вещичку. Любая безделушка в лавке приковывала внимание и взгляд, завораживала, интересовала и хранила какую-то тайну. Они так долго провели времени в магазине, что дождь закончился, и выглянуло солнце. Небо освободилось от тяжести и злобы. Но за это время дядечка так ни разу и не вышел из другой комнатки.
Свежесть заменила жаркий городской воздух. Стало прохладно, тепло и приятно находиться на улице. Марсель будто бы вздохнул по-новому. Марлен и Мортимер вышли из антикварной лавки и увидели, что улицы снова заполнились автомобилями и людьми. Он хотел здесь попрощаться с ней, и уже навсегда, но она вдруг спросила: не хочет ли он выпить тёплого вкусного чаю, привезённого её подругой из Индии. Желание расставаться куда-то улетучилось, он совсем забыл о том, чего хотел только что, и всё же согласился на небольшое чаепитие. С какой бы силой не тянуло его обратно желание уйти, скрыться, исчезнуть и встретить завтрашний день, мадемуазель держала его за руку и тащила за собой как будто несчастного разбитого, безутешного. Однако таковым Мортимер вовсе не был, наоборот он смотрел по сторонам, чуть ли не в каждое окно заглядывал и сопровождал увиденное своим иногда простым, иногда саркастичным комментарием. «Странно, здесь тихо и глухо, как в могиле» – услышала она от него, а потом было дополнение через минуту: «Нет, в могиле и то звуки какие-то имеются». И так было до того самого момента пока они не пришли на перекрёсток дорог. Позади них была набережная, слева известный холм, а дальше Мортимер задался вопросом в какое кафе они идут пить чай и зачем она носит его с собой? На что Марлен усмехнулась, закатила глаза, прочистила горло и делала это с ожиданием того, что он всё же поймёт что к чему. Мортимер смотрел на неё и ждал ответа.
– Мы идём на улицу Фонгат. – Оповестила Марлен.
– Заведение там? – спросил он и удивился, для чего было так далеко идти, когда первое кафе на их пути было ещё четыре кафе назад. – Наверное, вы его уважаете и обслуживание тоже.
– Да, там всегда чисто, уютно и обслуживание хорошее. – Невозмутимо-удивлённо ответила девушка и пошла дальше. Он за ней.
– И хозяин человек достойный? А интерьер красивый?
– Хозяин девушка, очень симпатичная, хорошая. Она же и арт-директор, поэтому за обстановку можно не беспокоиться. – Уже спокойно говорила Марлен.
– Это ваша подруга!? – радостно спросил молодой человек. – Конечно, как же я не догадался сразу? Часто заходите к ней? Возможно, очень…
– Я там живу, – перебила Марлен и резко остановилась, потому что они были на пешеходном переходе. Ещё немного и Мортимер врезался бы в неё, но вовремя остановился и поднялся на носках. Он решил в этот момент не смотреть вперёд, а посмотреть на затылок Марлен. После её фразы он действительно удивился.
– Вы живёте в кафе своей подруги?
Марлен снова закатила глаза, глубоко вздохнула – они быстро перешли дорогу – и повернулась к нему, посмотрела в его завораживающие глаза.
– Морт…тимер – решила договорить она, – вы действительно не понимаете, что мы идём ко мне домой? Или дело в чём-то другом, м?
– Для чего мы идём к вам домой? – испуганно задался он.
Именно этого вопроса она не ожидала совсем услышать от него в эту затянувшуюся секунду. Белой птицей над ними повисло одно полупрозрачное облако. И всё же Марлен смогла найти тот самый ответ:
– Для чая. – Она сказала это протяжно, сухо с ноткой собравшегося в мыслях раздражения.
Всю последующую дорогу они не разговаривали. Марлен быстрыми мировыми шагами летела по назначенному маршруту, а Мортимер поспевал за ней маленьким корабликом, которого уносила эпоха. Но вот что, когда они стояли за перекрёстком, Марлен не заметила прикованных к ней взглядов, до глубины удивлённых и жалеющих взглядов прохожих. Одно хорошо, что ни один из этих взглядов не достал телефон и не набрал соответствующую службу помощи.
Pulsuz fraqment bitdi.