Мы помолчали. Неожиданно Гоггенф сказал:
– Прошу тебя, помоги мне, Орг. Я видел у тебя на столе допуск к магическим походам четвёртого уровня. Возьми меня с собой!
Вот те, бабушка, и Юрьев день. Приехали. Разыгрывать перед Гоги роль религиозного счетовода я не мог. Что же делать? Хоть бы я знал, что это за магические походы такие.
– Я не говорю «нет», Гоггенф, и буду рад помочь тебе, если смогу. Но должен кое-что объяснить…
Я не стал рассказывать Гоги, кто я и откуда. Мне пришлось объяснить ему три вещи: что я на самом деле интересуюсь магией и хочу её изучать, что экзамен я прошёл случайно и сам был поражён результатом и что мой интерес к магии должен остаться тайной для всех, кроме него.
Потом объяснял Гоггенф. Как оказалось, магические походы позволяют видеть тонкие миры напрямую и свободно устанавливать контакты с их силами. Этот метод намного эффективнее изучения магических формул или заклинаний, когда маг действует словно с завязанными глазами, не осознавая и не видя сил, с которыми работает. Во время магических походов маг как бы выходит из своего тела, и его нельзя тревожить. В Академии есть специальный корпус, откуда и осуществляются походы. Учеников всегда сопровождает опытный маг, и комната, где «спят» тела учеников, находится под тщательной охраной и магическим наблюдением. В истории Академии было несколько случаев, когда мощные существа магического мира «захватывали» ученика и он превращался в опасного одержимого. В этом заключается реальный риск походов, хотя обычно опытные магисопровождающие могут защитить новичков.
В конце концов я решил рискнуть. Это, вероятно, единственный способ для нас обоих быстро продвинуться в магии. То, что у меня есть компаньон, превращало безумную для одиночки затею в опасное, но выполнимое предприятие. Похоже, и в этом мире я подружился с авантюристом!
Мы пожали друг другу руки и договорились начать приготовления к походу.
Декан жреческого факультета Валадир Тринадцатый был не в духе. Важнейший проект гильдии жрецов – Горный Храм с идущим к нему Мостом Вознесения – строился непозволительно медленно и с огромным перерасходом средств. Валадир был одним из самых влиятельных членов жреческой гильдии и имел неплохие шансы стать в будущем верховным жрецом Эллары. Именно он семь лет назад выступил с инициативой строительства Горного Храма, которое должно быть завершено к пятисотлетию Вознесения братьев и было призвано ещё раз подтвердить роль Валадира в гильдии перед грядущими выборами верховного жреца.
Оставалось лишь пять лет до запланированного открытия Храма, но некоторые ключевые работы даже не были начаты. Особенно беспокоило Валадира строительство огромного купола – крупнейшего проекта такого рода в Элларе. Существовало два способа решить проблему: создать магически укреплённый купол или провести сложнейшие расчёты и построить свод из обычных материалов. К сожалению, второй вариант был трудноосуществим из-за периодически случающихся в предгорьях землетрясений.
Проблемы возникли из-за непомерных аппетитов ведущих магов-архитекторов, которые, предчувствуя гигантский куш, изображали полную загруженность другой работой и затягивали переговоры. К сожалению, прямого влияния на высокопоставленных магов у Валадира не было, а архитекторы жреческой гильдии не имели достаточного потенциала для магического укрепления купола. Декан понимал, что попался в собственную ловушку: контракты с магами необходимо было заключать несколько лет назад, но он понадеялся вырастить своих специалистов, некоторые из которых заканчивали сейчас магический факультет. После пяти лет обучения их магопотенциал увеличился недостаточно и оказался слишком мал для поставленной задачи. Это был серьёзный просчёт – план Валадира заставил понервничать магов-архитекторов, и теперь они, несомненно, намеревались получить сатисфакцию, выбив из него тройную цену.
Этим утром декан работал над проектом доклада, с которым ему предстояло выступить через два месяца на совете гильдии. Уже в который раз гибкий ум Валадира стремился найти выход из трудной ситуации с Храмом, но решения пока не было. Декан не хотел даже думать о том, как отреагируют члены совета на новую смету расходов – его конкуренты не упустят шанса нанести удар.
Неожиданная мысль заставила Валадира вздрогнуть: возможно, кто-то из членов совета состоит в сговоре с магами и в случае его смещения с поста главы комитета строительства Храма позиция магов изменится. Его политика воспитания собственных магов из молодых жрецов, финансируя их обучение на магическом факультете, уже давно вызывала недовольство магов, для которых жреческая гильдия всегда была важнейшим источником прибыли. Крупнейший финансовый поток Эллары шёл в храмы святых братьев, и маги не хотели упускать своей доли.
Сделав себе пометку разобраться с этой теорией позднее, он позвонил в колокольчик. Вторым пунктом его доклада коллегам должен стать отчёт по делам в Академии. Секретарь и многолетний помощник Валадира, Модар, должен был подготовить все необходимые данные. Спустя несколько секунд после звонка секретарь, худощавый мужчина средних лет с внимательным взглядом, появился в кабинете.
– Модар, готовы ли данные по Академии? – спросил декан, ни секунду не сомневаясь в положительном ответе.
– Да, всё готово, ваша милость, вот доклад, – ответил Модар и положил на стол папку с документами. Он остался стоять в кабинете, ожидая, пока Валадир просмотрит содержимое папки.
– Так, хорошо, хорошо…
Важные моменты были подчёркнуты, и декан быстро проглядывал исписанные аккуратным почерком листы. Количество поступающих несколько выросло, все ведущие храмы прислали претендентов… Не увидев ничего особенно интересного, Валадир на всякий случай спросил:
– Были какие-либо эксцессы во время поступления?
– Было несколько драк после праздника. Никто серьёзно не пострадал, зачинщикам сделаны предупреждения. Получено несколько жалоб на недостаточно ясные указатели к комнате регистратора, в следующем году исправим.
– Что-нибудь ещё?
– Регистратор доложил, что один из претендентов имел при себе свидетельство магического тестирования четвёртого уровня. Он утверждает, что претендент просил объяснить, для чего оно нужно.
– Вот как? Четвёртого уровня? Он ничего не напутал? – спросил Валадир, не скрывая охватившего его удивления.
– Нет, регистратор держал свидетельство в руках и не сомневается в его аутентичности.
Сердце Валадира забилось быстрее. Первокурсник с четвёртым уровнем магии! Вот это талант! На его памяти ничего подобного не было. Он вспомнил несколько случаев, когда молодые жрецы имели некоторые способности к магии, но никак не выше второго уровня. Может ли этот первокурсник стать решением его проблемы? С четвёртым уровнем он за год сможет получить необходимые знания и приступить к работе над куполом. Если, конечно, его математические способности соответствуют его магическому потенциалу.
Подумав об этом, Валадир загрустил. Шансы, что первокурсник окажется ещё и математиком, были практически нулевые. Однако проверить всё же стоило.
– Модар, собери данные на этого первокурсника и пригласи его ко мне на приём завтра после занятий. Также попроси прийти любого преподавателя с кафедры математики – скажи, для срочного тестирования. Результаты понадобятся мне сразу же, без волокиты.
На лекции по божественной космологии я внимательно слушал о местной теории возникновения Вселенной. Эта теория мало напоминала библейские предания о сотворении мира за семь дней. Творец представлялся здесь как великое первозданное сознание-сила. Находясь в полностью счастливом состоянии и ни в чём не нуждаясь, это Сознание, тем не менее, не хотело ограничивать себя бездействием и в минуту высочайшего блаженства, играя, создало вселенную из самого себя, частично «сгустившись» в материю. Жрец объяснял нам, что в каждой частичке материи находится частица Создателя, которая понемногу «осознаёт» себя в процессе эволюции. Это напоминает игру в прятки: Творец создал бесчисленное количество детей, но хорошенько спрятался от них и теперь наблюдает, как его дети понемногу взрослеют и в конце концов отыщут своего божественного родителя. По пути они открывают в себе неисчислимые возможности, заложенные в них Создателем.
Занятие закончилось, и я потихоньку брёл к выходу, как вдруг был остановлен каким-то серьёзным мужчиной с цепким взглядом. Жреческая сутана и знаки отличия свидетельствовали о его довольно высоком положении. Кажется, я видел его на празднике в группе руководителей Академии…
– Орг? – негромким, но звучным голосом обратился он ко мне. – Можно тебя на минутку?
С лёгким холодком в груди я остановился и изобразил на лице подобающее вежливое выражение. Надеюсь, я не раскрыт! Поняв, что эта мысль будет меня нервировать, я отбросил её и постарался вести себя естественно.
– Да, конечно, господин жрец. Чем могу быть полезен? – Я слегка поклонился.
– Декан Валадир приглашает тебя на беседу. Прошу следовать за мной, – вежливо, но с какой-то элегантной окончательностью произнёс жрец и двинулся по коридору.
Похоже, тут не принято обсуждать приглашения декана, и я шустро двинул за ним, пытаясь понять, чем заслужил такую честь. За прошедшую неделю я уже свыкся со своей ролью, так что играть её будет не трудно. Расслабляться, однако, не стоило – в этот раз изучать меня будет более внимательный, чем мои однокурсники, человек. Как говорил Козьма Прутков: «Бди!», – то есть будь бдительным. Вспомнив ещё один афоризм мастера «Что скажут о тебе другие, коли ты сам о себе ничего сказать не можешь?», я улыбнулся и почувствовал, что готов к беседе.
Мы без стука вошли в просторную приёмную декана. Здесь были стол секретаря и несколько кресел для посетителей. Попросив меня подождать, жрец негромко постучал во внутреннюю дверь и, услышав приглашение, зашёл, плотно закрыв за собой дверь. Через минуту он вернулся и пригласил меня войти. К этому моменту я был почти уверен, что жрец – это секретарь декана, а не какой-нибудь местный секретчик, и у меня немного отлегло от сердца.
Секретарь вышел, а я уставился на задумавшегося человека, сидящего за тяжёлым столом. Крупный мужчина, массивный, но не толстый, с большой круглой головой и светлыми короткими волосами, наконец посмотрел на меня. Какую-то секунду светлые глаза человека за столом смотрели серьёзно, и, видимо привычное, выражение волевой решительности отражалось на его лице. Внезапно выражение лица изменилось на лукаво-приветливое, и декан сказал:
– Здравствуй, Орг! Я – декан Валадир Тринадцатый, как ты уже догадался.
– Здравствуйте, господин декан. Очень рад нашей встрече, это большая честь для меня! – Я ел начальство глазами и изображал нешуточные переживания на лице.
– Прошу, садись, Орг. Нам нужно поговорить. Я люблю лично встречаться со студентами, вы мне как дети. Тебе нравится в Академии?
– Благодарю, господин декан. Всё просто замечательно. Каждый день я просыпаюсь и думаю: неужели я на самом деле студент Академии или это сон? Я очень счастлив, господин декан!
– Вот как? Что ж, рад за тебя. Ведь и я когда-то был здесь студентом. Счастливые деньки… А у тебя всё впереди. И лишь от тебя сейчас зависит, кем ты станешь в дальнейшем – может быть, через много лет займёшь моё кресло. Как тебе такая перспектива?
– Ну что вы, господин декан! Кто я и кто вы? Вы – великий человек, такими просто так не рождаются. Думаю, даже когда вы были молоды, все уже знали о ваших выдающихся способностях. Я же – обычный студент и просто счастлив учиться здесь.
– Ты умный человек, Орг, и хорошо воспитан. Но ведь и у тебя, я слышал, есть кое-какие способности?
– Неужели вы слышали, господин декан? Но они слишком скромны, я всего лишь неплохо считаю и увлекаюсь математикой.
– Нет-нет, я о другом… Подожди, что ты сейчас сказал? Ты увлекаешься математикой?!
– Да, господин декан, я посвящаю свободное время изучению этой науки. Простите, но о каких моих способностях вы слышали?
Декан Валадир внимательно посмотрел на меня и сказал:
– Орг, у меня к тебе небольшая просьба.
– Что бы вы хотели, ваша милость?
– Давай прервёмся на час, и ты встретишься с ещё одним человеком, который поговорит с тобой о математике. А потом мы закончим нашу беседу.
– Пожалуйста, господин декан, я готов.
После сорокаминутного собеседования с профессором математики, в течение которого меня тестировали в основном по алгебре и геометрии, я вновь оказался в кабинете декана. Кажется, я сумел удивить старого хрыча профессора, который первые десять минут держал меня за неуча. После того как я без запинки ответил на пару десятков вопросов, его манера изменилась: клянусь, я увидел в его глазах уважение! Последние десять минут мы беседовали почти дружески, обсуждая некоторые методы приближенных вычислений при решении сложных задач.
Декан откровенно сиял – мои знания явно пришлись ему по вкусу.
– Орг, скажу тебе честно: ты слишком скромен. Профессор сказал, что если бы все студенты-жрецы знали математику, как ты, цель его жизни была бы достигнута. Боюсь, однако, что этого ему не дождаться! – сказал декан и засмеялся своей шутке. Он явно был на взводе, и я ждал интересного разговора.
– Мой секретарь перед встречей поведал мне, что у тебя есть ещё и магические способности. Не смущайся, я знаю, что ты их не очень ценишь и видишь в них лишь волю Ханора.
Вот как! Похоже, они не поленились поговорить заранее с моими одногруппниками. Серьёзный подход. Интересно, зачем я им сдался? Впрочем, недолго осталось гадать…
– Ты прав, способности даны тебе богами для особой миссии. Ты, вероятно, думал, что должен вернуться и стать счетоводом в храме Креста и Сердца, что прислал тебя на учёбу? Это почётная должность, но миссия твоя иная. Слышал ли ты о строительстве Горного Храма?
– Да, господин декан. Я слышал, что это будет великий храм.
– Ты прав, это будет наш лучший храм, посвященный учению братьев, крупнейший храм Эллары. И долг каждого жреца при необходимости отдать свои способности и силы на это благое дело. Готов ли ты помочь, сын мой? – патетически произнёс декан.
В ход пошла тяжёлая артиллерия – религиозный пыл, патриотизм, родственные беседы по душам. Как актёр в каком-нибудь захудалом театре, я произнёс:
– Конечно, отец Валадир! Всё, что могу, отдам на святое дело!
– Славно! Вот молодец! Впрочем, я в тебе не сомневался. Если ты ещё и умеешь держать язык за зубами, то далеко пойдёшь. То, что я тебе скажу, не предназначено для чужих ушей. – Валадир внимательно посмотрел на меня, оценивая мою реакцию.
– Ваша милость! Честь, которую вы мне оказываете, слишком велика, чтобы я позволил себе говорить об этом. Я буду нем как рыба, будьте спокойны.
– Нем как рыба, говоришь… Хорошо. Тебе предстоит особая миссия при строительстве Горного Храма: ты будешь работать с архитекторами и выполнять для них вспомогательные расчёты. Некоторые из них требуют определённого знания магии, поэтому тебе придётся позаниматься на магическом факультете. На это время ты будешь освобождён от занятий на нашем факультете и должен с полной отдачей овладевать магией. Твоя программа обучения будет индивидуальной, план занятий ты получишь у меня через неделю. Я буду внимательно следить за твоим прогрессом, и раз в месяц мы будем встречаться и корректировать программу обучения. Тебе понятно?
Вот это да! Меня отправляют учиться магии! Пытаясь скрыть радость, я прикрыл глаза ладонью.
– Простите, отец мой, у меня немного закружилась голова. Всё так внезапно… Это великая честь для меня, спасибо вам! Но, я слышал, обучение на магическом факультете очень дорого, а у меня совсем немного денег…
– Организационные вопросы я возьму на себя. Твоё обучение будет оплачено жреческой гильдией, мы также решим вопрос с рекомендацией. Тебе будут продолжать платить стипендию, мы даже её несколько увеличим, так как нравы у них другие и твои расходы могут возрасти. Как видишь, у тебя будут все возможности для учёбы, и мы рассчитываем, что ты употребишь их по назначению. Не подведи меня, Орг!
– Не знаю, как благодарить вас, ваша милость! Вы оказываете мне огромное доверие и даёте шанс отличиться. Не сомневайтесь, я сделаю всё, что в моих силах!
– Иногда я бываю занят, решай все вопросы с моим секретарём Модаром. Он будет тебе помогать.
– Спасибо вам, господин декан! Какие у вас поручения на ближайшую неделю? – Я решил сразу показать готовность действовать.
Немного подумав, Валадир сказал:
– Скоро у тебя начнётся очень напряжённое время. Советую тебе немного отдохнуть. Получи у Модара сто серебрушек и расслабляйся. – Он написал что-то на свитке и передал мне. – Через неделю будь у меня в полной готовности. – Декан ещё раз изучающе посмотрел на меня и неожиданно подмигнул: – Не тушуйся, парень, ты теперь в хороших руках. Иди отдыхай!
Вот так денёк выдался! Я шёл по улицам, вдыхая свежий прохладный воздух, и время от времени чувствовал волны восторга, поднимавшиеся в груди: забытое детское чувство со времён, когда чудеса ещё случались. В кармане приятной тяжестью напоминал о себе мешочек серебра, предстояли каникулы, а на следующей неделе я переходил на магический факультет! Ну и дела…
– Слава праотцу Галу – тебя освободили от занятий! Целая неделя свободна! За неделю мы заполоним не одного, а десяток демонов! – воскликнул Гоггенф и соскочил с кресла. – Предлагаю завтра же купить амулет перехода и отправиться в поход!
Посновав в возбуждении по комнате, он добавил:
– Ну почему тебе так везёт? Стоило тебе захотеть учиться на магическом, и тебя тут же переводят, да ещё и стипендию платят! Кто ты, друг Орг? Почему боги помогают тебе?
– Не знаю, Гоггенф. Возможно, мне просто повезло. Я совсем не уверен, что боги принимали в этом участие.
– Ну не скажи. Боги определяют судьбу, и твоя судьба представляется мне как торт, что дарят гномам на свадьбу: многослойный, где каждый следующий слой вкуснее предыдущего.
– У меня тоже бывают поводы для грусти, Гоггенф. Впрочем, я благодарен богам за всё, что они для меня сделали.
– Так-то лучше, Орг. Их забота нам ещё пригодится. Нам предстоит охота на демонов, а это – опасная штука.
– Гоггенф, как раз об этом я хотел с тобой поговорить. Не думаю, что в наш первый поход нам стоит охотиться на демонов.
– Ты что, боишься, Орг? Не ожидал от тебя…
– Нет, я не боюсь, Гоггенф. Я всего лишь хочу подготовиться к битве, а не бросаться сломя голову в самое пекло. Дай мне несколько дней, и мы доберёмся и до демонов.
– И что ты собираешься делать?
План был такой: сходить в несколько магических походов, постепенно увеличивая их сложность и опасность. В библиотеке Академии я уже просмотрел несколько книг по магическим мирам. Их можно разделить на три категории: миры богов, миры мысли и миры жизненной силы. В миры богов маги попадают, лишь когда боги сами приглашают их в гости. Магические походы осуществляются в миры мысли – ментальные и миры жизненной силы – витальные. Все миры населены сознательными существами разной мощи, некоторые чрезвычайно опасные. Существа миров мысли редко вступают в контакт, поэтому походы туда считаются самыми безопасными. Миры жизненной силы очень плотно заселены, и избежать контакта с их существами невозможно. Студенты-маги всегда идут в свой первый поход в мир мысли. Так же собираюсь поступить и я.
Гоггенф, однако, не был в восторге от моей идеи. Обучаясь на первом курсе, он уже участвовал в двух походах в мир мысли и не обнаружил там ничего интересного. Как настоящий охотник, он рвался в самые опасные регионы мира жизненной силы, где обитают наиболее крупные и опасные «звери» – демоны.
В конце концов мы сошлись на следующем: так как мир мысли относительно безопасен и неинтересен для Гоггенфа, я отправлюсь туда один. В дальнейшем мы будем ходить в походы вместе, чтобы страховать друг друга от опасностей.
Я удобно полулежал на кровати, концентрируясь. Всё было готово к моей первой магической вылазке. Амулет перехода в ментальный мир был заряжен небольшим количеством энергии, поэтому поход будет недолгим, около получаса. Прочитав заклинание перехода, я глубоко вздохнул: осталось сделать одно движение, и я вновь окажусь в неизведанном мире. Я протянул руку и коснулся чёрной поверхности амулета…
Я очутился в каком-то слегка подрагивающем сером пространстве. Впечатление было таким, как будто моё сознание раздвоилось: часть осталась в уме, а вторая часть, имеющая очень подвижный и изменчивый облик, оказалась над моей головой. Вокруг головы наблюдалась какая-то активность: ленивое движение тёмных пятнышек разного размера. Их перемещения были более-менее случайными, но они не отлетали далеко от головы. Присмотревшись, я заметил, что они мелко вибрируют, словно шмели. Вокруг головы я также заметил зону, немного отличающуюся по цвету от окружающего серого фона. Внутри этой зоны пятнышек не было.
Вдруг одна из тёмных точек коснулась границы зоны, и я почувствовал в голове какое-то беспокойство. Затем я словно ответил на звонок – и неожиданно обнаружил себя думающим о том, как выманить Орга назад. С моей позиции наблюдателя я увидел, как зона вокруг головы заволновалась, отвечая на касание тёмной точки. Через некоторое время точка сдвинулась и больше не касалась зоны вокруг головы, которая сразу же успокоилась. В это самое время мысль об Орге исчезла.
Ещё через несколько секунд другая, более светлая точка коснулась области вокруг головы, и вновь на периферии ума возникло беспокойство, часть внимания обратилась туда, и немедленно возникла новая мысль: радость, что я перешёл на магический факультет. Область вокруг головы вновь выглядела вибрирующей в ответ на прикосновение точки. Пару минут спустя светлая точка отошла в сторону, и радость исчезла.
Похожие вещи происходили ещё несколько раз, как вдруг моё сознание изменилось и я обнаружил себя лежащим в кровати в своей комнате.
Интересно девки пляшут! И Гоги сказал, что ментальный поход ему не понравился? Чукча он, а не гном! Тут такие вещи происходят! Я был уверен, что область вокруг головы – это ум, а вибрирующие пятнышки – мысли. То, что они не убегали далеко от головы, скорее всего обозначало, что одни и те же мысли приходят мне в голову по многу раз. Но ведь так и есть! Уже сколько раз я думал о том, как выманить Орга! Да и радовался о переходе на магический многократно. А ведь раньше я и не замечал, что мои мысли так часто повторяются. Постойте, постойте… Я вот про знакомых, помнится, думал: что за люди, долдонят и долдонят одно и то же… Как всегда, у чужих соринку в глазу легче заметить, чем у себя бревно.
Тут меня осенило: ведь если можно видеть мысли возле своей головы, их наверняка можно увидеть и вокруг остальных голов! А тут такие перспективы вырисовываются! Ведь можно будет знать, кто о чём думает. Причём не только сейчас, а вообще, все привычные мысли человека. Непонятно, правда, как сделать, чтобы мой ум с ними соприкоснулся, но в книгах наверняка что-то найдётся по этому поводу.
Почитав «специальную литературу», я узнал несколько важных вещей. Оказалось, читать мысли других людей совсем не трудно: для этого нужно лишь «подлететь» к ним и ощутить их вибрацию. То есть та моя часть, которая за всем наблюдала во время ментального похода, подвижная и с изменчивым обликом, также могла ощущать мысли, соприкасаясь с ними. Причём передвижения в этом мире были практически мгновенны: стоило сознанию «потянуться» куда-то, как оно немедленно оказывалось в нужном месте. Что называется, со скоростью мысли. А ещё сознание могло «бросать» мысли, не обдумывая их, то есть перемещать эти вибрирующие точки в пространстве ментального мира. Например, можно вытолкнуть какую-то мысль из пространства вокруг головы, тем самым прекратив думать о какой-то проблеме, или «перебросить» её кому-либо, заставив перелететь к рою мыслей рядом с чьей-то головой.
Тогда что же получается: другие маги могут прослушивать меня? В книге было написано, что у местных магов существуют определённые правила поведения в этом отношении, например не принято читать мысли друг друга, это считается неприличным. Также существуют способы «закрыться» при помощи амулетов или поставив барьер сознания. Это, однако, также не было принято и использовалось редко.
Для меня жизненно важно хранить тайну о моем появлении на Элларе, поэтому необходимо найти приемлемый способ закрыться. В итоге я остановился на следующем: нужно получить у декана знак конфиданта высокого жреца, что означало доступ к тайнам жреческой гильдии и оправдывало ношение амулета защиты. Декану это тоже пригодится, он ведь просил держать наш разговор в тайне. Со жрецами всё просто, а от магов нужен амулет.
В следующий ментальный поход я отправился уже на два часа. Понаблюдал немного за собственными мыслями, которые в этот раз будто затаились, почувствовав, что за ними надзирают. Состояние умственного безмолвия оказалось на удивление приятным. Я уже собирался «перелететь» к Гоги, чтобы подслушать какую-нибудь его мысль, как вдруг произошло кое-что интересное. Откуда-то сверху к моей «атмосфере» ума спустилась ярко сияющая капелька света и немедленно коснулась её. Возникшее ощущение было, наверное, сравнимо с тем, что было у Архимеда, когда он вскричал «Эврика!». Меня вдруг осенило, что я могу создавать удивительные ментальные конструкции, соединяя мысли ассоциациями.
В состоянии какого-то поэтического восторга я вспомнил девушку-магиню на параде, и мне захотелось сделать для неё что-то приятное. Я представил удивительной красоты розу во всём её женственном великолепии, сияющую отражённым солнечным светом в капельках росы. Я мысленно вообразил эту девушку в потрясающе красивом платье и самого себя в смокинге, стоящим у её ног на одном колене и протягивающим ей этот цветок. Мы взялись за руки, и огонь в моём сердце перенёс нас в космос, прямо к солнцу, которое мы увидели через огромный прозрачный экран роскошного космического корабля-дворца. Могучая звезда сияла, но не ослепляла, и на наших глазах вдруг трансформировалась в сияющий цветок невероятной красоты, как будто став не символом первобытной мощи, а символом невероятной, безбрежной любви…
Я чуть отстранился от своего мысленного творения, увидел среди тёмных пятен мыслей в атмосфере ума над головой что-то похожее на маленькое солнышко. Ясно представив девушку в воображении, я «метнул» своё творение в её мысленную атмосферу.
Подслушивать мысли Гоги я не стал. По мне это не более чем дружеская шалость, но кто знает этих гномов? Вдруг обидится? В общем, пришлось слушать мысли своего трактирщика Зака. Там, правда, ничего интересного не оказалось. Думы у него были спокойные, в основном хозяйственные. Никаких сомнений не оставалось – он на самом деле достойный человек, без каких-либо злобных умыслов. Для меня же главное было то, что метод работал.
Напоследок я создал мысль «Надо сходить к Оргу», вложил в неё изрядное количество энергии и метнул Гоги. Посмотрим, что из этого выйдет.
Мой друг появился через полчаса в весьма взволнованном состоянии:
– Орг, ты как? Я места себе не нахожу. Не так давно меня как стукнет: надо идти к Оргу! Ни с того ни с сего. Я подумал, ты же сегодня в свой первый поход собрался, а я сижу, понимаешь, дома у себя… Нехорошо это.
Решив не травмировать психику приятеля рассказом, что «стукнуло» его с моей подачи, я ответил:
– Гоггенф, спасибо, что пришёл. Ты не мог бы рассказать, что видел во время своих ментальных походов?
– Ну, первый раз преподаватель говорит нам: я покажу вам, как выглядит мысль. Когда мы попали в этот серый мир, он как-то подтянул нас к себе поближе и заклинанием увеличил одну из этих темных мух – мы её тогда увидели как дрожащее облако. Потом он по очереди дал нам этого коснуться, и все подумали: «Мысль – это устойчивое возмущение ментального мира». Вот и всё. Говорю тебе, нет там ничего интересного.
– А что было во второй раз?
– Во второй раз профессор нам ничего не показывал, каждый был сам по себе – скука полная. Мне всё время мысли какие-то в голову лезли, а краем глаза я видел это мушиное мельтешение над головой. Вот и всё. Фигня какая-то.
Так, понятно. Ребёнку дали неправильную игрушку. Он хотел велосипед, а ему купили книжку.
– Спасибо, Гоггенф. Кстати, ты уже достал амулет перехода в витальный мир?
– Да, амулет есть. Взял его у отличного поставщика, у него клиенты – всякие крутые маги. Слышал, что его амулеты могут держать очень много силы. Нам вдвоём хватит хоть на неделю.
– Отлично. Может, пойдём погуляем? Я слышал, большой караван пришёл откуда-то с юга. Хочешь посмотреть?
– Пошли. Они обычно берут с собой музыкантов и танцовщиц. Есть на что посмотреть! Ну, ты меня понимаешь… – Он плутовато ухмыльнулся.
Мелиона, лучшая ученица выпускного курса магического факультета Академии, сидела в растерянности, слегка покусывая розовую губку. Её щёки были необычно румяны, а грудь взволнованно поднималась. Все признаки душевного смятения налицо, несмотря на то что лишь несколько минут назад она закончила медитацию и была спокойна, как утренняя долина. Дело в том, что, открыв глаза после медитации, она ощутила какое-то мощное возмущение своего ментального «покрывала», похожее на вызов иерарха гильдии магов. Такие вызовы перестали волновать её ещё пару лет назад, когда она стала председателем студенческой коллегии магинь. Но это послание оказалось совершенно иным.
Она ещё раз вспомнила то, что только что произошло. Даже до того, как возникла «картинка», она почувствовала нереально чистое ощущение радостной нежности. А потом вдруг увидела себя в необычном, но прекрасном наряде и смутно знакомого парня, стоящего перед ней преклонив колено. Он был одет в элегантный нездешний костюм и протягивал ей потрясающе красивый цветок, при виде которого заплакали бы от зависти даже вейюны – легендарные магоцветы тонкого мира.
Самое же интересное началось дальше. Будто могучая волна прошла вокруг них, превратив окружение в неведомый дворец, гармонично и рационально созданный, парящий среди звёзд. Волшебный экран, подобно прозрачнейшему кристаллу, открыл перед ней гигантский образ звезды, правдивый образ, похожий на тот, что она видела в магическом походе несколько месяцев назад. Это было невероятно и захватывающе, но это было ещё не всё. Звезда, словно ожив, вдруг превратилась в цветок, ещё более прекрасный, чем тот, что она держала в руках. Не только изящность линий и форм, но и свирепая, яростная красота неописуемой силы возникла перед её взором.
Фрагменты послания перестали мелькать в воображении Мелионы, и она наконец вспомнила, где видела этого парня. Парня в ЖРЕЧЕСКОМ балахоне, который свистел и что-то весело кричал ей на параде…
Pulsuz fraqment bitdi.