Её называли ведьмой, колдуньей, проклятой. Хотя она была ведуньей, знахаркой. Она разбиралась в травах, знала язык зверей и жила в гармонии с природой. К ней частой обращались за помощью. Излечить раны, остановить кровь и вылечить хворь. Никто не знал её настоящего имени, когда нужна была помощь, к ней обращались Ведунья, и тут же за её спиной шептались, называя Ведьмой!
Она была прекрасна! Огненно-рыжие косы до пояса. Бледное, с едва заметным румянцем на щёках, лицо. И большие тёмно-бурые глаза, будто две смородинки. А взгляд был, такой завораживающий. Смотришь в её глаза, и насмотреться не можешь.
С утра она уходила в лес за травами. Возвращалась к полудню и начинала приготавливать мази и отвары. Сушила грибы, ягоды и травы. Она знала, когда и какую траву, можно собирать. Знание ей передала её мать. Она с детства ходила в лес с матерью за травами. Когда ей было четырнадцать, она осиротела. Отец пал в битве с Печенегами, а мать сгинула на болотах. Не выдержав насмешек и упрёков людей, она покинула родную деревню, близь Смоленска. С торговцами она добралась до Сибирских земель. Торговцы остановились на ночлег, в маленьком поселении на берегу небольшой реки с тёмной водой. Тут она и осталась. Староста разрешил ей поселиться в маленьком домике на краю поселения, возле реки. На протяжении шести лет она помогала жителям поселения, излечивая их от разных болезней. Всякое было с ней за эти шесть лет. Над ней смеялись, называя нелюдимой. Её проклинали, называя ведьмой. Она, молча, опускала глаза и уходила в свой маленький домик.
Моё знакомство с ней произошло в ночь Купалы. Если бы не она, то я не рассказал бы вам эту историю. Ну не буду забегать вперёд, скоро вы всё узнаете. Вы спросите кто я? Сейчас я вам всё расскажу.
Я Волколак! Оборотень! Человек-волк.
С древних времён, ещё до прихода единого бога на наши земли, все мужчины моего рода перевоплощались в волков. Мы не можем контролировать этот процесс. Где-то в глубине души просыпается зверь, и мы ничего не можем с этим поделать. Раньше мой род жил недалеко от Новгорода. Нас называли сынами Велес. Мужчин из моего рода часто нанимали князья в свою дружину. Мы отличные воины. Помимо того, что во время битвы мы могли перевоплотиться в волков и напасть на неприятеля, так мы ещё и в обличие человека превосходим обычных людей в силе.
Но с приходом нового бога на наши земли, нас нарекли колдунами и детьми нечисти. На нас началась охота. За голову Волколака князь и служители креста назначили награду в 30 серебряников. Нам пришлось покинуть родные земли.
Я направился к малоизвестным сибирским землям. Путь мой был сложен и долог. Добравшись до гор Урала, я решил немного передохнуть, перед предстоящим преодолением этих могучих гор. Убедившись в отсутствие погони, я завалился в небольшое углубление у подножия горы.
Мне приснилось моё первое пробуждение зверя! Тогда мне было 20 лет. Я вместе с другими мужами отбивал нападение Печенегов на наши земли. В самый разгар битвы, я почувствовал жар в груди. Потом всё было как в тумане. Проснувшийся во мне волк, был в разы крупнее обычного волка, с жёлто-оранжевыми глазами и угольно-чёрной шерстью.
После пробуждения зверя, мужчины моего рода переставали стареть и меняться внешне. Мы можем жить вечно, но нас можно убить в бою, мы можем погибнуть от болезни или кровопотери.
Меня разбудило чьё-то дыхание. Открыв глаза, я увидел морду медведя перед собой. Он с любопытством меня обнюхивал.
– Бурый! Давай уходи! – шёпотом произнёс я, слегка приподняв голову.
Медведь насторожено отскочил и, заревев, попятился назад.
– Давай родной, по-хорошему уходи!– произнёс я вслух, сжимая правой рукой рукоятку своего топора. Поднявшись на задние лапы, медведь потянул воздух носом, и, опустившись на передние лапы, неуклюже побрёл в лес.
– Солнце уже встало! Нужно отправляться в путь!
Преодолев горы, я пробирался по густым лесам Сибири.
Куда идти дальше я не знал. Вроде бы я достиг своей цели. Вот она Сибирская земля! А что дальше? Может, сгину в этих дремучих лесах и болотах.
Спустя четыре дня, я вышел к небольшой деревне, окружённой частоколом.
Постучав в ворота, они распахнулись со скрипом. Путь в деревню мне перегородили пятеро крепких мужчин в кольчугах, вооружённых топорами и молотами.
– Охотники! – пробормотал я.
– Смышлёный зверь! – произнёс с ухмылкой, воин с повязкой на левом глазе.
Поняв, что битвы не избежать, я обнажил оружие. В левой руке у меня красовался меч с рунами по всей длине клинка. В правой руке был боевой топор с вырезанной на конце, деревянной рукоятки, головой волка. Наше родовое оружие. Сделав два шага назад, и глубоко вдохнув воздух, я ринулся в бой. Воины побежали мне на встречу. Встретившись лицом к лицу с первым противником, я нанёс сокрушительный удар топором, снеся голову недруга. Тут же выставив меч вперёд, и парировав удар топором, воина с повязкой на левом глазе, я сразу же нанёс удар топором в область правого плеча, отрубив ему руку. Пока он орал от боли, смотря на лежащую, на земле руку, я тут же вонзил ему меч в грудь. Захрипев, он рухнул на землю. Двое воинов, бросив оружие, побежали в деревню. Последнего я упустил из вида. И это чуть не стоило мне жизни. Он нанёс мне сильный удар молотом в грудь, переломав рёбра. От удара и сильной боли в груди я упал на землю. В груди зажгло! Проснувшийся во мне зверь, разорвав воина с молотом, бросился вглубь леса.
Очнулся я на берегу небольшой реки. Попытавшись встать, сильная боль в груди нарастала, и я снова лёг.
– Ну, вот и всё! – прошептал я.
– Вот и моя погибель близиться – теряя сознание от боли произнёс я.
Меня пробудила тишина. Приоткрыв глаза, я едва смог разглядеть очертания слабо освещённой комнаты.
– Проснулся? Это хорошо! – произнёс приятный женский голос.
Я насторожено начал осматривать комнату, пытаясь взглядом найти хозяйку прекрасного, тихого голоса.
Ко мне подошла стройная женская фигура невысокого роста.
– Лежи, не шевелись! Раны ещё не зажили!Сломынное ребро повредило лёгкие! – произнесла девушка с огненно – рыжими волосами, положив руку мне на лоб.
– Кто ты?
– Крижана! Я ведущая! Вот! Выпей отвар! Он успокоит боль и поможет уснуть, во сне раны быстрее заживают.
Девушка поднесла к моему рту деревянную миску с тёплым травяным отваром. Я сделал несколько глотков. Приятный, сладковатый, травяной вкус был чем – то знакомым из детства.
– Что там за шум на улице? – Спросил я.
– Девицы на реку пришли, сейчас венки бросать будут.
– Ночь Купалы?
– Да!
– А ты? Почему ты не сними?
– Не до того мне! Дел много! Вот и сейчас идти мне пора уже, а то не успею нужные травы собрать вовремя! – Произнесла Крижана и, взяв в руки плетённую из лозы корзинку, покинула дом.
Первые лучи солнца, ворвавшиеся в маленькую комнату через окно, пробудили меня. Приподняв голову, я осмотрел комнату. Она была пуста. Оперевшись на руки, я поднялся. Боль пронзала грудь, но боль была терпимой, ни такой как раньше. На небольшом столе, возле лежанки стояла деревянная миска с отваром. Меня как раз мучила жажда, и я с наслаждением выпил содержимое миски. Осмотревшись, я направился к двери. Распахнув ветхую дверь, я вышел на улицу, и тут же был, запихнут обратно в дом.
– Ты что делаешь? – возмутилась Крижана.
– А что? Всего лишь хотел надышаться!
– Ты думаешь, они не прознают кто ты? Хочешь обречь нас на гнев селян?
Я удивлённо взглянул в глаза девушке. Большие, тёмно – бурые глаза были наполнены добротой и печалью. Я не стал, сопротивляется ей и молча сел на лавку.
– Ты что-то знаешь обо мне?
– Знаю! Таких как ты, сейчас называют оборотнями и колдунами! А матушка мне рассказывала о вас, как про защитников князя и земель новгородских. Вас называли Волколаками!
– Как ты узнала?
– Я нашла тебя на берегу реки, далеко в лесу. Ты был в обличие волка. Сначала я подумала, что волку нужна помощь, но когда подошла ближе, поняла, что таких огромных чёрных волков в наших лесах нет. А когда притащила тебя в избу, то ты обратился человеком. Хорошо, что была ночь, и никто не видел, что я волоком притащила в дом огромного волка.
– Почему ты мне помогла? За меня назначена награда!
– Мне не нужны богатства. Всё, что мне нужно я беру в лесу. Матушка учила меня с детства помогать всем, кому нужна помощь, будь то зверь или человек.
Я вновь посмотрел в её большие глаза. Они наполнились слезами.
– Крижана! Теперь понятно, почему тебя так назвали!
– Что?
– Глаза! Твои глаза как две смородинки. От того и нарекли тебя Ягодкой!
Девушка покраснев, стеснительно улыбнулась.
– А как твоё имя?
– Велеслав!
– Славящий Велеса! Не зря вас называли сынами Мудрейшего из богов.
– Да!– задумчиво произнёс я.
Спустя неделю, как Крижана нашла меня у реки, мои раны затянулись, а боль утихла. Я помогал Крижане по хозяйству. Днём я отлёживался в доме, а ночью охотился и ремонтировал старый, маленький домик. С Крижаной у нас были тёплые дружеские отношения, как у брата с сестрой.
– Велеслав! Вставай!
– Что случилось?
– Давай поднимайся, спрячешься в хлеву!
– Да что такое?
– Давай же! Они уже идут! Уже рядом!
Я быстро поднялся с лежанки, и ничего не понимая, покинул дом. Из старого, завалившегося на один бок хлева, мне удалось увидеть двух мужиков, они спешно занесли в дом к Крижане кого-то.
– Больной или раненый? – прошептал я.
– Что же там произошло? Кого принесли, и что с ним случилось? – бубнил я себе под нос.
Ожидание было мучительно долгим. Я думал, сойду сума. Наконец- то мужики покинули дом.
– Двое! А где же больной?– снова прошептал я.
Из избы вышла Крижана и направилась ко мне.
– Наконец-то! Что случилось?
– Уходи! Они пришли за тобой! Беги! Они здесь! Они в деревне!
– Кто?
– Мне принесли высеченного плетью парня. Не знаю, выживет ли он!
– Кто его высек?
– Я не знаю кто они! Мужики сказали, в деревню пришло войско! В основном Варяги. Ищут чужака. Парня высекли до полусмерти за то, что он сказал нет в нашей деревне чужаков. Они дали срок до рассвета. Если не выдадут чужака, то будут сечь по два человека в день!
– Варяги! Наёмные воины, нанялись к охотникам за головами, ни чем не брезгуют. Сколько их?
– Мужики сказали человек тридцать.
– Плохо дело! Надо уходить! Идём со мной?
– Прости! Я не могу! Я не хочу жить в бегах!
– Здесь тебе тоже оставаться опасно!
– Я разберусь! А ты уходи! Я собрала твои вещи!
Попрощавшись с Крижаной, я ползком выбрался из хлева и потихоньку сполз к реке. Нырнув, я что есть сил, проплыл под водой пол реки, высунув из воды голову, и глубоко вдохнув, снова погрузился в воду и проплыл под водой вторую половину реки. Выбравшись на берег, я затаился в густой траве. Осмотревшись, рванул в сторону леса.
Два дня пробирался через дебри сибирской тайги. На третий день я вышел к стану неизвестного мне народа.
– Я пришёл с миром!
– Кто ты? Назовись?
– Моё имя Велеслав! Я пришёл просить помощи! Там деревня возле маленькой реки. На неё напали Варяги!
– Ты хочешь, что бы мы помогали Русом?
– Да! Лучше остановить Варяг сейчас пока они не прознали про все богатства этих земель, потом их будут тут сотни! Варяги очень жадны на золото и меха.
– И сколько их сейчас?
– Около тридцати!
Человек, с которым я разговаривал, был темноволос и голубоглаз. Крепкого телосложения. Одет был в штаны из шкуры оленя и кольчугу. Кто они такие я не знал.
Он подошёл к своим спутникам и долго с ними говорил на не понятном мне языке. В их речи я иногда улавливал слова похожие на тюркские.
– Мы идём торговать с Русоми на берег Иртыша. Нас пятьдесят человек, по десять человек от каждого рода. Наш путь лежит через деревню Русов на реке с тёмной водой, поэтому мы поможем. Ты вооружён, значит, воин, ты идёшь с нами.
Собравшись, мы отправились в путь. По дороге я снова заговорил.
– Кто вы?
– Мрасс-Кижи! На языке Русов Мрасские люди. Я и девять человек за мной. Следующие десять – это Чиш-Кижи, люди тайги, по-вашему. За ними рода Карга и Кобый, а последние десять Кондум-Чоны на языке Русов Кондомский народ. Мы живём далеко отсюда. На реках Кондома, Томь и Мрассу. Занимаемся охотой и кузнечным делом. С купцами Русов мы торгуем уже пятое лето. Путь наш долгий, и неспокойный, но, Русы хорошо платят за меха и оружие.
– Как твоё имя?
– Талай! Я Талай! А ты?
– Велеслав!
– Велеслав! Скажи, почему ты воин сбежал с деревни Русов, и не стал защищать свой народ.
– Это не мой народ! Я гость в этой деревне! Я беглый от Великого князя Руси и его служителей бога креста!
По тропе торговцев Мрасс-Кижи и других родов, мы дошли до селения за день. Из деревни раздавались душераздирающие девичьи крики.
– Крижана!– прошептал я.
– Талай! Вели своим людям окружить деревню. Я пойду через деревню! Сужайте кольцо, как услышите волчий вой! Это знак! Наступайте и никого не выпускайте!
Племена охотников, вооружившись копьями и луками, направились по периметру деревни. Оставшись один, я пробрался в дом Крижаны, и чуть не получил коромыслом по голове от хозяйки дома. Успев, увернуться я прижал Крижану к себе.
– Тише! Это я! Всё хорошо!
– Ты зачем здесь? Зачем вернулся?
– Я не мог оставить тебя здесь с Варягами! Я привёл войско охотников. Спрячься где-нибудь, а мне пора!
Я снял с себя льняную рубаху, достал из мешка нож и волчью шкуру. Накинув шкуру на плечи, так что голова волка покрывала мою голову, я сделал небольшой надрез ножом на левой ладошке. Из раны просочилась кровь. Обмокнув в неё палец правой руки, я нанёс полосу ото лба до подбородка кровью.
– Велес! Мудрейший из богов! Я окроплённый своей кровью взываю к тебе! Пробуди дух зверя во мне, если это потребуется! Не покинь меня в трудном бою! Всех убитых ворогов я посвящаю тебе!
На ладони левой руки скопилось много крови, я прислонил ладонь к левой стороне лица, оставив на нём отпечаток руки.
– Дух зверя, спящий в человеке, испей моей крови и пробудись!
Перемотав левую руку тряпкой и вооружившись, мечем и топором, я вышел на улицу, и направился в середину деревни. Именно там Варяги секли плетью крестьян до смерти. Шёл не спеша, освобождая разум от лишних мыслей, которые могут помешать мне в предстоящей битве. Женские крики были всё ближе и ближе.
– Скольких они уже высекли?– прошептал я, ускорив шаг. Пробравшись через толпу напуганных крестьян. В центре лежало пять забитых девиц, над которыми, улыбаясь, стояли вооружённые мечами и топорами Варяги.
– Довольно! – закричал я.
Варяги настороженно посмотрели на меня.
– Вот он я! Возьмите меня, если сможете!– прокричал я оскалившись.
– Принесите мне его голову! – Закричал Варяг с огромной северной секирой в руках, облачённый в чешуйчатый доспех.
Варяги засуетились, хватая в руки, мечи и топоры. Я, подняв голову к небу, завыл волком. Охотники не подвели. Тут же сотни стрел со свистом стали пронзать тела Варягов. Сжимая оружие в руках, я ринулся в бой. Наступила паника. Враги не понимая, что происходит стали метаться из стороны в сторону и падали замертво проткнутые стрелами. Я в это же время рубил топором и пронзал, мечем врагов. Сквозь толпу, я увидел, как несколько охотников бежали с копьями в толпу. Варяг с северной секирой в руках направился ко мне. По пути он снёс голову своей секирой одному охотнику. Несколько стрел вонзились ему в ногу, но он, не обращая на них внимания, настойчиво шёл дальше. Я приготовился к защите. Трое охотников насадили Варяга на копья, и он упал замертво.
– Ну, вот и всё!– произнёс я.
Неожиданно в груди моей зажгло. Обратившись в волка, я гордо обошёл и обнюхал тела убитых. Тем, кто ещё дышал, я перегрызал горло, вкушая свежую, тёплую кровь и плоть. Я смутно помню убегающих в панике крестьян, удивлённые взгляды охотников и Крижану. Помню, что увидел бегущего на меня, с выставленной в перёд, деревянной рогатиной, крестьянина. Крижана что- то кричала ему в след и махала руками. Я, оскалившись, приготовился к прыжку. Но Талай остановил его сильным ударом кулаком в грудь, от которого крестьянин упал.
Pulsuz fraqment bitdi.