– Замёрзла, давай согрею!
Васильев положил руки девушки к себе на грудь, запахнув полушубок, прижал её к себе. Вера почувствовала правой рукой, как учащённо бьётся его сердце, а на своей щеке его дыхание.
– Вера, ты очень красивая и хорошая девушка! Ты мне сразу понравилась, как только увидел тебя. Помнишь, как защищала меня, когда я первый раз вошёл в ваш класс?
– прошептал он ей на ухо, прижимая ещё крепче к себе девушку.
– Я помню всё! Но обратила на тебя внимание в первый раз в клубе, когда ты вернулся из армии и в тот же день пришёл вечером на дискотеку. Тебе идёт военная форма, ты выглядел таким мужественным. Разве ты не заметил, как на тебя смотрели многие девчонки, и каждая хотела с тобой потанцевать.
– А ты?
– Мне очень хотелось, чтобы ты обратил на меня внимание и пригласил на танец. Но ты приглашал только Семенихину Наташу. Как я ей завидовала.
– Просто я с нею дружил немного до ухода в армию, она поначалу даже ответила на первые мои письма. А потом перестала писать, и я понял, что ей не нужен. А когда увидел её тогда в клубе вместе с Топорковым Володей, меня как-то «завело». Я тогда подумал: «А чем Топорков лучше меня?» Но когда она ушла домой с Володькой, понял, что у них, возможно, любовь. И, ты знаешь, я даже не расстроился. Теперь, я буду приглашать танцевать только тебя!
– Нам директор школы запрещает ходить в клуб.
– Тогда я буду вечером приходить к твоему дому, и мы будем гулять по улице, как сегодня. Ты согласна?
– Да! Коля, я уже завтра буду ждать тебя! Но в школе буду обращаться к тебе по имени и отчеству. Пусть пока никто не знает о нашей дружбе.
Они стали встречаться почти каждый вечер, гуляли по улицам села, но это не мешало учёбе Веры, она, наоборот, ещё серьёзнее стала относиться к подготовке домашних заданий по всем предметам, особенно по истории. Часто влюблённые проводили время в библиотеке. Библиотекарь тётя Маша видела, как развивалась любовь Коли и Веры, ей нравились эти ребята, и видела, какая будет хорошая пара. Она часто отогревала их горячим чаем, но никому не рассказывала об их встречах.
Николай всё больше узнавал Веру, у неё было очень развито чувство справедливости и ответственности, одноклассники знали об этом и поэтому избрали её старостой класса. Девушка была очень эмоциональна, она без оглядки отдалась своим чувствам. Замечая это, Васильева ещё больше увлекало в водоворот страстной любви к ней.
На новогоднем карнавале в клубе Николай весь вечер танцевал с Верой, а с какой любовью они смотрели при этом друг на друга, и это заметили все присутствующие на праздничном вечере. Когда Васильев вышел на улицу подышать свежим воздухом, оставив девушку в кругу подруг, к нему подошла завуч школы Смирнова.
– Николай Семёнович, вы ведёте себя недопустимо, как учитель. Ведь Красильникова ещё ребёнок и ваша ученица, она идёт на поводу своих ложных эмоций, а вы её соблазнили. Я подниму этот вопрос на педсовете.
– Лия Фёдоровна, я очень уважаю вас как отличного педагога, ваш возраст и вашу руководящую должность. Но не могу вам не сказать – то, что вы говорите, это абсурд. Да, я люблю Веру, она любит меня! Что в этом плохого?
– Девочка ещё очень юна и не может правильно отдавать отчёта своим действиям, а вы этим воспользовались.
– Лия Фёдоровна, я старше Веры на четыре года, а мне известно, ваш муж старше вас на семь лет.
– Я с мужем познакомилась после окончания института и вышла за него замуж, когда мне было двадцать четыре года.
– Да, я уверен, что мы с Верой поженимся, но это будет не ранее чем ей исполнится восемнадцать лет.
– Вы меня не убедили, о вашей связи со школьницей я вынуждена сообщить в районный отдел образования и поставить вопрос на педсовете.
Она исполнила свою угрозу, вначале доложила директору школы, а во время зимних каникул пришла домой к Красильниковым. Убедила родителей Веры, что рано ей влюбляться и гулять с взрослым парнем, а девушку постыдила, да ещё и припугнула её:
– Если будешь снова встречаться с Васильевым, выгоним его из школы.
На второй день она встретилась с Николаем в библиотеке, куда пришла с разрешения отца, не сообщив ему, что идёт на встречу с Васильевым.
– Коля, ко мне домой приходила Смирнова и рассказала о нас моим родителям, да ещё в таких «красках», что они запретили мне встречаться с тобой. А ещё она грозилась уволить тебя с работы.
– Какая она неугомонная, всё не хочет понять, что у нас любовь и ничего в этом плохого нет. Они нас не разлучат!
– А мы и не будем разлучаться, но по вечерам встречаться не будем.
– Как, мы теперь не будем видеться?
– Почему не будем видеться? Коля ты забыл, что я твоя ученица, и мы будем встречаться в школе, конечно, в основном на твоих уроках. А ещё давай писать друг другу письма. Через полгода я окончу восемь классов. Потом поступлю учиться в техникум на бухгалтера.
– Ты умница! Мы так и поступим. В августе этого года я также поступлю учиться в школу милиции. Будем продолжать переписываться, а на каникулах сможем встречаться без оглядки на мнение окружающих.
Васильев поговорил с завучем Смирновой сразу после каникул, сообщив ей, что больше не будет встречаться с Красильниковой до окончания ею школы.
– Это вы, Николай Семёнович, приняли правильное решение, а то своим поведением вы компрометировали себя и весь педагогический коллектив.
Теперь Вера и Коля виделись каждый день в школе, встречаясь любящими взглядами, а о своих чувствах и мечтах рассказывали друг другу в письмах.
Их мечтания в дальнейшем сбылись. Николай окончил школу милиции, получив звание лейтенанта, был направлен в райотдел, где работал вначале в уголовном розыске, затем был переведён в службу БХСС, старшим оперуполномоченным. Красильникова получив диплом бухгалтера, вышла замуж за Васильева, и через год у них родился сын, Серёжа…
На второй день, после общей планёрки райотдела Мухин, зашёл в кабинет к Фёдорову.
– Денис, я понимаю, что у тебя свои планы на сегодня, но мне необходимо выехать в районный отдел образования, чтобы произвести выемку бухгалтерских документов по детским садам. А к десяти часам подойдут студенты, которые были у нас вчера в качестве понятых. Так вот, у меня к тебе просьба, допроси их и составь протоколы допроса свидетеля, а то я не успею выполнить отдельные поручения следователя за два оставшихся дня.
– Да ладно, Валера, не беспокойся, допрошу студентов. А на мебельную фабрику схожу завтра.
Фёдоров сидел в кабинете, просматривая полученные им с утра в секретариате заявления граждан о правонарушениях, и записывал мероприятия по их проверке в ежедневник, когда раздался телефонный звонок. Подняв трубку, услышал голос дежурного по РОВД:
– Денис, здесь пришли двое ребят и две девчонки, говорят, что их попросили подойти к десяти часам, но Васильев и Мухин отсутствуют. Что мне им сказать?
– Направь их ко мне в кабинет. Только скажи им, чтобы заходили по одному, сначала девчонки, затем ребята.
Первой зашла Алёхина.
– Здравствуйте!
– Здравствуйте, Катя! Присаживайтесь! Вы уж извините нас, но такой порядок, вы вчера присутствовали при обыске гражданки Левиной, поэтому я должен с вами побеседовать как со свидетелем и составить протокол допроса.
– Как мне не хотелось участвовать в этом, но не смогла отказать подруге.
– Вам жалко человека совершившего преступление?
– Мне не жалко преступников, некоторых я бы сама казнила. Но мне не нравится, как работает милиция при раскрытии преступлений.
– Что же вам не нравится в работе милиции? Или обидели когда-то мои коллеги?
– Я, конечно, не могу сказать что-то плохое о вас и ваших товарищах, вчера сама видела, как должны работать работники милиции. Но некоторые и пальцем не пошевелят для раскрытия преступления.
Фёдоров заметил, что как только девушка сказала эти слова, её глаза вновь наполнились слезами и она, достав платочек из сумочки, отвернулась. Вытерев слёзы и тяжело вздохнув, Катя вновь повернулась в его сторону.
– Давайте задавайте ваши вопросы, я готова отвечать.
– Для заполнения протокола, я сначала спрошу у вас некоторые формальности.
– Спрашивайте!
– Ваше полное фамилия, имя и отчество?
– Алёхина Екатерина Михайловна!
– Дата, месяц и год, а также место рождения?
Лейтенант записал в протокол данные о её рождении, которые девушка назвала ему. Потом он вновь спросил у неё:
– Ваш адрес местожительства?
– Я живу сейчас у бабушки, здесь в городе Эн-ске, на улице Пушкина, а прописана в другом городе, где раньше жили мои родители, старшая сестра и два братика.
– Извините, за отвлечённый вопрос. Вы сказали, что прописаны там, где раньше жили ваши родные. Они, что, куда-то уехали?
Катя, вдруг закрыв лицо руками, заплакала и произнесла всхлипывающим голосом:
– Их убили! Понимаете, их разом всех убили! Уже год прошёл после этого. Вы, меня извините, но я как вспомню о них, слёзы сами наворачиваются на глаза!
– Да уж нет, это вы меня извините. Я, наверное, перешёл некоторую грань во время нашего разговора.
– Да ничего! – ответила Катя и, когда немного успокоилась, вытерла слёзы платочком, продолжила разговор: – Вы знаете, иногда поговорю о них с хорошим человеком и мне как-то становится легче. А вы, как мне кажется, хороший человек. Поэтому я расскажу вам, что произошло с моими родными, да и с вами хочу посоветоваться.
– Я готов выслушать, если это не расстроит вас и вы не будете плакать. А также оказать вам помощь, пока хотя бы советом.
– Когда случилось эта трагедия, меня дома не было, я в это время находилась на практике и жила у бабушки. В тот день, вечером, нам позвонили из милиции и сообщили о гибели моих родных. Похороны мамы, папы, старшей сестры и двух братишек, им было по шесть лет, прошли для меня как в тумане. Полгода не могла прийти в себя от горя, была в глубокой депрессии. Потом встретила Олега, он помог мне выйти из этого состояния, за что я ему очень благодарна.
– А что, убийцы понесли наказание.
– В том-то и дело, что убийц не нашли, да мне кажется их никто и не искал. Вы знаете, вначале даже меня подозревали, представляете, какое кощунство. Но у меня, оказывается, имелось алиби, я в это время была в другом городе, что подтвердило множество людей. Подозревали кого угодно, а в это время настоящие преступники гуляют на свободе.
– Теперь мне понятно, почему вы не любите милицию.
– Да, поэтому я не люблю милицию.
– Катя, а вы изучали уголовное дело?
– Вначале мне не показывали результаты расследования, пришлось нанять адвоката. Вместе с ним я изучила некоторые материалы уголовного дела и только тогда узнала, как погибли мои родные. Они все были убиты электроутюгом, ударами по голове. Тела папы и мамы были обнаружены в зале, рядом с входом в их спальню. Как они были одеты, можно было предположить, что их разбудил какой-то шум в зале, они вышли туда и здесь были убиты. Сестра Оля была убита в своей кровати. Она так и не проснулась. А братишки-близнецы Вова и Юра убиты тоже в своих кроватках, и глаза у них были открыты. Они видели убийц.
– Получается, сначала убили ваших родителей, а потом сестру и братьев как свидетелей. Значит, убийцы были вхожи в вашу семью.
– Я тоже так думаю, и адвокат также имеет такую версию. Но следователь за год допросил только соседей, других жителей на улице, где находится наш дом, не допрашивал, а ведь из них кто-то мог что-то видеть или слышать. На мои доводы один ответ – следственная группа работает.
– Где работали ваши родители?
– Папа работал инженером в строительной организации, мама и сестра были медсёстрами в центральной районной больнице. Я даже не могу предположить, что у них могли быть враги. Родители были уважаемыми людьми в городе.
– А что было похищено, может, имелась большая сумма денег или какие-то ценности?
– Драгоценностей у нас никогда не было и огромные суммы денег никогда дома не держали. Правда, папа собирал деньги на машину, но они хранились на сберкнижке. Похищены были только вещи мамы, сестры и мои. Сколько денег было похищено, не знаю, но не более ста рублей. Да, ещё, когда хоронили моих родных, у мамы и сестры отсутствовали золотые серёжки, а они их никогда не снимали.
– Чтобы подтолкнуть следственную группу к более активной работе по раскрытию преступления, вам необходимо было написать жалобу в прокуратуру и руководству областного следственного управления.
– Я тоже думала об этом, но адвокат, которого мы наняли, переехал в другую область, вот я и хотела с вами посоветоваться. Может, вы знаете хорошего адвоката, правда у нас с бабушкой нет сейчас больших денег.
– Катя, давайте мы поступим по-другому. Я через своих коллег попробую узнать, на какой стадии идёт расследование убийства ваших родных, а потом окажу помощь в написании жалобы. Только у меня к вам одна просьба: пусть это останется между нами.
– И Олегу не нужно говорить?
– Да, и Олегу!
– Хорошо! Я очень вам благодарна!
– Ещё пока не за что!
– Ну, всё же вы меня выслушали с таким вниманием и сочувствием. Всё-таки есть и хорошие работники милиции, а то я как-то в последнее время разуверилась в этом.
Фёдоров записал на листике бумаги телефонные номера и подал его девушке.
– Вот по этим номерам вы сможете мне позвонить, вечером на домашний, а днём на рабочий, я указал, где какой.
Побеседовав ещё с Алёхиной и оформив протокол допроса, в котором она расписалась, опер вновь успокоил её и пообещал:
– Вы идите и надейтесь на лучшее, а я своё слово сдержу. Да, передайте подруге, пусть она заходит ко мне в кабинет. До свидания, Катя!
– Спасибо, Денис Иванович! До свидания!
Когда девушка ушла, Фёдоров ещё некоторое время был под впечатлением разговора с Алёхиной и случившейся у неё трагедии. Составление протоколов допроса Волошиной Веры, второй понятой, и затем Олега с Алексеем провёл быстро, задавая им формальные вопросы, а также беседуя с ними на отвлечённые темы. После их ухода вновь занялся изучением заявлений и анонимок.
В час дня к нему заглянул Мухин.
– Ну что, Денис, приходили понятые?
– Всё нормально, Валера! Я допросил их.
– Тогда я приглашаю тебя к себе на обед, Мила наготовила борща и пельменей, звонила, что ждёт нас…
Через десять минут они уже входили квартиру Мухиных. Хозяйка встретила их в коридоре.
– Мальчики, мойте руки и садитесь за стол, я сейчас подам вам кушать.
Поставив на стол первое и второе блюда, Мила подсела к столу:
– Вы ешьте, а я посижу рядом с вами, – затем напомнила к мужу: – Валер, ты пригласил Дениса на завтрашний вечер?
– Извини, Мил, я упустил из вида! – отозвался он и обернулся к Фёдорову: – Денис, завтра вечером у нас намечается небольшое застолье, где будет узкий круг наших друзей, а так как ты один из них, значит твоё присутствие обязательно и возражения не принимаются.
– Да, Денис, ты обязательно приходи. Кстати, я пригласила и свою подругу, а она очень симпатичная особа, с высшим образованием и, самое главное для тебя, не замужем, – добавила Мила.
– Ну, если это будет ещё и вечер знакомства с очаровательной девушкой, я не смею отказать, – пошутил Фёдоров, допивая компот, и, вставая из-за стола, продолжил шутку: – Мила, спасибо за угощение, борщ и пельмени, как всегда, у тебя отменные. Если так умеет готовить и твоя подруга, то буду пытаться завоевать её сердце.
– Самое главное, Денис, иди к этой цели, а мы с Милой окажем этому содействие, – засмеялся Валера…
На второй день, перед окончанием рабочего дня, в кабинет к Фёдорову зашёл Мухин.
– Денис, ты не забыл, сегодня мы ждём тебя у нас в гостях? После работы мне зайти за тобой?
– Валер, подойду потом. Вначале забегу на несколько минут в одно место, а к семи вечера подойду к вам, надеюсь, это будет не поздно?
– Нет, как раз все приглашены к этому времени…
Вначале Денис заскочил домой переодеться, а потом зашёл к тёте, выращивающей цветы, где забрал заранее приготовленные ею три букета роз.
Подойдя к двери квартиры Мухиных, он нажал на звонок, и хозяин сразу открыл дверь.
– Заходи Денис, все уже в сборе. Снимай туфли, вот, надень эти тапки.
– Валер, подержи, я сниму обувь, – попросил Фёдоров, передавая букеты коллеге.
– О, три букета! А ты предусмотрительный, как раз для каждой девушки, находящейся в зале.
Зайдя в комнату, Денис окинул взглядом помещение. Мила и высокая красивая девушка, с короткой стрижкой волос, чёрных, как смоль, расставляли столовые приборы и блюда на столе. Парень лет двадцати пяти просматривал книги, стоявшие на полках серванта. У окна стояла хрупкая девушка со светло-русыми волосами, которые ниспадали волнами ей на плечи. Она смотрела в окно, а когда Мухин сообщил гостям о приходе Фёдорова, повернулась, и Денис увидел с любопытством глядевшие на него зелёные глаза, придававшие лицу девушки таинственность и чарующее обаяние.
Фёдоров, обращаясь ко всем гостям, представился:
– Денис! Коллега Валеры и частый гость семьи Мухиных, как дегустатор кулинарных талантов Милы.
Подойдя к парню, Мухин отрекомендовал его:
– Фортовой Виктор, мой друг детства и одноклассник, в настоящее время армейский офицер, – повернулся к девушке стоявшей рядом с Милой: – А эта красавица – Вика, его жена и будущая генеральша.
Фёдоров вручил цветы Мухиной и Фортовой, а когда подошёл ко второй гостье и передал ей букет роз, услышал её тихий голос:
– Лена! Спасибо за внимание.
Подошедший к ним Мухин проинформировал:
– Лена – подруга Милы со студенческих лет, она у нас по натуре мечтательница, – а затем обернулся ко всем присутствующим: – Друзья, прошу к столу!
Когда все сели за стол, а Фёдоров оказался рядом с Агарковой, Мила напомнила ему:
– Денис, ты без внимания Лену не оставляй, ухаживай за нею!
Когда Мухин разлил по рюмкам, мужчинам водку, а женщинам, по их просьбе вино, Фёдоров поинтересовался у соседки:
– Вы что будете кушать, что вам передать?
– Мне, пожалуйста, салат, а мясное я стараюсь есть поменьше.
– Как, вы не попробуете «коронное» блюдо Валеры – буженину?
– Ну, если только маленький кусочек!
Когда у всех гостей были наполнены тарелки из нескольких блюд, а в рюмки налито спиртное, Мухин поднялся и произнёс тост:
– Друзья! За этим столом собрались гости, которым я и Мила рады, с которыми нам приятно общаться, и надеюсь, в дальнейшем наша дружба только усилится. Тебе, Вика, желаю стать генеральшей, а тебе, Лена, найти свою любовь, – перевёл взгляд на Фёдорова: – Денис, тебе желаю, чтобы ты нашёл свою вторую половину, и мы могли дружить семьями.
Когда Мухин произносил тост, Фёдоров посмотрел на Агаркову и заметил, как она смотрит на Валерия. Это был взгляд влюблённой в него женщины.
«Эге, Валера, а ведь Лена любит тебя! Вот это Мухины познакомили меня с девушкой! Интересно, Валера видит это? А Мила догадывается о объекте воздыхания своей подруги?» – подумал Денис.
После первой рюмки разговоры за столом стали веселее. Потом был следующий тост, который произнёс одноклассник Мухиных. Произнёс тост и Фёдоров. Потом все танцевали и вновь произносились тосты. Всё это время Денис наблюдал за Агарковой. Внешне она пыталась скрыть свои чувства к Мухину, но он замечал, как украдкой она поглядывала на Валеру, и это на самом деле были взгляды, полные любви, а ещё её выдавало то, как она, сама не замечая за собой, при этом томно вздыхала. Присмотревшись к хозяевам и гостям, Денис отметил про себя, что на странное поведение Лены обратил внимание только он. Уже в первом часу ночи супруги Фортовые, сославшись на позднее время, начали собираться домой. Их поддержали Фёдоров и Агаркова.
Мухины проводили гостей до выхода из подъезда, где попрощались с ними. Весенняя ночь встретила их освежающими ветерком. Денис заметив, как Лена поёжилась, снял джинсовую курточку и накинул девушке на плечи.
– Спасибо, Денис! – поблагодарила она и взяла его под руку.
До кинотеатра Денис и Лена шли вместе с супругами Фортовыми. Затем, когда те свернули на другую улицу, они пошли вдвоём. Вначале шли молча. Первой начала разговор девушка:
– Денис, вы давно работаете с Валерой?
– Около года!
– Ну и как, он хороший работник?
– Валера отличный специалист и надёжный товарищ! И ещё я заметил, отличный семьянин – любящий муж Милы и отец Настеньки.
– Да, он хороший семьянин! – ответила Агаркова, и Фёдоров услышал в её голосе огорчительные нотки, и он не сдержался, спросил у девушки:
– Лена, а ведь вы любите Валеру! Я не ошибся?
Услышав эти слова, Лена резко остановилась и повернулась к Фёдорову:
– Почему вы так решили?
– Я наблюдал за вами весь вечер и понял это.
– А вы знаете, вам могу признаться. Да, я люблю Валеру! Люблю с тех пор, когда Мила познакомила меня с ним, и ничего с этим не могу поделать. Пыталась забыть и не думать о нём, удалить его из своего сердца, но у меня это не получается.
– Лена, вы же понимаете, что у вас нет никаких шансов на взаимную любовь со стороны Валеры.
– Я это понимаю, да и непорядочно с моей стороны вмешиваться в жизнь своей лучшей подруги. Денис, а слишком заметно по моему поведению, что Валера мне небезразличен?
– Как видите, я заметил в первый день нашего знакомства.
– Я должна уехать из этого города, но в данное время не могу оставить больную маму! А вас, Денис, прошу, никому не говорите о моих чувствах!
– Это ваше личное дело, да к тому же считаю, что непорядочно посторонним вмешиваться в чужие отношения. Но учтите, долго вы не сможете скрывать свои чувства от постороннего взгляда.
– А я теперь свои чувства к Валере постараюсь не показывать на людях. Да и правы вы, у моей любви нет будущего, а значит, необходимо выкинуть из головы эту блажь. А что, вот влюблю вас в себя, затем женю на себе а там и Мухина забуду.
– Понимаете, Лена, любовь должна быть взаимной, тогда и семейные узы будут крепкими.
– Я это и сама знаю, а в отношении вас пошутила, хотя, если честно, вы мне симпатичны. Ну, вот мы и пришли! – сообщила она, показывая на подъезд пятиэтажного дома.
Передав куртку Денису и поблагодарив его за неё, на прощание сказала:
– Спасибо, Денис, за ваше понимание, да и мне легче стало на душе после нашего разговора. Вы хороший человек, с вами так приятно беседовать. Если у вас будет желание ещё встретиться со мной, то позвоните мне по телефону.
Агаркова назвала ему номер своего домашнего телефона и, попрощавшись, открыла двери и скрылась в подъезде. Фёдоров постоял несколько минут, дождавшись, когда в одном из окон второго этажа зажёгся свет, и пошёл по улице домой, размышляя о разговоре с Леной. Потом он вспомнил последний день, проведённый с Мариной перед расставанием, и у него защемило сердце от потери любимой девушки, которую продолжал любить и знал, что никогда её не забудет…
Pulsuz fraqment bitdi.